Глава 11

Стас

Я и без того злюсь. Весь выходной таскался с губернатором и всей свитой по объектам, отвечал на вопросы назойливых журналистов, даже пожрать не успел, если честно. Хорошо хоть кофе выпил в дороге. Ничего так не хочу, как просто поесть, в душ сходить и лечь. И чтобы до самого утра, до того момента, как придется идти выгуливать Саммер, меня никто не трогал.

Но есть одна маленькая проблема. В моем доме теперь живет женщина, которая не может меня не трогать. Ужин мы заканчиваем, не поубивав друг друга, и я уже считаю это победой.

В своей комнате провожу не более получаса, разгребая личные сообщения в соцсетях. Идея о том, чтобы в будущем скинуть все это на Давыдову, мне в целом даже нравится. Тратить свои выходные еще и на такое – явно перебор.

Собираюсь уже лечь, чтобы хоть раз за неделю выспаться. Раздеваюсь, прихватываю с собой чистое полотенце и направляюсь в душ, а уже в коридоре понимаю, что там занято. Не могу никак привыкнуть к тому, что теперь в моем доме кто-то может пойти в душ помимо меня, и это необходимо учитывать. Логично будет подождать, пока Алена закончит свои дела, но я вспоминаю ее выходку, когда она запустила ко мне собаку, зная, что я такое не люблю. Решаю, что правила все равно устанавливать мне, цепляю полотенце на шею и захожу в ванную почти бесшумно.

А тут Алена так увлечена процессом, что не замечает моего появления. Хотя у меня частично закрытая душевая кабина, я все равно вижу движения ее локтей, а самое интересное могу себе додумать. Соблазнительные очертания ее тела не дают мне закрыть глаза и молча выйти отсюда. Давыдова явно не гелем для душа натирается, я же не дурак.

Она мастурбирует в моей ванной. Твою мать.

Интересно, она думает обо мне сейчас или нет? Если нет, то даже обидно. Должна обо мне, потому что на моей территории не должно быть мыслей и разговоров о других мужиках. Обсуждали ведь это.

Я уже возбудился от происходящего, и возбудился прилично. Завороженно наблюдаю за этой картиной и чувствую, как в ванной комнате становится слишком жарко. Это все дело в ней, в том, что она там делает. Трогает себя, и хотя мне приходится прилагать усилия, чтобы представить, достаточно даже этого. А когда у нее срывается с губ едва слышный стон, который тут же тонет в шуме воды, клянусь, я с трудом удерживаюсь, чтобы не плюнуть на все, не открыть дверь, не забраться к ней и заставить стонать громче и чаще.

Алена Давыдова мастурбирует в моей ванной. Фантастика.

Она, конечно, дико сексуальная. Удивительно, что я всерьез не думал об этом раньше, но я встречался с ее подругой. И при всем уважении к красоте и сексуальности Давыдовой, смотрел-то я на ее подругу. А вот сейчас, когда уже можно…

– Стас, ты что, охренел?

Так, кажется, меня заметили. Показ фильма для взрослых резко прекратился.

– Почему охренел? Это моя квартира.

Она все еще стоит в душевой кабине, только выключив воду. Вот же засада! Надо было брать прозрачную дешевую, а не ту, которая прикрывает самые стратегически важные места.

– Понравилось? Теперь твоя очередь? Думаю, ты оценил мой концерт, – ее взгляд опускается к моим трусам, через которые действительно все заметно.

– Освободишь местечко?

– Выйди, Стас, мне надо одеться.

– Ты разве стесняешься?

– Я ничего в этой жизни не стесняюсь, Быстрицкий, но мы с тобой вроде бы договаривались, что обойдемся без этого всего?

Подхожу максимально близко к кабине, а Давыдова практически прижимается к стеклу с другой стороны.

– Уверена, что мы обойдемся?

– Ты выйдешь отсюда или как?

