Глава 47. На восток

Моё сердце замерло, когда последние капли эликсира впитались в открытую рану Максимилиана.

Мгновение ничего не происходило.

– Макс, – прошептала я, прижимая его к себе.

Вокруг нас продолжалась битва, но она словно отступила на второй план, растворилась в отдалённом гуле.

И вдруг его тело вздрогнуло. Едва заметное движение. Затем ещё одно, сильнее. Кожа Максимилиана засветилась изнутри, сначала слабо, потом всё ярче, пока не превратилось в источник чистого золотого сияния.

Ослепляющего. Обжигающего.

Наплевав на чудовищную боль, я зажмурилась, и приготовилась сгореть дотла, но не отпустить любимого.

Тут почувствовала, как меня кто-то буквально отрывает от Макса и, подхватив за руки, уносит прочь.

– Нет! – шепчу я хрипло.

– Он испепелит вас, Белла-сама! – строгий голос Кэнсина ворвался в моё воспалённое сознание.

– Как ты? – выдохнула испуганная Аоки, возникшая рядом с нами.

Я же с трудом разлепила веки и посмотрела на Максимилиана. На расстоянии от его тела свечение было не таким режущим, но я всё равно прищурилась.

В этот момент Грей вздрогнул ещё раз, затем громко застонал и выгнулся дугой, запрокинув голову, а после закричал, отчаянно, надсадно, разрывая мне сердце на куски.

Золотое сияние всё усиливалось, и вместе с ним стремительно увеличивалось в размерах его тело, одежда трещала и рвалась, не выдерживая метаморфоз. Его руки удлинялись, превращаясь в мощные лапы с пугающе острыми когтями, а из копчика показался хвост, стремительно удлинявшийся.

Лицо Грея вытянулось, превращаясь в морду рептилии. Глаза, теперь полностью золотые с вертикальными зрачками, сохранили то же выражение: внимательное, мудрое, с отголоском вечности.

Преображение завершилось ослепительной вспышкой.

Я снова зажмурилась, а когда открыла глаза, перед нами стоял Он.

Вовсе не похожий на Нового-пятого.

Магическое существо иного порядка.

Дракон.

Поединки вокруг стихли сами собой. И орденцы, и королевские воины замерли, заворожённо наблюдая за невероятным зрелищем.

Максимилиан был прекрасен. Его золотая чешуя сверкала в лучах восходящего солнца тысячами оттенков от тёмного янтаря на мощной груди до почти белого золота на кончиках крыльев. Массивное тело представляло собой воплощение гармонии и силы. Длинный, гибкий хвост заканчивался веерообразной кистью такого же золотистого цвета. Крупную голову венчали изогнутые рога, похожие на корону.

Он был втрое, а то и вчетверо больше, чем Новый-пятый. И в отличие от искажённого мутанта, каждая линия тела Макса дышала естественностью и древним совершенством.

Дракон расправил крылья, закрывая ими половину неба. Перепончатые, с тонкими жилками просвечивающих сосудов, они были подобны парусам корабля.

– Великий Создатель, – выдохнул кто-то из королевских гвардейцев. – Это невозможно!

Дракон повернул голову, посмотрел на всех, и на меня тоже. На миг наши взгляды встретились, но в янтарной глубине его глаз я не нашла узнавания.

Тоска затопила меня.

Нет, только не это!

– Макс! – крикнула я, делая шаг вперёд. – Вспомни!

Но в этот момент наше странное затишье прервал противный визг: принц Аларик, выбравшись из кустов, бросился к нам с обнажённым мечом. Безумие полностью исказило его черты, глаза налились кровью.

– Убейте дракона! – прокричал он, брызжа слюной. – Убейте его, пока он не обрёл полную силу!

Несколько преданных ему орденцев рванулись вперёд, выпуская в Максимилиана потоки тёмной магии. Но заклинания разбивались о золотую чешую, не причиняя ему вреда.

Дракон одним плавным движением развернулся к нападавшим. Из его пасти вырвался низкий рокочущий звук, похожий на раскаты грома. Воздух вокруг нас сгустился, наэлектризовался, и внезапно всё пространство над полем боя покрылось сеткой голубых молний. Они били точно, избирательно, поражая только орденцев. Те падали на землю, дёргаясь в судорогах, но, к моему удивлению, не умирали, лишь теряли сознание.

Аларик, оказавшийся в центре магической атаки, пронзительно закричал, когда одна из молний ударила ему в плечо. Меч выпал из искалеченной руки, а сам принц рухнул на колени.

