Глава 12

Стася

Амина решила уехать сразу после завтрака. Я испытала облегчение, когда она сообщила об этом. Но обрадовалась рано. Уже забираясь в карету, Амина остановилась, наклонилась ко мне и шепнула:

– Кстати, будет хорошо, если ты приглядишь за раахом. Надо же, такое удачное стечение обстоятельств.

Подмигнув, она поднялась в салон и закрыла дверцу. Карета двинулась прочь со двора.

А я стояла, неподвижно застыв, и смотрела ей вслед.

В мозгу пульсировала жуткая мысль: «Они знают! Знают!»

Когда карета скрылась из виду, я развернулась и поспешила в сад, где мы с Эроаном договорились встретиться.

– Фьёр, милый! – я подхватила птенца на руки, прижимаясь к мягким перышкам щекой.

– Стася, что случилось? – спросил Эроан с беспокойством.

– Они знают, – сказал Даррэн, выступая из-под прикрытия деревьев. Как он умудрялся незаметно за нами присматривать посреди двора, осталось для меня загадкой. Но, похоже, Даррэн слышал, что сказала Амина перед отъездом.

– Они? О чем? – не понял Эроан.

– Перед тем, как уехать, – сказала я, – Лиша шепнула, что будет хорошо, если я присмотрю за раахом. Как они могли узнать?

– Это ничего. Знание им ничего не даст, – Фьёр отправил мне спокойную мысль. Утешить пытается, маленький мой! Такой храбрый, такой заботливый…

– Почему ты так думаешь? Они явно нацелились на фениксов. Они пытались тебя украсть! Что если попытаются опять? Эроан? Что если они попытаются выкрасть Фьёра?

Император притянул меня к себе. Учитывая, что я до сих пор сжимала в объятиях рааха, это смотрелось, наверное, даже забавно. Мама, папа и малыш.

– Вероятно, во дворце есть шпион. Даррэн, проверь.

Маг кивнул.

– Проверь прямо сейчас, – велел Эроан.

– Слушаюсь, ваше величество, – ответил Даррэн и покинул нас.

А мы так и стояли какое-то время, обнимаясь все втроем.

– Да, у нас есть шпион. Это ожидаемо. Но во-первых, Стася, передача информации от шпиона к ордену затрудняется клятвой о неразглашении. Мы обязательно выясним, как ему все же удалось обойти эту клятву. А во-вторых, даже если орден знает, они ничего не сделают. Не смогут добраться до рааха, пока он здесь, под моей защитой.

Голос Эроана звучал уверенно, успокаивающе. Да и Фьёр мысленно приговаривал:

– Все хорошо. Мне ничего не угрожает.

Но мне все равно потребовалось время, чтобы успокоиться. От одной только мысли, что орден может дотянуться своими грязными руками до малыша и навредить ему, все внутри переворачивается!

– Все хорошо, Стася, – повторил Эроан, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть мне в лицо. – Они ведь не потребовали, чтобы ты сейчас же выдала им рааха. Всего лишь хотят, чтобы ты присмотрела за ним. Я сумею вас защитить. И тебя, и Фьёра. Ты мне веришь?

– Верю, – я снова уткнулась в грудь Эроану.

Но тут Фьёру надоело сидеть на руках. Передозировка нежностей, видимо. Птенец завозился и сполз с моих рук, будто стек подобно капельке тьмы.

– Расскажешь подробнее? – дождавшись, когда я совладаю с собой, спросил Эроан. Мы прошли к скамье, присели на берегу пруда. – Амина сказала что-нибудь еще?

О, теперь Эроан знает, как ее зовут. Я открыла рот и… закрыла. Эроан правильно растолковал мою мимику и поправился:

– Что сказала Лиша? Дословно можешь передать?

– Что сказала Лиша – передать могу. Она ведь ничьи секреты не выдавала. Сказала: будет хорошо, если ты приглядишь за раахом. Надо же, какое удачное стечение обстоятельств.

