Глава 33
Глаза застилает мутная алая пелена ярости.
Сестра… сестрёнка… сестричка моя. Милая девочка с нелепыми тощими косичками, за которую я в школе заступался, которую оберегал всегда, которой сам сказки читал, ей и Марику. Которой обещал, что замуж она пойдёт по любви, за кого сама захочет. Да, да… я ей это обещал. Когда совсем юная была. Боялась, что за старика отдадут.
Я тогда уже переболел любовью к Анютке, уже давно понял, что всё это не про меня. Но волнение сестры понимал. Пошёл сначала к отцу, потом к дяде. Условие поставил. Клан – это клан. Это важно. Но у Амины будет право выбора. Амина будет учиться, если захочет.
Амина поступила в университет, на платное, но учёба её заключалась в постоянных тусовках с подругами – такими же девчонками из богатых кланов, которые дорвались до столичной жизни. В итоге университет она с грехом пополам окончила, но вот работать по специальности желания не изъявила. Как и выходить замуж. Встречалась она с парнями из наших, её знакомили, но ничего серьёзного не вышло. Потом дядя Омар взял Амину на работу в компанию и ей там понравилось. Она сказала мне, что вообще не собирается замуж и её всё устраивает.
Я переживал за сестру. Ей уже исполнилось двадцать четыре, давно пора иметь семью, мужчину. Может, поэтому в ней столько злобы и ненависти к моей Тае?
Амина и Марат были погодками, сначала Марик родился, потом мама сразу забеременела Аминой, разница между ними была чуть больше года. Родители радовались, потому что после моего рождения мама долго не могла снова забеременеть, теряла детей. А тут сразу сначала мальчик, потом принцесса.
Амину все в семье обожали.
Может есть и моя вина в том, что она такая избалованная.
Сейчас я сижу в спальне и не представляю, что делать.
Амину заперли в моём кабинете. Я жду, когда приедет отец. Он должен её забрать. Но прежде мне нужно с ней поговорить, а я не могу.
Что она сказала про тех людей?
Почему она так сказала?
«Зря я пошла на поводу у Булата и сказала, чтобы тебе сохранили жизнь».
Эта фраза выбивает землю из-под моих ног.
Да, мы с Омаром обсуждали то, что нужно сделать, чтобы заставить Марата отказаться от Таисии.
О, боги…
После того как я нейтрализовал сестру, передал её охране, я вскрыл замок и зашёл в комнату, где пряталась Таисия.
Она лежала на полу.
Бедная моя девочка.
Я должен был её отпустить. Сделать всё, чтобы она жила спокойно и счастливо. А я…
Нет, не так. Я вообще не должен был лезть в её судьбу и судьбу брата. Мне следовало оставить их в покое, а еще лучше – помочь им.
Поднял Таисию на руки, отнес в спальню.
Внешне кажется, что она не пострадала. Но могут быть какие-то внутренние проблемы, с её малышом всё сложно, поэтому я снова звоню в клинику Товия.
Доктор перезванивает сам после того, как я вызываю бригаду.
- Господин Каримов, мне кажется, вы уже исчерпали все ресурсы. Эту девочку нужно держать подальше от вашей семьи! И от вас.
- Товий Сергеевич, я… я признаю вину. Но я не могу оставить её.
- Увези Таисию подальше, пока еще она может перенести путешествие. Хотя бы на пару недель. Море, солнце, пока еще можно ей сменить обстановку.
- Путешествие ей не навредит?
- Отвези её в Сочи на поезде, хороший СВ вагон она перенесёт прекрасно. В горы только высоко не тащи. Вези в Имеретинку, там поспокойнее.
- Хорошо. Спасибо вам.
- Такую девушку любить нужно, на руках носить, пылинки сдувать, а ты…
А я…
А я постоянный триггер. Из-за меня у неё столько проблем.
Вздыхаю и иду к ней.
Таисия уже открыла глаза, смотрит на меня.
- Тая…
- Почему она сказала про тебя?
Этого вопроса я больше всего боялся.
- Это ты?
- Что?
- Ты организовал это… то, что со мной сделали? Ты?
- Нет.
- Скажи правду, пожалуйста.
Она садится на кровати, прижимает подушку к животу. Глаза перепуганные, огромные как блюдца.
- Таисия, я клянусь, что я не имею отношения к этому нападению.
- Правда?
Смотрит доверчиво, напугана, расстроена, дезориентирована.
Я поддаюсь порыву. Сажусь рядом и сгребаю её в объятия.
- Тая…
- Пусти… пустите, не надо так.
- Таечка, послушай меня. Я на самом деле не виноват.
Телефон зудит. Охрана. Приехала «скорая».
- Тая, я вызвал доктора, осмотреть тебя.
- Зачем? Всё нормально со мной.
- На всякий случай, ты только из клиники.
- И я не хочу обратно. – отстраняет меня мягко, говорит тихо, не глядя. – Я… я хочу здесь остаться. Чтобы Нина приехала.
Нина, подруга, почему бы не отправить их к морю вместе?
Конечно, я хотел бы поехать с ней. Один. Но… лучше пусть так. Ей будет лучше.
Доктор, которая наблюдала Таю в клинике Товия проводит осмотр. Таисия уверяет, что всё хорошо.
- Покой нужен, только покой и положительные эмоции.
Будет покой. Всё для этого сделаю.
Тая остаётся в спальне, я иду к кабинету, где меня уже ждёт отец.
