Глава 25

Позднее, уже в городе, мы разделились. Меня и Лекса маркиз высадил возле одёжных лавок. Велел купить всё необходимое, стоимость записать на его счёт, распорядиться, чтобы посыльные всё доставили в особняк.

– Лексинталь, ты тоже купи себе пару новых рубашек и брюки. Ты опять вырос, рукава коротки. Да и пятна от травы, ты где ползал? У меня нет времени заниматься твоим гардеробом.

– Да вроде пока не страшно, – покрутил запястья пацан.

– Увидит леди Эстебана, не поздоровится нам обоим. Или же она снова решит, что ей стоит одеть тебя.

– Понял! – содрогнулся Лекс и повернулся ко мне: – Эрика, напомни мне, пожалуйста, купить немного новой одежды. И обуви, – добавил, взглянув на сбитые мысы своих ботинок.

– Как всё купите, ступайте в кондитерскую, – указал маркиз на заведение дальше по улице. – Я пришлю за вами экипаж.

На этом лорд Риккардо нас покинул. А мы с Лексом предались не слишком приятному, но необходимому занятию. Чтобы облегчить себе жизнь, войдя в салон готовой женской одежды, я сразу озвучила потребности: элегантные, в меру скромные, но красивые дневные наряды для леди на службе.

Примерно так же в обувной лавке: хорошие, удобные, мягкие туфли и ботиночки для леди, которой приходится много времени проводить на ногах. Поскольку она на службе.

Перчатки, шляпки, бельё, чулки, носовые платочки, шарфики… Сколько же всего нужно женщине…

И напоследок ридикюль, каковой и полагается даме, выезжающей из дома. И аккуратный небольшой саквояж, в который при необходимости могут поместиться бумаги. Мало ли какие ситуации могут возникнуть на работе. Но я неоднократно видела, как в подобные удобные саквояжики складывали всё: от лёгкого перекуса, взятого с собой, до нюхательной соли, фляжки с водой или ножниц и перевязочных материалов.

В кондитерской мы с Лексом наслаждались вкусностями, решив себе ни в чём не отказывать. Мы заслужили! За такой короткий срок суметь купить столько необходимого – это испытание даже для моей нервной системы. А уж мальчишка вообще проявил невиданную героическую стойкость.

Посему мы переглянулись и кивнули друг другу, поняв и без слов. Дальше мы были потеряны для общества. На взгляды, направленные на мои волосы, я не обращала внимания. Это привычно, всю жизнь ведь преследуют. Просто наслаждалась пирожными, шоколадом и мороженым. Улыбалась Лексинталю и потихонечку обдумывала, что меня ждёт дальше.

На вилле ситуация была абсурдная, но комичная. Весь этот куриный переполох, охота на колбасу и поиски способов выпроводить дам прочь… Сейчас же у лорда Риккардо окончился вынужденный отпуск, который, к слову, пошёл ему на пользу. Его сиятельство отоспался, отдохнул, посвежел, стал более благодушным, спокойным и доброжелательным. В момент же нашей первой встречи он явно был на пределе физических и душевных возможностей.

Тогда я не понимала, что могло быть причиной, но сейчас осознаю, что, скорее, именно это привычный для него образ жизни – много работать и мало отдыхать, чем то праздное времяпрепровождение, что мы вели на вилле.

Завтра маркиз вернётся на службу. Я вроде как при нём, хотя и не до конца понимаю, какие именно обязанности он возложит на меня. Ведь секретарь у него наверняка есть. И курьеры, и рассыльные. А что тогда делать мне? И ещё учиться магии с Лексом. Как я всё это успею?

– Эрика-а! – явно не в первый раз окликнул меня сотрапезник.

– А? – перевела я на него взгляд.

– Ну наконец-то! Ты о чём задумалась? Пойдём отсюда!

– Почему? – опустила я глаза на свою тарелку. – Я ещё не доела.

– Пойдём! Мне не нравится, как на тебя смотрят всякие… всякие! Ты моя и отца, и нечего!

– Ты о чём? – Я даже растерялась.

– Ни о чём! – насупился мальчишка и подозвал подавальщицу, чтобы расплатиться.

А я украдкой осмотрелась и обнаружила, что за столиком у окна сидят молодые господа, которые проявляют недвусмысленный интерес к моей персоне. Нет, на меня и раньше смотрели, я привлекательная девушка. Но в нашей провинциальной дыре народ проще.

