Глава 22. И ещё немного

– Такие ожоги отличаются от обычных тем, что повреждают не только ткани, но и магоканалы. Поэтому к основному средству я бы добавила компоненты, восстанавливающие проводимость магической энергии. Например, измельчённый кристалл лунного камня, известный своими регенеративными свойствами для магических волокон; эссенцию голубого лотоса, которая гармонизирует потоки энергии; и экстракт корня мандрагоры, стимулирующий рост новых волокон в повреждённых каналах. – Я сама не заметила, как встала и, не обращая внимания ни на кого, принялась выхаживать перед экзаменаторским столом туда-сюда, заложив руки за спину. Рассуждала вслух, пытаясь нащупать верный ответ. – Ещё важно включить нейтрализатор остаточной магической энергии: порошок обсидиана или настойку чёрной розы, чтобы предотвратить дальнейшее повреждение тканей.

Мортемар скуксился, но кивнул.

Бёрч же улыбнулся ещё шире:

– Прекрасный ответ! Теоретически обоснованный и практически применимый! – он повернулся к ректору и остальным членам комиссии. – Профессор Вистар, коллеги, вы уже все знаете, что леди Элисон принимала активное участие в получении эфира для операции лорда Зоуи. Её знания в области алхимии превосходят уровень многих наших выпускников. Более того, – он снова обратился ко мне, – я должен вас проинформировать: формула эфира и способ его применения были запатентованы мной в Королевском патентном бюро. Леди Белла, вам, как автору в конце года в качестве вознаграждения будут выплачивать процент от использования этого изобретения из государственной казны. Вы уже вошли в историю медицины Альбириона. Примите мои поздравления!

Я едва челюсть на месте удержала, и, не скрывая удивления, поблагодарила алхимика:

– Спасибо, магистр Бёрч. Это… очень щедро с вашей стороны.

– Отнюдь, – покачал головой алхимик. – Это справедливо. Профессор Вистар, у меня на этом всё.

Наконец, настала очередь самого ректора. Лорд Бартоломью сложил руки перед собой и внимательно посмотрел на меня:

– Леди Элисон, мои коллеги проверили ваши знания в конкретных областях целительства. Я же задам более общий вопрос. В чём вы видите главное предназначение целителя? Каковы, по-вашему, этические принципы, которыми должен руководствоваться каждый, кто практикует это искусство?

Сей вопрос требовал не столько фактических знаний, сколько понимания сути профессии.

– Главное предназначение целителя – служить жизни и здоровью людей. Не просто лечить болезни, но сохранять и приумножать здоровье, облегчать страдание, поддерживать естественные силы организма. Лекарь – это не только тот, кто владеет определёнными техниками и знаниями, но и тот, кто несёт особую ответственность перед обществом.

Короткая пауза, и снова в бой:

– Что касается этических принципов, я выделила бы несколько ключевых. Первый – "не навреди". Целитель должен помнить, что любое вмешательство может нести не только пользу, но и потенциальный вред, и стремиться минимизировать риски. Второй – уважение к автономии пациента, его праву принимать решения о собственном лечении, базируясь на полной и достоверной информации. Третий: справедливость в распределении медицинской помощи, независимо от статуса, богатства или происхождения пациента. Четвёртый – конфиденциальность, сохранение врачебной тайны, ведь доверие – основа лекарской практики. Пятый – постоянное совершенствование своих знаний и навыков, поскольку медицина не должна стоять на месте, ей надлежит развиваться. И, наконец, шестой – сострадание, без которого техническое мастерство теряет свою душу. Видеть в пациенте прежде всего человека, а не просто объект приложения своих умений, вот что важно. И сложно. Выгорание вещь страшная и может настигнуть любого.

Я заметила, как некоторые члены комиссии кивают, соглашаясь с моими словами.

– Эти принципы универсальны и не зависят от конкретных методов лечения – магических или немагических. Они составляют этический фундамент нашей профессии.

Я смолкла и в аудитории повисла тишина.

Наконец, Лорд Вистар удовлетворённо кивнул:

– Благодарю вас, леди Элисон. Ваш ответ свидетельствует не только о глубоких знаниях, но и о зрелости мышления, столь необходимой настоящему лекарю.

Он обвёл взглядом других членов комиссии:

– Лорд Сильвер, у вас есть, что спросить у соискательницы?

– Если позволите, лорд Вистар, – кивнул Юстас, до сих пор хранивший молчание. – Леди Элисон, в своих ответах вы демонстрируете глубокие познания как магической, так и немагической медицины. Но скажите, как вы видите развитие целительства в будущем? Какое направление представляется вам наиболее перспективным?

Какой, однако, интересный вопрос!

– Гармоничный синтез магического и немагического подходов. История показывает, что величайшие прорывы в медицине случаются на стыке различных традиций и методов. Магия даёт нам мощные инструменты диагностики и лечения, но немагические способы часто позволяют достичь большей точности и избирательности воздействия.

Я продолжила, ощущая, что затрагиваю тему, важную для меня же:

– Особенно перспективными мне видятся следующие направления. Во-первых, разработка более точных диагностических артефактов, способных выявлять недуг на ранних стадиях, когда лечение наиболее эффективно. Во-вторых, развитие микрохирургии – как магической, так и инструментальной, для минимально инвазивных вмешательств, сокращающих период восстановления. В-третьих, изучение взаимодействия магических и немагических методов лечения для создания комбинированных протоколов с синергетическим эффектом. Но самое главное – это образование. Будущие целители должны получать подготовку как в традиционных магических методах, так и в новейших немагических техниках. Они обязаны уметь выбирать оптимальный подход в каждой конкретной ситуации, руководствуясь не привычкой или традицией, а тем, что наилучшим образом послужит благу пациента.

