Глава 52

Алекс

— Уснула? — шепотом спрашивает мама, когда я выхожу из своей комнаты, тихонько прикрываю за собой дверь. На бледном лице — тревога. Распереживалась, приняла близко к сердцу. Глаза мокрые — поплакала уже.

— Спит, — киваю.

— Бедная девочка, — качает она головой. — Такое пережить. Вот, — протягивает мне сверток, — я халат ей приготовила, он новый, я купила, а носить не носила. Носочки тут, пусть наденет потом.

— Спасибо, мам, — благодарю ее. — Ты лучшая мама на всем белом свете.

— Я просто люблю тебя, — взъерошивает мои волосы. — Вижу, как любишь Настю ты. И чувствую, что она тебя любит тоже.

— Ты же ее не разглядела даже.

— Что надо — увидела.

Оставляю одежду на стуле в спальне, снова выхожу. Иду на кухню. Мать уже там.

— Отец не звонил?

— Нет. Думаю, ему там сейчас не до нас.

— Согласен.

— По телевизору только об этом… — подбирает слово, — происшествии и говорят, — кивает на кухонный маленький телевизор, там идут экстренные новости:

— Сегодня около полудня в центре города совершено громкое покушение на сына известного бизнесмена Андрея Шахова — Максима Шахова и его невесту Анастасию Задорожную, а также его друга — Александра Туревича, который находился в той же машине…

Показывают кадры любительской съемки — все, что насобирали в соцсетях. Уже после покушения.

— … Как известно к этому часу, Анастасия не пострадала. Ее жених Максим Шахов скончался на месте, за жизнь Александра Туревича борются врачи. Отец Максима от комментариев отказывается. Следственный комитет не исключает, что это было заказное убийство. Возбуждено уголовное дело…

— Как жалко мальчишек, — всхлипывает ма, стирает слезы обеими руками. — Молодые совсем, жить еще и жить. Сочувствую тебе, Сашенька, друзья же…

Обнимаю ее. В горле ком. Сам не могу поверить в то, что случилось, хоть и видел все собственными глазами. А уж что пережила Настя…

— Иди к девочке, — гладит мое предплечье мать. — Проснется, а тебя нет, испугается.

— Мгм.

— Я пока ужин приготовлю.

Возвращаюсь в свою комнату. Настя спит на моей кровати, до половины укрытая одеялом. На ней моя футболка. Еще влажные волосы рассыпаны по подушке. Ресницы едва заметно подрагивают.

Улыбаюсь, вспомнив, как она возле самых дверей вдруг испугалась.

— Что скажет твоя мама, увидев меня в таком виде? — не глядя вниз, указала на свое кровавое свадебное платье.

— Она обрадуется тебе, а не платью. К тому же, отец наверняка позвонил, предупредил, что мы приедем. Идем.

Мама у меня кремень. Не раз видела отца в подобном виде, когда одежда в крови. Понимала — работа такая. У него даже ранение было, выходила.

Только мы вошли, мать без лишних вопросов сразу заставила Настю снять платье, затем отправила ее в душ. И меня вместе с ней. Боялась, что моя девочка грохнется в обморок.

Настена не сопротивлялась, пока тер ее мочалкой. Стойко терпела, когда мыл густые волосы. Как мог. И только когда закутал ее в большое махровое полотенце и подхватил на руки, чтобы унести в кровать, как будто очнулась, заглянула в самую глубину моей души, туда, где плескался вопрос, ответ на который я не ждал, но любимая ответила сама:

— Саша, он меня не трогал. Между нами ничего не было, клянусь. Ему отец запретил…

— Я знаю, любимая.

Откуда? Понятия не имею. Чувствую, наверное. И конечно же, верю Насте.

— М–м… — застонала она во сне. На лице отразилась сначала тревога, потом страх, вот–вот закричит.

— Чш–ш–ш… я здесь, Настенька, — глажу ее по щеке костяшками. Успокоилась вроде.

Мама заставила ее выпить успокоительное, но от кошмаров оно не спасает.

Ложусь рядом, поверх одеяла, сгребаю свою девочку в охапку. Затихает, уткнувшись носом мне в шею.

Незаметно тоже проваливаюсь в сон.