Увидев, что я заметила внимание к себе, один из молодых мужчин поднялся и с ленивой грацией направился к нам. Я напряглась, поскольку выражение лица и глаз лорда мне не понравилось. Сейчас будет приставать.

Лекс это тоже понял и что-то сдавленно прошипел сквозь зубы. После чего встал, подал мне руку и помог подняться.

– Идём!

Идущий к нам лорд, поняв, что мы сейчас сбежим, заторопился. Но в этот момент дверь кондитерской распахнулась, и вошёл лакей маркиза ди Кассано в ливрее родовых цветов. Тот самый, что уже сопровождал нас на прогулку по столице и в салон, где мне наводили красоту.

– Леди ди Элдре, господин Лексинталь, – поклонился он нам. – Его сиятельство поручил мне доставить вас домой.

– Уф-ф, – тихонько выдохнул мальчишка. – Идём, Гайра́с. Ты вовремя.

– Что-то случилось? Нужна помощь? – бросил тот цепкий взгляд на остановившегося молодого лорда, который не дошёл совсем немного и сейчас делал вид, будто он тут случайно мимо проходил, но при этом прислушивался.

– Нет, Гайрас. Просто леди пора домой, она устала. Ведь завтра маркиз ди Кассано захочет с утра представить всем сотрудникам отдела ментальных расследований своего личного ассистента и помощницу, – с непроницаемым лицом, но достаточно громко сообщил юный прохиндей. – А поскольку леди Эрика под его опекой, то ей нужно успеть вечером выслушать указания и пожелания.

У недошедшего до нас аристократа вытянулось лицо и округлились глаза.

А у меня дрогнули в намёке на улыбку уголки губ. Лекс так отчаянно хотел дать понять, что я принадлежу к близкому кругу его сиятельства ди Кассано, что фраза у него получилась странная. Выстроенная неверно, но доходчивая. Похоже, главу отдела ментальных расследований уважали или боялись. Или и то, и другое вместе. Менталистов опасаются все.

Желавший познакомиться со мной господин аккуратно, бочком вернулся за свой столик, где и сел с невозмутимым видом.

– Прошу вас, леди, – снова поклонился мне лакей и поискал глазами, не нужно ли взять какие-то вещи.

Уже в экипаже я с улыбкой спросила своего ушастого кавалера:

– И что это было?

– А потому что не́чего! – вскинулся он. – Ты красивая, одета сейчас хорошо, видно, что леди. Но на тебе совсем нет драгоценностей, и всякие… будут думать, что ты провинциальная дворяночка. И что за тобой можно безнаказанно ухлёстывать!

– Я и есть провинциальная дворяночка. И у меня действительно нет драгоценностей.

– Будут! Если отец не подарит, это сделаю я. И нет, ты не просто провинциальная дворяночка. Ты моя будущая мачеха. – Я открыла рот, чтобы возразить, но взвинченный мальчишка жестом велел мне молчать. – Ни слова! Не желаю слушать никаких возражений. Ты наша с отцом! И никуда мы тебя не отпустим. Мы тебя приняли в семью. Ещё не хватало, чтобы тебя попытались увести всякие богатенькие прощелыги!

– Дурачок, – ласково притянув его к себе, поцеловала в лоб. – Не ревнуй.

– Я не ревную, – насупился он и сжал мою ладошку. – Просто… Короче, ты наша, и всё!

Лакей оглянулся украдкой через плечо, бросил быстрый взгляд и сразу же отвернулся. Но по выражению его глаз я поняла, о произошедшем будет немедленно доложено маркизу. А я снова подумала о том, что всё же эльфийская кровь долгожителей очень сильна в Лексинтале. Внешне он высокий парнишка, четырнадцатилетний подросток. Но в душе ещё ребёнок, который умеет радоваться, злиться, испытывать яркие искренние эмоции и открыто их выражать, не стесняясь своих чувств. Мне он поверил и принял. И теперь отчаянно боится потерять.

– Лекс, – шепнула я, и его ухо чутко дрогнуло. – Мы с тобой всегда останемся друзьями, даже если я не стану твоей мачехой. Хорошо? Ведь не обязательно быть членами семьи для того, чтобы сохранить хорошие дружеские отношения.

Он свёл брови, сжал губы и вцепился в мою ладошку уже обеими руками. Но промолчал.

