Глава 55. Майя

Кровь отливает от лица, Артём сильнее сжимает моё колено. Я застываю подобно кукле. Лицо мужа расплывается, едва могу рассмотреть.

Он ещё что-то говорит? Вроде губы шевелятся, но сердце бьётся так быстро и громко, что в ушах отдаёт пульсацией.

Откуда он знает?! Как?!

Неужели…

Я ходила в свою старую больницу. Там врач, которому я ни с кем не изменяю ещё с подросткового возраста.

Воображение рисует два варианта лжи. Либо Влад подкупил администрацию, чтобы мне соврали про беременность, и у него появился козырь в рукаве. Либо просто перепутали анализ с Боженой.

Вот только маленькая неувязочка. Я сама сделала тест, несколько, везде две полоски.

– Беременна? – слишком большая пауза для того, чтобы сыграть, но я пытаюсь. – Влад, ты пытаешься удержать меня какими-то выдумками. Суд этим байкам не поверит.

– Зато поверит справке из клиники. Или ты будешь врать, Майя?

– Вот как? – значит, в больнице просто продали мои результаты. – Но я всё ещё не понимаю каким образом тебя это касается?

– Ты серьёзно? Я отец ребёнка

– Прости, мне кажется я ослышалась. Ты? Отец моего ребёнка?

Я смеюсь, действительно. Нервно, но для других это выглядит достаточно убедительно. Прикрываю рот ладошкой, стараясь удержать всхлип внутри.

Неужели я действительно хотела родить этому мудаку?

– Я пила противозачаточные, Влад, – напоминаю, успокоившись. – Все пять лет нашего брака. И перестала принимать только после того, как мы разошлись.

– Но… – муж выглядит обескураженным. Словно не верит, что я бы решилась на беременность от другого. – Так быстро раздвинула ноги перед другим?

– Следи за языком, – Артём впервые вмешивается. – Майина беременна от меня, тебя этот ребёнок никак не касается.

Мне кажется, даже воздух потрескивает от злости Рязанова. Он едва сдерживается, я это вижу. Как сложно ему просто стоять в стороне, когда решается моя судьба.

Но я безумно благодарна за то, что он старается. Будто своей энергетикой делится, стараясь укрыть меня от всего плохого.

И слова Артёма… Они ведь звучат убедительно, он правда в это верит. Со всей готовностью берёт на себя роль отца, ничуть не раздумывая.

– Ты трахался с Боженой, – произношу холодно, почему-то все об этом забыли. – Я думала, так теперь принято. Спать с кем-то ещё. Или есть правила, которые я пропустила?

– Шлюха, – цедит отец.

– Захлопнись, – рявкает Артём.

– А ты ублюдок, – спокойно парирую.

При этом сжимаю руку Рязанова, чтобы тот не бросился с кулаками на отца. Не то, чтобы мне жалко… Но не хотелось бы дать повод для иска.

Это напоминает какой-то сюр. Меня пытаются обвинить во всех грехах, пока именно напротив меня сидят изменщики!

Оба хороши.

А виновата, как всегда, Майина.

Влад тянется за графином с водой, наливает себе в бокал. Пьёт жадно, его кадык резко дёргается. Хорошо. Пусть нервничает и злится.

Муж это полбеды. Куда больше меня пугает, что отец почти ничего не говорит. Словно выжидает удачного момента, чтобы нанести удар.

– Неважно, – наконец произносит Влад. Ослабляет галстук. – Это не доказать. Есть справка, остальное – детали. Ты беременна. Развод запрещён.

– Я могу сделать аборт.

Влад дёргается, отец щурится. Один Артём никак не реагирует внешне, остаётся таким же молчаливым наблюдателем.

Но его пальцы то сжимают моё бедро, то поглаживают, то выстукивают. Дыхание чуть ускоряется. Будто мужчина пытается

Я не представляла, что когда-то смогу произнести такие ужасные слова. Но отец добился от меня желаемого. Я стала достойной наследницей Соловьевых.