И тут я зависла.

Удачное стечение обстоятельств.

Стечение обстоятельств.

Что если это происки богини?! Да-да, той самой, благодаря которой Алоэна притянула именно мою душу, а не выбранной ею жертвы?

– Эроан… как ты думаешь, это может быть делом рук Георны? – выпалила я.

Раах тем временем перестал носиться из стороны в сторону и с разбегу нырнул в пруд, обдавая нас брызгами воды. Не задерживаясь на глубине, Фьёр высунулся на поверхность и поплыл, рассекая воду намокшим черным тельцем. Вслед за ним растекалась чернота, напоминая разлитые по бумаге чернила.

– Интересная мысль, – оторопело согласился Эроан. Похоже, у него такой ассоциации не возникло. – По легенде, Георна – богиня случайных случаев. Подстраивает случайности таким образом, чтобы кому-то это было во благо. Поскольку она – светлая богиня, то помогает, как правило, тем, кто тоже действует во благо.

– Мы забрали Фьёра из-под носа похитителя, который вряд ли замышлял что-то благостное.

– Скорее, наоборот, – хмыкнул Эроан.

– Гадостное…

– Гадостное? Какое забавное слово.

– Только ситуация не забавная, – я вздохнула. Тема к веселью, увы, не располагала.

– На самом деле меня это удивляло. Какова вероятность, что орденец попытается украсть яйцо рааха, но из-за нападения диких зверей в горах должен будет взять паузу и на время оставить яйцо за одним из каменных валунов? А потом возле этого валуна как раз появимся мы.

– И я, к тому же, решу заглянуть за валун. Георна как-то повлияла на мой разум?

– Я не знаю, – Эроан качнул головой. – Все, что мы знаем о богах, это мифы и легенды. Но где среди них правда – остается только предполагать. Считается, что Георна – не самая сильная богиня и влияет только на случаи. Но свой выбор люди делают сами.

– Кажется, она тоже об этом говорила. Но… как удивительно, что мы все-таки заглянули за этот валун и нашли яйцо! Хорошо, допустим. – Я перевела дыхание, пытаясь собраться с мыслями. – Георна помогла. Что нам это дает?

– Как минимум, понимание, что мы все делаем правильно, – Эроан улыбнулся.

– Я не отдам им Фьёра.

– Орденцам – не отдадим. Но пора решать проблему с фениксами.

Фьёр неожиданно вынырнул рядом с нами и, отряхиваясь, выбрался на берег. Смотрелся при этом презабавно – перья вздыбились и теперь торчали во все стороны.

– Я могу помочь найти фениксов.

– Фьёр, ты не должен…

– Что он сказал?

– Сказал, что может найти фениксов, – я нахмурилась. – Это может быть опасно. Или я ошибаюсь?

– Фениксы не причинят мне вреда. Ты же знаешь, – откликнулся Фьёр.

– Фениксы ценят раахов и никогда не станут им вредить, – подтвердил Эроан.

– Но вы не можете найти фениксов, так? – я вперила в Эроана внимательный взгляд.

– Ты так воинственно выглядишь, когда защищаешь рааха, – с теплотой усмехнулся император. И это тепло отозвалось внутри меня, но расслабляться я не собиралась. Какое расслабление, когда решается судьба Фьёра? – Не хотел втягивать тебя во все это. Политика – не женское дело. Но тебя втянули еще раньше, до того, как мы познакомились. Втянули божественными силами… Связь с фениксами утеряна около ста пятидесяти лет назад. Ни я, ни мой отец не застал те времена, когда империя имела торговые отношения с фениксами. Они поставляли полезные ископаемые, которые добывали в горах, и невероятные магические артефакты, равных которым нет по сей день, потому что такой магией, какую сохранили фениксы, не обладает никто.

Фьёр забрался к нам на скамью и с интересом слушал. Хорошо хоть на колени не лез, пока с него стекали капельки воды.

