Глава 25

- Амина!

Не успеваю на какой-то миг, просто не ожидал от сестры такого поведения, оказываюсь рядом с ними, увы, слишком поздно, потому что Таисия поднимает руку и бьет Амину по лицу.

Не задумываясь. Бьёт со всей силы.

Сестра кричит, мама ахает, зажимая рот рукой, отец выкрикивает ругательство на родном языке.

А я смотрю на жену со странной смесью восхищения и зависти внутри.

Сильная девочка. Какая же она сильная.

Вижу, что Тая заряжена такой яростью, что мне за неё страшно.

- Что твоя девка себе позволяет! – орёт Амина, но я хватаю её за локоть, оттаскивая от Таисии, держу крепко, встряхивая, показываю, что зол не на шутку.

- Думай, о чём говоришь! Она не девка! Она моя жена! Ты… ты будешь с ней вежлива и дружелюбна, поняла?

- Не буду! Не проси! Ненавижу её.

- Тогда я скажу отцу, чтобы запирал тебя на женской половине, когда мы будем приходить в этот дом, ясно?

- Ты… ты…

- Закрой рот, сестра! Думай о том, что ты говоришь!

Амина гневно сверкает глазами, шипит на родном языке проклятия.

Я краем глаза вижу, как побледнела Таисия.

Чёрт, не стоило мне устраивать эту встречу. Знал же, как настроена Амина! Знал…

- Булат, то, что сделала эта женщина… она… – отец начинает говорить, но я жестом останавливаю его. - Отец, прошу! Всех прошу! Эта женщина – моя жена! И она мать ребёнка Марата! И вы примете её и будете считаться с ней. Все! – говорю твёрдо, даже жёстко. Я устал прогибаться. Больше себе этого не позволю.

Разве что… разве что в обществе моей жены.

- Молодец, Булат. Речь не мальчика, но мужа…

Дядя. Дьявол. Я не думал, что он придёт сюда сегодня.

- Приветствую.

- Похвально, что ты взял на себя такую ответственность, мой дорогой племянник.

- Спасибо. Это было моим долгом перед братом.

- Жаль Марата. Отличный был парень. Надежда семьи. Жаль. Что ж, думаю, стоит отметить твою женитьбу, Булат.

- Не уверен, что сейчас подходящее время. Извините, но мы с Таисией уезжаем.

- Булат! – мама подаёт голос. – Сынок, дочка, так нехорошо, простите Амину, останьтесь, я накрыла стол, твои любимые пирожки испекли, ягнёнка приготовили…

Поворачиваюсь к жене, на её лице написана решимость. Понимаю, что если сейчас заставлю её остаться – это будет жирным минусом в наших и так не самых положительных отношениях. Но если мы уедем, я покажу всем свою слабость. Этот выбор нелегок. И всё-таки я принимаю волевое решение.

- Извини, мама, мы заедем в другой раз, Таисия устала, после клиники мы сразу сюда, к вам. Поедем домой. Заедем завтра.

- Сынок… Простите Амину, ты же знаешь, как она любила Марата.

Амина стоит рядом с дядей Омаром, что-то шепчет зло, а он смотрит на неё так ласково. Меня коробит от этой сцены, сам не знаю почему. Амина всегда слушала дядю, боготворила, повторяла, что судьба его от него зависит, что он найдёт ей хорошего мужа.

Я бы и сам нашёл сестре достойного жениха, мне только нужно еще немного времени, чтобы выбраться из-под ига дядиной опеки скорее.

Не так много времени осталось. Шаги уже сделаны, и большие шаги.

У меня есть помощники и влиятельные друзья, которым не очень нравится политика Омара. Скоро я займу совсем другое положение. Скоро заставлю со мной считаться. А пока…

- Таисия, пойдём.

Подаю руку, которую моя жена игнорирует. Что ж, это её право.

Я не защитил её от нападок сестры.

Сам себя ругаю за это.

