Глава 35

– Что это такое? Замок набекрень? Архитектор был бухой в щи, когда рисовал проект? – как любитель всего прекрасного, я не смогла удержать яд и высказала свое мнение насчет кособокого здания, которое стояло особняком от остальных строений. Честное слово. Более депрессивного места я в жизни не видела даже на фотографиях из нищих стран третьего мира. Фавелы в Бразилии – пятизвездочные отели по сравнению с бараками низших вампиров. – Тут сейсмоактивность почвы очень высокая. Фундамент не выдержал нагрузки, вот замок и повело в сторону. Скромнее надо было быть и сопромат с геологией зубрить, а не письками с соседями мериться, – выдал мне небольшую справку Оникс. – В смысле сопромат учить? – Первые постройки вампиров были монументальные и высокие, а теперь они легкие и малоэтажные. Стены по большей части сделаны из вулканической пемзы. Дешево и сердито. – Скорее практично, – добавил Леший и выглянул из-за укрытия. – Это территория «Дома Стальной Стрелы». – Те самые монополисты искусственной крови, о которых говорила Кира? Интересно, как там она? Как Добрыня? Кто, кого прибил или отлюбил? А может, победила дружба? – Один из трех домов. Нам нужно незаметно проскочить в ангар возле замка. Пять карателей не справятся с толпой обезумевших вампиров. – С чего вы взяли, что они будут на нас нападать? Вы же закон и порядок. Как бэтмены, только без крыльев, – а жаль, подумала я. Сейчас бы летели спокойненько над землей и в ус не дули. Все-таки не просто так Аспид мечтал о крыльях, паря с Вероной над скалой. – Нас во всех мирах люто ненавидят. Особенно сейчас, после срыва операции по захвату Нижнего мира. Представляешь, как у всех бомбит. Сделка века между знатью и демонами сорвалась. Миллионы мечтали о новой и сытой жизни, но их обломали в самый последний момент. – Потрясающе, а мы не можем отсюда выбраться, – я дожевала липкую личинку, которую для меня поймал Ворон, и тяжело вздохнула, вспоминая нежные блинчики с вареньем. Что мы с Викингом только не ели в Темном мире. Страшно говорить и тошно вспоминать. Яйца таракана были деликатесом по сравнению с самим тараканом. Хорошо, что мужики догадались нагреть склизкое содержимое панциря с помощью своих костюмов. Мясо не так пугало в копченом виде, как в сыром. – Доедай и выдвигаемся. В ангаре нас ждет ласточка, которую нам нужно по-тихому свиснуть. – Ура! Да здравствуют карательные авиалинии. Но радовалась я недолго. – Ребят, вы серьезно? Это же полуразложившийся труп кукурузника. Как мы на нем полетим? – Ты сначала говном научись управлять. На хорошем аппарате и дурак сможет. Мы с тобой в кабине полетим, а остальные на крылья залезут. Все просто, – Астат что-то осматривал в двигателе и проверял наличие топлива в баке. – Дальше идти опасно. Будем довольствоваться тем, что есть. – А если кукурузник не взлетит или рухнет по дороге? – Я проверил и все просчитал. Наша ласточка дотянет до нужного места. И это не кукурузник. Хотя модель очень похожа. Вампиры в Темный мир тащили все, что могли унести, когда мы устроили великое переселение. По всей видимости, первые чертежи летательных аппаратов они тоже успели прихватить и доработать на свой лад. Через жопу, конечно, но это лучше, чем ничего. – Ага! Мы его обязательно в Нижний мир заберем. Другого транспорта у нас попросту больше нет. К медведям нагрянем, вот они удивятся, – Оникс пока проверял фюзеляж, нечаянно оторвал какую-то пластинку и быстро выкинул ее в окно, чтобы я не заметила поломки. – Да! Дожили. Со дна снова постучали. Где взять средства? – бедный Ворон. Он все время был на стрессе из-за денег. Как несчастный ипотечник, который взял кредит на однушку в Москве сроком на двадцать пять лет и теперь понятия не имел, как этот кредит погасить. – Обратитесь в профсоюз. Устройте забастовку и пикет. Напишите жалобу в трудовую инспекцию. Мы апокалипсис предотвратили. Людей спасли. Где наша награда? Где индексация зарплаты? Я хочу премию! – Мы должны найти организаторов, а не исполнителей. Тогда нам дадут награду, – отрезал Астат. – Кира сказала, что три дома вступили в