– Мы не знаем, что произошло. В какой-то момент фениксы оборвали все связи. А потом мы просто не обнаружили их на прежнем месте. Я имею в виду, мы – люди, имперцы. Наши предки. Говорят, фениксы ушли глубоко в горы, закрыли границы и при помощи магии сделали так, что их никто не может найти. Но орден, как ты уже могла догадаться, ищет. Более того, они подобрались к фениксам опасно близко, если смогли украсть яйцо рааха. Яйца раахов у них на вес озолита и без присмотра не остаются. Орден на несколько шагов впереди нас. Теперь они, к тому же, знают, что раах у нас с тобой. Они думают, что ты им поможешь – это пока играет нам на руку и дает время для маневров. Но придется поторопиться. Как Фьёр сможет нам помочь?

Я хотела возмутиться, хотела доказать, что если они так давно не могут найти фениксов, то не могут знать наверняка, что те не причинят Фьёру вреда. Но после рассказа Эроана просто язык не поворачивался сказать что-то против.

Все зашло слишком далеко. Наши чувства и мое желание защитить Фьёра уже не имеют никакого значения. Потому что если орден победит, это будет страшно.

– Фениксы меня не обидят, – Фьёр положил мокрую голову ко мне на колено и заглянул в глаза снизу вверх. Я не стала отталкивать его, несмотря на то, что юбка моментально намокла. Погладила птенца по мокрым, слипшимся перышкам.

– Ты не можешь знать этого наверняка, – ответила мысленно. – Возможно, они не станут вредить намеренно, но ты уверен, что не уйдешь от меня. А вот фениксы могут думать по-своему и попытаться нас разлучить.

Эроан наблюдал за нами молча. Он, конечно, догадался, что мы переговариваемся. Но не отвлекал – давал время все обсудить.

– Я знаю, – ответил Фьёр. В его голосе сейчас звучала мудрость. А еще спокойствие и уверенность, что все будет хорошо, мы обязательно справимся. – Ты дорожишь Эроаном. Ты выбрала его своей парой. Ты хочешь ему помочь – и мы сделаем это. Даже я чувствую, насколько это будет серьезный, важный шаг. Фениксы могут попытаться нас разлучить, но у них ничего не получится. Мы всегда найдем дорогу друг к другу. Мы неразделимы.

Еще такой маленький, но уже такой мудрый и самоотверженный.

Я вздохнула и спросила вслух:

– Как ты можешь нам помочь?

– Если вернуться в горы – фениксы сами захотят меня найти.

Я передала слова рааха Эроану. Добавила:

– Не понимаю, что это значит.

– А я, кажется, понимаю. Мы ведь знаем, где фениксы предположительно должны скрываться, – заметил император. – Наша разведка собрала кое-какие данные. И мы можем предполагать, где наиболее вероятна встреча с фениксами. Если мы отправимся туда вместе с раахом, то фениксы сами выйдут к нам, выйдут из укрытия.

– Я отправлюсь с вами.

– Я бы не хотел тобой рисковать, но должен признать, так будет лучше. Если фениксы увидят, что раах связан с тобой, если поймут, что мы не делали ему плохо, шансов для успешных переговоров будет гораздо больше. Даррэн идет.

Я обернулась. От дорожки, ведущей во дворец, к нам шагал Даррэн.

– Я все выяснил. Аристократы ничего не знают. Никто из гостей до сих пор не в курсе, что в императорском крыле проживает раах. А вот слуги, обслуживающие императорское крыло, знают. Один слуга был шпионом ордена. Теперь он в темнице.

– Как он обошел клятву?

– Так же, как Стася обходила метку. Обходными путями, намеками, игрой в действия.

Ух ты, назвал меня по имени! А ведь в последнее время избегал. Ни Стасей, ни Вивьеной не называл.

Эроан помрачнел, прищурился.