– А когда я стану древней старушкой со вставной челюстью, ты всё ещё будешь оставаться ярким молодым и сильным красавцем-магом, от которого женщины сходят с ума. Но ты будешь приезжать ко мне в гости и привозить мягкие пирожные со взбитыми сливками. Потому что со вставной челюстью твердое особо не поешь.

Очень-очень медленно Лексинталь повернул ко мне голову и уставился огромными круглыми глазами.

– А ты как думал? – подняв брови, произнесла я. – Ты-то наполовину эльф. А я человек. Ни плавда ли, пликласная погода, юноса? – пошамкала я, изображая, будто придерживаю выпадающую челюсть.

Спина лакея дрогнула. А Лекс, до которого наконец дошло, прыснул от смеха.

Когда мы приехали в особняк, нас уже ждали слуги. А вот маркиза не оказалось. Спровадив нас за покупками, он уехал на работу, чтобы принять у подчинённых дела и узнать новости.

Так что ужинали мы с Лексинталем вдвоём. Нас это не расстроило, поскольку мы успели ещё поиграть в карты на щелбаны и на желание, потренироваться в ползании по-пластунски, для чего мне пришлось переодеться в мальчишеские бриджи и рубашку. А потом мы активно мешали горничным с разбором моего свежеприобретённого гардероба, который доставляли посыльные. Мне просто было интересно ещё раз взглянуть на обновки и решить, что надеть поутру. А мой почти пасынок решил, что уж он-то лучше знает, что украшает девушку. И нечего всяким девчонкам фыркать, дергать его за уши и спорить.

– Вот! – приложил он перчатки к платью, отвешенному на завтра. – И вот, – туда же отправились чулки.

– Ты что творишь, бесстыжее создание? Положи мои чулки на место! – лениво велела я ему, лежа в кресле вниз головой, закинув ноги на спинку и болтая ими.

– Да брось! Что я, женских чулок и белья не видел, что ли?

– А видел?!

– Конечно. Я же «такой симпатичный ребёнок, жаль, что бастард, но это и неплохо, можно не обращать на него внимания и легко будет избавиться»… – жеманным голоском, явно копируя кого-то, прочирикал он. И продолжил с томным придыханием: – Ах, Риккардо, милый, иди ко мне. Я уже сняла корсет и сейчас сгораю от страсти, а на мне остались лишь чулки.

– Ничего себе! – обалдело выдохнула я. – Ты подсматривал?!

– С ума сошла?! – вскинулся пацан и швырнул в меня один чулок. Тот долетел лишь до моей головы и повис на носу. Я его пальцем сдвинула на шею, превратив в шарфик, а Лекс хохотнул, но пояснил: – Любовницы отца меня всегда игнорируют. Я для них примерно как кресло или тумбочка. Так что они и не прятались.

– Ужас. И его сиятельство знает?

– Нет. Я никогда не рассказывал. Какой смысл? Ну уйдёт одна любовница, на её место придёт другая. Постоянной отец не держал, а они сами на него всё время вешались. Просто тем, кто меня обижал, я мстил, уж как мог. И эти расфуфыренные дуры сами больше не хотели сюда приходить. Встречались с отцом где-то в другом месте, наверное.

– Так вот в чём было дело! – прозвучало неожиданно от двери, и к нам вошёл маркиз. – Эрика, вы неотразимы в такой позе. Но позволите узнать, почему именно так, вниз головой?

– Ой! – кубарем скатилась я с кресла.

Вообще-то, ещё недавно по соседству точно так же валялся вверх ногами Лексинталь. Мы с ним тренировались, чтобы не тошнило во время кувырков. Но мальчишка уже встал и принялся издеваться над моими нарядами, а я пригрелась, разленилась и так и осталась.

Голова у меня всё же закружилась, слишком уж резко я переместилась на пол. Так что встать сразу не получилось, и я так и замерла на четвереньках, пытаясь прогнать чёрных мушек, мельтешащих перед глазами.

– И это моя невеста… – вздохнул его сиятельство, подошёл, поднял меня на руки и аккуратно посадил на диванчик. Сам сел на корточки передо мной. – Воды?

– Мм-м… – промычала я, делая вдохи и выдохи. Затошнило от неожиданного кульбита.

– Лекс, – не поворачивая головы к сыну, произнёс маркиз: – Ты не должен был молчать. Я не самый лучший отец, но… Я не знал и не замечал. Прости.

– Ну… я… – протянул не ожидавший извинений пацан. – Да ладно уж.

– Эри, я сейчас вам помогу, не пугайтесь.

