Глава 54. Майя

Первое, что происходит – в ресторане воцаряется тишина. Нет, музыка играет дальше, гости разговаривают. Но когда они замечают меня, резко замолкают.

Как будто волна безмолвия накрывает всех.

Оу, Майя Салманова заявилась на день рождения с любовником?

Я вздёргиваю подбородок, улыбаюсь ещё шире. Мне не стыдно, ни капельки. В любом случае это общество вряд ли останется моими друзьями. Я больше не должна соответствовать чужим ожиданием.

– А вот и именинница! – тётя громко всплёскивает ладонями, приближается ко мне. – А мы уже заждались. Какая красавица. И не скажешь, что постарела на год.

– Тёть Лида, – не уверена, рада я её видеть или нет.

– Лидия, сколько можно повторять?

Тётя целует меня в щёки, с силой сжимает мои ладони. Будто безмолвно дарит свою поддержку. Это приятно.

Мы не то чтобы друзьями расстались. Но, с другой стороны, Лидию я понимаю. Она сделала всё, чтобы самой вырваться из капкана. И мне ничего не должна.

– Здравствуй, дорогой, – тётя целует в щеку и Артёма, что-то ещё говорит.

Шёпот возобновляется, я замечаю, какими взглядами одаривают наше трио. Да, у тёти своя репутация. Теперь её приписывают и мне. Но… Плевать. Совсем не задевает.

Раньше я тряслась над каждым действием. Всевышний, я боялась лишний шаг сделать, чтобы не получить неодобрение. Потому что было чревато наказанием.

А сейчас…

Пусть шепчутся. Пусть хоть свои легенды придумывают.

Наверное, об этом говорила тётя Лида! Когда советовала угробить свою репутацию. Не про то, что я себя подставить должна. Просто репутацию не жаль, когда тебе плевать на тех, кто судит.

– С днём рождения!

Народ немного оживает, по очереди подходят парочки, старые знакомые. Поздравляют, но их цепкий взгляд каждую клеточку изучает. Разговорами пытаются выудить побольше информации.

А у меня в голове будто что-то щёлкает. В первую секунду мне хочется ощетиниться, но потом я беру себя в руки. С улыбкой рассказываю малознакомым людям почти всё.

– Так получилось, – невинно пожимаю плечами, беру бокал с шампанским. – Брак распадается, люди расходятся.

– Но вы ещё не развелись! А это…

– Развод дело времени, это ведь не происходит за час. Хотя, конечно, мы с Владом давно подали заявление. У него своя жизнь, у меня своя.

– Да-да.

Всего несколько гостей подходят без личного интереса. Им, по-честному, плевать на внутренние интриги. Поздравляют, шутят, даже делает комплимент тому, что мы с Артёмом прекрасно смотримся вместе.

Мужчина всё время рядом со мной. Я чувствую его баснословную поддержку. Поэтому даже не дёргаюсь, когда нахожу взглядом семью.

Все они стоят поодаль, возле бара. Хмурые, разозлённые. Отец с такой силой сжимает бокал, что я почти слышу треск стекла. Его глаза обещают мне наказание.

А я улыбаюсь. Киваю семейству, не обращая внимания на то, как сестра стоит близко к Владу. Или пытается стоять? Потому что муж отходит в сторону, смотрит так же, как и отец.

Неужели всем так интересен мой спектакль? Пожалуйста, дорогие родственники, наслаждайтесь. Премьера и финал одновременно.

Одна лишь мама улыбается.

– Я отойду, – предупреждаю, Артёма. – Боюсь, девушки с тобой сплетничать не будут.

– А ты сплетницей стала? – глаза мужчины блестят. – Я даже не подозревал, что ты такой бываешь. Валькирия.

– О, Тём, ты обо мне столько всего не знаешь.

– Не терпится узнать.

Мне тоже. Я сама себя удивляю. И мне это нравится. Как слова потоком льются, сами находятся. И с каждой минутой мне становится всё легче.

Я подхожу к компании женщин постарше. Они, в основном, ровесницы отца, если не старше. И ужасные сплетницы, это я прочувствовала на себе.

Меня воспринимают в штыки, хотя и фальшиво улыбаются. Но слово за слово мне получается вывести разговор на нужную тему. Так легко!

– Понимаете, мы не сошлись в самом главном, – притворно вздыхаю. – Я очень хотела детей, а Влад всё не хочет. Но часики ведь тикают?

Я ненавижу эту фразу, правда! Но зато женщины поджимают губы, сочувственно кивают. Для некоторых тема действительно важна, и я получаю поддержку.

А если всплывёт про то, что у мужа двое на стороне – ух, это маленький контролируемый взрыв, который утянет Влада на дно.

