Глава 27

Алена

Наступает утро, и вся магия вчерашнего вечера рассеивается. Мы снова среди официоза, говорим лишь о его работе, и снова делаем вид, что нас не тянет друг к другу. Стас превращается в строгого министра в костюме с галстуком и бейджем, где написано «Станислав Юрьевич Быстрицкий». Да и я в офисном черном платье, на каблуках и с покер-фэйсом, на который иногда натягивается вежливая улыбка.

Как будто не было вчера этих разговоров, как будто он не трогал мою щеку так нежно, как никогда раньше, и словно я не дремала на его плече по дороге в отель. Что на меня нашло? Сама не знаю. То говорила, что никаких контактов, никаких разговоров и вообще скорейший переезд, а тут сама провоцировала его, а как только он дотронулся, едва в его объятия не прыгнула. Совершила бы еще одну ошибку. Одной больше, одной меньше, зато в эти несколько минут была бы счастлива. Может, я зря вообще?

А еще он вчера такое выдал… Сказал, что ему нравлюсь только я, и что другие женщины его не интересуют. Да ладно, Станислав Юрьевич? Поверить? Лапшу на уши себе повесить и позволить ему все, что он хочет? И чего, конечно же, хочет не самая умная часть меня.

Так, отставить эти мысли. Ну сходили в бар вместе и сходили, что в этом такого? В конце концов, я играю роль его девушки, а с девушками обычно ходят как раз не на работу, а отдыхать. Так что для успокоения собственной совести могу сказать, что ничего страшного не сделала.

И на форуме тоже все ровно так, как договаривались. Я снова хожу рядом со Стасом, фоткаю его и с умным видом беседую с его коллегами. Когда Быстрицкий отправляется на круглый стол, посвященный транспортным реформам в регионах, я тащусь в традиционно пропахший кофе пресс-центр, ставлю телефон на зарядку и захожу на страницу Стаса, чтобы посмотреть, какие психи уже успели написать ему утром.

По работе Стасу здесь никто не пишет, для этого есть мессенджеры. Чаты с друзьями он мне показал, и я в них не лезу. А все остальное в моем полном распоряжении.

Там есть неадекваты, которые кидают кучу претензий и вообще пишут министру на «ты», есть особенно умудренные, которые проводят детальный разбор решений, принятых Минтрансом, есть те, кто жалуется на автобусы, водителей и контролеров. «Это все, конечно же, хорошо, но…» – моя любимая фраза из таких диалогов. Люди всегда найдут хрень, к которой сумеют придраться.

Но сегодня у Стаса аншлаг из женщин. А что случилось-то? Откуда эти сороки на красивое и блестящее налетели?

Щелкаю на значок личной страницы, открываю. Вроде я же знаю наизусть все посты с его страницы, так как сама, своими ручками их размещаю. И ничего такого, что могло бы привлечь внимание женской аудитории, там не было. Но Быстрицкий, кажется, выложил что-то в истории.

Открываю. Этот чертов соблазнитель сфоткался утром в зеркале лифта, поправляя узел галстука. Все понятно, Станислав Юрьевич, все понятно, откуда женские слюни в чатах развелись. Да бесят! Ну посмотрите на них, что творят! Сейчас как разгоню всех, мало не покажется.

Нет, ну а какого хрена к нему пристают? Или считают, что у такого крутого и статусного мужика девушки нет? Хочется ответить, что вообще-то, есть, и это я. Даже если сама на птичьих правах и устраиваю сейчас разборки на ровном месте. Не, ну а как это будет выглядеть со стороны? Стас везде показывает свою «девушку», а при этом чатится с другими? Так репутацию не улучшить. Поэтому легко и просто отбиваюсь ото всех, копируя и рассылая всем один и тот же вежливый текст с предложением пройти на хер, но только не к самому Стасу.

Занимаясь увлеченно разгоном баб из лички Стасика, я даже не обращаю внимание, как мистер министр лично появляется в пресс-центре и нависает прямо над тем стулом, где я сижу.