Лорд внезапно взял моё лицо в ладони, приподнял голову и заглянул в глаза. Мгновение, и я утонула в его зрачках, которые пульсировали и затягивали.

Кажется, мы вечность смотрели так друг на друга. Ладони у лорда Риккардо были твёрдые, сухие и горячие. Было приятно их касание. А ресницы чёрные и густые, любой девушке на зависть. Тёмно-каряя, скорее даже, ореховая радужка глаз…

Сейчас взгляд мужчины был сосредоточенный, внимательный, но при этом затягивающий. А вот сам маркиз явно устал. Я зачарованно подняла руку и указательным пальцем аккуратно погладила хмурую морщину над переносицей. Провела влево и вправо по сведённым бровям, разглаживая их.

– Вы голодны? – спросила почему-то шёпотом.

– Да, – совершенно неясно отчего, он тоже прошептал в ответ.

– Я распоряжусь?

– Уже…

Не моргая, смотрели мы друг на друга. Лорд так и сжимал моё лицо ладонями, а мой указательный палец поглаживал кончик его правой брови.

«Боги, что я делаю?!» – внезапно дошло до меня, и я дрогнула.

Его сиятельство тоже осознал, что ситуация затянулась, убрал руки и медленно встал. Покачался, перекатываясь с пяток на мыски. Кашлянул и полез в карман кафтана.

– Эрика, у меня для вас небольшой подарок. И хочу, чтобы вы поняли правильно. Я знаю, что так не принято, и вы вправе отказаться, поскольку приличия… Но… Во-первых, это от чистого сердца. Вы очень нравитесь моему сыну и… мне. И я… мы, нам было бы приятно вас порадовать. К тому же по факту вы моя невеста, и нет ничего предосудительного…

У меня глаза стали круглыми. Что он собрался подарить мне такого ужасного, что мнётся и никак не может подобрать слов? Мне уже страшно.

– Пожалуйста, примите от нас обоих, – выдохнул мой начальник и жених и вытащил из кармана бархатную плоскую коробку для украшений. После этого снова опустился передо мной на корточки и открыл её, чтобы я увидела содержимое.

– Уф-ф, – выдохнула я и улыбнулась.

Вот честно, испугалась, что там обручальный фамильный браслет или кольцо, баснословно дорогие старинные бриллианты или ещё что-то такое, что я совершенно точно не смогу принять. А ещё очень обрадовалась, что маркиз не был банален и не стал подбирать цвет камней под мои глаза. Окажись тут украшения с изумрудами, я бы расстроилась.

– Примете? Мне показалось, что вам подойдёт именно розовая шпинель.

– Приму! И мне очень нравится. Спасибо!

В коробке на белой подложке обнаружился изящный комплект украшений из розового золота с розовой же прозрачной шпине́лью [7]. Серёжки, кулон на короткой цепочке, аккуратный браслет с несколькими камушками и перстенёк.

– Позволите? Они зачарованы от кражи и потери, нужно, чтобы я надел, и они признают вас хозяйкой. Так сказали в ювелирной лавке, – почему-то попытался оправдаться лорд.

Хотя об этом и так все знали: тот, кто покупает украшения в подарок, должен сам надеть их на получателя. Родители – детям, мужчина – женщине, брат – сестре… Я не знаю почему, но так работают заклинания.

Не дожидаясь ответа, маркиз вытащил сережки и вдел мне в мочки сначала одну, а потом и вторую. А я боялась дышать, моргать и шевелиться. Потом на моём запястье застегнулся замочек браслета. С кольцом вышла небольшая заминка. Маркиз надел мне его на безымянный палец, но оказалось велико. Хмыкнув, примерил на средний, но и на этот было большевато.

– Извините, Эри, я не подумал, что у вас такие тонкие, изящные пальчики. Если пожелаете, мы отдадим его ювелиру и подгоним по размеру.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и подставила правый указательный палец. Вот туда колечко подошло идеально. Риккардо глянул на меня лучащимися смехом глазами. И вынув последнее украшение из комплекта, расстегнул цепочку и замешкался, пытаясь сообразить, как надеть мне его на шею. Пришлось помочь: сесть ровно, приподнять растрепавшиеся во время активных игр с Лексом волосы и повернуться вполоборота. Камушек скользнул мне в ямочку между ключиц, а горячие пальцы одарившего меня мужчины помедлили на моей шее сзади и осторожно пригладили волоски, отчего у меня прыснули мурашки по спине.

Пришлось быстро обернуться.