– Я знаю, как избежать этого. Собери всех слуг, Даррэн. Всех слуг, всю стражу – всех, кто подчиняется тебе. Сегодня они дадут мне клятву на крови.

Даррэн кивнул и растворился в клубах тьмы.

– Стася, мне нужен Шеймэл. Как ты отнесешься к его возвращению?

Рано или поздно это должно было случиться.

Шеймэл – брат императора. Он в любом случае вернется. Да, Эроан спрашивает, но независимо от моих чувств, все равно вернет брата ко двору.

– Я понимаю, как он важен для тебя. Постараюсь наладить с ним отношения.

– Ты потрясающая, – Эроан улыбнулся и притянул меня к себе.

В этот раз возвращение Шеймэла во дворец понравилось мне гораздо больше. Потому как теперь его встречали не аристократы и не слуги, а кое-кто другой.

Вечером мы собрались в одной из гостиных, куда посторонним ходу нет. Эроан заверил, что теперь наши тайны под еще более надежной защитой, чем были раньше. Потому что магию крови невозможно обойти. Кровь – часть тебя самого. Она всегда чувствует суть, она и есть суть, а значит, подчиняясь инструкциям Эроана, все сделает правильно.

Шеймэл вошел в гостиную, обвел нашу компанию внимательным взглядом. И тут на него выскочил Фьёр. Воспользовавшись эффектом неожиданности, да и скоростью малыш не обделен, раах умудрился ухватить принца клювом за мягкое место.

Шеймэл подпрыгнул, изумленно тараща глаза. Такой подставы в родном дворце он точно не ожидал! Попытался смахнуть птенца рукой, но тот уже скользнул в сторону, взлетел и атаковал сверху, забивая принца крыльями по голове и царапая коготками шею.

Я немного забеспокоилась, опасаясь, что Шеймэл воспользуется магией и навредит рааху, но стоит отдать принцу должное – он себя контролировал. И воспользовался магией, только чтобы переместиться на несколько метров в сторону. Правда, Фьёр тут же опять атаковал. Он-то и без всяких перемещений преодолевал такое расстояние за доли секунды!

– Так тебе и надо! За Стасю! За Стасю! – причитал Фьёр.

– Кто-нибудь! – взвыл Шеймэл, отбиваясь от рааха и безуспешно пытаясь увернуться от его ударов. – Уберите эту сумасшедшую птицу!

– Я тебе не эта птица! За Стасю!

– Фьёр, пожалуйста, хватит. Я отомщена! Спасибо тебе, мой хороший, – позвала мысленно, скатываясь по дивану от смеха. Первое время я держалась, но теперь уже не могла – хохотала.

Фьёр пулей рванул ко мне и запрыгнул на диван. Шеймэл обернулся к нам.

М-да. Выглядит он так, будто в ураган угодил. Волосы встрепаны и торчат в разные стороны. Одежда в нескольких местах порвана. А на шее красуются гигантские царапины. На них потихоньку набухают небольшие капельки крови.

Как ни странно, Даррэн тоже смеялся. Эроан, в отличие от нас, улыбался сдержанно, однако в глазах посверкивали смешливые искорки.

– Что?! Что смешного?! – не выдержал принц.

– Выглядишь, как жертва пылкой, необузданной страсти, – заметил Даррэн, наконец успокаиваясь и взглядом указывая на царапины на шее.

Я стянула с дивана подушку и уткнулась в нее носом, чтобы не сболтнуть лишнее. Уж очень хотелось поинтересоваться, не говорил ли Даррэн своим любовницам, что вот это красное пятно на заднице – знак чьей-то страсти.

Раах у меня в голове как-то странно икнул.

– Не понимаю я вас, людей.

– Поживешь с нами подольше – поймешь.

– Мне нужно переодеться, – заявил Шеймэл, стиснув зубы. Яростный взгляд почему-то достался именно мне.

А я что? Я молчу! Даже неприязнь Даррэна решила не усугублять – удержалась от неприличных намеков.