сговор, – не унималась я и гнула свою линию. – Это нужно еще доказать. – Так в чем проблема устроить допрос? Донесение Киры у нас записано. Вызов был неслучайный. Границу пересекли сотни вампиров и несколько десятков демонов. – По указанию оппозиции, которой уже наверняка нет в живых. Кого допрашивать? – Астат безразлично махнул рукой. – Высшие вампиры действуют иначе. Для них в порядке вещей подавлять свою мозговую деятельность, угнетая центральную нервную систему. Программа всегда выдает ошибки на их ложь и на правду. – Невозможно зацепиться, – объяснил Леший всю проблематику, но я все равно ничего не поняла. Какие-то сложные взаимоотношения у всех рас. – Ну и что? Подумаешь, ошибку выдала железяка. – Несовершенство аппаратуры – это наша проблема. Полиграф должен зафиксировать ложь, а не ошибку или статистическую погрешность. Это закон. Для компьютера их действия не являются противозаконным. Для них это естественное состояние. Это все равно, если бы мы запретили тебе дышать, моргать или глотать слюну во время допроса. – А заставить сказать правду? Ну там напугать, спровоцировать или по голове настучать кулаком? Ежу понятно, что правители великих шалашей устроили весь этот бардак. – Высшие вампиры это тебе не оборотни. В них нет зверя, который живет одними инстинктами. В них не бурлит кровь от гормонов. Только грубый расчет и холодная голова. Полное презрение к лишним телодвижениям. Тотальный контроль над своим телом и эмоциями, который оттачивался столетиями, а может, и больше. Вести переговоры с аристократией – еще та мука даже для Аспида. – Почему мука? – Ты видишь, что гаденыш врет, как дышит, а сделать нечего не можешь. Мы бракованные и на интуитивном уровне чувствуем подвох или когда нам что-то не договаривают. Кровососы назубок выучили все наши законы и теперь пользуются лазейками. Хрен подловишь. *** Что я могу сказать про наш полет? А ничего хорошего. Если раньше у меня не было аэрофобии, то теперь она появилась. Когда мы пролетали на кукурузнике возле скал, меня чуть не стошнило от страха полупереваренной личинкой. А мои придурки в колготках ржут и орут, чтобы Астат сделал «бочку» или «мертвую петлю». Ну конечно! Им весело, а мне в бункер охота. Никогда бы не подумала, что буду скучать по плите и по сковородкам. – Хочешь порулить? – предложил Астат и отпустил штурвал. Мы тут же полетели камнем вниз под одобрительное улюлюканье мужиков. – Издеваешься? – пилотирование не входило в мои планы. Сидя у начальника на коленках, я не знала, как бы мне его не заблевать. – Штурвал не отпускай. – Ладно. Вернемся в бункер. Продадим Викинга в цирк, купим новую птичку, и я научу тебя летать. – Может, не надо? Я даже на велосипеде кататься не умею. – Надо, Невеста! Надо. Ты теперь в мужском братстве, – Астат – козлина, придумал, как меня затравить до полуобморочного состояния, прикрываясь благими намерениями. – Можно мне обратно в тупые дырки вернуться? – в пекло их клуб. Жизнь дороже. – Нет! Нельзя! – хором прокричали каратели и громко заржали. *** Наше приземление было фееричным и очень громким. Мало того что мы, естественно, не сумели дотянуть до нужной точки, ибо погода резко ухудшилась из-за грозы, так наш Франкенштейн рухнул на поместье какого-то аристократа из модного дома или высокого дома. Честно говоря, я запуталась в этих многоэтажках и их владельцах. Здание после столкновения обрушилось, и на нас тут же натравили свору голодных вампиров, очень похожих на тех, что мы видели у границы. – Невеста, где ты, зараза мелкая? – в полной темноте наш отряд несся по развалинам, убегая от многочисленных врагов. – Чего ты орешь? Я не успеваю за вами. У меня ноги короткие и сиськи от тряски весь подбородок отбили. Я уже сотрясение мозга заработала. – Викинг, помоги инвалиду, – Астат в своем высокомерном тоне выдал еще пару реплик насчет меня и моей физической подготовки, а точнее, о ее полном отсутствии. Нервничал Астат. Ой как переживал. Время играло против нас. Вот он и орал на всех, как недорезанный хряк. Силы были неравны. Нас тупо могли задавить числом и разорвать