– Ты… Ненавиж-жу… – он зло смотрел на дракона, не в силах произнести большее.

Максимилиан сделал шаг к нему, заставив принца отшатнуться и упасть на спину. Огромная морда приблизилась к лицу поверженного врага, и я увидела, как зрачки Аларика расширились от ужаса.

Оглушительный рёв дракона прозвучал как приговор. Но вместо смертельного удара, Максимилиан лишь дохнул на принца облаком сизого пара. Аларик закашлялся, задрожал и внезапно затих, впадая в беспамятство.

– Он просто нейтрализовал их, – прошептал Кэнсин с нескрываемым восхищением. – Ни одного не убил.

Бой был окончен.

Большинство орденцев лежали без сознания, остальные сдались, побросав оружие. Гвардейцы, не встречая сопротивления, связали пленных.

Король Роберт, раненный, но держащийся с королевским достоинством, медленно приблизился к дракону. В его глазах читался не страх, а благоговение и странная печаль.

– Благодарю тебя… лорд Грей, – произнёс он с поклоном.

Дракон слегка кивнул в ответ.

– Не уходи, – прошептала я, зная, что он слышит. – Максимилиан…

Но дракон даже не обернулся ко мне, распрямился во весь свой исполинский рост и вновь расправил крылья. Мы все едва устояли на ногах под созданным ими мощным порывом ветра.

Грей сделал несколько быстрых шагов, тяжело оттолкнулся от земли и взмыл в небо. Золото его чешуи слилось с янтарём восходящего солнца. Лучи играли на изгибах могучего тела, превращая его в летящую по небу звезду.

Он сделал прощальный круг над нами. На мгновение завис высоко в одном положении, расправив крылья, будто хотел, чтобы мы запечатлели его образ в своей памяти, а затем, повернувшись на восток, устремился навстречу солнцу. Его силуэт становился всё меньше, пока не превратился в точку, а затем и вовсе исчез в ослепительном свете нового дня.

Макс улетел.

И неизвестно, помнит он меня, или нет.

Или его память, как и было сказано, оказалась стёрта возрождением?

– Он вернётся, – негромко произнесла Аоки, становясь рядом. – Таких как ты, Белла, не забывают.

Я промолчала, оправила платье одним резким движением, и, вытерев слёзы, медленно выдохнула.

Прежде чем думать о будущем, нужно было разобраться с настоящим. Вокруг лежали раненые, нуждающиеся в помощи.

– Леди Элисон, – король подошёл ко мне, опираясь на плечо одного из гвардейцев. Его рука была перевязана, а на щеке виднелся глубокий порез. – Я должен признать, вы полны сюрпризов.

– Ваше Величество, – я присела в реверансе, стараясь скрыть дрожь в ногах. – Позвольте мне перевязать вас.

– Не волнуйтесь обо мне, другим ваше внимание куда нужнее, – махнул он рукой на своих людей. – Но сначала скажите: вы знали, кто на самом деле такой Максимилиан Грей?

– Мне было известно лишь о его происхождении, – осторожно ответила я.

Король пристально посмотрел мне в глаза, затем медленно кивнул.

– Понимаю. Дракон среди нас – невероятно. Легенды говорят одно, на деле выходит, что они всё ещё живут среди нас, – он перевёл взгляд на восток, куда улетел Максимилиан, затем на всё ещё спящего Нового Пятого.

– Он верно служил короне, Ваше Величество, – тихо напомнила я. – И только что спас всех нас.

– Это так, – согласился король. – И будет награждён за свою службу, когда вернётся. – монарх заметил выражение моего лица и добавил мягче: – А он вернётся, леди Элисон. Как только восстановит свои силы.

Я хотела верить этому всем сердцем. Но мучивший меня вопрос оставался всё тем же: узнает ли он меня в следующую нашу встречу?

Мои размышления прервал стон. Я обернулась и увидела, что Пятый начал приходить в себя. Эликсир обратной трансформации наконец-то подействовал. Чешуя мутанта, будто тая, растворялась, превращаясь в обыкновенную человеческую кожу, морда сократилась, принимая привычные глазу размеры и черты, а когти просто стали пальцами.

– Эт-то… – ахнула я, следя за преображением и узнавая…

– Магистр Бёрч! – вскричал подошедший к нам Его Светлость Генрих. – Алан, друг мой! – повторил он и бросился к алхимику, который когда-то помог мне создать эфир.

