Глава 21. Майя

– Боже, детка, ты спала или вагоны разгружала?

Лидия заранее предупредила, чтобы я её не будила. Ключ оставила в вазе, комнаты выделила. Я написала, что буду не одна, но тётю это не смутило. Правда, я не уточняла, что это мужчина.

Я заснула сразу, как только свалилась на кровать. Проспала несколько часов, но ощущения такие, что действительно уголь таскала. Лишь на секунду прикрыла глаза, а уже утро.

– Да-м, – качает головой, придирчиво рассматривает меня. – Ты от кого бегать собралась?

– Бегать? – переспрашиваю, присаживаясь за стол. – Вы уже знаете?

– Что знаю? Пока я говорю про то, во что ты вырядилась. Кто ж так, Май, к людям выходит?

Недовольно одергиваю рукава серой кофты. Я натянула спортивный костюм. Главное, что удобно. А кому какое дело как я по дому хожу? Уж точно не перед Рязановым наряжаться.

– Рассказывай, – Лидия разливает по кружкам кофе из турки. – Почему решила ко мне со своим любовником приехать?

– Что? – кашляю, подавившись напитком. Язык и губу обжигает, капли куда-то в лёгкие попадают. – О чём вы?

– О ком, деточка. Ну, я всё-таки девушка любопытная. Решила заглянуть посмотреть, кого ты привезла. А там симпатичный парень. Одобряю. Не переживай, прикрою. Презервативы нужны?

– Я замужем!

Возражаю, хотя это ведь не имеет значения. Но намёки Лидии совершенно неуместные. Я никогда не давала повода, чтобы за моей спиной сплетничали или сомневались в моей верности.

Да, мы с Владом разведёмся, но ведь тётя об этом не знает. А тут так легко предположила, что я сбежала на отдых с любовником. Ещё и к ней приехала для прикрытия!

– Боже, Майя, – тётя обходит стол, оказываясь за моей спиной. Обнимает меня, быстро клюет в щеку. – Что ты такая напряженная? Я поняла, что это знакомый твой или водитель. Любовника бы в своей комнате поселила. Хотя… Всё равно симпатичный.

– Отдаю, – буркнула, расслабившись. – Мне не нужен.

– Нет, детка, я люблю мужчин постарше. А с молодыми и горячими вечно проблемы и нервы. Так, расскажешь почему на самом деле приехала?

Я киваю, но беру паузу, чтобы собраться с мыслями. Моя поездка – довольна рисковая. Лидия не близкая подружка, которая поможет. Но пытаться нужно, если я хочу выбраться.

В конце концов, не побьют же меня за вопрос. Даже если теть Лида расскажет всё моему отцу, то он и так должен был догадаться, что я ищу компромат.

– Я развожусь с Владом, – произношу главное. – И я хотела узнать…

– Конечно! – женщина тут же кивает, заправляя светлые волосы за ухо. – Без проблем, солнышко. У меня лучший адвокат, все мои четыре развода оформлял. Заберет всё, что тебе полагается.

– Нет, вы не поняли. Мне не адвокат нужен. Хотя, наверное, он тоже не помешает. Но проблема не в муже, а в отце. Он против этого развода и… Скажем так, воспринял эту новость не так хорошо.

– А от меня что нужно? Яна никто образумить не может.

– Но он вас не трогает. Не читает морали, не контролирует. Я подумала, что может, у вас есть… Информация? Совет? Подсказка, как сделать так, чтобы он не лез в мою жизнь.

Тётя замолкает. Рассматривает меня с нечитаемым выражением лица. От повисшей тишины мне становится неловко. И стыдно, да. Что в двадцать четыре я все ещё не могу выбраться из-под опеки папы.

От волнения кусаю губу, делаю частые глотки кофе. Наверное, стоило начать издалека. Завуалированно, мягко, выведать между разговорами. Но желание закончить всё быстрее сжирает изнутри.

– Есть и совет, и подсказка, и даже информация, – наконец произносит Лидия, я выдыхаю. – Всё зависит от того, на что ты готова.

Я хмурюсь, не понимаю про что конкретно говорит тётя. Сейчас будет какая-то цена за её помощь? Или баш на баш… Взглядом прошу продолжить, объяснить.

– Я дважды вышла замуж перед тем, как брат от меня отстал, – хмыкает Лидия. – И то, это были сложные разговоры и большие деньги. Если захочешь спорить с Яном, то готовься к тому, что с семьей общаться не будешь…

– Но от вас же не отреклись!

– А я не дочь, милая. Бедовая сестра, которую не он воспитывал. Так, пятнышко на его безупречной репутации. А ты… Тебя он любит, не готов отпускать. Слишком много в тебя вложил, чтобы теперь терять. Понимаешь?

– То есть… Он должен потерять что-то другое, чтобы отпустить меня?

Именно об этом мы и говорили с Рязановым. Если будет что-то ценнее меня, то отец отпустит. Репутация, бизнес – в принципе, всё ему дороже меня. Нужно лишь найти информацию, чтобы он не осмелился меня трогать.

– Нет, милая, – тётя мягко сжимает мою ладонь. – Не он потерять должен.

– Не понимаю….

– Конечно, если ты вдруг найдёшь что-то интересное, что сможет его отвлечь – пожалуйста. Но, грубо говоря, сейчас для него ценна ты. И ценность твоя ведь никуда не денется?