- Булат, что происходит?
- Пусть твоя дочь расскажет.
Амина смотрит нагло. Ни капли раскаяния.
- Да! Это я сделала. Я!
- Амина!
- Ты сам говорил, что нужно спасать Марата от этой шлюхи! Все говорили! И ты и… Омар!
- Дядя Омар! Говори с уважением! – зубы сводит от ярости, когда говорю с ней.
- А меня кто будет уважать? Или вы все на стороне этой… подстилки?
- Рассказывай, что ты сделала, Амина!
- Это не я, Булат! Это ты! С твоей подачи всё!
- Неправда. Я не стал бы устраивать подобное.
- Ты обсуждал это с Омаром! Вы сами говорили, что нужно от неё избавиться! И я избавилась! Пошла у вас на поводу. И что? Никакой благодарности! Эта шлюха живёт тут, ты сделал её женой! Официально! Она родит тебе наследника! Ты понимаешь, что этого нельзя допустить? Ребёнок безродной проститутки не может быть главой клана Каримовых!
- Это ты подкупила охрану? Ты хотела, чтобы Таисия потеряла ребёнка?
Ужасная догадка осеняет и меня шатает от гнева.
- Да, это сделала я! Доделала то, что не закончил ты!
- Это малыш Марата! Твой брат мёртв! Это частичка его, единственное, что осталось на земле от него!
- Всё равно! Грязная девка не может родить нормального малыша! Это…
- Заткнись. Закрой рот.
- Булат, что нам делать? – отец, который всё это время молчал, говорит тихо, я чувствую, что он, как и я на пределе.
- Вези её домой. Посади в комнате, запри, я приеду позже, и мы поговорим.
- Омар не даст вам меня унижать! Омар меня защитит!
- Амина, закрой рот! Ты не представляешь, что я с тобой сделаю! – рычу, хватая сестру за локти, смотрю в её глаза, - ты… ты…
- Омар заберет меня, не даст в обиду! Слышите? Омар меня заберёт! Омар мой мужчина! Он любит меня!
Слышу это и словно бетонная стена падает, давит на грудь.
Омар! Дядя Омар? Брат моего отца? Родной брат?
Как? Это… это немыслимо!
Амина еще что-то кричит, но я не слушаю, я смотрю на отца. Мертвенная бледность покрывает его лицо.
Он шатается, отступает, придерживаясь рукой за стол, начинает заваливаться и оседать вниз. Подхватываю его, устраивая на диване, придерживаю голову.
- Омар… подонок… мерзавец.
- Омар лучше всех вас! Он самый сильный из всех! – продолжает кричать Амина, и я не выдерживаю, встаю к ней, хватаю за плечи, трясу, что есть сил.
- Закрой свой поганый рот, закрой! Ты…
Хочется ударить её. Убить.
Нет, я не бью женщин. Нельзя.
Зову охранника, прошу запереть сестру в кабинете снова, и следить, как зеницу ока охранять.
Сам подхватываю отца под руку, веду вниз. Звоню Товию.
- Товий Сергеевич, отец. Моему отцу плохо.
- Я отправлю к вам реанимобиль.
Меня трясёт. Никогда еще я не был в таком состоянии.
Что за день?
Что за жизнь…
Дядя Омар! Она… она ему родная кровь, как?
- Булат… Омар он… он не сын моего отца. – отец словно читает мои мысли. - Он…Он был сыном его первой жены. Она умерла рано, Омару был год всего. Отец женился на моей матери, я родился.
- Но как…
Я не понимаю, как, почему Омар стал главным, если он был не родной деду?
- Родной отец Омара был очень влиятельным чиновником в те времена. Он помог нашей семье. Условием было то, что Омар станет наследником. Этот человек вытащил нашу семью из нищеты.
- Омар знал, что он не родной?
- Знал.
- Знал, что Амина ему не родная…
Отец кивает.
Они знали. Но это не делает поступок дяди менее низким и подлым. Он развратил мою сестру! Девушку из приличной семьи! Он… он надругался над ней! Даже если Амина была не против, он…
Боги, ему же за пятьдесят! Если точным быть пятьдесят пять! А ей нет еще двадцати пяти. Она совсем юная девочка! Амина… господи.
Как я мог это проглядеть? Как мог допустить?
Омар получит своё.
Сжимаю кулаки до боли. И челюсти.
Он своё получит.
Отца увозят. Я звоню маме, отправляю за ней водителя. Сам не могу ехать.
В доме Амина.
И Таисия.
Я иду к ней.
Таисия сидит на кровати, что-то печатает в телефоне. Поднимает глаза на меня. Вижу, что она всё еще не спокойна.
- Что… что случилось? Я слышала, как Амина кричала…
Звукоизоляция в доме отличная, но иногда и она подводит…
Мне тяжело. У меня словно разом исчезли все силы.
Я - булат, сталь, всегда считал себя сильным. Но и у металла есть предел прочности. Мой, видимо, на сегодня иссяк.
Я подхожу к кровати, ложусь на неё, нагло укладываю голову на колени своей жены.
- Что… что вы делаете?
Закрываю глаза.
Она может оттолкнуть меня. Отпихнуть. Встать и уйти.
Я пойму. Всё пойму.
Просто сейчас мне надо хоть мгновение побыть рядом.
Проходит минута, другая…
Я чувствую её руку на своих волосах. Её ладонь. Она просто лежит на моей голове.
О, боги, как же мне хорошо.