Выходим во двор, направляемся к машине, открываю дверь, помогая Таисии сесть. Вижу, что её колотит. Чёрт, только этого не хватало! Нервничать ей нельзя!

Водителю говорю домой ехать. Сам сажусь с Таей, беру её за руку, которую она пытается вырвать.

- Прости меня. Не нужно было сегодня тебя сюда привозить. Прости, я не знал, что сестра…

- Вы слышали, что он сказала? Почему? Как она может…

Слёзы текут по щекам, двигаюсь ближе, поворачиваю её к себе.

- Не трогайте меня.

- Успокойся. Я на твоей стороне, Тая. Я твой муж. Я всегда буду защищать тебя.

- Сейчас разве защитили?

- Больше такого не повторится.

- Да. Потому что больше я не поеду в этот дом. Никогда. Слышите? Видеть вашу семью не хочу!

- Таисия.

- Если вы хотите сохранить моего ребёнка вы послушаете.

- Хорошо. Будет так, как ты хочешь. Только не надо плакать.

Не в силах сдержать порыв обнимаю её, прижимая к себе.

Не вырывается. Всхлипывает только.

Хрупкая такая. Невесомая почти. Нормально ли это? Ведь она беременна?

Я спросил сегодня у Товия о её состоянии. Услышал совсем не то, что хотелось слышать.

- Доктор сказал, что рекомендовал ей половой покой, по крайней мере неделю, но так как вы молодожёны, то…

- Наш брак не предполагает интимных отношений. – я это сказал, хотя очень не хотел говорить, но знал, что Товий будет держать эту информацию при себе.

- Брак не предполагает? А ты сам, Булат, что предполагаешь? Вижу же, какими ты глазами на неё смотришь?

- Как бы я не смотрел. Я дал слово.

- Слово мужчина, конечно, должен держать. Да. Только… если ты его дал, ты можешь его и забрать. Или она сама может вернуть тебе твоё слово.

- Она не вернёт. Она…

- Ненавидит тебя, да. Сильно. Так сильно ненавидит, что даже мне страшно, откуда у этой девочки силы? Да?

Киваю молча. Это точно. Сил ей не занимать. А хочется, чтобы была слабой.

Нежная она. Слишком нежная и при этом стальная.

- Иногда путь от ненависти до любви такой короткий, что и не заметишь. Но терпение нужно адовое. Тут я тебе не позавидую.

- Я и сам себе не завидую.

- Знаешь, что поможет пройти этот путь?

- Что? – я смотрел на доктора так, словно он сейчас откроет мне тайну мироздания. Он и открыл. Самую простую истину.

- Любовь. Как путеводная звезда. От ненависти к любви совершить путь поможет любовь. Твоя любовь. Ты же любишь её? Вот и люби. Сцепив зубы. Позволяя бить больно. Люби. Не отчаивайся. Она сама не понимает, как ей хочется оттаять. Просто будь рядом и люби.

Это я и собираюсь делать.

- Куда мы едем, Булат.

- В наш дом.

- Мы… будем отдельно жить?

- Конечно. Правда, не так далеко, в соседнем коттеджном посёлке.

- Я там буду одна?

- В смысле? – не понимаю, что она хочет сказать.

- Вы будете работать, а я? Целый день сидеть взаперти?

- Почему? - всё еще не могу понять, о чём она.

- А как? Разве я могу сама отсюда уехать?

- У тебя будет машина с водителем и охрана, но ты можешь поехать куда захочешь.

- А если я захочу к подруге? А… институт?

- Ты ведь уже сдала сессию? Учёба закончена?

- Еще целый год, диплом.

- Посмотрим, Тая, ты в положении, если не будет противопоказаний – учись. Потом можно взять академический отпуск. Подумаем. Я не против, чтобы ты закончила образование.

- Спасибо.

Она меня поблагодарила? Неужели? Мне кажется, это первый раз, когда она мне вот так искренне спасибо сказала. Даже напрягаюсь, потому что это непривычно.