Лорд Сильвер кивнул, в его глазах мелькнуло искреннее уважение, а губ коснулась лёгкая улыбка, совершенно преобразившая директора КЛ – он будто скинул десяток лет:

– У меня вопросов больше нет.

– Замечательно, – подхватил за ним профессор Бартоломью, – прошу вас, леди Элисон, подождать за дверью, пока комиссия примет решение.

Я сделала глубокий реверанс и покинула аудиторию. Аоки сидела всё на той же лавке, заметив меня, она тут же вскочила:

– Белла-сан! Как всё прошло?

– Думаю, хорошо, – отозвалась я, чувствуя как усталость давит на плечи. – Было очень много вопросы, но я смогла ответить на все.

– Я в тебе и не сомневалась, – Аоки улыбнулась. – Ты самый умный человек из всех, кого я знаю. Я опасалась, что эти экзаменаторы начнут нарочно тебя, как ты говоришь, топить.

– Они явно себя сдерживали, – усмехнулась я, буквально рухнув на скамью. – Но молчаливое присутствие лорда Грея не позволило им выйти за рамки, точнее, одному из них.

Время тянулось медленно, напряжение от экзамена потихоньку отпускало. Наконец, дверь открылась, и помощник ректора пригласил нас войти. Я вновь предстала перед комиссией, члены которой теперь стояли за столом.

– Леди Изабелла Элисон, – торжественно произнёс лорд Вистар, – единогласным решением, – тут старик невольно скосил глаза на хмурого Мортемара, явно с этим решением несогласного, – экзаменационной комиссии вам присваивается звание… магистра целительства Королевства Альбирион со всеми сопутствующими правами и обязанностями. Ваши знания и умения признаны исключительными!

Ого! Не просто специалист, рядовой лекарь, а сразу дали степень!

Ректор взял со стола свиток с печатью академии и протянул мне:

– Позвольте вручить вам диплом магистра и выразить надежду, что ваши таланты и впредь будут служить на благо нашего королевства.

– Благодарю вас, профессор Вистар, и всех членов комиссии, – сказала я, почтительно склонив голову. – Обещаю быть достойной оказанного мне доверия.

– Не сомневаюсь в этом, – ректор слегка улыбнулся. – Позвольте также сообщить, что если вы когда-нибудь пожелаете поделиться своими знаниями с молодым поколением, двери нашей академии всегда будут открыты для вас, как для преподавателя.

– Спасибо. Я высоко ценю оказанное вами доверие, профессор Вистар, – ответила я. – И обязательно тщательно обдумаю ваше предложение.

Члены комиссии по очереди подходили поздравить меня. Магистр Бёрч крепко пожал мою руку, не скрывая удовлетворения. Леди Эшворд тепло улыбнулась:

– У вас редкий ум, дитя моё. Не позволяйте никому его ограничивать.

Лорд Сильвер, последним подойдя ко мне, сказал негромко:

– Королевская лечебница будет счастлива видеть вас в рядах своих сотрудников, магистр Элисон. Полагаю, мы могли бы создать для вас особое подразделение, где вы смогли бы развивать свои инновационные методы лечения.

– Благодарю вас, лорд Сильвер, – ответила я искренне. – Буду рада поработать в КЛ под вашим руководством.

Когда формальности были завершены, и преподаватели покинули аудиторию, к нам подошёл Максимилиан. Его глаза светились гордостью.

– Поздравляю, магистр Элисон, – сказал он, широко улыбаясь. – Альбирион приобрёл сегодня весьма ценного специалиста!

– Спасибо, лорд Грей, – я не могла не улыбнуться в ответ. – Без вашей поддержки мне было бы гораздо сложнее.

– Вы справились бы в любом случае, – мягко возразил он. – Я лишь имел честь просто быть рядом с вами. И позвольте представить вам лорда Эдварда Зоуи, отца вашего недавнего пациента, – Макс указал на высокого седовласого мужчину с военной выправкой, замершего неподалёку от нас. Отец Арнольда низко поклонился:

– Леди Элисон, я пришёл выразить вам свою глубочайшую признательность за спасение жизни моего сына. Дом Зоуи отныне стоит на вашей защите.

– Я лишь выполнила свой долг, лорд Зоуи, – ответила я. – Как ваш сын?

– С каждым днём всё лучше, – в глазах лорда Эдварда засветилась искренняя радость. – Целители говорят, через неделю его можно будет перевезти домой.

– Это прекрасная новость! – улыбнулась я.

Покидая Королевскую академию с дипломом магистра в руках, я чувствовала, что завершился важный этап моего пути в этом мире. Впереди открывались новые горизонты и возможности, и я была готова их исследовать.

– Что дальше, Белла-сан? – тихо спросила Аоки, когда мы сели в карету.

– Теперь, – я посмотрела на свиток в своих руках, затем перевела взгляд на Максимилиана, устроившегося напротив, – начнётся настоящая работа. Много, много сложной, интереснейшей работы.