Глава 36. Майя

– Кем ты себя возомнил?!

Я врываюсь в квартиру Рязанова, как только тот открывает дверь. Внутри сверкают молнии, удары сердца служат громом. Если бы ещё убивать взглядом можно было.

Одного охреневшего мужчину.

– Свободен, – Артём кивает охраннику, не сводя с меня взгляда. – И тебе привет, Майин. Как добралась?

– Иди к черту. Ты, кажется, перепутал меня с какой-то девкой? Я не собачка, чтобы бегать по первому твоему зову.

– Я и не сравнивал так. Но…

Хмыкает, щурится. В его медных глазах сгущаются краски. Артём, привычно, перенимает моё настроение. Подстраивается, и лава теперь плещется в нас двоих.

Мне хочется ему глаза выцарапать. Кричать, пока не оглохнет. Ударить так, чтобы сломать что-то. Потому что он не имеет права. Решать за меня, руководить.

Я ушла от этого.

Я – свободна.

Артём, который недавно казался спасителем, сейчас очередной надзиратель. Не помог организовать побег, а просто захотел заточить в другой клетке.

– Я уезжаю к себе, – шиплю змеёй, подступая. – А ты меня не останавливаешь, ясно? Ты больше никогда не посмеешь решать за меня. Понял?!

– А если нет?

– Тогда ты просто идёшь нахуй!

От собственной грубости мои щеки начинают пылать, толкаю мужчину в плечо. Меня разрывает на клочки, искусный хирург проводит по нервам, выталкивая наружу всё скрытое.

Как только я подумала, что Артём может быть приятным.

Как только ухватила свободу за хвост!

А Рязанов решил всё испортить.

– Пойду? – мужчина скалится. – Самоуверенно.

– Ты думаешь, я без тебя ничего не могу? – тон сменяется на ледяной. От постоянных контрастов меня начинает трясти. – Думаешь, буду терпеть такое отношение? Ты не единственный защитник в стране.

– Но ты пришла ко мне.

– Ты сам предложил помощь. Я тебе ни черта не должна! Если я не хочу к тебе ехать, то не еду. А если тебе плевать… То ты ничем не лучше их.

Поднимаю руки, чтобы снова толкнуть мужчину. Мне просто надо…

Взорваться.

Но Артём перехватывает мои запястья. Сжимает их, тянет меня на себя. Врезаюсь в него, смотрю на дёргающийся кадык. Поднять голову не решаюсь, страшно как-то.

Вот только Рязанов решает по-другому. Толкает меня к стене, прижимая собой. Надавливает, не позволяя вырваться. А в следующую секунду обрушивается поцелуем.

Не стихия, не нежность.

Взрыв!

Выплеск всех эмоций, которые внутри. Моя злость, его. Они смешиваются, ударным коктейлем бьют по мозгам.

Я кусаю его губы. Впиваюсь со всей дури, а мужчина рычит в поцелуй. Прижимает к себе сильнее, но не отрывается. Позволяет выплеснуть всё, что я думаю.

Царапаю его шею, он – сжимает мои ягодицы.

Давит на мою поясницу, а я – тяну его волосы.

– Не смей говорить такое, – Артёма потряхивает от гнева. – Не смей сравнивать нас, – повторяет, давит ладонью на мой затылок. – Просто, блдь, не смей.

У меня столько язвительных слов крутится на языке, но тот оказывается занят. Злые поцелуи – горящие, сильные, до нутра прошибающие. Чистая сверкающая ярость Рязанова только подкидывает дров в костёр.

Жалею, что сказал это, пусть и была зла. Но всё так навалилось, понесло. А привычка спорить с Артёмом никуда не делалась. Мы как спички – вспыхиваем рядом друг с другом.

Но сейчас я впервые задумываюсь, может… Всё не так, как я себе представила?

Мужчина будто чувствует мои сомнения, и сам отступает. Превращает наши поцелуи из способа ругаться в нечто приятное. Нежное и чуточку необходимое.