на кусочки, несмотря на хваленые суперкостюмы, которые, как оказалось, требовали подзарядки вместе с оружием. Даже топор Викинга не спасал от врагов. Это как махать ножом перед роем саранчи, которая летит на тебя лавиной со скоростью света. Ну убил ты десять штук, а на тебя тысяча несется. Мужики отстреливались, а я пряталась за их спины. Хотелось помочь, но чем? Пару раз я даже камни бросала в толпу кровососов. Знаю, что глупо, но когда тебе страшно, то начинаешь творить лютую дичь. – Двести метров! – крикнул Астат. – Там обрыв! – бляха-муха, они решили сигануть в воду. – Вот именно. Вампиры не последуют за нами. – Естественно! Кто хочет умирать в кипятке? – не-не-не, моя страховка от несчастных случаев, это точно не покроет. Вопрос? А она у меня вообще есть? – Вперед! – Астат подхватил меня, как пушинку, и бросился бежать быстрее ветра. – На помощь! Вампиры, помогите! Спасите! Вы думаете, меня кто-то послушал? Естественно, нет. Ох как я орала, когда мы прыгали в воду. Мои легкие чуть не разорвались от крика и ужаса. Про сердце вообще молчу. Нервная система была выпотрошена в хлам и восстановлению больше не подлежала. Мне показалось, что мы с Эвереста спрыгнули в Марианскую впадину. Главное, что мальчишкам было весело. Ворон умудрился даже сальто крутануть, пока мы летели камнем вниз и войти в кипяток без брызг. Олимпиада потеряла гениального спортсмена в его лице. Теперь понятно, почему Астат на них все время злился и орал. Он делал все, чтобы спасти нас от смерти, а адреналиновые наркоманы развлекались на полную катушку, не понимая всей степени опасности. Конечно, начальник взбесился, кода услышал от всплывшего Лешего: – А давай повторим! Безалаберные, сумасбродные, недисциплинированные, бестолковые подростки – ничто по сравнению с бракованными карателями. Реально трудные дети с особенностями психики, которым выдали автоматы и сказали: «Ты взрослый мальчик, а значит, ответственный, и хватит ковыряться в носу и жрать свои козявки». Ну да, конечно! Козявки – это святое. Огромные волны накрывали нас с головой, но наш отряд все же сумел выбраться на берег. Точнее, мы доплыли до скал и залезли в какую-то пещеру. – Все, привал. Нужно подумать, как быть дальше, – Астат сел на камень и вытер воду с лицевого щитка. – Просить политического убежища. Неужели вас все ненавидят? Есть же нормальные вампиры? – я готова была рухнуть на пол. Ноги меня вообще не держали. – Где ты видела нормального вампира? – Кира, например. Нам нужно найти повстанцев. Они должны помочь нам. – Твоя пиявка авторитетно заявила, что ее отряд погиб. – Так давайте другой отряд найдем. Он что, один на всю планету? – Ищи. Даю тебе добро и полную свободу действий. Вперед и с песней. – Вот и найду! – Скатертью дорога. – Астат, нельзя всех вампиров мерить одной линейкой! Это неправильно. – Дети, успокойтесь! – Ворон попытался прекратить очередной виток бессмысленной ссоры. – Невеста, смотри, что я для тебя поймал! – каратель аккуратно разжал свою ладонь и поднес ее к моему лицу. На ней лежал сморщенный червяк белого цвета, похожий на маринованный корнишон. Леший, внимательно разглядев несуразное беспозвоночное, сначала схватился за голову, а потом нагло отобрал червяка у своего боевого товарища. – Ворон, ты все-таки оторвал свой пенис. Боюсь нам его уже не спасти, друг мой. Слишком маленький и некрасивый. Давай его похороним или сожжем. – Вообще-то, это еда для Невесты. В моем мире она бесправная свиноматка и скоро опоросится. Я единственный добытчик и кормилец. Мы живем в пещере. У нас первобытный домострой и полноценная семейная ячейка. – А-а-а. Понятно. Лови обед! – Леший бросил в мою голову червяка, которого я, естественно, не успела схватить. Беспозвоночное создание моментально прилипло к моему шлему, как переваренная макаронина. – Бон аппетит, миледи. – Я тоже хочу такого! – заныл Викинг. – Я голодный. – Бери! Дарю! – я повернулась в сторону голодающего. Викинг отскреб червяка от моей головы, благо я была в шлеме, и съел его, даже не подавившись. Нет. Я так больше не могу. Я хочу в бункер.