ГЛАВА 14
Мне следовало бы всех их уволить. Всех, до единого. Останавливала только одна мысль: «А кто придет вместо них?». Я знал, что желающих устроиться горничными в Рай – нет. Моя дурная репутация отпугивала возможных претенденток. Призраки боялись рыцаря, уничтожившего несколько призрачных миров. И неважно, что действовал я по чужому приказу, и что жестокость, в которой упрекали газетчики, слишком преувеличена.
Призраки меня боятся. И с этим ничего не поделаешь...
После моего появления здесь, отель стали называть «проклятым». Как будто одно мое присутствие притягивает проклятия. Глупости, конечно, и предрассудки, но ничего с этим не поделаешь.
Так что вариантов, как завербовать призраков, не покидая отеля, я не видел. И так привязка Олеси отнимает львиную долю сил. Приходится по три раза на дню подпитываться «Лунным бликом», наплевав на противопоказания и причитания ворчуна Рихарда.
Мысли плавно перенеслись на недавнюю стычку. И вроде как эскулап принес свои извинения, и конфликт исчерпан, но негодование до сих пор рвет душу. Нет, что он мне устроил! Это, ни в какие ворота, не лезет! Сомневаться в моих словах!
Распустить бы их всех...
В сердцах я кинул об дверь блокнот. С глухим стуком он упал на ковер. Даже устроить погром мне лень. Не достойны они моего гнева...
Разочарованный, я развалился в кресле...
Всё в этом отеле без души. Так определенно заметила бы матушка. Например, блокнот, валяющийся у двери. Его не жалко бросить или даже испортить, да хоть растоптать в сердцах! Он пустой. Лежит здесь для видимости, отвлекает внимание посетителей. И не используется по назначению.
Как кожаный ежедневник, как эти темно-синие ручки, нарочно разбросанные по столу.
Бесит. Они думают, я занятой и весь в делах. Ха-ха, они не видели настоящих дел.
Неловко признаваться самому себе, но я скучаю по стычкам и секретным вылазкам, по своим соратникам. Впрочем, после последней провальной миссии и оглашения приговора их осталось немного. Никто – совсем никто из прошлых друзей не пытается навестить меня. Приятного мало.
Это меня лишили силы, оставив лишь крохи на минимальную защиту себя и пропитание. Меня, не их! Что стоит перенестись хотя бы в этот кабинет? Пустяк для демона, не стоящий даже того, чтобы об этом говорить.
Сколько раз я вспоминал тот день, сколько бы ни корил себя – по-другому не смог бы поступить.
Непроизвольно сжал руку в черной перчатке. Я должен ненавидеть даже память о ней, но не могу.
Скорее, она стала тем камнем, что указывает путь по дороге. Мне указала в сторону «Призрачного Рая», даже сама не сознавая этого. А еще она лишила меня части самого себя. Тоже не понимая, что делает.
Иногда мне кажется, что вместе с нею умерла частичка моей души. Но говорят, у демонов ее не водится. Матушка, впрочем, мне как-то сказала: «Душа есть даже у вещи. Почему же ее нет у тебя, милый?».
Она никогда мне не врала. Нет смысла сомневаться в ее словах. Чем они хуже слов отца?..
Тогда, в прошлом, я чувствовал себя настоящим, нужным. Пусть и рисковал собою каждый день. Мне не хватает этих живых ощущений.
- Господин? – Виллар заглянул в кабинет и встревоженно нахмурился. - У вас что-то случилось? Вести из дома?
Я тут же подобрался и недовольно уставился на управляющего.
- С чего подобные вопросы?
- Вы бы видели свое лицо... – проговорил Виллар и осекся.
Понял, что сморозил глупость и нелепицу. Я видел свое лицо. Аж сегодня утром в зеркале. И видеть больше не хочу...
- Издеваешься? – прошипел я и поднялся ему навстречу. - Хочешь довести меня до трибунала?
- Простите, господин! Прошу вас, простите глупого слугу! Я совсем не то имел в виду. Вы смотрели столь задумчиво, я было подумал... Простите! Я тут чего пришел-то... Проблема у нас, господин.
- У нас всегда проблемы. Почему ты говоришь о них в единственном числе? – усмехнулся я.
Слуга поперхнулся, а потом с виноватым видом сказал:
- Мадам Грин вошла в комнату к Олесе. Они разговаривают уже несколько минут... наедине.
