Глава 9

Мы расположились в гостиной. В доме витали спасительная тишина и спокойствие. Ставр принёс хрустальный графин, наполненный янтарной жидкостью и два крупных хрустальных стакана.

Отогнав от себя неприятные и тяжелые мысли, что касались дел фонда, я сконцентрировалась на собственных ощущениях. Страха не было, лишь горечь и полное непонимание, почему я вдруг сейчас решилась довериться Ставру. Пока он разливал по стаканам напиток, я украдкой посмотрела на него. Нам нужно подружиться. Пусть я всё еще не знаю, кто такой Ставр и какова его настоящая роль в моей жизни, будет лучше иметь такого соратника, нежели превратить его во врага

- Виски, - кратко обозначил Ставр и протянул мне стакан.

- Спасибо, - тихо ответила я.

Алкоголь для меня всегда был субстанцией чужой и далёкой. Нет, конечно, однажды в университете мы с мальчишками и девчонками распивали какой-то до одури дешевый и омерзительный на вкус портвейн, но это было сделано по дурости. Кажется, это был единственный раз, когда я вообще пила спиртное.

Ставр сел в кресло и вытянул ноги. Долгое время мы молчали. Я гипнотизировала задумчивым взглядом свой стакан и терпеливо ожидала, когда наше молчание перерастёт в некую новую форму диалога. Хотя в Ставре я с огромным трудом видела душевного и понимающего собеседника. Слишком уж мы разные и далеки друг от друга, хоть и живем в одном доме, спим в одной кровати и более того - состоим в браке. Это чувство нашей взаимной дистанции сейчас было ощутимо как никогда прежде.

- Кто-то обидел? – вдруг спросил Ставр, глядя перед собой и делая неторопливые глотки виски.

- Нет, - я крепче сжала пальцами свой стакан и тоже решилась сделать глоток. Господи! Какая же это гадость!

Я скривилась, шумно втянула воздух и тут же выдохнула. Напиток словно обжег пищевод и стенки желудка, а еще этот горько-горячий привкус на кончике языка. Брр… Меня всю передёрнуло. Наверное, со стороны моя реакция на виски выглядела смешной.

- Тогда в чем дело? – Ставр не спешил поворачиваться ко мне лицом.

- Дело в фонде, - я не собиралась ничего скрывать или юлить.

- Ожидание и реальность не совпали, - догадался Ставр, и я заметила, что уголок его губ изогнулся в холодной уставшей насмешке.

- Именно, - охотно ответила я, удивившись тому, что этот мужчина с глазами цвета стали так точно и быстро определил зерно моего поникшего состояния.

- Думала, что придешь и увидишь честных работников, которые трудятся исключительно на благо детей-сирот? – металл в голосе Ставра, что в какой-то момент покрылся изморозью, всколыхнул во мне чувство бессилия и некого страха.

- А почему нет? – меня возмутило то, с каким спокойствием Ставр говорил о подобных вещах. – Неужели верить в лучшее это плохо?

- Нет, не плохо, - Ставр осушил свой стакан. – Это в большинстве случаев просто бессмысленно. Миром правят деньги, оружие и насилие. Хочешь ты этого или не хочешь, но правда остается правдой.

- Это жуткая правда, - в сердцах выпалила я и глотнула еще немного виски. Во второй раз его пить уже было не так омерзительно. – И уж слишком она обобщающая. В мире есть и хорошие люди, и их хорошие поступки.

- Ты так в этом уверена? – холодная насмешка Ставра неожиданно жутко меня взбесила. Он смеялся надо мной! Над моими мыслями!

- Да! Я в этом уверена, иначе если бы всё было так, как ты говоришь, то от нашего мира давно уже ничего не осталось, - я набралась смелости и допила до дна алкоголь, стакан с характерным стуком тут же поставила на стеклянный кофейный столик.

- От него и так ничего нормального не осталось, - Ставр продолжал сохранять спокойствие, а меня это лишь сильней начинало раздражать.

- Даже если и так! Но это не значит, что нужно продолжать марать аморальными поступками мир и веру в справедливость. Это неправильно.

- А что такое правильно? – Ставр обжег меня тяжелым суровым взглядом. – Где есть та грань, что разделяет «правильно» и «неправильно»? Может быть, я открою тебе великую тайну, но человек по своей натуре существо крайне эгоистичное. Каждому из нас важно наше личное счастье и благополучие и только, если это есть у нас мы можем помочь кому-то еще, если, конечно, захотим.

