Глава 53

Настя

— Чш–ч… — касаются теплые губы уголка моего рта, — я рядом. Все хорошо, — ласкает меня чей–то шепот.

Распахиваю глаза. Сердце учащенно бьется о ребра от испуга. Перед самым пробуждением я вновь увидела зловещий черный кругляш, направленный на меня. Прямо в лицо. А потом этот шепот…

Внутренне вздрогнув, резко проснулась.

И встретилась со встревоженным взглядом Саши.

Он лежит рядом, на боку, подпирая голову рукой. Одетый. Поверх одеяла, которым укрыта я.

Уже одно то, что он так близко, заставляет мое сердце биться уже не от страха. Но так же часто.

— Я кричала? — тоже шепчу.

— Нет, — успокаивает, лаская меня взглядом, — но собиралась.

— Кошмар приснился, — дергаются мои губы в смущенной улыбке.

Пульс постепенно приходит в норму, дыхание выравнивается, а нутро заполняется теплом. Рядом с любимым чувствую себя в безопасности.

— Я так и подумал, — отпускает его тревога.

— Ты был здесь все то время, что я спала? — кружу взглядом по комнате. Глубокий вечер уже. Очертания предметов едва угадываются.

— Мгм. Охранял твой сон.

— Спасибо!

Меня топит нежностью и благодарностью к своему охраннику.

А еще мне физически необходимо чувствовать Сашу. Его тело, руки, губы. Запах. Дыхание одно на двоих.

Нужна разрядка. Слишком много всего накопилось на душе и в теле. Слишком долго мы были разлучены и измучены вдали друг от друга. Слишком сильным оказалось пережитое потрясение.

Сама тянусь к нему губами.

Саша удивительным образом чувствует, что и как я хочу. Словно читает мысли.

Оторвавшись от моих губ, молча стягивает с меня футболку, что сам же одолжил. Пара рывков — и тоже избавился от своей одежды.

В темно–синем вечернем свете он не менее великолепен, чем днем, при свете. Руки сами тянутся ощупать литой рельефный торс, почувствовать твердость мышц, жар тела. Выгибаюсь навстречу его ласкам.

Саша гасит мои стоны, затыкая рот поцелуями. Берет меня и дает то, что очень нужно мне. Выбивает страхи, тревоги, переживания. Отключает воспоминания. Наполняет уверенностью, что все будет хорошо.

Мы вместе.

Теперь навсегда.

— Никто и никогда больше не встанет между нами. Никому не позволю забрать тебя у меня, — словно клятву произносит, тяжело дыша мне прямо в губы.

Несмотря на полученное удовольствие, не желаю его отпускать от себя. Обняв руками и ногами, блаженно улыбаюсь, глядя в его сверкающие в темноте почерневшие глаза. Каждое слово закрепляю нежным поцелуем во влажную кожу.

Саша тяжелый, а мне его тяжесть — еще одна грань удовольствия. А когда все же приходится отпустить его в душ, чувствую некую пустоту и прохладу. Ровно до момента, когда он возвращается.

Мой.

Родной.

Любимый.

Единственный.

С полотенцем на бедрах. Еще одно, поменьше, в руках. Сушит им волосы.

Включает светильник, комната заливается мягким желтым светом.

Смущаясь от зрелища, стыдливо опускаю глаза, но желание рассматривать и любоваться пересиливает. Задержав дыхание, смотрю, как сверкают и переливаются в лучах капельки воды на торсе. Словно алмазы. Мысленно фотографирую каждый момент, складываю в свою личную копилочку памяти.

Красивый какой! — восхищаюсь.

Вспыхиваю и закусываю губу, когда замечаю, что Саша все видит. Чуть заметно усмехается.

— Идем ужинать. Мама, наверное, заждалась нас.

— Она догадается, что мы тут… — не договорив, прячу лицо в подушку.

А вдруг мы шумели? О–о–о, как стыдно. Как я буду смотреть его маме в глаза? Она мне показалась доброй и чуткой женщиной. А еще очень красивой. Саша на нее очень похож.

— Не бери в голову. Ты ей понравилась.

— Правда? — слова Саши обнадеживают. Ненадолго. — Иди первым, — трусливо оттягиваю встречу. — Мне нужно привести себя в порядок.

— Ладно, — понимающе усмехается любимый, берет со стула сверток, протягивает мне. — Тут халат и носки. Мама тебе передала.

Чудесная женщина! Я ее уже люблю.

В халате я буду чувствовать себя уверенней, чем в Сашиной футболке.

— Этот ужин будет пыткой, — признается вдруг мой мужчина, глядя как я разворачиваю сверток с одеждой.

— Почему? — замираю, устремляю удивленный взгляд на Сашу.

— Я буду знать, что под халатом у тебя ничего нет. И мучиться от желания.

— Саша, прекрати! Я и так буду гореть со стыда перед твоими родителями за все это, — взмахиваю руками, описываю круг. Имею в виду свое пребывание здесь, в Сашиной комнате, в голом виде, но он кажется, думает о другом. О том, о чем мы старательно забывали последние несколько часов.

— Все будет хорошо, — повторяет снова. Твердо и уверенно. — Люблю тебя. Больше ничего не бойся.

Подходит ко мне, наклоняется и целует. Долго, тягуче, сладко.

Оставшись одна, привожу себя в порядок. Сначала тоже принимаю быстрый душ. Облачаюсь в халат. Он из тонкой махровой ткани и очень уютный. Заплетаю волосы в косу. И только после этого решаюсь выйти из Сашиной комнаты.

Иду на звук голосов, что доносится, судя по планировке, из кухни. Мужчины разговаривают. Узнаю Сашин и его отца.

Только хочу войти, поздороваться, обозначить свое присутствие, как слышу то, что заставляет остановиться и затаить дыхание.