Глава 17

Настя

— Слушай, чего на нас все пялятся? — шепчу Нике.

— На нас? Мне кажется, на тебя.

— А что со мной не так?

Только что из дамской комнаты. Зеркало показало, что все со мной в порядке.

— Ты что, — осеняет меня, — разболтала кому–то про мою свадьбу с Шаховым?

— Я никому не говорила, ни слова, честное слово! — божится Панина.

У нашего потока консультация перед первым экзаменом. Но кажется, сегодня всем интересна только я. Шушукаются, пальцем показывают, провожают любопытными взглядами, когда мы с Никой идем по коридору к расписанию.

Чувствую себя не в своей тарелке.

— Тогда кто? — ломаю голову.

— Понятия не имею! Может, сам Максим рассказал кому–то? Сарафанное радио и все такое?

— Ему это зачем?

— Ну, я тогда не знаю…

Нам наперерез выступает Антон Савченко. Типа мой жених.

Еще вчера вечером я хотела ему позвонить, дать отбой нашей легенде, но забыла. Не до того было.

Но хорошо, что встретились сейчас, как раз поговорим.

— Настя, можно тебя на минутку? — прячет взгляд. Что–то его очень сильно мучает, аж лицо пятнами покрылось.

Переглядываемся с Никой. Глазами ей показываю, чтобы подождала, сама отхожу с Антоном.

— Слушаю тебя.

— Короче, Настя… — он запускает пятерню в волосы. Волнуется очень. Из–за него и я начинаю нервничать. — Я… не могу быть твоим женихом… — наконец рожает.

— Почему?

Не то, чтобы я очень огорчена, ведь Максим все переиграл и свадьбе с ним быть, но почему Савченко так быстро слился очень интересно знать.

— Не могу и все.

— Тош…

Подхожу ближе, хочу погладить его по руке, заглянуть в глаза, расположить к себе, чтобы выведать причину. А Савченко вдруг отпрыгивает от меня на приличное расстояние и быстро оглядывается, будто чего–то сильно испугался.

Или кого–то.

Тоже оглядываюсь, но ничего или кого подозрительного не вижу.

— Что случилось, Антон?

— Вчера вечером я возвращался с тренировки и меня остановили два типа. Они сказали, — сбивчиво шепчет Савченко, — чтобы я тебя забыл. Что ты теперь неприкасаемая. И что если только посмотрю в твою сторону, навсегда останусь инвалидом.

— О боже! — зажимаю рот рукой от ужаса. — Ты серьезно?

— Мгм, — бледнеет парень и еще увеличивает между нами расстояние.

— Что это были за типы? Ты их знаешь?

— Нет!

Это Максим со своими друзьями постарался или его отец подослал кого–то? Когда я ходила в офис Менгира на разговор, он уже тогда дал понять, что за мной следят. А еще я сама лично показала ему фото Антона и назвала имя.

Уверена, что это дел рук Шахова. Даже не важно которого из них — младшего, старшего или обоих. Поразительна просто хватка этих людей.

Я даже не могу сердиться на Тошку, жалеть или презирать его за слабость. Он не виноват, что попался тем вечером нам с Никой под руку и согласился на ложь. Никто из нас не подозревал, что у нашей игры могут быть последствия. Слава богу, все закончилось быстро и без последствий, особенно для Антона.

— Тош, я поняла, — миролюбиво успокаиваю его. — Ты знаешь, я сама хотела тебе сказать, что врать никому не нужно. Мы с тобой не пара и тем более не жених и невеста. У меня есть другой жених. Настоящий.

— Ага. Я в курсе.

— В курсе? Откуда?

— Во всех новостях об этом говорят.

Оу… а я ни сном, ни духом. А ведь Андрей Вадимович что–то говорил про прессу, только я почти ничего не слышала, настолько была оглушена и поражена предложением Максима. Хороший он оказался парень, просто слишком… поверхностный, что ли. Вел себя как ребенок. То кривлялся, то капризничал как маленький. Надеюсь, он не всегда такой.

Вот его друг, тот, что цветы заказал, он другой. Серьезный. Все время молчал, часто хмурился, а смотрел на меня так, что у меня в солнечном сплетении жгло и крутило. Его, кажется, Алекс зовут.

А третьего парня я намеренно не замечала. Его «ябывдул» ничего кроме отвращения не вызвало.

— Тогда все? — с явным облегчением спрашивает Антон. — Я пойду?

— Все, Антон, иди. Удачи тебе на экзаменах.

Возвращаюсь к Нике.

— Что он хотел? — тут же спрашивает подруга.

— Сказать, что больше он мне не жених. Потому что его запугали.

— Запугали? Кто?

— По всей видимости, это дело рук моих будущих родственников.

Очень хочется прямо сейчас набрать «Любимого Максика» и спросить, что за фигня и по какому праву он запугивает моего однокурсника. А еще — чтобы прекратили следить за мной и моими друзьями.

Но быстро передумываю. Лучше с глазу на глаз поговорю.

— А еще Тошка сказал, что в новостях трубят о нашей с Максимом свадьбе.

— Уже?

Не сговариваясь, мы обе лезем в сумочки за телефонами. Первые новостные строки пестрят заголовками:

«Сын известного бизнесмена Шахова женится на обычной студентке. Кто эта счастливица?»

«Кого выбрал Максим Шахов себе в спутницы?»

«Анастасия Задорожная. Что известно о будущей невестке Андрея Шахова?»

И все в таком духе.

— Теперь понятно, почему на тебя все пялятся. Знаешь, Настька, мне кажется, это только начало. Скоро как поп звезде тебе придется уходить от журналистов черными ходами и подворотнями.

— А ведь Максим меня предупреждал об этом, а я ему не поверила.

— Если не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней, — философски изрекла Панина.

— Ты это о чем?

— Расслабься и получи удовольствие, купаясь в лучах славы. Твой звездный час настал, пользуйся.

— Не хочу–у, — протяжно вою, закрыв лицо ладонями.

— Ты чо, Настена. На твоем месте любая хотела бы оказаться.

— Я бы с удовольствием уступила свое место.

Но Шаховым нужна именно я. Договориться ни с Менгиром, ни с его сыном не удалось. Одна надежда на порядочность Максима и что он сдержит свое слово: наш брак будет фиктивным и недолгим.

Правда, Нике я о нашем договоре с Максом не рассказала. Он просил, чтобы никто не знал, я обещала.

Паниной сказала, что Максим мне понравился. Все.