– Могу, – повторяю, опуская ладонь вниз. Переплетаю наши с Артёмом пальцы, глажу горячую кожу. – Но не планирую. Зато я сделаю другое – поговорю с судьёй. Нельзя насильно держать в браке.

– Ты всегда была слаба в законах, Майина, – презрительно бросает отец. – Лучше замолчи и не выставляй себя идиоткой.

– Ну, мне хватило обратиться к адвокату. А он просветил уже. Развод не дают, чтобы обезопасить мать с маленьким ребёнком. Немного глупо, но это детали. Вопрос в другом – мне это не нужно. У меня есть другой мужчина, у тебя любовница и двое детей. Этого будет достаточно, чтобы удовлетворить иск.

Снова тишина. Это уже начинает бесить. Меня словно считают совсем идиоткой, которая ни капли не подготовилась.

Разве они не поняли, что я изменилась?

Больше не буду верить на слово или пытаться заслужить чьё-то одобрение. Возле меня теперь есть человек, который безусловно меня поддерживает и лишь помогает достигать желаемого.

А отец и Влад всё пытаются затолкнуть меня в старые рамки.

– Я даю тебе шанс, Влад, – произношу устало. Хочется домой, вдвоём с Артёмом праздновать день. – Либо мы всё заканчиваем, любо я возвращаюсь в зал и дополняю нашу историю. Думаю, всем будет интересно послушать про ребёнка на стороне.

– Ты не станешь, – муж холодно улыбается, а мне становится мерзко. – Ты слишком любишь Льва, чтобы втягивать его в это.

– А ты говорил, что любишь мне, но в такую грязь втянул. Так что нет, я не отступлю. И, знаешь, конечно, они многое забудут. Измена, интрижка на стороне – с кем не бывает? Но роман с моей сестрой – нет, это не утихнет. Все обсуждать будут. Припоминать. У многих тут сёстры есть. Ни одна девушка не забудет. Тебя, пап, это тоже касается. Дочери Соловьева дерутся за одного мужчину. Салманов сразу двух…

– Майина! – отец хлопает ладонью по столу, поднимаюсь. – Ты маленькая избалованная дрянь, следи за языком. Нужно было лучше тебя воспитывать. Мало я тебя порол, раз ничему не научил.

– Или оставить меня с мамой. Моей настоящей матерью.

Отец дёргается, широко распахивает глаза. Даже рот немного приоткрывается от удивления.

Мам с тётей Лидой сдержали слово. Отец, похоже, действительно не знал, что это больше не тайна. И теперь пытается справиться с потрясением.

– Да, пап, я знаю. Может, теперь перейдём к сути дела? – предлагаю. – Я хочу всё решить быстро.

– Майя, при чём тут это? Ты собираешься разрушить нашу семью. Я уже говорил и повторю снова – я тебя люблю, а Божена…

– Хватит, надоело! Смени пластинку, Влад, – раздражительность зашкаливает, сметая любые границы. – Ах, люблю, ах, ты не так меня любила. А я так страдал, что шёл, споткнулся и случайно сунул член в твою сестру. Предлагаю прекратить этот фарс и закончить.

Щеку жжёт от взгляда Артёма. Он и так всё время смотрит на меня, но теперь это ощущается жаром под кожей.

Мужчина восхищённо улыбается, а вся моя язвительность быстро сдувается. Не стоило так говорить. Не потому, что мне стыдно перед кем-то. Просто я не такая. И не особо хочу уподобляться отцу.

Но иногда приходится опускаться до чужого уровня.

В конце концов, от дна намного проще отталкиваться.

– Всё дело в трастовом фонде, ведь так? – наслаждаюсь растерянностью на лицах мужчин. Какой же кайф, когда преимущество в твоих руках. – Да, я знаю и о нём тоже. Полагаю, он привязан к моёму двадцатипятилетию, я угадала?

