Антон

— Антон Игоревич, у вас телефон разрывается.

Допрос шёл второй час, в течение которого он рассказывал о произошедшем уже третий раз. Он понимал необходимость данного мероприятия как никто другой. Если бы граждане государства, в котором живут, знали о том, как часто их жизнь висит на волоске, то не только бы впали в панику, но и сошли с ума. И задача органов безопасности сделать так, чтобы их работа была незаметна, а люди спокойно вставали по утрам, шли на работу, создавали семьи, растили детей и радовались спокойной сытной жизни. Обеспечить каждого всем — невозможно, да и не нужно, иначе смысла в жизни не будет. Но сделать так, чтобы основные радости жизни были доступны каждому, избавить людей от чувства тревоги и подарить чувство уверенности в завтрашнем дне — бесценно. Пусть и не всегда заметно.

— Потом, — отмахнулся полковник.

Через две минуты заверещал спутниковый телефон заместителя начальника органов внутренней безопасности столицы. Хмурый, крепко сложенный мужчина, напоминающий шкаф, некоторое время смотрел на экран, после чего ответил на звонок.

— Да. Что? Вы кто?

Посмотрел на Громова, опустил трубку так, чтобы собеседник ничего не слышал, и спросил у Громова:

— Некая Мария утверждает, что если вы сейчас же не ответите ей, то она вам голову оторвёт.

И протянул ему телефон. Громов нахмурился, но аппарат взял.

— Что случилось?

— Бросай всё! Хаджи засекли на территории аэропорта!

Громов побледнел и сорвался с места.

— Антон Игоревич! Вы куда? — возмутился безопасник. — Мы ещё не закончили!

Когда полковник пулей вылетел из самолёта, не обращая внимания на крики, его бывший собеседник подхватил телефон и гневно спросил:

— Вы вообще кто такая?

— Начальник управления Приволжского федерального округа, Самохина Мария Александровна, — от томного голоса ни осталось ни грамма, Машка включила начальника. — Станислав Иванович, я вас настоятельно рекомендую сейчас же начать проверять себя на профпригодность. По вашей территории спокойно разгуливает опаснейший субъект, а вы языками чешете в тёпленьком самолёте.

— Ну что вы Мария Александровна, — мгновенно вспоминая шикарную брюнетку, которую он видел пару раз, и взмахом руки отдавая приказ подчинённым оцепить аэропорт, — самолёт давно остыл, и здесь максимум десять градусов. Хотите проверить?

— Вы мне зубы, уважаемый, не заговаривайте, а ждите проверку, — сквозь зубы проговорила Мария.

— Если только с вашим участием, — невозмутимо ответил мужчина.

— А вы нахал, Станислав Иванович, — хмыкнула женщина, черкая в своём ежедневнике «устроить персональный ад Багрову С. И. за выпуклую самонадеянность» через три дня при личном визите.

— Красивая женщина в роли ревизора, в этом есть что-то интригующее…

В трубке послышались гудки.

— Станислав Иванович, — подал голос стоящий рядом помощник. — Ходят слухи, что Самохина мужчинами не интересуется.

— Да все они феминистки, до первого нормального мужика, — усмехнулся заместителя начальника органов внутренней безопасности столицы. — И что за субъект у нас по территории разгуливает?