А вот это действительно грозит общемировой проблемой. Как я забыл сказать дурехе о сумасшедшей?.. Предупредил насчет призраков, но мадам Грин – самый необычный... хмм... призрак...
Надеюсь, Олеся не станет пожимать ей руку или принимать близко к сердцу ее слова.
Черт, это катастрофа!
- Что ж ты молчишь! – взорвался я. - Почему не запретил?!
- Ну так... – Виллар засмущался. - Хозяйка же... Захотела поговорить с Грин наедине. Приказа запрещать не было...
- Я ей покажу хозяйку! Шею сверну!
- Хозяин! – успокаивающе воздел руки Виллар. - Побойтесь отца. Успокойтесь! Дамы только пообщаются. Навряд ли мадам Грин причинит Олесе вред.
- Знаю я эти дамские разговорчики, - я потянулся за маской и нехотя надел ее. - Хоть ты не дави на жалость.
- Да, господин, - поклонился Виллар и отступил вглубь коридора.
Пока я несся к единственной в этом чертовом мире неисправимой дурочке, чуть не сбил с ног половину отеля.
В этот момент я искренне сожалел о том, что не выгнал под благовидным предлогом Грин сразу. Пожалел старушку, внял ее уговорам. Женщинам верить нельзя, даже если им за сто пятьдесят!
- Открывай! – тарабанил я в дверь непослушной девчонки, полностью проигнорировавшей мои требования.
Говорил же: «Никаких контактов! Никаких личных прикосновений и всего прочего!». К чему мне теперь ее хладный труп?
И зачем закрываться? Что за мнительность перед смертью?!..
От сумасшедшей можно ожидать чего угодно. Не удивлюсь, если призрак вселился в тело девушки и хозяйничает уже оттуда. А самонадеянная дуреха сжалась на задворках души и пискнуть не смеет.
- Открывай! – со всей силы пнул ногой дверь.
Хлипкая конструкция не выдержала, и деревяшка треснула.
- Господин! – в ужасе шептал рядом Виллар, чуть ли не хватаясь за голову.
Хотел остановить меня, ага.
Я двинул ногой еще раз, доламывая досадное препятствие, и дверь слетела с петель. Шмякнулась под ноги и скукожилась. Я перепрыгнул через ненужные деревяшки и влетел в апартаменты Олеси.
Первая проходная комната с камином была пуста. Два стула, валяющаяся на полу книга... Меня охватили дурные предчувствия.
Как можно скорее я дернул ручку Олесиной спальни. Хорошо, что щеколды на этой двери не предусматривалось, и дверь с легкостью поддалась.
«Только бы успеть, только бы успеть!».
Машинально я сдернул перчатки и приготовился нападать. Снести с ног постоялицу ударной волной я смогу. Но не пострадает ли Олеся?!
Увидев худшее, именно то, чего я боялся, замер.
Опоздал!
Я чертовски глупо опоздал!
Олеся лежала в кровати с закрытыми глазами. Даже издалека был заметен осунувшийся и усталый вид. Силы покинули ее. Кожа приобрела землистый оттенок. Былая красота исчезла, оставив лишь величие вечности.
А над нею водила сморщенными и узловатыми пальцами мадам Грин. Вид у старушки был до крайности довольный. Неудивительно, ведь она только что полакомилась моей сотрудницей.
Вот наглая бестия! Я ей припомню! Еще четырех сотрудников припомню! До трибунала доведу!
Хорошо, старушка хоть в платье сегодня. Можно нормально смотреть, не смущаясь и не отводя взгляд. Хотя черные ажурные колготки и пышная юбка выше колена не слишком подходят почтенной матери семейства. Да вот только родственники и друзья давно махнули на нее рукой из-за диагноза и того, что она впала в немилость. Старушка сначала долго мстила, а потом долго отходила от всего этого. А заработанные при жизни миллионы позволяют месяцами гостить у нас.
- Чего припёрлись? – как всегда любезно и добродушно бросила она, не отнимая рук. - Мешаешь, хозяин. Мы делом заняты.
И столько равнодушия в голосе!.. Будто и не отняла невинную жизнь. Без предписания, между прочим. И не занята она делом опасным и осуждаемым...
Слабость накатила удушливой волной.
- Вижу... – не удержался и облокотился о косяк.
