Эпилог

– Мой муж никогда об этом не узнает.

Повторяю себе, выбираясь из машины. Чувствую себя предательницей и воришкой, всё в одном флаконе. Или шпионкой.

Спину словно пронзает взглядами, так и тянет обернуться. Хотя я понимаю, что накручиваю себя. Просто страшно, что меня сейчас поймают на горячем.

Артём думает, что я на работе. И это заставляет меня иронично улыбнуться.

От бывшего мужа я скрывала, что работаю. От Рязанова – что нет.

Конечно, мужчина узнает. Просто чуточку позже. Мне нужно небольшое преимущество. А учитывая наблюдательность Тёмы – времени у меня не так много.

Я лечу по торговому центру, словно за многой адские гончие несутся. Но так и есть. Артём должен забрать детей через час и приехать сюда. А у меня ничего не готово.

– Простите, – едва не налетаю на парочку, которая резко затормозила. – Извините.

Впереди маячит нужный магазин, но мне приходится ненадолго свернуть в сторону уборных. А потом я ношусь по торговому центру.

Хорошо, что сегодня кеды натянула. Так удобнее рыскать по всем магазинам. Кто мог подумать, что в пятиэтажном торговом центре – так сложно найти одну вещицу.

Ещё и Артём пишет мне, а я, прикусив губу, вру ему. Рассказываю про завал в офисе и прошу заехать с детьми куда-то по пути.

Мы шесть лет в браке, можно ведь немного соврать, да?

Один разочек.

Ничего страшного не случится.

В любом случае Рязанов меня простит. И всё поймёт, когда узнает правду. Тем более что у меня есть в запасе несколько способов, как можно помириться с мужчиной.

Страстное утро, чтобы загладить вину.

Извинения, переходящие в секс на столе.

Сказать, что беременна я от него – работает единожды, но мы тогда были очень счастливы. Девяносто девять и девять процентов отцовства.

Жизнь не вовсе сука, Артём стал папой нашего ребёнка.

– Наконец, – радостно улыбаюсь, найдя нужный отдел.

После я скупаю уйму игрушек для детей, чтобы их занять, пока мы с Артёмом будем говорить. Серьёзно и долго, о важном.

У меня аж кончики пальцев покалывают от ожидания. Волнение пьянит гремучим коктейлем, теперь я хочу, чтобы Артём скорее приехал.

Усаживаюсь на лавочке возле фонтана, перепаковываю подарки. Для Тёмы у меня специальный сюрприз, и его нужно подготовить.

– Майя? – на меня падает тень, недовольно поднимаю голову. – Неожиданная встреча.

– Привет, Влад, – я откладываю коробочку в сторону, подвожусь. – Ты здесь…

– Не преследую тебя, не переживай. Заехал на обед, увидел тебя. Решил подойти.

– Угу. Поздравляю со свадьбой.

Мне неловко, не знаю, что сказать. Про что вообще говорят с предателями, которые раньше были самыми близкими?

Мы с Владом не общались. Семь лет тотальной тишины, которой я наслаждалась. Учитывая, что я оборвала почти все связи с прошлым, то общих знакомых у меня не осталось.

Про свадьбу Саламанова я услышала в новостях, краем уха. И только потому, что празднование помолвки закончилось огромным скандалом.

Не обошлось без Божены. Сестра до сих пор не угомонилась. Примчалась, устроила целое представление, пока охрана не вывела её.

Божена сделала аборт, когда поняла, что это не вернёт Влада. А потом сыпала проклятьями, что это виновата я. Мне пришлось сменить номер, и жить стало сразу легче.

Мне жаль сестру, на самом деле. Она явно нездорова, сложно винить, тут лечение нужно. Божену лечили и заграницей, но срывы происходят снова – это мне мама рассказала.

Давно уже сестру отправили в другую страну, чтобы жила там, но она как-то умудрилась вернуться.

Впрочем, это меня давно не интересует.

