Глава 37. Майя

Я выворачиваюсь из рук Артёма, откидываю накатившие эмоции. Обсуждать Влада я не хочу и не буду. Сейчас разговор про другое.

Вот только от навязчивого червячка избавиться не так просто. Вдруг мужчина не просто так это говорит, пытается докопаться до правды. Показать мне её.

Мог Влад просто отказать моему отцу во всём, обрубить любую связь? Да. Это бы помешало совместным проектом, но муж мог это организовать. Но я никогда не просила, а сам он не предлагал…

– Я сказать подумать, а не изводить себя, – морщусь, когда Артём вдруг щёлкает меня по носу. – Расслабься.

– Я тебе не щенок! – тру кожу. Не больно, но показательно хмурюсь.

– Это ты уже говорила. Кстати, у тебя вкусный блеск для губ. За ещё один поцелуй могу показать компромат на Соловьева. Но не всё. Мне ведь нужно что-то для шантажа?

– Меня шантажировать будешь или отца?

– Тебя разведу на поцелуи, его отважу. Всё продумано, малыш, не парься. Черт, кофе!

Тихий смешок срывается с моих губ. Артём сейчас напоминает юлу, которая без остановки крутится по кухне. Ставит передо мной кофе, тянется за мобилкой.

Дважды порывается заказать ужин, но зависает. На третий раз – звонит Назару, обсуждая с ними дела. Обещанный компромат мне тоже никто не показывает.

Такое чувство, что меня пусти на запретную территорию. Неизведанную, таинственную.

Не секрет, что у Рязанова проблемы с концентрацией внимания. Гиперактивность и всё, что поместилось взрывоопасной смесью во флакон.

Вот только, оказывается, Артём сдерживался. Все это время, даже когда мы ругались или его пальцы двигались хаотичными движениями.

Он – сдерживался.

А теперь я вижу его лучше, словно мутное стекло протираю. Цепляюсь взглядом за его волосы, растрепанные, тотальный хаос.

Футболка оказывается одетой навыворот. И задом наперед. А пальцы... Эти незаконно длинные пальцы продолжают перебирать все подряд.

– Что не так? – Артём замечает моё пристальное внимание, опускает взгляд. – Черт. Я уже засыпал, когда мне позвонили. Папка «Птичка», дальше – «Соловьев». Там все данные.

– Птичка, значит?

Мне смешно ровно до того момента, как мужчина решает исправить оплошность. Стягивает с себя футболку, выворачивает её налицо. А я…

Нельзя замужней женщине рассматривать бывшего так пристально. Но взгляд словно магнитом притягивает. Не отвести от тела Рязанова. Нельзя быть таким…

Таким!

Его тело не камень, нет. Гипс или глина, а заботливый скульптор уделил время каждому изгибу. Вечность прорисовывал эти кубики пресса, от которых дух захватывает. Глубокие линии косых мышц. Будто канаты натягиваются под загорелой кожей, стоит Артёму потянуться.

В этом нет ничего особенного. Мужское тело, не первый раз вижу. Но остроты добавляет то,  чье  это тело. У меня впервые появляется шанс рассмотреть Рязанова в таком ключе.

– Нравлюсь? – Артём напрягается, пытается играть мускулами. – Можешь не отвечать.

– Как, говоришь, папка называется?

Бездарно перевожу тему, резко отворачиваясь. Обжигаю язык горячим кофе, пряный вкус забивает рецепторы. Лихорадочно лажу в планшете, пока не нахожу нужную папку.

А там – десяток файлов, фотографий. Целое досье на моего отца. Его встречи, знакомства, заметки по тому, какие схемы может проворачивать. И как его на этом поймать.

Я жадно глотаю каждое слово, взгляд бегает по строчкам. Этого уже достаточно для громкого скандала, а если Артём организует доказательства – бизнес отца превратится в Титаник.

– Я не думала, что ты нашел так много, – шепчу, не отрываясь. – Это потрясающе, Тём.

Я должна чувствовать себя плохо, что готова так поступить с отцом. Но вместо жалости – ощущаю, как сталью наливается стержень внутри.

Всё больше и больше пьянящей свободы.

– Я ведь не сидел сложа руки, – мужчина хмыкает, упирается ладонями о стол. Снова за моей спиной, снова щекочет дыханием. – Ты хотела компромат – я его организовываю. Есть ещё пару темных моментов, но ребята ищут. Но ты и так можешь уйти, это просто подстраховка. Хоть до старости могу тебя охранять, не проблема. Кстати, о старом. Ты подала на развод?

– Артём, – накрываю его ладонь своей, оборачиваюсь. – Я никогда не видела тебя таким. У тебя что не фраза – на другую тему. Обычно ты более собранный. Всё в порядке?

– Я на кофеине сижу сутки, Майин. Больше даже. Мысли скачут попрыгунчиками. Ловлю – говорю, потом ловлю другую. Это сложно объяснить.