– Пять минут, – сказал Эроан строго. – И то… только потому, что я не хочу, чтобы ты остался без штанов на глазах у моей женщины.

Шеймэл с изумлением заглянул себе за спину. При этом он повернулся к нам боком. Вот не знаю, как Эроан обратил внимание на состояние брюк, возможно, заметил, еще когда принц отбивался от рааха, но я только сейчас увидела огромную дыру на заднице и свисающий кусок наполовину оторванной ткани с торчащей во все стороны бахромой.

Выругавшись, принц призвал тьму и переместился с глаз долой.

– Стася, ты знала? – Эроан смерил меня оценивающим взглядом.

– О чем? – полюбопытствовала я, оставляя в покое подушку.

– О том, что раах накинется на него.

– Фьёр такой непредсказуемый, – я таинственно улыбнулась, пожимая плечами.

Даррэн тоже посмотрел на меня как-то очень уж внимательно.

Шеймэл вернулся быстро. Снова одетый с иголочки, только не до конца причесанный. Небольшой колтун обнаружился у него на затылке, но мы, не сговариваясь, предпочли промолчать. Потому как предстоял слишком серьезный разговор и пора заканчивать с шутками.

– Медлить больше нельзя, – заговорил Эроан. – Орденцы подобрались слишком близко. Я обезопасил дворец, взяв дополнительные клятвы на крови со всего персонала, кто здесь служит или работает. За аристократами Даррэн усилил присмотр. Самых подозрительных мы или выведем на чистую воду в ближайшее время, или пока отправим по домам. Загостились некоторые… А теперь о ближайших планах. Ты, Шеймэл, остаешься во дворце. А мы со Стасей и Даррэном отправляемся на поиски фениксов. Вероятно, это займет несколько дней.

Какое-то время мы еще обсуждали детали предстоящего путешествия. Вернее, это мужчины обсуждали, а я просто слушала и запоминала. Решили, что нет смысла мотаться туда-сюда несколько раз, даже учитывая, что при наличии магии это дело нескольких минут. Мы возьмем вещи, припасы и отправимся в своеобразный поход. Несколько дней будем передвигаться по горам, останавливаясь в местах, где больше всего шансов попасться фениксам на глаза.

– Возможно, они не выйдут сразу. Какое-то время будут за нами наблюдать. Именно поэтому важно оставаться там столько, сколько потребуется, не возвращаясь во дворец. Если мы начнем перемещаться оттуда обратно и опять в горы, это вызовет подозрения и насторожит, – пояснил Эроан. – Стася, твоя главная задача – общаться с раахом. Корми его, тренируйтесь вместе. Пусть фениксы увидят, как вы друг с другом взаимодействуете.

– Это может сработать, – заметил Фьёр. – Умен твой Эроан.

По-моему, Шеймэл даже порадовался, что какое-то время проведет во дворце, да еще при этом никто мешаться не будет. Ни старший брат, ни его непонятная любовница, ни чокнутая птица.

Оставив Даррэна вводить принца в курс последних событий, Эроан взял меня за руку и повел в наши покои. Фьёр, конечно, покинул гостиную вместе с нами. Но я заметила, каким тоскливым взглядом Даррэн проводил рааха. А вот Шеймэл смотрел на птенца с подозрением, как будто ждал, что тот опять кинется и до смерти заклюет. Вот пусть знает, какие у меня защитники!

– Да! – согласился раах гордо на эту мою мысль.

– Ты была когда-нибудь в горах? Раньше, до того, как мы отправились с тобой на свидание и обнаружили столь ценную находку? – спросил император.

Ценная находка забралась в кресло и с удобством принялась обустраиваться.

– Имеешь в виду, была ли я в горах в своем мире?

– Да. В вашем мире есть горы?

– Горы есть, – я улыбнулась. – Не могу сказать, что походы – это мой любимый формат. Больше предпочитаю путешествовать с комфортом и выезжать на экскурсии.

