Глава 16. Действуем по плану

Максимилиан дал нам выходной, чтобы мы разгрузили наши головы от напряжённой работы.

– Я сам закончу с инструментами, вам не стоит об этом волноваться, леди Белла. К завтрашней операции всё будет готово в срок, – улыбнулся он, отпуская нас домой.

Вместо того чтобы сидеть "в четырёх стенах", мы с Аоки и Кэнсином, решили посетить на рынок. Я хотела отвлечься от мыслей о запрете Сильвера и грядущей махинации. Лучше не дрожать от переживаний, а побаловать себя чем-нибудь вкусным. К тому же пришла пора пополнить кладовую запасами. Как ни пытался Грей пристроить к нам повариху и служанку, я каждый раз отказывалась. И без того чувствовала себя должной, и мне не хотелось напрягать Макса больше необходимого.

Рыночная площадь Краунхейвена представляла собой настоящий праздник красок и звуков. Торговые ряды тянулись, казалось, до бесконечности. Продавцы зазывали покупателей, на разный лад нахваливая свой товар, дети бегали между прилавками, а в воздухе витали ароматы свежей выпечки, специй и жареного мяса.

– Смотри, Белла-сан! – Аоки потянула меня к прилавку с тканями. – Какая красота!

Шелка всех цветов радуги переливались на солнце. Торговец, заметив наш интерес, тут же принялся расхваливать товар:

– Лучший шёлк с Южных островов! Специально для прекрасных леди! Посмотрите, какой блеск, какая мягкость!

Он ловким движением развернул рулон серо-стальной ткани, и та заструилась в его руках, словно вода.

– Из этого получится прекрасное платье для тебя, Белла-сан, – сказала Аоки с восхищением. – Цвет идеально подходит к твоим глазам.

Мы взяли несколько отрезов, Кэнсин-сан ловко перехватил наши покупки и положил во вместительную корзину. Мне было неудобно напрягать ученика, но тот с каменным лицом даже слушать не захотел.

– Изабелла-сама, вам не пристало носить тяжести, а для меня честь вам помочь, – только и сказал он.

Поблагодарив мужчину, перешли к продуктовым рядам. Там я выбрала свежие овощи, фрукты, специи и мясо для ужина. Всё купленное торговцы обещали доставить прямо на порог нашего дома ещё до заката.

Аоки, как оказалось, была прекрасным знатоком приправ: когда-то будучи женой, она, как хозяйка дома, следила за тем, что готовил повар, и теперь эти навыки пригодились.

– Попробуй эту, – она протянула мне щепотку красновато-коричневого порошка. – В Акацуки её добавляют к морепродуктам. Придаёт блюдам из них особый аромат.

Я вдохнула терпкий запах, действительно, необычный оттенок, наверняка подойдёт к рыбе. Выбор был огромен – от привычных мне земных трав до совершенно экзотических, свойственных только миру Элдерона.

Рыночная площадь не ограничивалась лишь торговлей: тут же выступали уличные музыканты, фокусники показывали нехитрые трюки с использованием простейшей бытовой магии, а в небольших палатках можно было перекусить.

Мы присели у лотка с выпечкой, заказав местное лакомство – пирожки с начинкой из сладких ягод, покрытые глазурью.

– Как думаешь, Аоки, – спросила я негромко, наблюдая за представлением, – у нас получится?

Подруга внимательно посмотрела на меня:

– Спасти пациента? Если кто-то и сможет, то только ты, Белла-сан. Уверена, всё будет хорошо.

– Твоя вера в меня, греет душу, – мягко улыбнулась я. – Но я имела в виду другое. Я о том, что мы собираемся нарушить прямой запрет лорда Сильвера, – тяжело вздохнула я.

– Больной человек нуждается в помощи, и ты её способна оказать. Потому все эти правила и запреты в данном случае – пыль, ничто. Жизнь важнее, – упрямо вскинув острый подбородок, прозвенел голосок Аоки. Кэнсин молча кивнул.

– Спасибо, – я благодарно улыбнулась ей. – Но рисковать придётся и Кристоферу – карьерой, уважением коллег. Надеюсь, он действительно поможет, а не подставит. А ещё волнуюсь за лорда Грея, он многое готов поставить на кон…

– Мне кажется, Кристофер – честный человек, и не предаст, – возразила Аоки. – Несмотря на свою резкость. А лорд Максимилиан… У меня о нём сложилось впечатление как о неординарном человеке, и он бы не стал что-то делать, если бы не был уверен в своих возможностях противостоять любой неприятной неожиданности.

– Да, наверное, ты права…

Вскоре мы продолжили прогулку, разглядывая товары и наслаждаясь атмосферой рынка. У лавки с украшениями остановились, привлечённые изделиями необычной формы.

– Нам бы не помешал артефакт холода, – заметила я. – Правда, он дороговат.

– Не одна ты получаешь жалование, – хитро подмигнула Аоки. – Раз уж в прошлый раз и сегодня именно ты потратилась на продукты, выходит, настала моя очередь что-то купить. И пусть это будет холодильный камень.