Ладно, мне не шестнадцать лет, чтобы я вел себя «или как». Смотрю на нее, прожигая взглядом насквозь, залипаю на пухлые губы и родинку на щеке, на которую почему-то так и тянет смотреть. Очень сложно отвернуться, если честно. Просто невыносимо сложно. Даже не подумал бы, что буду сам так странно реагировать, глядя на девушку, с которой у меня ничего не было.

Мне хочется остаться и показать ей, кто в этом доме хозяин. Но все же разворачиваюсь и ухожу.

Через час после этого решаюсь на еще одно наглое вторжение – без стука захожу в комнату Алены. Может, в тайне надеюсь застать ее за тем, что она начала в ванной? Да ну, это детский сад.

Алена почти не раздражается из-за того, что я захожу без спроса, кажется, она смирилась с произволом от меня.

– Завтра что делаешь? – спрашиваю, смотря как-то мимо нее.

– А тебе какая разница?

– Дело есть для тебя.

– Мы завтра собирались заняться твоей страницей.

– Вот и займемся.

– Так что нужно? – недовольно откладывает в сторону телефон, хотя я не собирался заводить с ней беседу надолго.

– Утром расскажу. Часов в девять будь готова, и туфли на каблуках обувать не надо.

– Мы едем в поля что ли?

– Давыдова, я зам министр транспорта, а не сельского хозяйства, какие поля? Все, утром поговорим.

Саммер болтается посреди комнаты, крутится то в мою сторону, то к Давыдовой.

– Ты со мной или тут остаешься? – смотрю, как собака виляет хвостом, крутится и усаживается на ковер, моргая в сторону Давыдовой. – Ясно, предательница, и за что я тебя кормлю? Спокойной ночи. Обеим, – едва не закатив глаза, закрываю дверь и ухожу к себе.

Нет, мало того, что она ведет себя тут, как хозяйка, обосновалась на кухне, пользуется благами цивилизации в ванной, она еще и собаку к себе переманила!

Ладно, о собаке только беспокоиться не хватало. Ложусь, натянув одеяло чуть ли не до подбородка, и пытаюсь уснуть. В голове сразу возникают те картины из душа, где Алена, изгибаясь, так красиво и эротично трогает себя. Я не должен думать об этом. Не должен. Конечно, я уже давно мужик с мозгами и понимаю, что трудно жить на одной территории с девушкой и не получать каменный стояк, когда видишь ее полуголой. Но не всегда все так просто, как может кому-то показаться со стороны. Мы с Давыдовой совершенно чужие друг другу люди, даже если порой, в отдельные минуты мне кажется, словно мы уже давно вот так вместе существуем в моем доме. Это просто иллюзия из-за совместных ужинов, из-за болтовни и забавной ругни, которой мы грешим словно давние супруги.

Я давно уже не живу иллюзиями. Какие отношения возможны у нас с Давыдовой? Да никаких. Будь мы в других обстоятельствах, переспали бы уже, хотя, честно говоря, это можно было бы сделать и в нынешней ситуации. И я не исключаю, что рано или поздно за то время, что она останется у меня, не выдержу и покажу сладкую жизнь. Но не надо допускать даже на секунду мысль, будто все это не просто так и Давыдова тут не на птичьих правах. Просто я разрешил, пока мне нужна ее актерская игра.

Не надо лишнего. Вот и всё. У нас с ней все строго по договоренности. И если она в будущем еще хочет у меня работать, ей придется привыкнуть ко всем моим закидонам. Поэтому я и решил взять ее с собой на благотворительный выезд в приют для бездомных животных, которому наш Минтранс помогает уже пару лет. Пусть Алена съездит со мной, посмотрит, пофоткает, напишет трогательный пост о моей любви к братьям нашим меньшим. Хочет работать? Я ей предоставлю такую возможность. И это не свидание выходного дня, а самая настоящая работа.

А то в поля она захотела. На сеновал, чтоб ее. Это пусть к минсельхозу идет, там как раз министр зацепил бы ее задницу. Хотя нет! Оценивать ее задницу остальные министры будут только с моей рукой поверх нее. И это не от ревности, я просто территориальный. Кстати, надо бы ей сказать, чтобы готовилась к выставке в Москве. Нам уже вот-вот ехать.