Восемнадцатая глава

— Ничего, — отвечаю, пожав плечами.

— Ваша поза тогда, в его кабинете, говорит об обратном, — Дима садится, и наши глаза оказываются на одном уровне.

— Это чистая случайность.

Он хмурится, но ничего мне не говорит.

— Мы один раз поужинали вместе и всё. Больше ничего не было, — говорю ему все как есть.

— Знаешь, я ещё никогда не был так зол. Думал, что не сдержусь и ударю его тогда.

— Ты поэтому так долго был у него в кабинете?

— Нет, Барцев рассказывал, где и когда я должен буду присутствовать в качестве ассистента на операциях, — он поднялся с пола и сел рядом. — Знала бы ты, чего мне стоило спокойно уйти из его кабинета.

— Ты голоден? — решила перевести тему.

— Слона бы съел!

— Тогда пошли.

Зайдя на кухню, я увидела следы оставленного мной безобразия.

— Подожди, я сейчас всё уберу и потом разогрею.

— Скажи мне, где веник и я помогу, — уверенно говорит Дима. — А ты пока грей.

Я принесла ему необходимый инвентарь, и вдвоём мы довольно быстро все сделали. Усадив его за стол, поставила перед ним тарелку щей.

— Сметаны? Хлеба?

— И того и другого, — кивнул он.

Приятно, когда едят с таким аппетитом. Когда Дима, наконец, был сыт и доволен, мы приступили к обсуждению нашего выступления на Международной конференции.

— Знаешь, я ещё никогда не выступала на таком масштабном мероприятии.

— А что в нём такого? Те же люди, только из другой страны. Они будут делиться своими навыками, мы своими. Относись к этому проще.

— Тебе легко говорить, а мне всё равно страшно. Вдруг я скажу что-нибудь не то?

— Даже если и скажешь, то что? Поверь, они забудут о тебе сразу, как только закончится наше выступление. Мы думаем, что люди постоянно что-то о нас думают, но это не так. Люди думают только о себе и зачастую, им нет никакого дела до нас, — он пристально посмотрел на меня. — И, даже если подумают, тебе то что? Ты, скорее всего, их никогда больше не увидишь.

— Наверное, ты прав.

— Не наверное, я тебе точно говорю. И потом, я же буду рядом, — Дима подмигнул и поднялся из-за стола. — Знаешь, мне бы очень хотелось остаться с тобой до утра.

От его слов меня бросило в жар.

— Но, думаю, сейчас я всё-таки лучше поеду домой. Сегодня был достаточно насыщенный на события день, поэтому хочу, чтобы ты всё окончательно взвесила, и, вот тогда, я тебя больше никуда не отпущу.

В моих мыслях был полный хаос. Но в то же время я была благодарна ему.

— Спасибо, Дим, — сказала я, когда мы уже практически стояли возле входной двери.

Он в ответ притянул меня к себе и нежно поцеловал.

— Завтра я в больнице, если не отвечу — значит, на операции. Как освобожусь, сразу перезвоню.

— Хорошо. До завтра.

Любимцев вдруг взял мою руку и, развернув её внутренней стороной, поцеловал моё запястье. Это действие вызвало дрожь, которая прошлась от макушки до пят. А он лукаво на меня посмотрел и вышел из квартиры. Кожа буквально горела от такой невинной ласки. Поспешила закрыть за ним дверь.

В итоге долго не могла уснуть, а когда мне всё же это удалось, то подсознание слишком ярко продемонстрировало мне то, что бы произошло, если бы он всё-таки остался.

Утром я собрала вещи и повезла их маме Рае в больницу. Ближе к обеду, к нам в палату заглянул врач и сказал, что позвонили из санатория. У них какие-то проблемы с машиной, поэтому трансфер отменяется и придётся добираться самостоятельно. Я позвонила Диме, но он, к сожалению, не ответил.

Решила заказать такси, но в этот момент мне позвонила Варя.

— Ксюш привет. Сто лет тебя не слышала. Как дела?

— Привет! Мне сейчас некогда, нужно заказать такси, чтобы отвезти маму Раю в санаторий.

— Так давай, я сейчас за вами заеду!

— Ок. Высылаю адрес.

Спустя час Варя была возле больницы. Во время поездки она слушала мой рассказ о произошедшем с тётей и очень сожалела, что её не было рядом, чтобы помочь.

— Да ладно, Варюш, чего вам возле меня день и ночь крутится. Молодость для того и дана, чтобы ей наслаждаться. И потом, знаешь сколько у Ксюши помощников… — она ей хитро подмигнула.

— Мама Рая! — возмутилась я.

— А что я такого сказала? Ах, девочки, наслаждайтесь жизнью здесь и сейчас.

Оставшаяся дорога пролетела незаметно, но я периодически ловила на себе взгляды подруги и понимала, что просто так она от меня не отстанет. Так и случилось. Стоило только оставить тётю на попечение сотрудников санатория, Варя тут же пошла в атаку.

— Итак, о каких помощниках говорила Раиса Серафимовна?

— Дима оказался рядом, когда я нашла маму Раю без сознания. Скорая не хотела её везти в больницу, и, если бы не он, не знаю, чтобы я делала.

— Про Медика-то я в курсе, а кто ещё? — она нетерпеливо ёрзала на сиденье, будь её воля, вообще остановила машину и провела допрос с пристрастием.

— Да это всё ерунда.

— Нет уж, подруга, колись, — она кому-то посигналила обгоняя.

— Никита, заместитель министра нашего…

— Ого! Никита? Подожди, это Барцев который? — она удивлённо на меня посмотрела. — Ну ты даёшь! Вот уж не ожидала…

— Да там и ожидать-то нечего, — я сложила руки на груди и отвернулась к окну.

— Конечно, нечего, учитывая, что мне вчера Матвей рассказал. И правду говорят, в тихом омуте…

Резко поворачиваюсь и пристально смотрю на неё.