– Тогда, может, пойдешь спать? Ничего страшного, если мы обсудим это завтра.

– Я только кофе залил в себя, сразу не усну. Придётся потерпеть мой хаос немного. Так, развод? Да или нет? Адвокат молчит, сказал, что это между вами. А между прочим – я его нашел. Никакой благодарности. Китайцы зато были рады твоим услугам, там ещё одна встреча. А ещё…

– Тише.

Я поднимаюсь, давлю на плечи Артёма. Усаживаю его на моё место. Теперь я нависаю, кончики пальцев покалывает от тепла его тела. Наглею, задевая короткие пряди волос.

У меня голова кругом идёт от того, насколько мужчина активный сейчас. За этими его «попрыгунчиками» совершенно невозможно проследить. И я вижу, что самому Рязанову неудобно.

Он пытается поговорить спокойно, но… Просто его мозг работает по-другому. Мысли скачут. А я закипаю, взрываюсь вулканом за секунду. У каждого свои проблемы.

– Я подала на развод, – произношу медленно. – Точнее, адвокат отнёс дело в суд. Зарегистрировал его там или что именно сделал – не уверена. Но процесс пошел. Китайцы – когда скажешь, я ведь работаю на тебя и свободна.

– Ладно, – шумно выдыхает, прикрывая глаза. – У меня сегодня действительно беда с концентрацией.

– Бывает, ничего страшного. Я просто не успеваю тебя ответить, но можешь тянуть меня в свой хаос.

Я пытаюсь подбодрить мужчину, но не жду, что он действительно сделает это. Потянет на себя, заставляя упасть на его колени. До того как успеваю подняться, Артём обнимает меня, а губами упирается в мой подбородок.

– Пошли спать? – предлагает, хотя сам недавно отказывался. – Поспим, а потом будем разговаривать.

– Я не буду спать вместе с тобой.

– Будешь. Здесь только одна кровать, Майин. Придётся делиться.

– Я могу поехать в отель.

Я не собираюсь спать с Артемом в одной кровати, потому что так получилось. Я вообще не собираюсь этого делать.

Наверное.

– Не можешь, – мужчина качает головой. – Там легче устроить потасовку и хаос. Здесь ты будешь под моим постоянным контролем. Нет. Не контроль. Наблюдение. Защита?

– Защита подходит. Но... Тогда в отель можешь поехать ты, а за мной присмотрит Назар. Раз я обязательно должна остаться тут.

– Так, Птичка. Ты либо очень не любишь Назара, что заставишь его спать на стуле. Либо включишь сострадание. Оба варианта мне не нравится. Все. Решено.

Рязанов поднимается вместе со мной, сжимая мои ягодицы ладонями. Удерживает на весу, двигаясь к спальне.

На наглом лице – довольная улыбка. Кот, объевшийся сметаны. И планирующий сожрать меня.

Птичка же.

– Артем, – тяну его имя с укором. – Я...

– Выключай панику, – закатывает глаза, мягко роняет меня на кровать. – Я обустроюсь на кухне, все равно поработать нужно. Твоя честь в безопасности.

– Я хотела сказать, что я в грязной одежде. Мне нужен душ и твоя футболка. И кровать, раз уж ты уступил ее полностью.

– Разве? Не помню такого. Я брежу иногда от недосыпа, не стоит воспринимать это всерьез.

– Ничего не знаю.

Я быстро принимаю душ, забрасываю свой костюм в стиралку. Футболка Артема большая, свисает с моего плеча. От нее пахнет только порошком. И я чувствую укол неожиданного разочарования.

Рязанова я все-таки пускаю в кровать. Потому что выглядит он не лучшим образом. Действительно уставший.

А несколько подушек отлично справятся с ролью границы. В конце концов не сексом же мы собираемся заниматься.

Но даже присутствие мужчины волнует. В комнате темно, но я вижу очертания его тела. Слышу дыхание.

Чувствую, как Артем постоянно переворачивается с бока на бок.

Это я должна нервничать. Я впервые в кровати не с моим мужем. И пусть это без особого подтекста, но...

Эмоциям этого не объяснишь.

– Я пойду на кухню, – произносит уставши. – Не могу пока заснуть. И тебе не даю.

– Из-за кофе?

– Вроде того. Нужно время, чтобы мозги разгрузились. Почитать что-то, поговорить, посмотреть.

– Поговорить? Ну, ты не рассказал, почему вдруг съехал со своей квартиры. Ремонт?

– Нет. Блин, Майина, умеешь сложные темы задавать. Ладно. Я тебе кое-что скажу, а ты обещаешь не делать поспешных выводов?

– Обещаю.

Я скрещиваю под одеялом пальцы. Слишком уж тревожно звучат слова мужчины. Он знает, что рассказ меня выбесит.

Мой разум начинает пощипывать, сердцебиение чуть ускоряется. Словно всё тело заранее готовится к скандалу.

– Ладно, – делает паузу. – Дело в том, что я женат.