Позади меня горестно вздохнул Виллар. Управляющий сморщился и безотрывно смотрел на кровать и нашу бывшую хозяйку.
Да, успел он привязаться к девчушке. Кормил ее, поил, как отец родной. Я протянул руку и ободряюще сжал его плечо.
- Шли бы вы, - мадам опустила руки и вытащила из кармана дымящуюся папиросу.
Прикурила и села в ногах у почившей.
Вот это самообладание! Нет, я понимаю, что у сумасшедших свое понимание норм и морали, но это ни в какие ворота!..
Я ошалело посмотрел на Виллара. Тот аж переменился в лице, когда увидел папиросу.
Ах, ну конечно. Он же лет триста назад бросил, и до сих пор немного переживает об этом!
- Мадам, простите... – прочистил горло Виллар. - Но четвертой конвенцией призрачного суда решено в местах общественного пользования не курить... сумрачный порошок.
- И что? – выдула в нас колечко мадам. - Где здесь общественное? Туалет?
Управляющий сделал шаг вперед и замахал руками на дым.
- Мадам Грин, с прискорбием сообщаю, что и в этот раз мне придется вызвать Призрачных псов. Если в прошлый раз вы лишили души наших коллег, то в этот раз всё серьезнее...
- Неужели? – мадам бесстыдно закинула ногу на ногу. - И в чем же?
- Вы убили человека! – выпалил Виллар и чуть ли не с кулаками набросился на гостью. - Как вы могли?! Кто вам позволил?! Как вы вообще...
- Постой, речистый... – мадам зажала сигарету в зубах и лукаво улыбнулась. - Не пойму, чегой-то ты треплешь. Никого не убивала... сегодня с утра.
Я быстро пересек комнату и опустил ладонь на холодную шею девушки. Прислушался к пульсу.
- Она... спит? – недоверчиво спросил я мадам.
- А то!.. В сон я ее вогнала, в лечебный. Совсем уморили девушку.
И пустила несколько колец дыма прямо ей в нос.
- Вы что делаете?! – возмущенно просипел Виллар и дернул мадам за плечо. - Это же вредно!
- Вещества, содержащиеся в сумрачном порошке, мой милый, крайне благоприятно влияют на сон, - прогнусавила мадам и рассмеялась. - Я вогнала ее в транс, так что ей всё равно, коль вы пошумите. Ну а я... пойду.
И мадам с самым независимым видом встала.
Виллар в панике заметался между нею и Олесей:
- А как же девушка? Ей открывать салон! Вы не можете так уйти! Разбудите ее!
- Вот еще! – мадам Грин умудрилась фыркнуть даже с зажатой в зубах сигаретой. - Пусть полежит часок. Мой транс волшебный. Каждая минута как час считается. И с аурой я ее поколдовала...
- Вы не имеете права! – взвизгнул Виллар. - У нас есть лекарь!
- В Сумрачный мир его, - бросила через плечо мадам и гордо прошествовала на выход.
Я не стал вмешиваться или задерживать вздорную старушку. Олесе ничего не угрожает, вот и хорошо. О способностях мадам, знаменитых до ее болезни, я слышал. Многие считали ее ведьмой и колдуньей, но она была видящей. Могла заметить то, что скрыто за толстыми стенами, за потаенными страхами души.
Когда-то и мне она предсказала важную вещь...
Наверное, в память о том совете я до сих пор не могу выгнать ее. Даже после четырех съеденных слуг.
И все-таки она была спятившим призраком.
- Господин, что будем делать? Салон должен начаться с минуту на минуту.
- Попроси всех подождать. Расскажи басенку, спой песенку... Бери пример с Олеси! Сделай одолжение... - бросил недовольный взгляд на слугу и аккуратно присел на кровать рядом с девушкой. - Она и вправду устала, раз так выглядит. И если история с беременностью правда...
- Господин! – возмутился до глубины души Виллар.
Я скривился. До сих пор не могу поверить, что так опростоволосился.
- ...ей стоит отдохнуть. Часок. Мадам оказала нам поистине царскую услугу. Минута за час – это прекрасно.
- Люди столько не спят, - проворчал себе под нос Виллар, но послушно направился к двери.
- Пожалуй.
И я зачем-то коснулся ее ушибленной ноги. Погладил ее сквозь сиреневую ткань платья. Опять не фирменный цвет отеля, но это такие мелочи...
Интересно, восстановление организма во сне тоже ускоряется?..