ГЛАВА 28
Мадам Грин плеснула красного вина в чашку с чаем и приказала выпить до дна.
- Но я беременная! – пыталась слабо возмутиться я.
Бесполезно. Старушка нахмурила седые брови и настойчиво сунула чашку под нос.
- Спокойная мать полезнее ребенку, - пробурчала она.
Спорить сил не было. Ризза вздохнула, а я послушно пригубила странный напиток. Тепло пробежалось по пищеводу, скатилось в желудок. Стало как-то спокойнее и уютнее...
Я примчалась к старушке, как к единственному защитнику, и теперь сидела в ее будуаре на коврике, прислонив голову к мягкому подлокотнику кресла. Приглушенный свет ночника на стеклянном столике создавал таинственную обстановку, и я была рада, что мое лицо почти не видно в темноте.
Чувствовала я себя плохо, откровенно плохо, и сердце грозилось разбиться вдребезги.
Конечно, я понимала, что в этом отеле - чужая, но всё равно не ожидала такого неуважения. В последнее время стало легко и приятно работать, призраки смотрели мне в рот и даже рыцарь, казалось, изменил свое отношение.
Наивная! Я по глупости внушила себе, что нравлюсь и у меня есть привилегии. Дурочка-дурочка-дурочка!
Спешила в отель, словно здесь намазано медом. Тащила книжки, учила песни для призраков! И чем закончилось? Меня выселили из собственной комнаты!
И кто? Возлюбленная рыцаря, что уже говорит о многом. Рэдмонт не станет оспаривать решение отца, не будет отказывать возлюбленной. А я – всего лишь глупая землянка, из-за буйства гормонов вообразившая, что нужна кому-то...
- И что мне теперь делать? Спать в чулане или на коврике?
Не выдержала жалости в глазах Риззы и разрыдалась.
- Ну же, ну же... – худая морщинистая рука неловко гладила по плечу. - Тебе стоит отдохнуть и не думать об этом.
- Как же я мечтаю, чтобы эти два месяца поскорее прошли! – в сердцах прошептала я. - И никогда, никогда не оказываться в этом отеле снова!
Взмахом руки мадам Грин отослала Риззу. Я рыдала навзрыд, никого не стесняясь и не заботясь о собственном лице. Да, опухну и покраснею. И что? Кому интересная сама я, мое самоощущение и уважение? Им нужна безвольная кукла, лишь бы развлекала и читала стихи.
Рыдала я долго и с упоением. А когда закончила, увидела перед собой еще одну кружку с чаем.
- Травы, - шепнула мадам, и я маленькими глоточками выпила.
- Что мне делать? – слабо спросила я мадам.
Понимала, что она, скорее всего, не ответит. Но она была единственным существом, которое заботилось обо мне. Пусть из жалости, но я была благодарна ей за это.
- Думаю, тебе стоит поговорить с Рэдмонтом. Я оставлю вас.
И не обращая внимания на мой изумленный взгляд, она поднялась с коврика и вышла.
На пороге появилась тень. Слишком знакомая, чтобы спокойно сидеть на коврике. У меня похолодели руки, а сердце укатилось в самые пятки и замерло там. Я не могла встать. Тело не слушалось.
Сейчас он скажет... сейчас он прикажет идти к горничным, и я не переживу. Нет, я не смогу воспротивиться, а от унижения умру сегодня же вечером!
- Олеся? – тихо спросил он и вошел, прикрыв за собой дверь.
Я смотрела, как темная фигура мягко опустилась рядом со мной на ковер, а черная перчатка коснулась руки. Непроизвольно я задрожала, и он заметил это.
Даже за черной маской я заметила, как грозно сверкнули оранжевые глаза.
Но я была разбита и растоптана, и единственное, что могла – это молчать. И сдерживать норовящую прорваться плотину слез.
- Прости, что не уберег твою комнату, - вдруг сказал он.
Я не смогла кивнуть, только крепче сжала губы.
- В качестве извинения я предоставлю тебе свои апартаменты. Позволишь проводить тебя?
И увидеть мое заплаканное жалкое лицо? Ну, уж нет! Я резко затрясла головой.
Вдруг одна перчатка перенеслась на мое лицо, и пальцы осторожно коснулись щеки, поглаживая. Эта ласка была столь чуждой и новой, что я замерла, прислушиваясь.
Он жалеет меня? Просит прощения искренне?!..
В подтверждение моих шальных мыслей маска оказалась очень близко от моего лица. Я почувствовала запах свежести и терпкого мужского парфюма... Очень вкусного и приятного, с цитрусовым ароматом...