Я не хочу вмешивать Лёву. Он не заслужил. Маленькое рыжее счастье достойно только лучшего. И я надеюсь, что муж хотя бы это понимает. Не станет доводить до подобного.

– Оу.

Женщины замолкают, стреляют взглядами за мою спину. Краем взгляда я замечаю, как напрягается у стены Артём. Даже оборачиваться не нужно, чтобы понять, что происходит.

Но я оборачиваюсь. С улыбкой, прямой спиной. Всем показываю, что приближения мужа меня не пугает. Не я гулящая жена, чтобы чего-то стыдиться.

Влад застывает рядом, ему явно не по себе. Не знает, как стоит поступить. А это привлекает всеобщее внимание.

Как стервятника ждут скандала, чтобы растаскать детали.

Либо моя история подтвердится, и я выиграю.

Либо Влад испортит всё.

– Привет, – мой голос звучит радостно, делаю шаг навстречу. – Я так рада, что ты смог приехать.

Не даю себе времени одуматься. Отбрасываю подальше отвращение и злость. Удивляю всех, и себя в том числе.

Подхожу к мужчине, обнимаю его. Влад обнимает в ответ рефлекторно. Его тело напряжено, а движения нервные. Муж точно этого не ждал.

– Не поздравишь? – подкалываю, провожу ладонью по его плечу.

– С днём рождения, – произносит хрипло, прокашливается. – Поздравляю, Майя.

– А комплимент?

– Ты прекрасно выглядишь.

Произносит чуть громче. От нервов, наверное. Зато все прекрасно это слышат в воцарившейся тишине.

Видят то, что мне было так нужно.

Я спокойно говорю с мужем, он делает комплименты. Никаких драм, драк и прочего. Сплошной современный подход к расставанию.

Даже если кто-то и наречёт Влада святым, что он меня прощает, то это уже мелочи. Потому что наше воссоединение ему не простят.

Быть благородным – одно дело.

Рогоносцем – уже не так весело.

А учитывая то, какую наживку я уже забросила, однозначных выводов не будет. И явно никто не забудет, если Влад вернёт жену домой.

Не им решать, конечно. Ничего не сделают, демонстративно своё отношение не покажут. Но осуждать будут. Долго, ярко, в мельчайших деталях.

Всё то, что мой отец так не любит.

– Поговорим? – предлагаю первой. – Через полчаса, ладно? Невежливо бросать гостей так быстро.

– Тебя теперь вежливость волнует? – сжимает челюсть, льдисто-голубые глаза напоминают айсберги. – Ты заявилась здесь с этим…

– Не порть мой день рождения. Не я здесь виновата. Никто не запрещал тебе взять твою любовницу. Или пять лет маленький срок, чтобы наконец вывести её в свет?

Я говорю тихо, скулы болят от постоянных улыбок. Но даже если услышат – пусть. Я сегодня удивительно щедра на горячие темы.

Я чуть отстраняюсь, убираю ладонь. Она подрагивает от желания зарядить Владу пощёчину. Или потянуть его галстук-бабочку, удушить.

После того как муж попытался меня отдать отцу…

Силой забрать!

Он надеется, что я буду вести себя как старая Майя? Поверю в любую чушь, со страхом каждое слово выдавлю, чтобы вдруг не нарваться на неодобрение отца?

Артём был прав. Как бы не прискорбно было это признавать. Влад давно мог расчертить линию. Отделить меня от отца.

Да, я была совершеннолетней. Но сломанной. Никто не подсказывал, как склеить себя обратно. Не помогал. Мне нужен был небольшой толчок, чтобы выплыть из этого болота.

Но мужу, похоже, было выгодно, чтобы я тонула.

– Ой, Лика!

Я замечаю подругу, сбегаю к ней. Не особо горю желанием слушать её нотации, но мне нужно двигаться. Создавать активность.

Как акула. Остановка – это смерть.

А в этом зале ещё полно рыбки, которую мне нужно обработать.

– Не могу поверить, – Лика шипит, тянет меня к бару. – Ты меня поражаешь, Майя. Двойной виски, – бросает заказ. – Я не могу на трезвую это выдержать. Ты будешь?

– Нет, – качаю головой. – Шампанского мне достаточно. И разве ты сама не говорила, что изменила мнение.

– Оу, да, но… Атмосфера такая накалённая, это меня убивает.

Лика звонила мне эти дни, извинялась за свои резкие слова. Обещала, что примет мой выбор, не ей судить. Приглашала пообедать снова, поговорить.

Я отказалась. Несколько раз. И от ужина, и от девичника, на который подруга так пыталась меня вытянуть.

Во-первых, не хотелось. Вот совсем. Я проводила время с Артёмом, это было приятнее. А во-вторых, чтобы было в этом не так. Нутром чувствовала, что не нужно в это лезть.