Мы приехали, помогаю выйти. Потом, недолго думая просто подхватываю на руки.

- Что вы делаете?

- Следую традиции. Невесту, жену в дом несу на руках.

- Я не настоящая жена.

- Это не важно, Таисия. Сейчас для меня самая настоящая. – говорю тихо. Именно это хочу донести. Она может относиться к этому браку как угодно. Но я считаю её женой. Своей женой.

Молчит, голову опустила. Ясно. Не важно. Пусть пока так.

Как сказал Товий? Любить?

Я готов.

Готов любить. Сколько угодно ждать готов. Даже если всё окажется бесполезно, бессмысленно.

Это мой выбор сейчас. Именно мой.

Заходим в холл, водитель и охрана несут вещи Таи, которые были у неё в клинике. Кое-какая одежда, по большей части домашняя. Я покупал её. Сейчас понимаю, что ей практически нечего надеть. Тот костюм, который на неё сейчас, я купил специально для выписки, больше ничего нет. Нужно пригласить стилиста, подобрать варианты.

Поднимаюсь по лестнице.

- Булат, я могу сама идти, и куда вы меня несёте?

- В спальню.

- Куда?

Чувствую, как она напрягается.

- В твою спальню.

Открываю дверь, заношу Таисию внутрь. Я постарался сделать комнату максимально уютной, пригласил дизайнера, сейчас переживаю, что Тае может не понравится. Ставлю жену на ковер, руки свои убираю, чтобы не было соблазна.

- Вот. Если что-то не так, ты можешь всё поменять.

Говорю, не придавая значения тому, как звучит фраза.

- А если всё не так?

- Что, совсем не нравится?

- Если я могу поменять всё, могу я поменять мужа?

Смотрит на меня прищурившись, дрожит. Как же мне хочется…

- Увы, мужа пока поменять нельзя.

- Пока?

- Я уже говорил тебе. Я отпущу, когда ты родишь, когда я буду понимать, что опасности больше нет. Когда все будут знать, что ты и твой малыш под моей защитой.

Таисия снова молчит.

- Располагайся. Сейчас я распоряжусь насчёт обеда.

- Я не голодна.

- Тебе нужно поесть.

- Можно я сама буду решать нужно мне есть или нет?

- Ты прозрачная, светишься вся, ребёнку нужно хорошо питаться. Доктор Товий сказал…

- Я получила рекомендации от врача, я знаю, что делать и витамины я пью. А сейчас… можно я останусь одна? Я устала.

- Хорошо, я уйду. Смотри, за этой дверью гардеробная, дальше вход в мою спальню.

- То есть? Гардеробная проходная? Она… не закрывается? – взгляд Таи снова становится жёстким.

- Я не буду покушаться на твоё личное пространство. Спальни объединены в целях твоей безопасности, чтобы если что я мог к тебе прийти, или ты ко мне.

- В этом нет необходимости. И я хочу, чтобы двери закрывались.

Я устал спорить и сопротивляться. Просто устал от этого дня.

Резко притягиваю её к себе, разглядываю.

- Никаких замков не будет, Таисия. Ясно? Ты моя жена.

- Фиктивная.

- А вот это мы еще посмотрим.

Быстро беру её лицо в ладони, не давая опомниться. Прижимаюсь к губам.

Не знаю, зачем я это делаю. Обещал не трогать, не нервировать. Целую жадно. Насытится не могу. Сердце сжимается от боли и бессилия.

Отпускаю и быстро выхожу из комнаты.

Пусть отдыхает. Пусть побудет одна. Пусть подумает.

И я… я тоже должен подумать.

Подумать о том, как перевернул всю свою жизнь и что делать дальше. Потому что я затеял войну. Войну, в которой мы оба можем погибнуть, а должны выжить. Ради ребёнка, которого она ждёт. Ради себя. Ради семьи.

Ради того счастья, которое могло бы быть нашим.

Которое слишком хрупко. Как и моя жена, которую в скором времени приходится снова везти в клинику.