– Спасибо, – Влад криво ухмыляется, отводит взгляд в сторону. – Я тебя тоже поздравляю.

– Поздновато, – улыбаюсь, касаясь обручального кольца. Оно шесть лет сидит как влитое. – Но спасибо.

– Нет. Я про фонд. О нём на всех мероприятиях упоминают. Ты хорошо раскрутилась.

– А. Да. Спасибо большое.

Я долго не могла решить, что делать с деньгами трастового фонда. Они словно не мне принадлежали. И я не хотела снова за чей-то счёт жить.

Поэтому я организовала благотворительный фонд, который помогает женщинам, пережившим насилие.

У моей биологической матери получилось сбежать. Устроить жизнь заново, выйти замуж за обеспеченного мужчину, который во всём ей помог.

У меня рядом оказался Рязанов, который вытащил и показал, как можно жить по-другому. Не в тени прятаться, а идти напролом к тому, чего  я  хочу.

Но у многих женщин никого рядом нет, а собственных сил не хватает. А никто не должен терпеть ужасное обращение только из-за того, что некуда идти. Возможно, я не смогу помочь всём, но хотя бы жизнь нескольких девушек сделаю лучше.

– Ладно, мне пора, – произношу, когда молчание затягивается. – Рада, что у тебя всё хорошо.

– Помочь? – Влад кивает на пакеты. – Тебе будет тяжело, могу донести куда надо.

– У меня есть кому помочь.

– Ну, твоего охранника рядом нет.

– Мамочка!

Я улыбаюсь, когда ко мне бросается светловолосое чудо. Подхватываю сына на руки, прижимая к себе. Сын крутится, недовольно зыркает на замолчавшего Влада.

Ох, взгляд у Антона точь-в-точь отцовский. Артём так же отгоняет всех от меня, словно каждый мечтает украсть.

– Как видишь, моя охрана всегда со мной. Пока, Влад. Береги себя.

Мужчина хмурится, но уходит, даже не обернувшись на мою семью. И я благодарна за то, потому что следом ко мне несётся моё повзрослевшее рыжее солнышко.

– Тош, слезь! – Лев дёргает брата за штанину. – Майе тяжело.

– Тебя это почти никогда не останавливало, – муж треплет парня по волосам, а после произносит строже: – Лев…

– Уже беру!

Мальчишка фыркает, будто Тёма глупость сказал. Забирает с лавочки пакеты, подбирается, будто сразу старше становится.

Я с улыбкой наблюдаю за ним. Племянник повзрослел, но всё такой же тёплый и родной. Кажется, я люблю его только сильнее с каждым годом.

Сейчас, когда я сама стала мамой, я понимаю, что люблю Лёву ничуть не меньше, чем собственных детей. И очень рада, что у нас получилось забрать мальчишку.

Ведь Божена была на лечении, а Влад никогда не был заинтересован в детях. Лёва остался без присмотра.

А оставлять ребёнка с моим отцом… Для этого нужно жутко ненавидеть ребёнка, чтобы подвергнуть тому, через что прошла я сама.

– Я пойму, если это слишком, – боялась смотреть на Артёма, устроившись на краю кровати. – Но Лёва не виноват, не заслужил…

Я была беременна – на тот момент непонятно от кого – а тут ещё одного ребёнка хотела забрать. Я знала, что Рязанов всегда меня поддержит, но есть ведь пределы.

Оказывается, у мужчины их не существует.

Тёма просто согласился, притянув меня к себе. Ещё и отчитал, что я снова в нём сомневаюсь. Это стало финальной каплей клея, который собрал меня воедино.

Этот мужчина…

Он тот, кто поддержит меня и примет любой.

А я стараюсь отвечать тем же.

– Иди-ка сюда, герой, – Тёма забирает у меня из рук сына, опускает на пол. – Мой черёд обнимать маму.

– А я? – Соня дует губки. – Пап, я!

– Ну давай и ты, три секунды.

