Глава 6

Уладил дела с машиной, оценили ремонт. Придётся раскошелиться. Можно было конечно другую взять, а эту после ремонта продать. Потом подумаю, как быть. Пока придётся возить Веру самому. Если она вообще захочет меня видеть. После обеда, как и советовал лечащий врач Веры, я приехал, чтобы забрать её из больницы. Доктора сказали угрозы никакой нет, просто стукнулась и испугалась. Уже легче. Я чего-то по-настоящему испугался. Как вспоминаю её сидящую в машине, прижатую и без сознания, всё внутри передёргивается от осознания того, что я мог вчера вечером её потерять. А я не хочу её терять. Я люблю её. Прошел по коридору до отделения и сразу заметил доктора. Он меня. Подошел. – А ваша жена уже ушла, – недоумённо смотрит на меня. – Как ушла? Вы же сказали приехать позже, я и приехал. – Не знаю, я её отпустил. Она сказала, что вы уже на стоянке её ждёте, ну и слава богу. Стою перед ним как дурак, реально, глупая ситуация. – А, хорошо. Наверное мать её приехала, а она подумала что это я. У нас машины одинаковые. – Возможно, – он улыбнулся и протянул мне руку, – кстати, поздравляю. – С чем? – Ох, забыл, она же просила не говорить, вам сюрприз готовит. Ну, молчу, всё, – он закрыл пальцем губы. – Сюрприз? Очень интересно, ну хотя бы намекните. А то я за рулём, буду волноваться, делать разные предположения, стану невнимательными на дороге, – включаю дар убеждения. – Ну да ладно, только вы меня не выдавайте… – Обещаю, буду нем, как рыба. – В общем, по анализам, жена ваша, вполне себе беременна. Так что, скоро станете счастливым отцом. Я как стоял, вот так и замер на месте. Как это? – Вижу, вы ошарашены. Эх, такой сюрприз я испортил, ну да ничего, это ведь хорошая новость? – Д-да, хорошая, – вот сейчас действительно глупая ситуация., – спасибо, – я рассеянно пожал ему руку, повернулся и пошел по коридору. Вышел на стоянку посмотрел вокруг. Что, твою мать, происходит? -– Еду в такси. Смотрю в окно. Пытаюсь переварить факты. Когда доктор сказал, что я беременна, даже не пойму как тут же напросилась на УЗИ. Медсестра отвела меня на второй этаж, в кабинет УЗИ. И вот у меня в руке, всё как на ладони, фото моего ребёнка. Не точка, не эмбрион еле различимый, а вполне себе уже сформированный ребёнок. Двадцать пять недель срок. Двадцать пять недель! Как такое может быть? Зачем мне это сейчас? Я реально немного в шоке. Не понимаю, что с этим делать и как теперь быть. Не понимаю, как я могла пропустить двадцать пять недель. У меня и раньше были проблемы с циклом, и я даже не представляла себе, что может скрываться за этой большой задержкой. Потому что и раньше такое случалось. Я совершенно не волновалась и не обращала внимания, я даже уже не записывала. Мне казалось это бессмысленным. Да я немного набрала за последние месяцы, но считала, это потому что увлеклась выпечкой. Постоянные брауни, чизкейки и пончики, я думала именно это отложилось у меня на бёдрах и на животе. Неосознанно, в первый раз положила на живот руку. Значит это не пончики, это ребёнок – двадцать пять недель. Практически полноценный малыш, который уже слышит и наверное видит. О господи. Я прикрыла рукой губы. Чувствую резь в глазах. Нужно держаться. Потом, когда приеду. Не сейчас. Я не хочу, чтобы водитель подумал, будто со мной что-то не так. Стараюсь держаться. Машина остановилась, я открыла сумку, достала деньги. – Спасибо, – протянула водителю. – Хорошего дня, – кивнул мужчина, – у вас что-то случилось? – неожиданно задал вопрос. – Нет, всё хорошо, Ещё раз спасибо, – выдохнула я и вышла из машины. Повернулась, глянула на ворота бордового цвета, подошла и надавила на кнопку звонка. – Заходи! – крикнули из динамика и щёлкнул замок калитки. Я вошла, захлопнула за собой дверь, пошла по дорожке к дому. На порог уже вышла мама в цветастом халате. Невысокая, полная, с короткой стрижкой. Я совсем на неё не похожа. Мама метр пятьдесят пять, а я на сантиметров десять выше. Дашка на маму похожа, я на папу. – Что это ты не на работе? – прищурилась мама. – Выходной у меня, – я вошла в дом. Дом моего детства. Тут я чувствую себя маленькой девочкой, которая может укрыться здесь от всех невзгод. – Давай колись, с мужем поссорилась? – мама вошла в кухню следом за мной. Я шмыгнула носом. Всё не могу больше, и полились слёзы из моих глаз. – Ох ты, господи, Вера, ну чего ты? – мама подошла, обхватила меня за талию, мне пришлось наклониться, чтобы обнять её за плечи, – Ну что такое, он, что тебя обидел, да? Доченька, говори, а то я сейчас тоже заплачу. Говори, что он сделал гад? – У него есть любовница, – делюсь, не хочу, но делюсь. Знаю что будет, знаю что нельзя говорить этого маме, знаю как она отреагирует и всё равно произношу. – Но вот, я так и знала, добром этот ваш брак не кончится. Вот, пожалуйста, хотела красавца, получай, – гладит меня по плечу, ругая Егора. Шмыгая носом, я отпустила маму, пошла взять салфетку. – Ничего, я сейчас чайку заварю, – она пошла к плите, – ты обедала? Ты голодная? – Нет, – мотаю головой, сажусь на стул, – я не хочу есть. – Что-то ты бледная какая-то, а ну, – оно подошла, положила руку мне на лоб, – как бы не заболела. Уходи от него, даже не раздумывай. Смотри, какой отыскался. Такую красавицу променять на кукую-то лахудру, – мама у стойки готовит мне чай и причитает, – Ты её знаешь? – повернулась и подозрительно на меня посмотрела, прямо в глаза, как будто сейчас сама всё в них увидит и выпалит имя любовницы моего мужа. – Нет, не знаю, – говорю поскорее, чтобы пройти эту стадию и к ней уже не возвращаться. – Вот, что значит молодые девки в салоне, а я тебе говорила. За таким как твой Егор глаз да глаз надо. Вон у Наташки, муж как муж. Работает, только на неё и смотрит, такой не загуляет. А у тебя? Вот, получи красавца. Я говорила, помнишь, я говорила, когда ты с ним на свидание бегала – такой себе цены не сложит. За ним бабы косяками будут бегать, пока ты дома будешь ему пирожки печь… – Мам, я беременна, двадцать пять недель, – сморкаюсь в салфетку. – Ох! – схватилась она за бок и села на табурет, глаза выпучила, я аж вскочила со стула. – Мамочка, что с тобой? – Вера, немедленно возвращайся к мужу.