ГЛАВА 22

Утра я ждал с нетерпением.  Нужно о многом предупредить маленькую хостес, пока она снова не вляпалась в неприятности. Обезьянтусы притихли и ведут себя как настоящие паиньки. Зная их гнилую породу, нужно быть особенно внимательными.

Каждый раз представляя, как волосатый обезьянтус тащит в номер Олесю, мне хочется убивать. Причем жестоко, долго и со вкусом.

Но я сдерживаю пар, понимая, что ни один судебный процесс не примет во внимание мысли и подозрения.

...Но и рисковать своим работником я не намерен!

Сегодня я почти не спал, обдумывая ситуацию. Слухи об Олесе разнеслись так далеко, что привлекли внимание отца. Он звонил по «Всезнаву», и наш разговор нельзя назвать таким уж плохим, что само по себе настораживает и вызывает недоумение.

- Ты помнишь, что действуешь незаконно? -  без всякого приветствия спросил он.

- Да.

- И как будешь расхлебывать, если прибудет комиссия? А она прибудет, будь уверен.

В этой его фразе я не смог распознать, что прозвучало: волнение за меня или скрытое ехидство. Отец давным-давно предоставил мне свободу делать всё, что захочу. С того самого пожара, с того дня, когда я не оправдал его доверие. Иногда мне кажется, что даже если бы я решил продолжить его дело и пошел в политику, и тогда он все равно был бы мной недоволен. Для себя я решил – отцу не угодишь, нечего и стараться.

- Я работаю над этим, - твердо ответил я, надеясь, что мой тон удержит  его от дальнейших вопросов.

- Что ж... – правильно понял он, - мое дело предупредить. Слышал, Найт заходил? И что ты с ним сделал?

Я мысленно хмыкнул. То, что отец следит за младшим отпрыском, дело ясное. И наша последняя встреча полгода назад, когда я спустил наглеца с лестницы, не укрылась от него.

Найт тогда держался очень вызывающе, всё требовал, чтобы я подкинул ему денег на жизнь. Разумеется, я разозлился и прогнал его.

Вчера же всё было по-другому: я видел, что ему, в самом деле, нужна помощь, как бы он ни хорохорился. Он, принадлежащий к высшему кругу, денди, коих поискать еще надо, пришел ко мне в обносках. А его виноватый взгляд?.. Уверен, дело в женщине.

Но как он сумел так потратиться?.. И неужели думает, что отец не в курсе?

- Решил присмотреть за ним, - ответил я, зевая. - Если с допросом всё, разреши мне лечь спать.

- Будь осторожен с девушкой. Люди... они такие...

Поблагодарил отца за предупреждение и отключился. Долго лежал в кровати и смотрел в потолок. Что имел в виду отец? Какие такие?

Слабые, беззащитные? И так понятно.

Опасные для демонов? Чушь!

Но ведь он предупредил. Зная отца, это уже нечто нереальное. Значит, причина была, и отец посчитал ее достаточно серьезной, чтобы вмешаться.

Время пришло, я активировал зеркало. Оно заблестело, наполнилось призрачным светом, колыхнулось. Прочитал заклинание поиска, чтобы найти Олесю. Миллионы зеркал на ее планете нагрелись, сделали вдох и просканировали пространство рядом.

Люди не знают, кто живет в зеркалах, какие сущности. А ведь именно они помогают найти Олесю, именно из-за них она никогда не скроется от моего взгляда.

Готово. Одно зеркало мигнуло красным, что означало - искомое существо найдено.

Я запустил  руку в зеркальную жижу, думая об Олесе, и почти сразу нащупал руку девушки. Она стояла у зеркала и ждала. От понимания этого мне стало непривычно радостно и тепло.

«Если не нужно заставлять ее подходить к зеркалу, расход энергии получается меньше», - думал я, пока Олеся просачивалась сквозь миллиарды миров и неслась навстречу.

Выпрыгнула она неожиданно резко, и я, покачнувшись, едва удержал ее за талию. Вид у девушки был напряженный и серьезный, словно она решала в уме сложную математическую задачу. Удивившись слегка, перевел взгляд ниже и нервно одернул руки, словно они могли загореться.