Вместо мыслей, что происходит нечто странное, я возрадовалась тому, что включен ночник, а значит мое опухшее лицо не так заметно. Наверное.
- Маленькая, прости, - проникновенно сказал он, - ты даже не представляешь, как я сожалею. Правда...
- Я не пойду с тобой, - прошептала я, искренне надеясь, что он сейчас обидится и уйдет.
А я разберусь со своими чувствами как-нибудь сама. Совсем не хочу, чтобы он видел меня такой. Черт с ней, с комнатой. Пусть просто уйдет!
Мне невыносимо быть рядом. Дикое желание прижаться и спрятаться у него на груди можно отнести к помутнению рассудка. А я никогда не позволяю себе спонтанных решений и действий.
Вернее, раньше не позволяла... Сейчас же чесались руки прикоснуться к нему, и кололо от возбуждения губы. Мне так хотелось оказаться к нему еще ближе и забыть обо всем!
Рыцарь глухо вздохнул, и я вдруг почувствовала его руки на своей талии. Он подхватил меня и притянул к себе. От этой близости кровь бросилась в голову, а сердце застучало так резко, что стало больно дышать.
- Я не позволю тебе беспокоить гостей, - прошептал он и поднялся, крепко прижимая меня к груди. - С этого дня ты живешь в моей спальне.
Мое бедное сердце радостно воспрянуло, но я приказала ему замолчать. Не верилось в то, что рыцарь беспокоится за меня и переживает.
Стоило оказаться в коридоре, как яркий свет ударил по глазам, и я снова вспомнила, что рыдала. Прикрывшись рукавом, я спрятала лицо у рыцаря на груди. А он понес меня на руках по отелю, не стесняясь встречающихся призраков и крепко прижимая к себе.
Я мечтала, чтобы этот момент никогда не заканчивался, длился вечно. Но всё когда-нибудь заканчивается. Наконец, Рэдмонт с ноги распахнул дверь в свои апартаменты.
Он пронес меня прямо в спальню и уложил на кровать. Включил ночник на тумбочке у кровати и сел в моих ногах. Задержав дыхание, я напряженно ждала, что будет дальше.
- Отдыхай в этой комнате, я не потревожу тебя, - спустя минуту выдавил он и попытался встать.
Я перехватила его руку в черной перчатке, и рыцарь непроизвольно вздрогнул. С надеждой я заглянула в рыжие глаза:
- Побудь со мной немного, посиди рядом.
Он заторможено кивнул и сел поближе, не выдергивая руки.
Я расслабленно откинулась на подушки и прикрыла глаза. Как же спокойно и хорошо! Отчего-то мне казалось, что ладонь, касающаяся Рэдмонта, нагрелась, и приятное тепло проникало через руку в тело, достигало сердца и разливалось по всем органам.
Век бы не отпускала его руку!
Молчание затянулось, но мне было все равно. В полумраке комнаты сквозь приспущенные веки я рассматривала строгий профиль и отчетливо понимала, что больше не могу.
Не могу себя обманывать. Хоть это и глупо, и наивно, но каким-то странным способом я умудрилась полюбить Рэдмонта. И это - правда, пусть несвоевременная и горькая... Но обманывать себя не стоит. Я ведь понимаю, почему так сильно тянется к нему мое сердце...
Я разглядывала его черные волосы, немного отросшие за последний месяц, и наткнулась на черные ленты-завязки, удерживающие маску. Как бы мне хотелось сорвать ее и отбросить в сторону! Растоптать, сжечь, уничтожить! Снова увидеть его лицо, дотронуться рукой до шрамов и погладить огрубевшую щеку. Я не смела его об этом попросить. И так слишком многое себе позволяю...
- Олеся, я зайду перед салоном, чтобы проводить тебя.
Его тихий шепот вернул меня с небес на землю, и я застыдилась. У Рэдмонта столько дел, а я заставляю его сидеть и держать меня за руку. Крайне эгоистично с моей стороны.
- Хорошо, иди. Извини, что задержала тебя.
- Ничего, - он легонько сжал мою руку и поднялся. - Приготовь сегодня что-нибудь особенное на салон, - потом он задумался и грустно добавил: - Если это возможно.
- Я постараюсь, - пообещала я.
И он ушел. А с ним унеслось и мое сердце. Некоторое время я бездумно смотрела на дверь, за которой он скрылся, и жалела себя. Надо же мне было так некстати влюбиться! Мне, замужней и беременной женщине! И в кого?..
Пролежав минут сорок, я всё-таки заставила себя подняться и принять душ. Осмотр себя в зеркале лишь ухудшил настроение. Вспомнилась белокурая Адель и ее сияющие глаза. Куда мне за ними угнаться!