– Сколько сообщений ты за меня настрочила? – спрашивает, наклоняясь к моему уху.

– Ты читаешь мои ответы?

– Ты хотела сказать, МОИ ответы. Ну да, читаю, это же МОЯ страница.

– Не будешь постить свои секси-фото, и мне не придется выгонять страждущих бабенций из твоей лички.

– А вдруг там были приличные?

– Послушай, Быстрицкий, – блокирую телефон и кладу на стол. – Ты сказал, что к твоим симпатичным и перспективным коллегам я не могу даже присматриваться, а сам собираешься знакомиться в соцсетях? Не выебывайся, пожалуйста, – возвращаю ему вчерашнюю фразу и улыбайся.

– Согласен, резонно.

– Как ты понял, что я здесь?

– А где тебе еще быть? Я пришел забрать тебя, – он протягивает руку и приглашает подняться, чтобы пойти за ним. – Начальник питерского Минтранса приглашает присоединиться к нему на обеде, пойдем вместе.

– Хмм, а зачем?

– Давыдова, много вопросов, давай живее.

О, а тут я уже узнаю настоящего Стаса, который любит вот этот свой командный тон включать. Меня это забавляет, потому что я прекрасно знаю – если я не буду соглашаться сразу, командный тон сменится на «пожалуйста, Алена». Но сегодня я воздержусь от такого, и без того позволила себе лишнего и расчистила личные сообщения Стаса, куда мне по-хорошему лезть не стоило.

– А что этот питерский министр из себя представляет? – решаю разузнать, пока мы на эскалаторе спускаемся на нижний этаж.

– Он из нашего города, и он мой ровесник и одногруппник.

– Старое соперничество?

– Вроде того. Мы вечно выяснили, кто круче в учебе, на стажировке, кому больше симпатизируют преподы. Ну мы и были реально лучшими на своем курсе. После учебы Антон уехал в Питер сразу и начал быстро делать карьеру, а я сначала работал простым сотрудником транспортной компании, потом в городском комитете дорожного хозяйства, и уже оттуда решил уйти и переехать в Москву.

– И долго ты в Москве прожил?

– Пока учился в аспирантуре, ты вроде знаешь об этом. – Стас продолжает держать меня за локоть и уверенно вести вперед. – Написал кандидатскую, защитил, получил степень и вернулся. Хотя были предложения в столице, решил, что это не мое. Ну а дальше Министерство.

– Сколько Антон уже в должности министра?

– Третий год.

– Ууу. Будет хвалиться, что смог быстрее тебя?

– Быстрее не значит лучше, уверен, ты поняла меня, – подмигивает и заводит в кафетерий, где обедают участники форума.

Столы в обеденном зале украшены живыми цветами и флажками с эмблемой форума, выглядит это очень красиво. Организаторы заказали кейтеринг, выбор блюд довольно большой, официантов, заботливо помогающих сориентироваться в этом изобилии, полно. Стас глазами ищет Антона, находит и машет ему, давая понять, что мы пришли и скоро будем. Выбираем себе обед и сквозь толпу желающих перекусить транспортников тащимся к дальнему столику.

– Приятного, – коротко бросает Стас своему товарищу, который кивает и поднимается с места, чтобы пожать мне руку и пройтись по мне оценивающим взглядом. Сомневаюсь, что Быстрицкий звал меня ради этого – он ведь терпеть не может, когда его коллеги проявляют знаки внимания в отношении меня.

– Антон, это Алена, моя девушка. А это мой давний товарищ по учебе, коллега, министр транспорта этого региона Антон Сергеевич.

– Для вас просто Антон, – тут же улыбается мужчина. Симпатичный. Достойная конкуренция Быстрицкому, достойная. Кольца на пальце нет, зато часы стоят неприлично дорого, да и вся его внешность говорит о том, что этот человек любит себя и много работает над собой. Но почему-то той бешеной энергии, которая исходит от Стаса, я от Антона не ощущаю.