– Нужно заняться им, – сказала я, видя растерянность и непонимание на лице мастера. Опередив герцога, первой подошла к нему. – Кэнсин-сан, на тебе остальные.

Алхимик дрожал всем телом, будто в лихорадке. Его глаза, остававшиеся ещё золотисто-жёлтыми с вертикальными зрачками, в панике метались из стороны в сторону.

– Г-где я? – прохрипел он, с трудом шевеля сухими, потрескавшимися губами.

– Вы в безопасности, магистр Бёрч, – мягко произнесла я, осторожно обхватывая его за плечи и помогая сесть. – Теперь всё будет хорошо.

– Леди? – он сфокусировал на мне взгляд. – Белла? Но как?..

– Орден схватил вас, – осторожно пояснила я, помогая ему устроиться на походной скамье, принесённой одним из слуг. – Вы были подвергнуты экспериментам.

Аллан нахмурился:

– Помню дорогу в Вестфилд. Я собирался навестить профессора Хиггинса, моего старого приятеля. Он давно болел, и я вёз ему лекарства. – Мужчина провёл дрожащей рукой по лицу, словно пытаясь стереть кошмарные воспоминания. – На третий день пути, когда я остановился на ночлег в придорожной таверне, ко мне подсели двое. Предложили выпить за знакомство…

Он замолчал, погрузившись в неприятные воспоминания. Герцог снял свой плащ и накинул на плечи магистра.

– После этого помню только отрывки, – продолжил Аллан, благодарно кутаясь в тёплую ткань. – Подвал, полный клеток с… с чудовищами. Людей в чёрных одеждах. Боль… О-о, её я не забуду никогда. Когда эти нелюди вливали что-то в мои вены, мне казалось, я горю заживо – так больно мне было. И голос, постоянно произносящий странные заклинания. А потом я начал перевоплощаться, – продолжил Бёрч, глухо сглотнув. – Сперва появилась чешуя, затем изменились кости, и однажды утром я проснулся… другим. Я стал… кем я стал?

– Мутантом, – честно ответила я. – Орден экспериментировал с эликсирами трансформации, пытаясь пробудить древнюю кровь. Они превратили вас в нечто среднее между человеком и драконом.

– Что?! Драконом? – он посмотрел на свои руки, всё ещё покрытые редкими золотистыми чешуйками. – Но зачем…

– Им нужна была магическая мощь разумных ящеров, – кратно объяснил герцог. – Но все детали потом. А сейчас отдыхайте, друг мой. Скоро мы отправимся в Краунхейвен, где вы получите необходимое лечение.

Следующие часы прошли в работе. Мы помогали раненым, перевязывали, успокаивали. Я и Кэнсин пускали в ход наш магический дар – сращивали глубокие порезы, переломы, останавливали кровотечения.

И если через полчаса акацукиец исчерпал свой магический резерв, то в моём энергия буквально бурлила.

Принца Аларика, всё ещё погружённого в сон, поместили в карету с охраной, усиленную защитными заклинаниями. Его раненую руку я обработала и перевязала, даже врагам полагается медицинская помощь. Король распорядился доставить младшего брата в столицу. Его Высочество ждал суд.

Вечером того же дня наш кортеж уже двигался по дороге в столицу. Я ехала в одном экипаже с Аоки и Кэнсином, глядя на проплывающие мимо поля и леса, тронутые осенней позолотой. Погода испортилась, накрапывал мелкий дождь, а ветер срывал последние листья с придорожных деревьев.

– О чём думаете, Белла-сама? – тихо спросила Аоки.

– О Максе, – честно ответила я. – Гадаю, помнит ли он меня?

– Даже если нет, – вмешался Кэнсин, – вы найдёте способ обо всём ему напомнить.

Я благодарно улыбнулась, такая вера в мои способности дорогого стоила. И тем не менее внутри грызла тревога. Если легенды не лгут, и драконы при возрождении действительно теряют память о прежних жизнях, то Макс забыл меня. Забыл нашу любовь, наши планы, всё, что мы пережили вместе.

Но…

В этот раз ведь всё было иначе, не правда ли? Он не умер, не исчез. Не возродился где-то там, в недрах загадочной горы Вечности, в другой части света. Он перевоплотился в могущественное существо тут, прямо перед моими глазами.

А значит, высок шанс, что в этот раз всё может быть иначе.

Карета катилась по мокрой дороге, колёса разбрызгивали лужи, а я смотрела на хмурое небо, туда, где за облаками скрывался восток, и думала о золотом драконе, летящем навстречу солнцу.