Сегодня на ней была атласная сорочка яркого лилового цвета с черными кружевами по краям. Тоненькие бретельки едва удерживали грудь, которая прекрасно просматривалась из-за глубокого декольте. Волосы легкомысленно прикрывали спину, и я впервые заметил, какая тоненькая и изящная у нее шейка.

А еще эта сорочка, нет, тряпочка! была крошечной, просто-таки микроскопически маленькой и едва прикрывала трусики.

Меня бросило в жар, и я сделал пару шагов назад.

- С ума сошла являться в этом?! – рыкнул я, дергано поворачиваясь к двери.

Еще не хватало, чтобы притащились слуги или, не приведи Великий разум, Найт. Вот уж кто не удержится от сальной шуточки или двусмысленного комплимента.

Меж тем Олеся все также равнодушно смотрела перед собой, ее взгляд не выражал ровным счетом никакого смущения или раскаянья.

- Олеся? – снова окликнул ее, нехотя подбираясь ближе.

«Что могло произойти с ней по дороге?» - хаотично перебирал я варианты. «Потерять разум она не могла, душа тоже должна быть при ней. Разделиться при перемещении  - нет, не наш случай. Вот она стоит, целёхонькая и невредимая. Сорочку в расчет я не беру.

Напасть пиратам на нее - времени не было, да и кампания эта без подготовки невозможна. Кто будет охотиться на Олесю и проводить темный ритуал? Не такая она важная птица, чтобы на нее охотились. Отметаем...

Так, она могла впасть в сон. В летаргический... Такое с людьми бывает, от стресса или шока, вообще происходит такое сплошь и рядом, мы еще в школе проходили. Опытные человеческие колдуны используют таких людей для зомбирования, чтобы вершить темные дела. Она заснула или нет? Взгляд стеклянный и не мигает.

Надо проверить. Вот только...»

Я нервно взлохматил волосы и ощупал перчатки. Снять их или нет? Опасно и чревато последствиями.

Сама мысль подойти к ней и дотронуться до оголенной груди стала внушать ужас. Нет, нужно как-то иначе, сугубо в деловом ключе. Как ее работодатель, я должен воздержаться от прикосновений, тем более в таких эм...личных зонах.

«Красивая грудь».

Чуть не зарычав, приказал себе думать конструктивно. Как мне узнать, жива она или нет?

По дыханию! Точно, как я мог не вспомнить раньше?

Грудь покоя не давала. Красивая, будто на картинке. Даже у Адель не так упруго смотрелась, форма другая.

«Черт!».

Так. О чем это я? Могу послушать ее дыхание и замерить его!..

Попытался вспомнить матчасть, даже отвернулся. Как там было написано?.. «При летаргическом сне количество вдохов уменьшается». Ага, ясно. Вот только не помню, насколько именно...

Ладно, разберемся!

Я подошел к девушке и наклонился.

«Вкусный аромат. Духи? Не замечал раньше...».

Мысли скакали так резво и всё вокруг приблизившегося декольте, что я в упор не слышал дыхания.

«Нужно наклониться ближе».

Придвинулся и едва не свалил ее. Уцепился за Олесино плечо, как за спасательный круг.

«Сосредоточься!»  - приказал себе тоном арбитражного судьи и включил свой абсолютный слух.

«Дыхание есть. Отлично... Теперь нужно посчитать. Сколько ударов совершает сердце, сколько вздохов делает Олеся... В минуту или секунду? Дышит она часто...».

Сосчитать точное количество я не успел. Девушка отмерла и пронзила меня возмущенным взглядом.

- Что вы делаете, мистер?! – сказала она и глубоко вздохнула.

Где-то на уровне глаз приподнялась и опустилась округлая и такая аппетитная грудь.

Сказать, что я проглотил язык – ничего не сказать. Меня принял в объятия ад от сознания того, что она не спит, а понимает, что я наглым образом пялюсь на нее эмм... туда, куда приличным мужчинам пялиться не положено.

Я моментально взмок от чувства стыда и неловкости, но мне хватило самообладания медленно убрать вспотевшие пальцы с плеча.

Отступил и сглотнул. Как запретный плод, Олеся стояла совсем рядом и манила, манила своей недоступной красотой.

«Как прекрасна!».

«Глупые мысли, остановитесь!».