- Но какое это имеет отношение к тому, что в фонде попросту отмывают деньги, а не помогают детям? – всё внутри меня начинало стремительно закипать. – Вам всем не хватает денег и благополучия? В чем причина?

- Наш мир сложно устроен. Мы звенья одной бесконечной цепочки. Или ты думаешь, что каждый из нас, кто владеет бизнесом, всю прибыль присваивает себе? Если мы не будем сотрудничать, если не будем выстраивать дружеские связи с различными структурами, то всех нас быстро уберут. Вряд ли ты готова попрощаться со своей жизнь ради какой-нибудь сироты.

- А может и готова, - я вскочила с кресла и скрестила руки на груди.

Мы со Ставром придерживались полярных точек зрения, а я в силу своей неопытности и глупости еще намеренно пыталась продолжать стоять на своем.

- В самом деле? – Ставр тоже поднялся и обжег меня своим стальным взглядом.

Дыхание вмиг перехватило. Атмосфера между нами начала стремительно накаляться.

- То есть, если я приставлю ствол к твоему виску, - Ставр вынул из ящичка, скрытого под крышкой кофейного столика пистолет и направил дуло на меня, - ты спокойно примешь смерть? Серьёзно? И ради чего? Кого именно ты спасешь своей бесполезной жертвой? – Ставр продолжал сверлить меня тяжелым взглядом.

Я застыла на месте и, кажется, даже перестала дышать.

- Это всё полная ересь, - выплюнул Ставр и опустил пистолет. – Думай, прежде чем решишься выпаливать подобную чушь, - он плеснул себе в стакан еще виски.

- Я имела в виду, - мой голос от страха осип, - что пожертвовать собой ради кого-то, кто дорог тебе – это не так уж и плохо.

- Это глупо! – прорычал Ставр. – И раз уж на то пошло, то я тебе не позволю жертвовать собой. Не для того твой дед защищал тебя и прятал! Не для того твои родители погибли, чтобы ты так расточительно относилась к своей жизни! – глаза цвета стали от гнева потемнели, в них заблестело что-то невероятно дикое и опасное.

Кажется, наш разговор пошел не по тому пути, который был запланирован изначально.

- Пусть я и твоя жена, но точно не вещь! – я схватила стакан Ставра и выплеснула на него алкоголь. Это случилось спонтанно.

Моя грусть трансформировалась в злость, а это в свою очередь привело к потере контроля над собственными действиями. Всё внутри меня противилось, буквально вопило о том, что нельзя жить вот так и уж тем более нельзя такую жизнь считать нормальной.

Ставр на секунду замер, ошарашенный моей выходкой. Теперь тишина между нами стала напряженной и колючей.

- И откуда в тебе столько слепой веры в чудо?

- А что, по-твоему, я должна делать? Ненавидеть всех подряд? Проклинать? Да, моя жизнь нелёгкая. Да, меньше всего на свете мне бы хотелось оказаться в том положении, в котором я нахожусь теперь. Но я пытаюсь искать хоть что-то хорошее. И когда казалось, что я это нашла, оно тут же превратилось в зло. А ты еще так спокойно об этом рассуждаешь! Ну да, конечно, откуда тебе знать, что такое жить в нищете и не иметь право выбора, - эти мои слова стали последней каплей для Ставра.

Он плотно сжал челюсти, тяжелый взгляд буквально впечатал меня в пол. Ставр сделал один широкий шаг и схватив меня за горло, больно сжал его. Кажется, это такая уже извращенная привычка – хватать за горло.

- Я знаю побольше твоего, - прошипел Ставр, пронзая меня своим яростным взглядом. – И не тебе бросать в мою сторону подобные обвинения, ты меня поняла?

- Я… Я, - звуки упорно не желали сплетаться в слова.

Ставр продолжал сверлить меня разгневанным взглядом. Таким взбешенным я его видела в тот раз, когда предприняла вторую попытку к бегству. Обычно он спокоен, но если вывести из себя, то плохо будет всем. Что именно в моем поведении так взбесило Ставра? Глупые, по его мнению, взгляды на жизнь? Неповиновение?

Его тяжелое шумное дыхание коснулось моих щёк. Стальная хватка на горле не ослабла и не усилилась. Взгляд Ставра соскользнул вниз и остановился на моих приоткрытых губах. Я не успела среагировать, как он внезапно впился в них жестким стальным поцелуем, в котором остро ощущался гнев. В моей груди что-то ухнуло и резко перевернулось.