Эпилог

Спустя несколько месяцев. Алена

– Посмотри, все хорошо? – из комнаты доносится голос Стаса.

– Стас, блин! В прямом смысле блин, я завтрак готовлю.

Думаю, ему приспичило показать, как завязан галстук и насколько идеально сидит костюм. Сегодня годовой отчет губернатора, на котором присутствуют все министры, депутаты, руководители ведомств и другие местные випы. И Станислав Юрьевич тут впереди планеты всей. Ему нужно явиться таким красивым, словно именно он будет главным действующим лицом.

Осознав, что блины я не брошу, Быстрицкий приходит на кухню сам. Красуется, чуть поправляет галстук, едва дотрагивается до зачесанных волос, чтобы не испортить прическу, и улыбается.

Я наблюдаю такую картину вот уже полгода, а каждый раз все равно задаюсь вопросом, кто разрешил министру быть таким красивым, горячим и привлекательным. А главное – это мой министр. Мне теперь так нравится повторять это… Особенно по ночам на ушко. Ну и порой в рабочий день, хотя его очень сложно отвлечь от дел, поэтому в дневное время без важного повода я стараюсь его не трогать. Разве что иногда.

– Костюм сидит прекрасно. По-другому и быть не могло, ведь выбирала его я, – умничаю, переворачивая очередной блинчик. Тут же начинаю маслить предыдущий и посыпаю его сахаром. – И вообще, почему ты уже нарядился, а еще не позавтракал?

Быстрицкий подходит ко мне и строит какую-то кошачью мордашку, словно пытаясь разжалобить.

– Я не успеваю. Покорми меня, пожалуйста, чтобы я не испачкал ничего.

Смеюсь с него, но вытягиваю из стопки чуть подостывший блин, сворачиваю треугольником и даю откусить Стасу.

– До чего дошел прогресс, я уже министра с рук кормлю.

– Такое право есть только у тебя. Кстати, вечером нам надо будет съездить кое-куда, ты будешь дома в шесть часов? Серега меня привезет, сядем в мою и поедем, хорошо?

– Куда?

– Это сюрприз.

– Стас, лучше расскажи, чтобы я понимала, куда мы едем.

– Могу сказать одно – каблуки не обувай. И дай еще один блинчик. А лучше нет – заверни мне парочку с собой. Прикинь, министр еду в коробочке с собой носит вместо столовой Правительства? Просто кто-то слишком вкусно готовит. Пальчики оближешь. И всю тебя.

На последних словах наклоняется, чтобы поцеловать, впечататься в мои губы, и убегает обуваться. Блинчики в фольге и плотном пакете забавным образом размещаются в его портфеле рядом с документами, и я испытываю ликование от мысли, что мои домашние блины важны для Стаса примерно так же, как и бумаги для Минтранса. Поцеловав меня еще раз перед выходом, он напоминает про сюрприз и исчезает. Ну что ж, посмотрим на ваши сюрпризы, Станислав Юрьевич.

Как человек азартный, сюрпризы я люблю. Ожидание чего-то неизвестного делает этот день интереснее, но мне сложнее сосредоточиться на работе. Вообще, не могу объяснить причину, но жить в свое время одной и работать было проще, чем жить у Стаса и совмещать это с фрилансом. То ли я превратилась в домохозяйку (о Боже, надеюсь, что нет), то ли просто что-то уже изменилось, и как прежде не получается. Я, конечно, бросать свою работу не собираюсь, но беру все меньше и меньше проектов, так что скоро рискую просесть в заработке. Ну и пофиг. Главное, чтобы он был, а я чувствовала себя самостоятельной и не была бездельницей.

Хотя дел реально хватает, особенно с учетом, что дома собака, которой теперь по большей части занимаюсь я. Кстати, собаку надо выгулять, и как раз этому я посвящаю время перед сборами. Возвращаемся с Саммер с прогулки, я быстренько одеваюсь, делаю совсем легкий макияж, собираю волосы в хвост и усаживаюсь на кухне с чаем – все равно теперь ждать, пока Стас напишет, что выехал с работы. А далеко не факт, что это чудо случится ровно в 18:00. Чудо случится скорее, если он хоть когда-нибудь выйдет из Минтранса вовремя, даже при том, что каждый день клянется и божится, как сильно после рабочего дня ему хочется домой ко мне.

Сегодня это действительно происходит – Стас звонит и просит быть готовой в течение нескольких минут. Когда я спускаюсь во двор, он уже сидит в своей машине, которая прогревается, и ждет меня.

– И далеко мы?

– Придумай какой-нибудь повод, – вместо ответа на мой вопрос говорит Быстрицкий.

– Какой?

– Ну, так будет интереснее. Хотя как ты считаешь, подарки лучше по поводу или без?

– Подарки? – у меня полное непонимание.

– Поедем, в общем, и сама все увидишь.

– Стас, да что увижу?

– Ну потерпи немного. Кстати, водительское с собой?

– А ты меня за руль посадишь?

– Типа того, – Стас улыбается.

– Если нет прав, ты же все равно уладишь, правда? Ты ведь министр транспорта.

– Ален, скажи просто, с собой?

– Ну конечно, ты ведь знаешь, всегда беру.

– Супер.

Мы выезжаем, Быстрицкий включает музыку, явно демострируя, что разговаривать не хочет. Держит сюрприз в тайне и случайно проболтаться не хочет. Да он и не сделает этого. Ладно. Нет так нет. Надеюсь, ехать нам не три часа, иначе я сойду с ума от любопытства. Но когда мы подъезжаем к крутому автоцентру, мне становится понятнее…

– Быстрицкий, ты купил новую машину?