– Хорошо, рада познакомиться, Антон, – улыбаюсь в ответ и присаживаюсь, боковым зрением наблюдая за реакцией Стаса.

– Быстрицкий решил красивых девушек возить с собой, – ухмыляется этот Антон, глядя прямо на меня.

– Не девушек, а девушку, – тут же вмешивается и поправляет Стас.

– Разумеется. Вы давно знакомы?

– Мы давно знакомы, но не так давно вместе, – отвечаю сама, потому что мужчина все еще сверлит меня взглядом.

Я чувствую напряжение, исходящее от Стаса, и понимаю, что он испытывает дискомфорт от общения с этим человеком. Разумеется, отказывать было невежливо – мы же в Питере, и приглашает на обед местный министр. Но я начинаю постепенно понимать, почему Стас взял меня с собой – мое присутствие несколько снимает напряжение и заставляет Антона думать о других вещах.

– Нравится вам быть девушкой министра?

Интересный вопрос. Задумалась бы, будь я ей на самом деле, но…

– Наши отношения начались до того, как Стаса назначили, да и не имеет значения, какая должность у человека. Быстрицкий – трудологик, любящий свою работу на любой должности. Я это принимаю и даже ценю в какой-то мере. Круто, когда человек так любит свое дело.

Стас улыбается, глазами словно спрашивая, зачем я так его нахваливаю, но это не ради красного словца. Сейчас я сказала абсолютную правду.

– Трудоголик, значит. Освоился в новом кабинете, Юрьевич?

– Освоился.

– Честно, я думал, что ты выселишь своего министра раньше. Долго запрягал.

– Антон, ты же знаешь, эти вещи от меня не зависят. Получилось так, как получилось, и я доволен.

– До сих пор не понимаю, почему ты не захотел оставаться в Москве.

– Занимать совершенно рядовую должность в Минтрансе? – Стас искренне недоумевает. – Зачем мне это? Ты же понимаешь, что у меня амбиций больше, чем быть каким-то там специалистом какого-то там подразделения?

– Понимаю. Но мне, например, от федералов предложения не поступали.

Ревнует что ли? Стасик обошел его – получил приглашение в Москве, тогда как этот Антон до столицы не добрался.

– Ничего страшного, может, когда-нибудь поступят, только готов поставить что угодно, ты с поста министра не уйдешь, если предложение не будет слишком заманчивым.

– А ты неплохо знаешь меня, Стас.

– Еще бы.

Наш обед так и проходит: они перекидываются не самыми приятными репликами, хотя границы не переходят. И если не читать между строк, можно действительно подумать, что они просто старые приятели, сохранившие с молодости привычку подкалывать друг друга. Жаль, что я разбираюсь в людях достаточно хорошо, и могу увидеть реальную ситуацию.

К счастью, у нас нет времени засиживаться, потому что у Стаса и Антона по графику следующие мероприятия, и, как я поняла, даже разные. Мы вежливо прощаемся с питерским министром, который напоследок еще раз нагло осматривает меня, и Стас демонстративно уводит «свою девушку» под руку.

– Ты меня взял, чтобы покрасоваться перед ним, да? – озвучиваю весьма логичный и закономерный вопрос.

– Мне просто не хотелось идти одному. А в итоге ты даже превзошла все мои ожидания.

– Нахваливала тебе? Отстаивала, скажем так, твои интересы?

– Да. Ты специально это делала? Подыгрывала?

– Нет, я даже не пыталась, просто мне не понравился этот тип и хотелось, чтобы он прекратил до тебя докапываться.

Улыбается. Действительно, мог ли он подумать, что Аленочка Давыдова будет так впрягаться за него? Показухи ради? Абсолютно нет. Просто когда я с ним, все условности почему-то начинают стираться, исчезая. И я делаю ровно так, как чувствую, даже если сама этого боюсь.