Глава 37

Монарх отвечает мне бесстрастным взглядом. И вот что странно — чем дольше на него смотрю, тем тише становится моё возмущение. Оно будто растворяется в глубине его тёмных, карих глаз, тонет в бездонном омуте, пока не исчезает совсем без следа.

И мне вдруг становится не по себе. Стою здесь, возмущаюсь… Но, собственно, чему? Нас предупреждали: испытание будет сложным. Не хотите трудностей — отступите добровольно.

В груди щемит. Какая ирония… Другие девушки слишком целеустремлённые, чтобы сойти с дистанции — каждая мечтает стать королевой, а у меня таких амбиций нет. Я не иду на попятную лишь потому, что нет иного способа выжить.

Когда следющая участница направляется к подиуму, резко становится не до размышлений о странных поворотах судьбы. В больших, медовых глазах Ниары Мейлан читается паника, а худенькая фигурка напоминает испуганного олененка — невольно хочется подойти и обнять. Но она сжимает губы, стискивает тонкие пальцы в кулачки и решительно поднимается на постамент.

С первыми звуками музыки девушка начинает танцевать. По правде говоря, её движения можно назвать танцем только с большой натяжкой они деревянные и неловкие, словно дёргают куклу на нитках. Когда из отверстий в полу появляются змеи, Ниара вскрикивает, но, к моему удивлению, продолжает двигаться. Секунда, другая, третья… Полминуты — а огонь всё не вспыхивает. Неужели нам дадут облегчённый вариант испытания?

Увы, радуюсь я слишком рано.

Засмотревшись на змей, Ниара подходит слишком близко к краю, и в этот момент пламя всё же вспыхивает, лизнув кромку её подола. Она взвизгивает и, быстро перешагнув змей, дотанцовывает до конца подиума. Я облегчённо выдыхаю, видя, что она справилась, и что с платьем ей повезло — ткань тлеет, но не загорается.

Король едва заметно кивает — и тут же тухнет пламя на платье. Ещё один кивок — и у стены появляется из ниоткуда белый стул с резными ножками и высокой спинкой. Ниара с явным облегчением садится, и я издали вижу, как девушку трясёт. Да уж... Любишь быть королевой — люби и дорожку к трону, выложенную змеями.

Следующей из пёстрого облака участниц отделяется Вилария. Она напоминает лучик солнца в своём нежно-жёлтом платье — лёгкая, воздушная, будто идёт по цветущему полю. С каждым её шагом под ногами распускаются иллюзорные цветы. Танец получается гипнотическим, от магии невозможно отвести взгляд. Она мастерски удерживает внимание зала, но... к чему распыляться на спецэффекты?

У нас тут не шоу талантов. Танцевать и следить за огнём и змеями — вот единственная стратегия, которая имеет смысл, и вскоре мои опасения подтверждаются.

Змеи появляются у неё за спиной, когда она уже прошла мимо, окутанная магическим ковром из цветов, и не замечает опасности. Неожиданно Вилария взвизгивает, громко, отчаянно, и, сбившись с ритма, кое-как "дотанцовывает" до конца. Спустившись с подиума, она растерянно бормочет:

— Меня укусили!

По кивку короля в зал вносят ещё один стул. Его ставят рядом с Ниарой. К девушке подходит один из присутствующих мужчин в черной мантии — очевидно, целитель — и, склонившись, делает пару пассов над её ногой. Бедная девушка сидит, вцепившись в стул, и дышит, как загнанный зверек. Уверена, Вилария совсем иначе представляла себе королевскую жизнь!

Следующей выходит Луиза, похожая на блестящую куколку в своём золотистом платье. Эта девушка и сейчас танцует так, будто оказывает честь всем присутствующим.

Когда появляются змеи — она делает грациозное движение ногой, будто приглашая их в свой танец. Даже ярко вспыхнувшее пламя, кажется, ей нисколько не мешает. Вместо того, чтобы шарахаться и трястись, девушка отбрасывает шарф в огонь, и он загорается, создавая эффект огненного шлейфа. Красиво, но… Неужели ошибка Виларии её ничему не научила?

Будто почуяв мои мысли, Луиза бросает на меня взгляд свысока. Отвлекается всего лишь на долю секунды — и в тот же миг наступает на змею, которая тут же взвивается и жалит её в лодыжку. Девушка вздрагивает, судорожно втягивает воздух, но не кричит и не прекращает танца. Лишь движения становятся чуть резче. Она добирается до конца подиума, высоко подняв голову, как будто ничего не случилось.

Когда она останавливается перед королём, я с волнением ожидаю, что к ней бросится на помощь целитель. Однако никто не торопится спасать укушенную. Монарх смотрит на неё задумчиво, будто кроссворд решает.

— Почему ты не закричала после укуса? — спрашивает он, наконец.

— Я хотела произвести на вас впечатление, Ваше Величество, — отвечает Луиза. — Только сильная духом достойна быть рядом с вами.

Наверняка ей стоит колоссальных усилий сохранять внешнее спокойствие, когда внутри всё дрожит от шока и паники.

Мне хочется закричать: «Люди, очнитесь! Её укусили! Почему никто не помогает?!» Все вокруг, словно под гипнозом — не осознают происходящего. Или… Или это я не осознаю реальности?

Может, змея не ядовитая?

В конце концов, разве королю выгодно травить участниц отбора? Да, он дракон, но не зверь. Я помню, как он укрывал меня пледом, касался нежно, бережно, когда я плакала во сне. Если никто не бежит на помощь, значит, возможно... помощь просто не требуется?

— Твоя целеустремлённость впечатляет. А вот искренность — не очень, — наконец, произносит король и оборачивается к мужчине с загорелой кожей и выдающимся носом. — Проверь.

Тот встаёт, обходит Луизу, кружит вокруг неё, будто принюхиваясь, и наконец кивает:

— Вергио диарлос.

— Я так и думал, — хмуро отвечает король.