Квартал артефакторов находился на соседней улочке, первые этажи двухэтажных домов занимали мастерские. Заглянув в каждый магазинчик, остановились на том, где цена на артефакт холода оказалась чуточку ниже. Пожилой мастер с длинной седой бородой и удивительно молодыми карими глазами с удовольствием показал нам небольшой кристалл голубоватого оттенка в серебряной оправе.

– Устанавливается в кладовой, один кристалл на помещение размером не более двух шагов в длину и трёх в ширину. Для больших хранилищ потребуется дополнительный камень, – пояснил он, положив предмет перед нами на стол. – Поддерживает постоянную прохладу, предохраняя продукты от порчи. Энергии хватает на месяц, потом нужно прийти ко мне и подзарядить. За отдельную плату.

– А что, если кристалл разобьётся? – поинтересовалась я, вспомнив о хрупкости большинства драгоценных камней.

– Будьте осторожны в обращении с ним, и он не разобьётся, – улыбнулся старик. – Но если вы столь неуклюжи… – он хитро посмотрел на меня, – то можем добавить защитный кожух.

В итоге мы купили и сам артефакт, и защитный футляр к нему, а также несколько простых охранных амулетов для дверей.

– Для двух прекрасных дам, – сказал он, – эти амулеты будут полезны. Они не остановят серьёзного мага, но от воров защитят.

Довольные покупками, отправились домой. По пути встретили соседей: семейную пару целителей, работавших в другой лечебнице. Они тепло поприветствовали нас, и женщина, Марта, пригласила нас на чай в конце недели.

– Нам, лекарям, нужно держаться вместе, – сказала она с улыбкой. – Работа трудная, и иногда так необходимо просто поговорить с коллегами.

Я с благодарностью приняла приглашение.

Вернувшись домой, установили артефакт-холода в небольшой кладовой рядом с кухней. Кристалл тихо загудел и начал излучать голубоватое свечение. Четверть часа спустя температура в кладовой снизилась.

– Потрясающе! – я не могла сдержать восхищения. – Магия действительно сильно упрощает быт.

Доставили продукты, разложив всё по полкам, принялись готовить ужин. Аоки оказалась превосходной кухаркой! Блюда акацукийской кухни в её исполнении были настоящим произведением искусства.

Вечер провели за обсуждением предстоящей операции. Аоки внимательно слушала мои объяснения, задавая умные вопросы. Несмотря на отсутствие надлежащего образования, она быстро схватывала суть и проявляла искренний интерес.

– Знаешь, Аоки, – сказала я, когда мы заканчивали пить чай с булочками, – из тебя вышел бы отличный врач.

– Правда? – в её глазах мелькнуло удивление.

– Да. У тебя аналитический склад ума и отличная интуиция.

Подруга смущённо улыбнулась:

– В Акацуки женщинам непросто стать целителями. Это считается мужским делом.

– Здесь, похоже, тоже немало предрассудков, – вздохнула я. – Но мы докажем, что способны на многое.

– Обязательно докажем, – уверенно кивнула Аоки.

***

День операции выдался пасмурным. Низкие серые тучи нависли над Краунхейвеном, обещая к полудню дождь. Я проснулась задолго до восхода солнца, сердце билось ровно, без тревоги. Волнение, изводившее ещё вчера, испарилось, вместо него на меня снизошло привычное и благодатное спокойствие. Я не имела права на ошибку. Мои руки не имеют права ни на малейшую дрожь.

Аоки заварила душистый медово-травяной чай. А вот от яичницы я отказалась: никогда не ела перед сложными операциями. И вот мы летим в лечебницу. Кэнсин-сан ждал нас у подножия лестницы. Молчаливый, собранный, с решительным выражением лица.

– Всё будет хорошо, – тихо сказала ему я.

У стойки регистрации нас встретил Максимилиан, как всегда, с лёгкой улыбкой, светившейся в синих глазах.

– Всё готово, – кивнул он. – Магистр Бёрч уже здесь. Ждём только вас. Действуем по плану.

Мы поднялись по широкой лестнице в северное крыло. Операционное отделение располагалось в отдалении от основных палат, чтобы шум и суета не мешали сосредоточиться хирургам.

Два помещения, которые выбрало для операции руководство лечебницы, были соединены между собой стеклянной перегородкой.

Во второй комнате уже собрались зрители: лорд Юстас Сильвер в окружении нескольких старших целителей, ещё какие-то незнакомые мне лица, видимо, приглашённые гости из других лечебниц. И седовласый импозантный мужчина в богатых одеждах, которого все почтительно называли «Ваша Светлость». Кто бы это мог быть? Герцог? Или даже член королевской семьи?

В предоперационной переоделись в специальную форму, пошитую по моим эскизам. Для всей бригады подготовили набор: штаны и рубаха из тонкого льна, поверх них льняные же хирургические халаты чуть ниже колен с длинными рукавами, полотняные шапочки, прикрывающие волосы, и маски, закрывающие нос и рот.