– Да, – легко признается, ведь отпираться бессмысленно.

– И позволишь мне сесть за руль?

– Конечно, позволю, хотя ты можешь и не спрашивать.

– В смысле?

– Я купил ее для тебя.

Для… что? Для меня? Машину, которая стоит как… Я даже сравнение подбирать боюсь! Лично мне хватило бы вполне машинки десятилетней давности, главное, чтобы пробег адекватный и десять владельцев не было. Ну и желательно без больших ДТП. А тут новая! Нет, ну он с ума сошел!

– Стас, ты чего! Это не просто сюрприз, это ооочень большой и дорогой подарок! И как я могу его принять?

– Ну, я мог бы сказать «молча», но в таком случае я обижусь. Все-таки мужик, подаривший девушке машину, о которой она так мечтала, надеется на благодарность. Она ведь будет, правда? – Стас улыбается и смотрит на меня так, как я называю это – «трахательно». Иначе этот взгляд я описать не могу.

– Нет, я буду ругать тебя! Я же говорила, что я люблю все делать сама, и машину я себе потом куплю, я уже накопила на неплохую, начала искать даже…

– Родная, просто скажи «спасибо» и поцелуй меня. Твой мужчина – министр транспорта, ну как же у тебя может может не быть своей машины?

– Сначала я увижу ее, а потом все остальное.

– Да не вопрос. Тогда пожалуйте на выход, – Стас глушит двигатель и открывает дверь, обходит машину и открывает дверь мне, а это он делает крайне редко. Многозначительно хмыкнув, протягиваю ручку, чтобы он помог выбраться, и спускаюсь наконец на грешную землю. Стас, придержав меня за локоть, провожает к автоматическим дверям салона, мы входим, и я почти сразу понимаю, где же та самая машина. Красивая. Белая. Блестящая. Знаю, что это она, потому что на нее посадили огромный подарочный бант, а на капоте лежит большой и даже, пожалуй, пафосный букет. Если уж и делать что-то, так с шиком, – девиз Станислава Юрьевича по жизни.

– Это правда она? – спрашиваю, даже не смотря в его сторону.

– Конечно, теперь это твоя малышка.

– Стас… – я на долгом выдохе выталкиваю воздух из легких и тихо шепчу.

А Быстрицкий наклоняется, говоря едва понятно мне на ухо.

– Сделай так, когда в следующий раз кончишь, хорошо? И можно прямо в этой машине.

От одной мысли от том, что меня ждем безудержный секс со Стасом в этой потрясающей красотке, я вспыхиваю, и мне приходится вцепиться в руку Быстрицкого, чтобы срочно почувствовать его хотя бы так. Он с радостью сжимает мою ладонь в ответ, целует в щеку и говорит:

– А теперь прокати министра транспорта, родная.

*** Спустя несколько лет

– Прокатишь министра транспорта? – с такой фразы начинается мое утро. Водитель Стаса в отпуске, и теперь этот чудный мужчина должен ездить сам, а заставляет жену быть личным водителем. Мне же все равно мини-министров в детский сад отвозить.

– Прокачу. Пристегиваем ремень, музыку не переключаем, в процесс управления не вникаем, правда?

И я не шучу. Я езжу за рулем столько лет, а ему по-прежнему надо все контролировать. Руководитель, что с него взять. Говорит, еще годика три, и пора в заместители губернатора, курировать дороги и стройки. Поживем – увидим. Но то, что просидеть всю жизнь на одной должности, – это не для Стаса, и так очевидно.

– Обещаю быть пассажиром и всё. Веришь?

– Па-па! Ма-ма! – истошный вопль из комнаты становится напоминанием, что мы оставили министриков без присмотра на целых две минуты. Это непозволительная роскошь.

– Идем! – синхронно кричим в ответ, направляясь в бывшую «мою» комнату, ставшую детской. Ничего страшного не случилось, просто наши двойняшки пытались причесать хвост коту, которого на пару дней нам привезли Фил и Таня. Я честно была готова и крестницу взять, но ребята сами решили передать ее бабушке, чтобы не делать из нашего со Стасом дома детский сад. Хотя дом давно уже в него превратился.

Но если детский сад, то самый лучший, потому что ни одного дня за прошедшие годы я не пожалела, что когда-то давно согласилась стать невестой Стаса. Сначала фиктивно, затем уже по-настоящему. Другой жизни у меня и быть не могло.

– Ма-ма! Па-па! – синхронный вопль продолжается, когда мы пытаемся спасти кота из рук маленьких преступников.

Тяжело быть идеальной женой и мамой. Очень тяжело. Но так прекрасно и трепетно.

– Отдохни, Аль. Мы пока по-мужски поговорим, – обещает Стас, и я отправляюсь в нашу комнату, чтобы за две минуты накраситься, причесаться и прилично одеться. И такой круговорот – каждый день. Но я счастлива, даже если фразу «я люблю тебя» мы говорили друг другу всего несколько раз. Поступки намного важнее слов, а любовь – в каждом нашем действии. Всегда.

– Аля, подойди сюда!

Вздохнув и улыбнувшись перед зеркалом своему отражению со стрелкой на одном глазу, снова иду к своим министрам. Ну вот и куда они без меня? И разве это не любовь?