– Да, – недовольно произносит отец, взмахивая рукой. – Думаешь, ты такая умная, Майина? Всё поняла и нашла себе защиту? Ты не более, чем зарвавшаяся малолетка. Сама ты ничего не можешь. Ты никто, поняла? Без помощи ты пустое место.

– Илоне ты то же самое говорил, пап?

– Не вспоминай об этой шлюхе.

– О. Я поняла. Она не осталась с тобой и сбежала, нашла себе другого мужчину. Променяла такого замечательного тирана на кого-то, кто её ценил. Черт. А ведь правда!

– Что именно, Майина?

– Девочки выбирают мужа похожего на отца. Вы два ублюдка, которые хотели иметь всё и всех. Вам можно жить на две семьи, но другие должны отмывать вашу репутацию после всей грязи. Поэтому скажи, пап, что ты любишь сильнее? Оскорблять меня или деньги?

Отец заинтересовано приосанивается, учуяв тему наживы. Замолкает, взмахом руки просит продолжить.

Мерзавец.

В этом его цель. Не репутация, не любовь ко мне. Голый расчёт и желание получить выгоду. Деньги, всё что его волновало.

– Я получу доступ к фонду вскоре, – блефую, не зная, что там вообще за порядок. Но попадаю пальцем в небо. – Сумма там внушительная. Я могу тебе отдать.

– Майя, – Артём пытается остановить меня, но я качаю головой.

– Ты ведь именно её так хотел? Я согласна. Частями и на  моих  условиях.

Сложить два и два было не так сложно, Артём здорово помог. Проверить пока нельзя, но я понимаю, что права.

Отец хотел получить доступ к фонду, вложить деньги в свой бизнес. Будь я всё ещё с Владом – даже слова против бы не сказала, согласилась.

Интересно, это было их соглашением изначально или так удачно сложилось? Влад меня контролирует, не даёт свободы, отец – всё ещё имеет власть надо мной.

Я всё ещё не понимаю выгоды мужа, но мне плевать. Любит так извращённо, просто псих или там двойное дно – абсолютно индифферентно.

Обсуждения затягиваются надолго. Я думала, что достаточно предложить сделку, как мы сможем всё закончить. Но не так всё просто.

У меня начинает трещать голова, в висках пульсирует огненная боль. Ещё и подташнивает. Но я держусь, чтобы не остаться проигравшей.

Артём помогает. Давит на какие-то точки на моём запястье, массирует. И берёт на себя основную часть разговоров. Спорит, продавливает, согласовывает.

Это уже детали.

Себя я себя отвоевала.

Осталось мирное соглашение подписать.

– ЗАГС, завтра в десять утра, – подвожу итог. – Подаём заявление и больше никаких переговоров, Влад. А ты, пап, не приближаешь ко мне. Не лезешь, не мешаешься, забываешь, что у тебя ещё одна дочь. Иначе никаких переводов.

– Майина, испорченная ты…

– Помни, что за каждое оскорбление ты будешь терять часть денег.

Отец тут же замолкает.

Может, он поэтом стал таким тираном?

Ощущение власти и победы пьянит. Я будто на крыльях лечу, когда мы покидаем ресторан. Дышу полной грудью, едва не танцую от радости.

Всё закончилось!

Закончилось же?

– Зря ты согласилась, – Артём не удерживается от комментария. – Твой отец не заслужил ни копейки с твоего фонда. Ты не должна ничего ему отдавать.

– А кто сказал, что я собираюсь? – невинно улыбаюсь. – Ты говорил, что всё равно нужно некоторое время для того, чтобы подготовить иски и компромат? Оно у тебя есть.

– Черт. Не думал, что можно влюбиться в тебя сильнее. Но с каждым разом ты затягиваешь меня всё глубже. Топишь в океане моей любви к тебе.

– Оказывается ты романтик, – смеюсь, когда мужчина притягивает меня к себе. Расслабляюсь. – Но если что… Я согласна тонуть вместе.