Оставшийся вечер я рассказывала, как любила путешествовать в родном мире. Пришлось постараться, чтобы объяснить, что такое сафари – единственный, по сути, экстремальный вид отдыха, который я любила, и как раз ассоциировавшийся с поездками в горы. Рассказ о полете на вертолете в труднодоступные уголки красивейшей природы вышел еще сложнее и увлекательнее. Эроан слушал с интересом, местами удивлялся, а иногда так тепло улыбался, что внутри у меня начинало что-то щемить.

Я рассказывала о других странах: о суровой и холодной Скандинавии, где однажды провела целый месяц, причем по работе – мы вели сложные, но весьма увлекательные и дорогостоящие переговоры с иностранными партнерами. Рассказывала об альпийских лугах, о чашах озер среди гор – воспоминания о поездке в Швейцарию мои любимые. А потом переключилась на рассказы о теплых краях, белом песке под ногами и ласковом лазурном море.

– Скучаешь? – спросил Эроан, внимательно рассматривая меня.

– Знаешь… – я задумалась. – Нет. Я как будто заново родилась. Здесь, в этом мире. Я уже не та прежняя Стася, которой была. Я другая. Здешняя Стася, если так можно выразиться, – я улыбнулась. – Девушка, которая учится магии, дружит с магическим созданием раахом и живет во дворце вместе с императором. А еще… – теперь улыбка сделалась грустной, – очень хочет получить свободу и избавиться от влияния ордена.

– Избавимся. Обязательно избавимся от всего ордена, – заверил Эроан, потянувшись к моим губам, чтобы утешить, поддержать и отвлечь.

Причем отвлечь у него получилось особенно хорошо. Нас бы для разнообразия устроил и диван, но чтобы не выгонять рааха из гостиной и не заниматься всякими непотребствами у птенца на глазах, перебрались в спальню.

А спустя время, когда вдоволь насладились друг другом, я лежала у Эроана на плече, он чуть щекотно поглаживал мой обнаженный живот, и мы снова разговаривали.

– По твоим рассказам складывается ощущение, что у тебя было все, – заметил Эроан. – Любимое дело, свобода передвижений. Возможность заглянуть в любые уголки мира.

– Да. Я жила так, как хотела. Насколько могла.

– А сейчас? Тебя устраивает роль любовницы? Ты ведь хотела детей, семью. Это единственное, чего тебе не хватало.

Вот так раз! Вот так вопрос!

– На данный момент… вполне, – я потянулась, снимая возникшее напряжение.

Теперь напрягся Эроан, наблюдая за мной. В глазах заплясали искорки страсти. Подозреваю, вид изгибающегося стройного тела и правда мог снова зажечь.

– Не знаю, что будет через год или два. Возможно… мне захочется большего. Возможно, хватит того, что на тот момент будет. Но пока меня совершенно устраивает нежиться в твоей постели и даже немножечко влезать во всю эту политику. – Я перевернулась на бок, приподнялась, кокетливо проводя кончиками пальцев по груди Эроана. Огонь в его глазах разгорелся жарче.

– Как по-твоему, что подразумевает под собой роль любовницы? – поинтересовался Эроан, явно заинтригованный моими действиями. Впрочем, разговор его тоже волновал. Этот разговор, который становился все более странным. Неужели Эроан созрел, чтобы разобраться в наших отношениях? Оттого и спрашивает, все ли меня устраивает?

Я не стану говорить: «Бери меня замуж! Срочно! А то не буду делать массаж». В конце концов, я еще и сама не уверена, что хочу именно этого. Да, мне нравится с Эроаном. Я влюблена в него. Он подтверждает свое отношение действиями, хотя никогда не говорил словами. Но стать женой императора – это шаг слишком серьезный.