Я смеюсь, опускаюсь на корточки. Целую дочь в щёчки, потом притягиваю к себе сына. Они наваливаются вместе, после ещё и Лёва обнимает со спины.

Куча детей, и я невероятно счастлива.

Соня стала папиной принцессой сразу, как только родилась. Даже раньше, ещё когда мы узнали пол ребёнка. А после наша квартира превратилась в кладезь розовых платьев и единорогов.

И это Рязанов всё скупал!

Хотя…

Что с появлением Льва, ещё до рождения малышки, что с рождением сына спустя полтора года – Артём себя плохо контролировал.

Импульсивно покупал всё подряд, нервничал и беспокоился. Мы даже шутили, что нам придётся искать новую квартиру чисто для игрушек.

В итоге проблема решилась по-другому.

На нашу третью годовщину Артём купил дом.

Закончив с обнимашками, я, наконец, попадаю в руки мужа. Тот зыркает на детей, вынуждая их отступить и дать взрослым поговорить вдвоём.

– Будь я чуть более ревнивым, решил бы, что ты пытаешься сбежать от меня к бывшему, – Артём обнимает меня, незаметно для детей щиплет за ягодицу. – Проштрафилась ты, Майин.

– Отработаю, – обещаю, целуя в колючую щеку. – Забыл побриться?

– А ты с этими сорванцами пробовала что-то делать?

– Я даже работать умудряюсь. Рязанов!

Визжу, когда этот нахал шлёпает меня по попке. А после кусает в шею, нападает поцелуем на губы. Я смеюсь, обнимаю мужчину за шею.

Мне казалось, что в какой-то момент мы насытимся, чувства начнут тухнуть.

Но даже спустя семь лет – желание и любовь никуда не делись.

Разгораются всё сильнее.

– Кажется, ты и должна работать, – Артём хмыкает, рассматривая меня. – Не объяснишься, Рязанова?

– А ты? Вы же ещё в дороге должны быть.

– Решил сводить их в кино, раз ты опаздываешь. На самом деле, что происходит? Потому что мой мозг генерирует уйму вариантов. И всё не очень хорошие. Мне снова к тебе охрану приставлять?

– Ты не станешь так делать, – ни капли не боюсь, поглаживаю его затылок. – Новости хорошие. Я просто готовила сюрприз.

– Какой?

– Пока не решила – заслужил ты знать или нет.

– Нарываешься, – прижимается к моим губам. – Ну? Скажешь или мне пытки применить?

Пытки у Рязанова сущее наслаждение. Целует меня долго, пока жар не начинает клубиться в венах. Вспыхиваю от прикосновений, жалею, что мы сейчас не дома.

Можно было бы закрыться в спальне и…

– Мама Майя, ну фу!

Улыбаюсь, отрываясь от Артёма. Смущённо прячу лицо на его груди, пока остальные дети подхватывают «фуканье».

Лева называет меня то «мама», то «Майя», то «мама Майя». Тоже касается и Артёма. Мы не настаиваем, ничего не скрываем от парня.

У него есть родители, просто не могут быть с ним.

Если Влад или Божена захотят когда-то общаться с Лёвой… Всё зависит от них. Сестре нужно явно вылечиться, а бывшему мужу – действительно этого захотеть.

Но мы с этим разберёмся, если что.

– Давай отправим их в кино? – предлагает шёпотом, подмигивая. – Тут рядом хороший отель есть, что скажешь?

– Что ты озабоченный! – фыркаю, но уверена – блестящие глаза выдают меня с головой. – Кто хочет на мультик про дракона?!

Решение принимается единогласно. Мне немного тревожно оставлять детей одних. Лёва уже взрослый, Соне семь скоро. Но вот Тоше всего пять, он ещё устраивает встряски всём.

Но племянник обещает, что присмотрит и разберётся со всем. В крайнем случае позвонит нам.

– Я очень тебя люблю, – повторяю, обнимая его. – Ты у меня самый лучший, знаешь же?

