Глава 20. «Кричи громче!»

Тирен Темнота подсобки сомкнулась вокруг нас, пахнущая пылью и сыростью, но даже она не могла остудить тот первобытный пожар, что полыхал в моей крови. Я отпустил ее запястье, и Сайра тут же отшатнулась, уперевшись спиной в какие-то деревянные ящики. — Отвали от меня, Тирен! — выплюнула она, тяжело дыша. Ее глаза в полумраке бешено блестели. — Какого черта ты творишь?! — Какого черта творю я?! — я сделал шаг к ней, нависая сверху. — А ты? Вешаешься на первого встречного ублюдка на задании! — Я делаю то, что хочу! — она вздернула подбородок, глядя на меня с вызовом, от которого у меня внутри все сжалось. — Ты и весь твой вылизанный, правильный мир слишком пресные для меня! Неужели ты этого не понимаешь? Моя челюсть сжалась так, что едва не треснули зубы. Пресный? Скучный? Перед глазами снова и снова вспыхивала картина: как этот смазливый сопляк лапал ее открытую спину, как она сама притянула его к себе. Внутри меня закипала такая черная, неконтролируемая ярость, что мне реально хотелось вернуться в зал и убить его голыми руками. А ее — схватить, унести и спрятать. Запереть в самой глубокой комнате своего особняка, подальше от чужих сальных взглядов, чтобы никто никогда больше не смел даже дышать в ее сторону. — Пресные? — мой голос упал до опасного, вибрирующего рычания. Я шагнул вплотную, впечатывая ее в стену своим телом, перехватывая ее руки и прижимая их над ее головой. — Тебе хочется острых ощущений, Сайра? Не хватает опасности? Я посмотрел в ее расширившиеся глаза. — Я могу тебе ее дать. Я не стал больше сдерживаться. Все барьеры, весь мой хваленый генеральский контроль разлетелись вдребезги. Я рывком задрал ее короткое серебряное платье, грубо срывая с нее тонкую полоску кружевного белья. Мои пальцы мазнули по ее промежности — она могла кричать о моей пресности сколько угодно, но Сейра была мокрой насквозь, истекая желанием. Я торопливо расстегнул свои брюки, высвобождая пульсирующий член, и, не давая ей ни секунды на подготовку, резко и жестко вошел в нее на всю длину. У меня буквально закружилась голова, когда ее невероятно узкая, обжигающе горячая киска жадно сжалась вокруг меня. Я так долго этого ждал. Весь этот чертов год я сходил с ума, пытаясь вытравить из памяти эту тесноту и этот жар. Я глухо зарычал, начиная двигаться. Грубо, наотмашь, вколачиваясь в нее с каждым толчком, выбивая из нее дух. Несмотря на все свои громкие слова и сопротивление, Сайра плавилась от моих прикосновений. Ее бедра инстинктивно подались навстречу, отвечая на мои грубые выпады. Вырвав руки из моего захвата, она судорожно вцепилась в мои плечи, до боли вонзая ногти сквозь майку. Из ее горла вырвался первый громкий, несдержанный стон. Я ударил бедрами еще сильнее, прижимая ее к холодной стене лофта. Музыка снаружи пульсировала в одном ритме с нашей животной страстью. — Кричи, Сайра, — хрипло выдохнул я ей на ухо, кусая нежную кожу на ее шее. — Кричи так, чтобы нас услышал каждый в этой долбанной подворотне, и тогда наш план провалится к чертям собачьим. Пусть сюда вломится охрана и увидит нас, разнесет слухи по все столице. Это достаточно опасно для тебя?! Мои слова подействовали на нее, как искра на бочку с топливом. Осознание риска, адреналин и грубая сила сорвали с нее все тормоза. Сайра запрокинула голову и закричала, уже не пытаясь сдерживать громких, откровенных стонов, которые гулом отдавались в стенах пустой подсобки. Она извивалась в моих руках, дико и страстно. Она кусала мою шею, плечи, впивалась зубами в мои руки, оставляя метки, пока я безжалостно и глубоко трахал ее, доводя нас обоих до абсолютного безумия. Напряжение росло по спирали, сжимаясь в тугой ком внизу живота. Ее стенки начали пульсировать, судорожно сокращаясь вокруг моего члена. — Тирен! — вскрикнула она, содрогаясь в мощном оргазме, ее ногти разодрали мне спину. Это стало последней каплей. Я сделал еще пару резких, глубоких толчков и кончил, ослепленный вспышкой первобытного удовольствия, с хриплым рыком изливаясь в такое желанное и горячее тело Сайры. Мы замерли в темноте, тяжело и рвано дыша, все еще тесно прижатые друг к другу.