Бормочу, оторвавшись на секунду:

– Ты решил… Ты не можешь…

– Не могу.

Артём соглашается, прижимаясь губами к моему лбу. Не хватает, а обнимает. Не терзает поцелуем, а мягко обнимает, вливая в меня собственное спокойствие.

– Нам явно нужно научиться говорить нормально, – усмехается, поглаживая мои плечи костяшками. – Нельзя вести себя так, как будто мы подростки с бушующими гормонами. Пора это заканчивать, Майин.

– Нельзя вести себя как придурок, которой привозит меня сюда, если тебе захотелось. Я не…

– Нет, – качает головой, а после сжимает мой подбородок. – Сейчас мы начнём заново. Так что – нет. Я попросил привезти тебя сюда не просто так. Не по своей прихоти.

– Нет?

– Нет, – и чем чаще звучит это слово, тем ярче я улыбаюсь. – Ты меня проигнорировала, я это принял. Я умею принимать отказ, Майина. Тем более, мне дорога жизнь, а ты бы точно меня придушила. Была на полпути к этому. Даже Лиза бы тут не спасла.

– Кто такая Лиза?

Я не это должна была спросить, но вопрос вырывается сам по себе. Я не слышала это имя, а теперь какая-то девушка должна спасать Артёма?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Знакомая. Хирург. Жена моего друга, – объясняет, успокаивая. – Но суть не в этом. Тебе сегодня лучше побыть здесь. Соловьев послал охрану, чтобы забрать тебя домой.

– Почему ты сразу не сказал, Тём?

Нервно ерошу волосы, после пытаюсь их заправить за уши. Мужчина отступает, а я мерю шагами его прихожую. Где совсем недавно наезжала и ругалась.

– Ты не дала мне даже шанса, – Артём фыркает, а я чувствую укол совести. – Сразу набросилась и отвесила не лучший комплимент.

– Прости, – подаюсь вперёд, сжимая его ладонь. – Мне очень жаль, что я так взорвалась. Обещаю, больше не буду делать преждевременных выводов. Но почему Назар не сказал сразу?

– Боялся за свою жизнь? Ты выглядела устрашающей, Майин. Кроме того, он не в курсе всего. Я не отчитываюсь перед починенными.

– А, да, конечно. Так значит… Мой отец?

– Твой отец.

Устало вздыхаю. Я ведь только решила, что он уступил и всё будет хорошо, а тут сразу как удар по голове. Почему всё в жизни не может быть спокойно?

Артём жестом приглашает меня на кухню, я следую. Любопытство пересиливает тревогу, поэтому я осматриваю квартиру. Почти пустую, лишь мебель, но нет никаких примечательных мелочей.

Маленькая, скромная, безжизненная квартира.

– Я думала, что у тебя что-то более… Понтовое, – подбираю правильное слово, усаживаясь за барную стойку. – Неожиданно скромно.

– Это одна из корпоративных квартир, – отмахивается мужчина, останавливаясь возле чайника. – Хочешь что-то? Могу сварить кофе или сделать чай?

– Ммм… Кофе будет лучшим вариантом, спасибо. Так ты просто привёз меня на новое место?

– Нет. Я… Недавно съехал со своей квартиры, ещё не успел подыскать себе новое жилье. Так что временно тут. На столе планшет, можешь глянуть, там видео с регистратора. Две ложки сахара, да?

– Ага.

Артём так резко срывается на бессвязные предложения, что уследить сложно. Поэтому подтягиваю к себе планшет, снимаю блокировку. Хочу скорее понять, что там такого интересного.

Видео с регистратора?

Неужели что-то связанное с Владом? Только мне уже не нужны доказательства того, чем он занимался с моей сестрой.

Но нет. На видео – мой подъезд, обзор издалека. Словно машина припарковалась в сотне метров. Вглядываюсь, чтобы рассмотреть лица компании мужчин.

