Глава 33. Признание

Сайра Тяжелая дверь вип-комнаты захлопнулась за нашими спинами, мгновенно отсекая пульсирующие басы и крики толпы. Комната была выдержана в глубоких бордовых тонах, с огромным кожаным диваном и зеркальным потолком, но мне было плевать на антураж. В крови все еще кипел адреналин, смешанный с паникой и сжигающим желанием, от которого я так отчаянно пыталась сбежать. Я резко развернулась, схватила ничего не понимающего Каэля за воротник черной рубашки и, встав на цыпочки, впилась в его губы поцелуем. Это был поцелуй отчаяния. Я пыталась заставить себя почувствовать искру, пыталась вытравить из памяти обжигающий шепот Тирена и его руки на моей талии. Каэль замер от неожиданности. На какую-то долю секунды его руки инстинктивно легли на мою спину, а губы ответили — горячо и прерывисто. Но это продлилось лишь мгновение. Его ладони скользнули к моим плечам, и он мягко, но непреклонно отстранил меня от себя. Каэль тяжело дышал, глядя на меня сверху вниз. В тусклом свете неоновой лампы его черные глаза казались бездонными. — Сайра... Сайра, остановись, — его голос был хриплым. Он не отпустил мои плечи, удерживая на расстоянии. — Ты же знаешь, я был бы только рад. Дьявол, я отдал бы за это все. Но... ты уверена, что действительно хочешь этого? Я отшатнулась, чувствуя, как внутри все обрывается. Воздух вдруг стал слишком плотным. Я обхватила себя руками за плечи, пряча взгляд. — А могу ли я вообще кому-то ответить взаимностью? — слова вырвались сами собой, полные горечи и усталости. — Может, я просто сломана, Каэль? На Ши не учат любить. Там учат только выживать. Каэль грустно усмехнулся. В этой усмешке не было ни злости, ни обиды — только бесконечное понимание человека, который знал меня слишком хорошо. — Раньше и я так думал, — тихо произнес он. — Пока не увидел, как ты смотришь на него. Его слова ударили меня наотмашь. Я вскинула голову. Мгновенная, обжигающая волна стыда затопила меня с головой. Что я творю? Каэль — мой самый верный человек. Моя тень, мой защитник, который не раз подставлялся под пули ради меня. Я прекрасно знала, что он влюблен в меня уже много лет. И прямо сейчас я пыталась использовать его искренние чувства как дешевую заплатку, как щит от собственных терзаний и страха перед Тиреном. Это было подло и бесчеловечно по отношению к нему. — Каэль... — мой голос дрогнул. Я закрыла лицо руками. — Прости меня. Боги, прости. Я веду себя как последняя эгоистичная тварь. Я просто так сильно испугалась того, что со мной происходит. Кажль сделал шаг вперед и мягко опустил мои руки, заставляя посмотреть ему в глаза. — Я все понимаю, — спокойно ответил он. — Я знаю тебя лучше, чем кто-либо. Ты привыкла все контролировать, а рядом с ним ты теряешь этот контроль. Это пугает. Но... Может, хоть раз в жизни тебе стоит отбросить свои страхи? Ты заслуживаешь того, чтобы позволить себе быть счастливой. Я смотрела на Каэля, и внутри меня словно лопнула туго натянутая струна. А ведь он был прав. Кого я обманываю? Я привыкла брать от этой жестокой жизни все, что хочу. Я вырывала свое право на существование зубами и когтями. Так почему сейчас, когда на кону стоит нечто действительно стоящее, я трусливо жмусь по углам? Я пыталась держаться подальше от Тирена. Пыталась возводить стены, грубить, отталкивать его. Но очевидно, ни мое тело, ни мое сердце больше не были согласны с этим выбором. Они уже давно сдались генералу с его штормовыми глазами и руками, способными как убивать, так и сводить с ума. «А черт с ним», — подумала я, чувствуя, как страх уступает место знакомому, пьянящему азарту. Если эта любовь сожжет меня дотла — пусть. Но я сгорю красиво. Я больше не буду сопротивляться. — Спасибо тебе, — я искренне, с теплотой коснулась щеки Каэля. — Ты лучший друг, которого я могла бы пожелать. Каэль кивнул, его лицо снова приобрело привычное, непроницаемое выражение. — Иди, — он отступил к двери и открыл ее, впуская в комнату грохот музыки. — Твой генерал, наверное, уже стирает зубы в порошок от ревности. А я пока проверю камеры на нижнем уровне. Я шагнула за порог, чувствуя себя так, словно сбросила тяжелые кандалы. Мой взгляд немедленно устремился в толпу, выискивая высокую фигуру Тирена. Игра в прятки закончилась.