– А должна? То есть, я свою репутацию должна потопить, чтобы меня не трогали?

Я фыркаю, подскакиваю на ноги. Тётя предлагает какой-то бред! Почему я должна в какой-то странный способ рушить свою жизнь, лишь бы от меня отстали?

Качаю головой, отходя к окну. Нет! Это самый ужасный совет. Ведь если я сейчас буду пускать скандалы вокруг своей персоны, то потеряю всё доверие. И когда начнутся интервью – мне никто не поверит.

Зачем такое советовать?

– Майя, я лишь предлагаю, – пожимает плечами. – У меня это сработало. Множественные браки, интрижки, свадьбы… Достаточно, чтобы Ян больше не лез. Ну и второй муж, конечно, хорошо меня защищал.

– Это не вариант, – заявляю категорично.

– Значит, готовься к тому, что ты всегда будешь дочкой Соловьева. Сегодня он отступит, а через пару дней вернётся. Ты не можешь бороться вечно.

– Мне и не нужно.

Провальная идея – приезжать сюда. От совета Лидии меня потряхивает. Направляюсь к выходу из кухни, грубо не прощаясь. Мне просто нужно на свежий воздух, подальше ото всех.

Она серьезно это предлагала? Или она с отцом общается? И помогает ему? Я могу рассказать обо всём, что происходило. Но ведь главное – то, чтобы это набрало шуму.

Если я превращусь в какую-то «наглую мажорку», то всё.

Никто слушать не будет.

Неужели тётя хотела меня подставить?

Меряю шагами веранду, застегиваю куртку. Утром в горах холодно, всё покрыто росой, а в воздухе весит запах свежести и травы. Делаю несколько шагов от коттеджа, потом возвращаюсь.

– Артём! – восклицаю, когда вижу мужчину на пороге. – Ты мне нужен.

– Прям нужен, Майина? – подмигивает, поправляя футболку. – Приятно. Всегда к твоим услугам. Что случилось?

Я пересказываю разговор, сама рассматриваю мужчину. Чуточку ненавижу его сейчас. Он выглядит бодро и хорошо, словно спал не пару часов, а всю ночь.

С каждым моим словом Рязанов всё больше хмурится, кивает машинально. Судя по взгляду – этот вариант ему не нравится. Хорошо. Потому что я не хочу пользоваться советом Лидии.

– Май, – тётя выглядывает к нам. – И её симпатичный инкогнито.

– Артём Рязанов, друг Майины.

Сам представляется. Сжимает протянутую ладонь женщины, прикасается к ней губами. Лидия смеётся и восхищается, а я закатываю глаза. Обольститель чертов.

– В общем, детка, я на процедуры, вернусь после обеда, – тётя информирует. – Ты пока подумай, а после мы поговорим. Ключи у вас есть, развлекайтесь, шумоизоляция здесь хорошая.

– Теть Лида!

– Ничего не знаю. Пока-пока.

Машет ладошкой и исчезает. И вот как её понять? То вроде весело поддевает и поддерживает то, что я приехала не одна. А с другой – дает абсолютно бессмысленные ответы.

Я присаживаюсь на влажные деревянные качели, запрокидываю голову. Безоблачное небо удивляет синевой. Слегка раскачиваюсь, пытаясь обдумать сказанное тётей.

– Я с ней сам поговорю, – предлагает Артём. – Без эмоций.

– Хочешь сказать, что я слишком остро реагирую?! Нет, Рязанов! Я не буду топить саму себя.

– И я тебя услышал. Я всегда буду следовать твоему решению. Может, Лидия объяснит что-то, воспользуемся этим. Не обязательно ведь следовать её сценарию на все сто, но что-то можно подчерпнуть.

– Ладно. Эм… Если хочешь, я могу сварить кофе. Хотя ты выглядишь и без того бодро.

– Взбодрился. Звонили мои ребята. Пробили информацию по Божене. Точные записи медицинской карты пока не достали, но… Судя по всему, на неё действительно напали. В полиции заявление, возле палаты – охрана. Сняты побои.

– Папа говорил, что её не избивали!

– Синяки от хватки, это тоже фиксируют. В целом, твоя сестра в порядке.

– А беременность? Она беременна?!

– Пока не знаю. Знакомый врач, который может глянуть, пока не был на смене. Будут данные – я сразу тебе сообщу.

– Хорошо.

– Но, Майин, послушай меня внимательно.

Рязанов разворачивается ко мне. Ловит мою ладонь, которой я отгоняла мошек. Сжимает крепко, будто пытаясь привлечь мое внимание. Мужчина выглядит настолько серьезным, что я содрогаюсь.

Что-то плохое случилось, да?

Сглатываю, а после киваю, прося продолжать.

– Судя по всему, там взаправду опасаются повторного нападения, – произносит медленно. – Не представление для тебя. На Божену действительно напали. Если целью была не она, а ваш отец…

– То меня тоже могут тронуть?

Всевышний, неужели папа не врал?! Я была уверена, что это лишь попытка выманить меня. Взять под контроль и не позволить совершать глупости. А он, оказывается, переживал за меня!

– Тебя не тронут, – обещает тихо. Без улыбки, теплоты во взгляде – и этой серьезности я верю. – Но это значит, что глаз я с тебя не спущу. Ты должна постоянно быть рядом со мной.