– Вот так, – Артём наклоняется через мое плечо, приближает. – Размыто получается, но хоть что-то. Корицу хочешь? Видео в реальном времени. Если смахнешь вправо, то будет запись с подъезда. Там они тоже ждут. Ты не голодна? Я планировал заказать доставку.

– Так, – смеюсь. – Ты знаешь, что за тобой сложно угнаться? Да. Хочу корицу и ужин. А ты уверен, что это люди моего отца? Может те, кто напал на Божену?

– Судя по моей информации, эти люди числятся в охране Соловьева. Некоторые так точно.

Я смахиваю вправо, в подъезде качество видео намного лучше. Получается рассмотреть даже морщинки на лицах охраны. Одного я узнаю. То ли Влад, то ли Вадим.

Папин охранник. Пару раз подвозил меня в университет, когда мой водитель болел. Остальных я не знаю, но его – да. Любые домыслы, что Артём придумал или не так понял, сразу развеиваются.

– Всевышний, – стону, роняя голову на руки. – Ну можно меня оставить в покое? Что ему даст похитить меня? Запрет в доме и никуда не пустит?

– Он так уже делал? – Рязанов напрягается, сжимая в руках турку. – Запирал тебя? Ты поэтому отменяла наши свидания?

– Нет. Чаще всего – я действительно не могла. Или вдруг отец придумывал планы на вечер. Он не держал меня силой дома, но я думаю, что мог бы. Он не пример отца года.

– Я уже понял. Но тебе больше не нужно беспокоиться по этому поводу. Я сделаю так, что он к тебе не подойдёт.

– Ах уж эти обещания.

Я выпускаю колючки просто так, с широкой улыбкой. Но Артём дёргается, сжимая челюсть сильнее. Скулы на его лице прорисовываются, превращаются в острые лезвия.

Жду, когда мужчина перельёт кофе по чашкам, а после поднимаюсь. Подхожу к нему, обнимая со спины. Этот шаг – как в пропасть сорваться, добровольно.

Я всё ещё не знаю чего хочу. От жизни и от Рязанова. Но его близость не вызывает отторжение, а тепло согревает, словно я годами замерзала в сугробе.

– Прости. Я пока учусь, – произношу, поднимаясь на носочки. Клюю его в щеку. – Учусь говорить нормально. Я очень ценю то, что ты делаешь. Не хотела, чтобы это звучало грубостью.

– Я знаю. Просто бесит. То, что он это делал с тобой, а твой муж это позволял.

– Влад…

– Мудак. Он мудак, Майина, – произносит, разворачиваясь. Сам меня обнимает. – Блядь, ты была с ним пять лет. Какого черта он за это время тебе не помог? Не сделал так, чтобы не боялась, а жила?

Я открываю рот, но ничего не могу сказать. Сглатываю, а после качаю головой. Обсуждать мужа с Артёмом невозможно. Раньше было сложно, но после всех этих поцелуев…

Словно я с любовником делюсь проблемами брака.

Но ведь всё совершено не так!

А Влад…

Он ведь защищал меня, как умел. Делал всё, чтобы я не стыкалась с отцом, меньше оправдывалась. Салманов не виноват, что хотел решить всё мирно, а не войной.

– Нет, он просто… – вздыхаю, подбирая правильные слова.

– Сука он. Ему просто было выгодно, что ты надломленная и в страхе. Так гораздо удобнее, я шарю.

– Всевышний! Чем удобнее? Ты говоришь ерунду. Влад делал всё, что мог. Зачем ему намеренно делать что-то во вред мне?

– Потому что, малыш, помоги он тебе стать сильной – ты могла уйти от него. А так, ты была привязана к нему.

– А ты, значит, сделаешь всё, чтобы я была сильной? Не боишься, что тогда не останусь с тобой?

– Нет. Я хочу, чтобы ты выбрала меня добровольно. А не потому, что уйти не можешь. Быть вынужденной или хотеть – это разные вещи, Майин. Подумай об этом.