Магистр Бёрч, одетый как и мы, смотрелся странно без своего элегантного костюма, но взгляд его оставался острым и внимательным. Он сам вызвался вводить наркоз, и затем следить за состоянием пациента.

Кристофер находился тут же, как обычно, сосредоточенный и серьёзный, с хмурым, тяжёлым взором тёмно-карих глаз. В белом хирургическом облачении, с маской, скрывающей половину лица.

– Как вы себя чувствуете, леди Элисон? – спросил он, останавливаясь рядом со мной.

Его вопрос удивил, неужели так проявляет заботу? Или просто хочет приглушить свою собственную нервозность?

– Всё хорошо, мастер Донован, – кивнула я.

Инструменты, созданные Максимилианом и Леоном, восхищали совершенством. Несмотря на отсутствие современных технологий, они оказались превосходно сбалансированными и заточенными. Скальпели нескольких размеров с лезвиями из особого сплава, сохраняющего остроту даже при контакте с костной тканью. Ретракторы разных размеров для разведения краёв раны. Зажимы для пережатия кровеносных сосудов. Полый металлический инструмент для отсасывания крови и жидкости (мой прообраз вакуумного отсоса). Тонкие иглы с шелковыми нитями для ушивания разных слоёв тканей.

– Шёлк кипятили шесть часов, как вы и просили, – тихо заметил Грей. – И все инструменты прокалили на огне, а затем погрузили в спиртовой раствор.

Я благодарно кивнула. Такие меры могли показаться чрезмерными для местных врачей, но Максимилиан, не задавая лишних вопросов, выполнил все мои просьбы.

– Пациент готов, – доложил Кэнсин-сан, распахивая перед нами дверь в операционную.

Лорда Зоуи уже переложили на стол: простую, но устойчивую конструкцию, модифицированную под наши нужды, лицом вниз в пронационной позиции. Его голова покоилась на особой подставке с прорезью для лица, созданной по моим эскизам. Данное приспособление обеспечивало беспрепятственный доступ к дыхательным путям молодого мужчины и позволяло магистру Бёрчу регулировать подачу анестетика. Под торс и бёдра пациента поместили мягкие валики, гарантирующие свободное дыхание и предотвращающие сдавление внутренних органов. Затылок, область предстоящей трепанации, удобно расположили для хирургического доступа.

Магистр Бёрч прислонил пропитанную эфиром маску к лицу уже введённого в седацию два часа назад аристократа, постепенно наращивая концентрацию испарений.

– Десять… девять… восемь… – начал отсчитывать алхимик. К середине счёта дыхание Зоуи стало размеренным, мускулатура расслабилась. Проверив зрачки специальным светящимся кристаллом, Бёрч удовлетворенно кивнул.

Зрители за стеклом притихли, когда все целители заняли свои места. Кристофер встал справа от пациента, я напротив него, Кэнсин-сан рядом с инструментами, готовый подавать их по первому требованию.

– Уважаемые коллеги, – громко и чётко произнёс Донован, обращаясь к наблюдателям. – Сегодня мы проведём процедуру по удалению опухоли головного мозга у лорда Арнольда Зоуи. Объёмное образование расположено в мозжечке и сдавливает жизненно важные центры. Любое магическое воздействие вызывает критическое ухудшение состояния пациента из-за близости крупных магических каналов. Подобный случай редкий, но уже дважды встречавшийся в моей практике. И раньше таких больных спасти не удавалось. Сегодня, впервые за всю историю нашего королевства, опухоль будет удалена без применения магии!

Я видела, что лорд Сильвер хмурится, но молчит. Остальные же начали бурно перешёптываться, с интересом глядя на необычные приготовления.

Кэнсин-сан обработал голову больного антисептическим раствором, приготовленным накануне под руководством алхимика. Кристофер, взяв бритву, аккуратно сбрил волосы в затылочной области, где предстояло делать разрез. Все движения команды были слаженными, каждый шаг загодя отрепетирован.

– Хирургическое поле подготовлено, – объявил Донован. – Приступаем. Трепан.

Кэнсин-сан подал Кристоферу трепанационную коронку (специальное приспособление для создания отверстия в черепе). Затаив дыхание, я смотрела, как коллега берёт инструмент…

– А теперь, – громко и чётко произнёс Крис, обращаясь и к зрителям, и к нам, – леди Изабелла Элисон, не так давно ставшая моей ученицей и уже отлично себя проявившая, проведёт основной этап операции под моим непосредственным руководством, – договорив, он сделал шаг в сторону, уступая для меня место у головы лорда Зоуи, и протянул трепан мне.

Даже будучи на расстоянии от тех, кто находился за стеклом, я ощутила недоумение высоких зрителей. Кожей почувствовала их острые взгляды на себе.

А после, приглушённые толстым стеклом перегородки, моего слуха коснулись возмущённые возгласы лорда Сильвера. Другие гости повскакивали со своих мест, громко протестуя против такого поворота событий. Только седовласый герцог, или кем он там являлся, сохранял спокойствие, с интересом наблюдая за происходящим.