Без земной косметики мое состояние было крайне печальным – опухшие веки, покрасневшие глаза, щеки, как будто их терли пемзой... Реснички стали совсем маленькими и как будто выцвели. Будь я дома, взяла бы косметичку и подправила бы все эти недоразумения тоналкой и тушью. Но в «Призрачном рае» пользоваться косметикой нельзя, не принято. Горничная предупреждала...
Не успела я вспомнить про Риззу, как она появилась сама. Постучалась и принесла мне легкий перекус очень вовремя. Я как раз растянулась на диване, переодевшись в халат рыцаря, мучительно раздумывала, как вечером появлюсь на публике. Хотелось зарыться в подушки и вовсе не выходить.
Мир предстал передо мной в самом черном цвете, и даже обещание рыцаря зайти за мной не воодушевляло больше. Салон перенесли, а значит, осталось совсем немного времени. И как я смогу привести себя в порядок?!!
- Покушайте, леди. Вы устали, и мадам Грин передала для вас восстанавливающие капли.
Я тоскливо оглядела тележку, уставленную легкими закусками наподобие канапе и мини-бутербродов. Также на ней стоял высокий графин с ягодным напитком.
- Повара обещали, вам понравится, - Ризза сама положила мне несколько разноцветных закусок на тарелочку и поставила прямо на кровать. - Кушайте. У вас от переживаний упал сахар в крови, его нужно поднять. Так сказала мадам. А капли я добавлю в морс. Они окажут тонизирующее действие...
- Ах, Ризза! Если бы эти капли мне и в самом деле помогли! – простонала я, впрочем, взяв одну канапешку в руки и придирчиво ее рассматривая. - Что мне сделать с лицом? Я похожа на пугало! Это ужасно!
Кушать совсем не хотелось. Слишком я испереживалась... Без всякого удовольствия я засунула в рот канапе. Вкусно, конечно, но жевать не хочется.
Словно ожидая сигнала, желудок противно заурчал и запросил еще. Пришлось тянуться к бутербродам и перекладывать парочку на новую тарелку.
Горничная едва заметно улыбнулась.
- Мадам передала мазь от воспалений. Сказала, если вы хотите, ее можно намазать на веки и...
- Хочу! – оживилась я, резко подпрыгнув на кровати. - Давай сюда, попробую!
- Леди, только не переусердствуйте, - рассмеялась горничная, вытаскивая из фартука круглую коробочку, - средство сильное. Действует в течение получаса.
- Отлично! Буду мазать частями. Сколько осталось до салона?
- Три часа, леди.
- Ризза, ты просто чудо! – я спрыгнула с кровати и в порыве благодарности обняла горничную.
Потом уже, когда Ризза смущенно проговорила, что она только выполняет свои обязанности, я спохватилась, что веду себя фамильярно.
- Ризза, прости, пожалуйста. Я не сдержалась. Ты мне очень помогла, и я так благодарна! И мадам Грин, она такая... добрая и понимающая! Не знаю, как вам отплатить двоим за вашу доброту... – тут я вспомнила про свое обещание старушке и нахмурилась. - Ризза, мне обязательно нужно отправить ей кувшинчик вина. Она просила помочь с этим, а я забыла...
- Попросить у поваров для вас? – понимающе кивнула горничная.
- Не знаю, удобно ли... Да и слухи пойдут, если услышат тебя... Не хочу тебя в это втягивать. Сама зайду к ним... - вздохнула и потянулась. - Ладно, всё потом, сначала нужно привести себя в порядок. Перенесешь сюда мои платья? Раз Рэдмонт сказал обитать здесь, то и вещи мои нужно перенести. А через часик выберем вместе достойный наряд.
- Да, леди, - поклонилась горничная и собрала тарелки.
Мазь оказалась чудодейственной. Нет, наверное, правильнее сказать – волшебной, впрочем, как и всё, что касалось мадам Грин. Через полтора часа не осталось и следа от моих слез, и, рассматривая себя в зеркало, я не могла сдержать радостного вскрика.
Кожа лица заметно посвежела, и даже синяки под глазами исчезли. Мне нереально повезло с мадам. Она заботилась обо мне так, как будто я была ей родственницей.
Ну что ж, теперь и не страшно выходить к гостям. И у меня даже осталось время в запасе. Платье мы с Риззой выбрали и повесили на дверцу шкафа. Прическу мне горничная тоже сделала заранее, сразу после приема ванны. До салона оставался час, и я со спокойным сердцем решила сходить на кухню и достать своей спасительнице то единственное, чем могла ее порадовать.
Я надела коричневое платье и неспешно вышла из апартаментов рыцаря.