– Ещё бы ты что-то другое сказала, мам, – фыркает, получая подзатыльник от Артёма. – Ну, пап! Я же любя.

– Так и я любя.

Мы отправляем детей в кинозал, убеждаемся, что всё хорошо. А после, как нашкодившие школьники, сбегаем из торгового центра.

Артём всю дорогу поглаживает мою коленку, а я общаюсь по работе. Оставлять офис без присмотра сложно, такие же дети, хоть и взрослые. Но моя заместительница справляется. Убеждает, что все переводы будут закончены в срок.

– И китайцы опять хотят вас, – отчитывается. – Через три месяца. Они всё переживают, что вас снова перехватят раньше.

– А проект долгий или пару встреч?

– Я уточню.

– Хорошо, если месяца на два или три, то я смогу. Если нет, то предложи им остальных переводчиков.

Я сама не знаю, чем так приглянулась той китайской делегации. Но с них началось всё, как начальная точка для новой жизни. Они стали и первыми клиентами в моём бюро переводов. Постоянными и очень щедрыми.

Шутят, что мы с Тёмой – мафия. Я нахожу клиентов для перевода, муж – их охраняет. Или наоборот.

А мы смеёмся, что нам ещё нужно найти кого-то, кто отелями владеет. Чтобы окончательно зациклить весь процесс.

– Эй, ты чего? – Артём косится на меня, сильнее сжимает колено. – Что случилось?

– Ностальгией накатило, – шмыгаю носом, часто дышу. – Всё хорошо.

– Точно? Майинушка, ты какая-то подавленная в последнее время. Мне стоит допытываться?

– Нет. То есть… Сейчас заедем в отель, и я расскажу. Только не переживай! Это от избытка чувств.

Муж странно поглядывает, мне кажется, что он уже сейчас узнает всё-всё. Так нечестно! Это должен быть сюрприз.

Я едва не впереди Артёма несусь в номер, крепко сжимая ручки пакета с главным подарком. И это вызывает ещё больше подозрений.

Поэтому, стоит закрыться двери, как бросаю мужу пакет.

– Открывай, – приказываю, скрещивая руки на груди. – Быстрее!

– Слушаюсь, босс. Так… Это намёк, что я себя как ребёнок веду? – интересуется, рассматривая погремушку. – Или… Блдь. Черт.

За игрушками для новорождённых муж находит самый главный подарок. Сжимает тест с двумя ярко-красными полосками.

В медных глазах восторг вспыхивает.

– Блдь, малыш.

Артём опрокидывает меня на кровать, накрывает собой. Зацеловывает моё лицо, после задирает платье. Скользит губами по животу, чуть отодвигает резинку трусиков.

– К чёрту дом, – фыркает, разгоняя возбуждение по крови. – Замок надо. Чтобы всех уместить. Давно знаешь?

– Ммм… Несколько дней? Ай!

Артём переворачивает меня на спину, кусает за ягодицу. А после зацеловывает, мягко поглаживает пальцами.

Я обнимаю руками подушку, едва не визжу от радости. Счастье – оно как огненный шар. Разрастается внутри, давит на грудь, греет сердце, лучики плавят кожу.

Не уверена, что можно быть счастливее.

– Люблю тебя, – шепчет Артём, раздевая меня. – Так люблю, Майин, пиздец просто. Сломала что-то во мне с первой встречи.

– Ты меня тоже… – стону, когда чувствую возбуждение мужчины. Его член упирается между моих ног, заставляя дрожать от ожидания. – Тоже…

– Сломал?

– Собрал заново. Я тебя очень люблю.

Закидываю руки на его плечи, прижимаюсь ближе. Мне хочется больше и больше, всё время. Как особая зависимость, когда со временем привыкаешь к дозе.

Артём медленно толкается в меня, ловит каждую мою реакцию.

Смотрим друг другу в глаза.

Наше дыхание смешивается.

Мы единое целое в эту секунду.

Сейчас и навсегда.

Конец