- Хотел проверить ваше дыхание... – пробормотал я, вконец смущенный.

- Почему на вы? – удивляется она и смотрит прямо в глаза.

По спине проносится холодок, я же пытаюсь подобрать слова. Это непросто, когда она чистым и спокойным взором смотрит на меня. Я в панике! Хорошо, что на лице маска, и она не видит проявившихся на щеках синих пятен. Пот ручьем льется по краям маски, я не смею вытереть его, дабы она не поняла неправильно.

- Как себя чувствуешь? – произношу я почти шепотом.

- Мистер, подберите слюни и успокойтесь! - ледяным тоном отвечает она и дарит любезную улыбку. -  Салон через пятнадцать минут. Приходите.

Кажется, я сейчас взорвусь! Глаза застилает туман, я едва могу дышать. Она... совсем неправильно всё оценила. Я хотел помочь! Честно, только помочь... Черт, а сам-то я себе верю?..

Сквозь пелену тумана я слышу, как она идет к двери, открывает, а затем значительно хлопает ею.

Как будто я наказан, как будто она имеет право так хлопать.

Имеет. Это я смотрел на её грудь...

Длительное воздержание сказывается не лучшим образом. После Адель у меня долго никого не было. И до настоящего момента я был уверен -  никто другой мне и не нужен.

А теперь я в растерянности. Что-то изменилось. Она такая красивая и аппетитная в ночной рубашке...

«Рэдмонт, не начинай!!!» - приказываю себе и тоскливо смотрю на дверь.

Ушла.

«Это конец!» - думаю я, бессильно опускаясь в кресло.

***

Мне понравилось. Видеть, как его глаза растерянно озираются, как он паникует и боится. Я кожей чувствовала его страх и стыд. Это приятно...

И почему я раньше этим не занималась? Всегда была в тени Алекса, выполняла его прихоти и желания, как верная собачонка. Оказывается, я многое упустила в этой жизни. Например, чувствовать свою полную власть над мужчиной и вертеть его вниманием, как мне вздумается!..

Пока я шла по коридору, встретила нескольких лоррис. Вытаращенные глаза мужчин-призраков теплым бальзамом обволокли мое сердце. Пользуясь случаем, пригласила их на утренний салон. Призраки чуть ли не истекали слюнями и, восторженно кивая, пообещали прийти.

Вот так надо проводить рекламную кампанию!

Входя в апартаменты, я чувствовала свою власть. Я могу многое: смущать, раздражать, восхищать и влюблять. Уверена, могу. Старый как мир прием с обнаженкой сработал, и,  значит, у меня есть шанс...

Вот только не безумство ли это – влюбить в себя босса?.. Никогда таким не занималась, да и теперь совесть не позволяет. Лишь мысли, как шальные бабочки, порхают туда-сюда...

«У меня два с половиной месяца».

Я переоделась, вызвала Риззу. Попросила изумленную горничную, не сводившую глаз с моей ночной сорочки и красневшую каждый раз, когда я это замечала, сделать самую красивую и элегантную прическу.

- Что, в вашем мире такое не носят? – не выдержала я.

Горничная потупилась. Она явно не хотела говорить со мной об этом. Я вспомнила предупреждение, что благородные леди не красятся в этом мире, и хмыкнула.

- Нет, леди не носят.

- Не носят именно леди или не носят вообще? – с усмешкой уточнила я.

- Леди не носят, - виновато прошептала Ризза. - Вам лучше не ходить в таком виде по отелю.

- Я сама решу, что мне лучше, - резко ответила я, и Ризза поспешно кивнула.

Правильно, не надо со мной спорить. Я сегодня не в духе. Готова к мировым свершениям ради меня самой.

В некотором роде, энергия, бившая из меня подобно фонтану, была злостью. Меня расстраивали мои собственные чувства, и я жаждала мести. Хотелось заставить всех смотреть только на меня, восхищаться и вдохновляться мной. Особенно рыцаря.

Почему?

В таком случае не я одна буду чувствовать себя неудачницей-идиоткой, позволившей себе влюбиться в незнамо кого!

Пусть он тоже испытает муки совести.  Да, глупо рассчитывать на внезапную и сильную любовь, но хотя бы посмущаю его. А большего мне пока и не надо!