В отеле был аншлаг! Столько посетителей я не видела никогда. Призраки самых разных мастей прогуливались по этажам, рассматривали убранство отеля, мешаясь под ногами, а у камина в холле сидела целая толпа и хохотала. Шум закладывал перепонки, словно я оказалась в час-пик на оживленной улице столицы. С непривычки загудела голова, и я некоторое время постояла у лестницы, опершись о перила, чтобы привыкнуть к шуму и собраться с мыслями. Думаю, дело было в лоррис, которых я встречала в большом количестве. Не сбавляя тона, они весело щебетали где-то в районе второй октавы. От их писка реально могла разболеться голова.
Мне кланялись, кто-то здоровался и обещал прийти на салон. Вежливо улыбаясь, я приглашала их непременно прийти, а потом спустилась вниз и направилась к дверям кухни.
Горничные с деловым видом пробегали мимо, в основном держа что-то в руках: у одних были книги, у других тряпки и моющие средства, у третьих - полотенца и постельное белье. Отель жил своей шумной и беспокойной жизнью, и для хозяина это был хороший знак. От души я порадовалась за Рэдмонта. Если дела отеля идут в гору, значит, у моего рыцаря есть повод для радости.
«Не твоего!» - подсказал внутренний голос, и я нахмурилась.
Коридор, в котором располагалась кухня, был менее оживленным, ведь войти сюда мог только персонал. И всё равно здесь царило крайнее оживление: один раз меня чуть не сшиб посыльный с коробкой бутылок, которую он выносил из кладовой, а второй раз я сама зазевалась и чуть не прищемила себе палец, отпрыгивая от кухонной двери. Поваренок с выпученными глазами вынырнул оттуда с такой скоростью, что я едва увернулась. Коротко извинившись, он метнулся в кладовую, а вдогонку ему неслось заковыристое ругательство повара. Паренек не справлялся, и мне было его искренне жаль.
Заглянув на кухню, я улыбнулась. Через столпы дыма и снующих поварят ничего не было видно. Что ж, на кухне творился настоящий апокалипсис, и я надеялась, что это сыграет мне на руку. Так и вышло.
Робко попросив кувшин вина, я приготовилась к пространным объяснениям, зачем мне столько нужно. Но главный повар с самым высоким колпаком был так занят, что отмахнулся от меня и приказал помощнику «быстро достать и отдать леди».
И леди теперь с самым гордым видом несла графин на второй этаж к комнате мадам Грин. Предвкушая, как обрадуется старушка, я не глядела по сторонам, и даже почти не здоровалась со встречными призраками. Да, мне хотелось отплатить старушке хоть немного за доброту и заботу и порадовать ее. Я так увлекалась своими мыслями, что не сразу заметила темную фигуру, заступившую мне дорогу.
Не задумываясь, попыталась обойти препятствие, но не тут-то было. Грубая волосатая рука дернула меня к стенке, попутно вырывая кувшин и отбрасывая его в сторону.
Графин упал на пол с характерным трескучим звуком, а красная жидкость расплескалась повсюду, испачкав стену, пол и стоящий рядом белоснежный комод с цветами.
- Что вы творите?! – возмутилась я, обращаясь к темной фигуре.
Человек, стоящий передо мной, был одет в темную одежду, но его лицо пряталось за глубоким капюшоном. Не зная, кто он и что ему нужно, я рассудила, что лучше не связываться. Моя слабая попытка дернуться в сторону и убежать была пресечена. В одну секунду фигура оказалась рядом со мной и взяла мои плечи в захват. Давление было таким сильным, что я даже перестала дышать.
Не говоря ни слова, меня потянули к ближайшему номеру. И вот тогда паника придала мне сил. Понимая, что зовут меня не на чай и не на приятный разговор, я попыталась закричать. Тогда волосатая ладонь грубо прикрыла мой рот и больно сжала щеки.
Дверь номера была совсем близко, когда вдруг сзади раздался глухой удар, и захват ослабился. Я сразу заработала локтями, отпихивая застонавшего похитителя от себя, и сбросила удерживающую руку.
Существо в черном злобно зарычало, но, хвала Создателю, не на меня. Оно обернулась посмотреть на нападавшего и выставило вперед руки, готовясь к рукопашной.
Я не верила своим глазам. За спиной похитителя стоял Найт, а в руке у него была ваза из-под цветов. Судя по маниакальному блеску в глазах, он собирался добивать черного до последнего, и если бы не превосходящие парня габариты похитителя, я была бы не против.
А теперь искренне испугалась за Найта. Похититель был шире в плечах раза в полтора и выше чуть ли не на две головы. Сможет ли парень выстоять против него в схватке?!