Я заказываю себе минералку, жутко хочется пить. Я весь вечер хожу с шампанским, которое не пью. Но вызывать подозрения не хочется.

– Сделаю вид, что мне очень жаль прерывать ваши девичьи разговоры, – Рязанов прижимается ко мне со спины. – Но я украду именинницу. Важный вопрос.

– Конечно, – Лика кивает, поморщившись.

Не-а. Ничерта она не приняла мой выбор. Её право.

Мы с Артёмом направляемся к выходу из зала. Замечаю его друзей – Марка и Адама – в обществе красивой девушки. Мужчины замечают внимание, подмигивают.

А потом эта девушка направляется к другим гостям, что-то бурно обсуждает.

Ой, кажется у меня тут целый штат для сплетен собрался.

– Да, – слышу шёпот мамы. – Так грустно. Майя так деток хотела, с первого года брака. А Влад…

Улыбаюсь. Ликую. Спасибо, мамуль, что хотя бы сейчас на моей стороне. Я это действительно ценю.

После душного зала – в коридоре я практически замерзаю. Позволяю себе выдохнуть, сбросить маску.

Я вроде ничего не делала, но жутко устала. Кто бы знал, что притворяться настолько сложно. Всю энергию на это направила, а ещё ничего не закончилось.

– Твой отец предложил место для разговора, – сообщает мужчина, мягко массируя мой затылок. – Я выбрал другое. Здесь есть небольшой банкетный зал, готовят к завтрашней свадьбе. Нас пустят ненадолго.

– Уже и договорился?

– Да, подумал, что так тебе будет спокойнее.

– Спасибо.

Артём прав. Я не собираюсь оставлять отцу никакого преимущества. И мне было бы неуютно на его территории. Пусть это и просто какой-то зал ресторанного комплекса.

Живот жалобно урчит, когда я провожаю взглядом официантов с мясными стейками. Гости будут есть, а я бороться. Несправедливо.

– Проберёмся потом на кухню и украдём что-то, – предлагает Артём. – Я лично добуду тебе лучшее блюдо.

– Мой рыцарь.

Смеюсь, пока мы идём к нужной комнате. Мужчина щиплет меня за бок, притворно злится. А я дуюсь, пока не получаю порцию щекотки.

Так хорошо…

– Явились, – отец цедит.

Оу, он уже тут. Как и Влад. Видимо, они тоже не собираются давать мне преимущество. Раз помещение не их, так пришли первыми.

Но это им не поможет.

Артём выдвигает для меня стул, я сажусь. Делаю всё медленно, незаметно выдёргиваю для себя несколько секунд. Они помогают собраться.

– Предлагаю сразу к делу, – начинаю холодно. – Это меня достало. Я чётко сказала, что не буду играть по вашим правилам.

– Майина…

– Не перебивай.

Месяц назад я бы в обморок свалилась от мысли, что скажу это отцу. Да и сейчас всё внутри стягивает от остатков страха.

Но я держусь.

– Есть два варианта, – продолжаю. – Вы либо прекращаете весь этот бред. Либо я делаю так, чтобы вы прекратили.

– Вот как? – отец вскидывает брови, меня сметает его презрением. – Решила, что можешь со мной воевать. А силёнок хватит?

– Хочешь проверить? Я утоплю тебя в статьях. Одна вышла, вторую ты уже прочитал первым. Знаешь, сколько я их напишу? Я предупреждала, пап.

– Они закончатся. Утихнут.

– А твоя безупречная репутация? Она не переживёт. Но когда всё утихнет – вспыхнет заново, поверь. Иск против Соловьева, снова иск о домашнем насилии, подозрения в коррупции. Взятки ради строительства…

Перечисляю всё, что приходит на ум. Это лишь малая часть того, что раскопал Артём. Там есть другое, более грязное и тёмное, но даже этого хватает.

Я впервые вижу отца таким. Не растерянным, но очень близко к этому. Его уверенность утекает, кадык дёргается. Папа тянется к галстуку, но тормозит.

– Ты уже видел, – пытаюсь не показать, как пляшут мои нервы. – Мне ничего не стоит утопить свою репутацию ради того, чтобы потянуть тебя за собой. Я сделаю всё, что захочу. Тебя это тоже касается, Влад.

Сглатываю, во рту сухо.

Артём сжимает моё колено под столом. Но его поддержка больше не помогает.

Не в этом.

Тут я сама должна.

– Вы пострадаете больше, – обещаю, собравшись. – А мне репутация не так нужна. Поэтому либо мы воюем. Либо расходимся. Я получаю развод и больше с вами не вижусь.

– Развод? – Влад хмыкает, впервые заговаривает с момента, как мы оказались здесь. – Какой развод, Майя? Тебе его никто не даст. Ни один судья не одобрит. Ты беременна. Поэтому ближайшие полтора года будешь моей женой.