Я закинула ногу и села Эроану на живот, теперь уже обеими руками водя по его груди. Ощутила, как напряглись под моим телом мышцы. Эроан попытался приподняться, но я надавила ладонью, заставляя его снова лечь на спину.

– Не так быстро, – сказала с игривой улыбкой и продолжила издевательства. Ну, как издевательства… Уверена, это приятно нам обоим, вот только Эроан уже жаждет большего.

– Как любовница, я готова встречать тебя по вечерам после твоей важной императорской работы. Отвлекать от серьезных дел, помогать расслабляться… – Я провела ноготками по груди Эроана, легонько царапая. Тот шумно вдохнул и попытался сдвинуть мои бедра чуть ниже, явно намекая на более конкретные действия. Но я перехватила его руки и с улыбкой покачала головой. Усилием воли Эроан немного расслабился. – Готова делиться с тобой энергией, заряжать, вдохновлять. Иногда и на совместный отдых, чтобы ты не забывал, как это важно – позволять себе отдохнуть не пару часов перед новым днем, а устроить самый настоящий выходной. Готова восхищаться тобой, верить, что ты обязательно со всем справишься и решишь любые проблемы, а если нужно, то и обо мне позаботишься. Готова доверять.

Я наклонилась вперед, вытягиваясь вдоль тела Эроана, чтобы пробежаться пальчиками по коже, а губами коснуться мочки уха и прошептать:

– И, конечно, готова заниматься с тобой страстным сексом.

– Последнему пункту я готов уделить особое внимание прямо сейчас, – ответил Эроан хрипло и, обхватив мои бедра, все-таки подсказал направление движения.

Продолжить разговор получилось далеко не сразу. Я уже засыпала в постели после того, как по-быстрому приняла душ.

– А что бы ты делала в роли жены? – неожиданно спросил император.

Так неожиданно, что я даже один глаз приоткрыла. Поймала на себе внимательный взгляд.

– Чем, по-твоему, жена отличается от любовницы? – уточнил император.

– Во-первых, жена делает все то же самое, что и любовница. После свадьбы все, что я перечислила, не исчезает. По крайней мере, если оба стараются над отношениями. А во-вторых… жена – это не просто тихая и страстная гавань, куда можно прийти после каждодневной борьбы. Жена – хозяйка в доме. Она обеспечивает уют и работу всех домашних систем должным образом.

– Ты о слугах?

– Да, я о слугах.

Даже когда жила на Земле, мне хватало зарплаты, чтобы нанять домработницу, а иногда и клининговую компанию для стерильной уборки раз в месяц. На мой взгляд, совершенно не имеет значения, как женщина обустраивает быт: своими руками или своими деньгами. Главное, что обустраивает и этот вопрос у нее закрыт.

– И не только о слугах. Если говорить о дворце, здесь жене придется особенно постараться.

– Придется? Ты так говоришь, будто стать императрицей – это не привилегия, а мучение, – заметил Эроан.

– Посмотри на меня, – я все-таки открыла второй глаз. – И скажи, я сильно похожа на женщину, которая так и мечтает стать императрицей?

Эроан задумался. И всерьез нагрузился.

Ну, пусть думает. Это бывает полезно. А я тем временем продолжила:

– В случае с императорским дворцом речь идет о присмотре за всеми аристократами, за налаживанием взаимодействия с ними и между ними.

– По-моему, ты это уже делаешь. Как моя любовница. И я позволил тебе это – делать что хочешь, выгонять из дворца хамов, которые не умеют себя вести.

– Я защищала себя, свою честь, свое достоинство от их грязных языков. Но говоря откровенно, в этом серпентарии давно пора навести порядок.

Эроан хмыкнул, однако спорить не стал.

– Более того, двор – это не только слуги и гости. Это еще и молодые аристократы на твоем попечении. Слишком много систем, за работой которых стоит присматривать. Слишком муторно, – я закатила глаза, всем своим видом давая понять, что не горю желанием в это ввязываться. – А еще жена – это женщина, с которой можно построить семью. Это женщина, которая в нужный момент встанет с тобой рука об руку, а в нужный – отойдет за спину и доверится мужу.

– Любовница так не делает? Ты ведь доверяешь мне. Но сейчас, когда это необходимо, ввязываешься в политику. Ради рааха, ради империи. Возможно, хотя бы чуточку ради меня?

И смотрит так внимательно, проникновенно. Он что, и правда сейчас решает, что лучше: оставить меня в любовницах или перевести в роль жены?

– Эроан, жена – это равная мужу женщина, даже если она умеет стоять у него за спиной. А теперь отстань от меня. Утомил! Дико хочу спать.

– Стася, подожди, но… – Эроан выглядел потрясенным моим последним заявлением о равенстве.

– Отстань, – отмахнулась я, поворачиваясь к нему спиной. – Если не дашь отдохнуть, то больше не буду заниматься с тобой сексом два раза подряд.

Угроза подействовала. За спиной воцарилась абсолютная тишина.

Утром я бы с удовольствием подумала о ночном разговоре, если бы сразу после завтрака не захватила суета. Кстати, Эроан уже был полностью одет, наверняка успел сбегать по делам и решить кучу вопросов, но когда я проснулась, он был в спальне. И завтракали мы тоже вместе. Слугам, похоже, понравилось готовить романтические завтраки. Сегодня я нашла в салате половинки яиц, по размеру схожих с перепелиными, в форме сердечек! А расцветка соусов подозрительно напоминала радугу. Хм…

– Почему вдвоем, Эроан? – поинтересовалась я. – Себя как боевую единицу не считаю. Ничуть не сомневаюсь ни в твоих способностях, ни в способностях Даррэна, но не безопаснее ли будет перестраховаться поддержкой еще нескольких магов?

– Я рад, что ты не сомневаешься в моих способностях, – Эроан коротко чмокнул меня в губы. Чтобы не расслаблялись и не отвлекались от дел! – И даже в способностях Даррэна. Дело как раз в этом. Наших возможностей хватит, чтобы сделать этот поход достаточно безопасным. Толпу магов фениксы могут воспринять как врагов, а двое – это всего двое. Нас можно не опасаться, с нами можно контактировать. К тому же, Даррэн будет передавать данные о нашем местонахождении своим подчиненным. В любой момент дежурные маги к нам переместятся и окажут поддержку.

– Ты прав. Водить по горам отряд боевых магов – не лучшие условия для переговоров, – я улыбнулась.

– А я! Ты не считаешь меня, но я-то считаюсь! Я стою отряда боевых магов! – взъерошенный Фьёр, похоже, после купания, влетел в комнату.

Я рассмеялась, потрепав его по мокрым перышкам.

Собрались быстро. Кроме службы безопасности никого в свои планы посвящать не стали, поэтому даже часть вещей – специфических для похода вещей – мужчины складывали сами. Я по большей части занималась тем, что собирала всякие женские штучки, необходимые всегда. И в походе – особенно!

 Не знаю, получится ли у нас с Эроаном за эти несколько дней уединиться, однако противозачаточный отвар на всякий случай выпила. Что еще? Кажется, все самое нужное взяла. Не пропаду.

В гостиную, где мы в итоге собрались вместе с заготовленными вещами, заглянул Шеймэл. Фьёр грозно застрекотал. Принц поднял ладони:

– Я все понял, успокойся! Никто на твою спутницу не претендует, обижать не собираюсь.

Раах встрепенулся, довольно вытягивая шею в позе победителя.

– Все готово, – объявил Даррэн. – Я готов нас перенести.

Эроан подошел ко мне, взял за руку. Но переносил нас действительно Даррэн. Похоже, Эроан не стал ему рассказывать, что я знаю маленький секрет о магии тьмы.

Ну все, фениксы, мы идем! И лучше, если вы покажетесь нам до того, как меня окончательно доканают походные условия.