Глава 35. Соломон

— Я накажу каждого, кто причастен к похищению моей жены! — взревел я, созвав всех демонов Царства Адова.

Мои родители стояли в стороне, боясь гнева сына. Мама несколько раз пыталась вызваться на разговор, но я не желал сейчас слушать кого-либо. Моя Анна… моя королева была похищена прямо из-под носа, пока я пытался помочь Хранителю. Теперь же, оставшись без старейшины, никто из его последователей не шел на прямой контакт. Библиотека судеб закрылась от наших глаз, и больше для демонов не было доступа к их судьбам. Это очень ударило по доверию ко мне со стороны элиты. Но разве я виноват, что все пошло наперекосяк? Я полюбил девушку с Земли, привел в свой дом, возжелав построить настоящую семью — ведь имел право на счастье, как и каждый, кто прямо сейчас смотрел на меня, облаченного в настоящую ипостась — демонскую сущность.

— Соломон, — из толпы выкрикнул темноволосый демон, обнимая свою взволнованную беременную демоницу, — что ты намерен делать? Хранитель мертв, оборотень бродит в нашем мире. Это не есть хорошо, ты ведь сам знаешь!

— Знаю, Трой, — согласно кивнул ему, затем глубоко вдохнул и выдохнул, примая человеческое обличие. — Тот, кто использовал заклинание переобращения в запретное тело, не имеет больше права быть среди нас. Я сделаю все, чтобы этого демона наказали по всей строгости наших законов. — Сделав шаг вперед, я повысил голос и добавил: — мне нужна помощь.

— Какая? — встрял мой отец, и я обернулся к нему.

— Хранитель сказал, что все события иллюзия, — осторожно начал я, заприметив, как изменилось выражение лица моей матери. Женщина опустила глаза в пол, и я почувствовал резкую смену ее настроения. Моя мать волновалась. Впервые, женщина которой не ведан страх — испугалась. Мой отец нахмурился, явно уловив перемену, витающую в воздухе; он искоса бросил взгляд на жену, затем остолбенел. Отец слышал мысли матери, но только не я… Чтобы не привлекать излишнего внимания остальных демонов, я продолжил, только более скептически, чем прежде: — я намерен выяснить, о чем говорил старик, оставляя мне подобное заявление. Но я предупреждаю вас, жители Царства Адова: любой, кто имел отношение к похищению моей Анны, будет наказан лично мной, — последняя фраза прозвучала очень грубо и жестоко, но она возымела эффект, которого я добивался. Внушая толпе о своем могуществе, ведь таким был я — справедливым и не принимающим вранья.

Каждый присутствующий затаил свое дыхание, ощутив мой гнев… мою ярость, готовую в любую секунду обрушиться на Царство.

Демоны разошлись по своим домам, покинув двор моего замка. Мама и отец оставались со мной. Я всматривался вдаль, желая увидеть силуэт Анны, вдруг бы заметил ее русые волосы среди тьмы, окутавший мой мир. Иллюзия… я безумно боялся этого явления, ведь какая точка в истории стала отправной, чтобы свершилось заклятие, я не знал. Но ведь сердце бьется не переставая, а значит чувство истинной любви я познал, и Анна существовала, а не была плодом моего воображения. Я попытался сконцентрировать свои внутренние ощущения, быть может, так мог понять, где моя Анна, и что с ней происходило в данный момент. Но больше всего я злился, что Авраам — дядька, которому я доверял каждое слово, сумел предать меня.

— Сын, — отец одернул меня, тем самым я мигом переключился к тому, что происходило в данный момент. Он подошел ко мне и похлопал по плечу, сопереживая. — Я очень расстроен событиями.

— Это мягко сказано, — буркнул я, по-прежнему смотря только вдаль, где красовался темный лес, а в нем, будто светлячки — гоблины. Они передвигались изо дня в день, накручивая круги. Безмятежность их действия длилась вечность, и прямо сейчас я вдруг осознал, что подобной участи не пожелал бы никому. — Надо проверить лес, — сказал я.

— Думаешь, Анна там? — голос отца дрогнул, и я перевел взгляд на него, недоумевая сменой настроения.

— В чем дело? — осторожно задал вопрос, боясь переступить границу личного. — Что тебя беспокоит, отец?

— Меня беспокоит только одно, сын мой: ты безумно влюблен. Я вижу то, что было когда-то с Людовиком. И не хочу потерять еще одного сына. Не переживу, — тихо промолвил он, обратив внимание на маму. — Геральда, иди сюда к нам. Прошу, — отец настаивал.

Моя мать вздернула высокомерно свой подбородок, но потом все-таки не могла ослушаться отца и подошла к нам двоим.

— Ты должна рассказать Соломону…, — тон отца был непреклонен, не терпящий отказа. Мама замялась, заупрямившись.

— Мам… если ты что-то знаешь о местонахождении Анны и Авраама, где он удерживает ее…, — мой голос надломился, — прошу, не скрывай от меня. Я люблю Аню. Всем своим сердцем, которое теперь бьется только потому, что она сумела полюбить меня таким, каков я есть. Разве ты не хотела счастья для своих детей? Для Людовика? Ты хоть знаешь, что кот, бродящий по замку, стал спутником Ани?

Мама с удивлением посмотрела на меня, вскинув обе идеальных брови. Нет. Она не знала этого.

— Да, и только благодаря ему, моя королева оказалась здесь. Точнее, благодаря Каю. О нем вы оба хоть что-то знали?

Бывший король-демон и его супруга ошарашено уставились на меня, хватая ртом пропитанный пеплом воздух.

— Что? О ком ты? — поспешно выпалила мама, разоблачая себя.

Я предполагал, что их внезапные путешествия были вовсе не из-за поисков ее нерадивого братца-неудачника, а потому что оба, и мать, и отец, посещали Землю, чтобы видеть, как жил Кай среди людей. Подойдя к женщине, я взял ее за обе руки и крепко сжал, но не причинял боли.

— Почему вы оба молчали столько лет, — тихо сказал я, глядя пристально ей в глаза. — Зачем утаили от меня?

— Сынок, — отец приобнял мать, защищая ее от моего карательного взгляда и обвинения. — Кай — полудемон. Он родился на Земле, не в нашем мире, и потому мы не могли его забрать. Жена Людовика погибла при родах, а мальчика отдали в другую семью. Но он всегда был под контролем, — бывший король поспешил оправдаться, что не бросали своего внука. Я был зол. Отпустив мать, я отошел от них обоих на приличное расстояние. Меня изрядно разрывало на части от того, как они обвели практически каждого вокруг пальцев.

— Соломон, — всхлипнула мать, протянув свою руку, а другую прижав к груди. Ее фальшивые слезы меня больше не трогали. — Как бы мы привели мальчика в наш мир? Там он обрел семью, любящую и заботливую. Мы не имели права отнимать у тех несчастных людей надежду. Кусочек счастья… потому что те не могли иметь своих детей. Нам с Самуилом пришлось нелегко, ты не смеешь осуждать наши действия! — да-да, мама решила использовать именитое нападение, когда чувствовала, что была виновата.

— Вы бросили его, — зло рявкнул я, останавливая ее всхлипы и бурчания под нос. — Кай должен был расти среди своего мира. Среди демонов. А теперь он морочит головы земным девушкам, в том числе под чары его заклинаний чуть не попала Анна. Кто станет нести ответственность за его действия? Людовик? Кот, которые более никогда не обратится в демона. Стоила ли его любовь такого наказания, мама?

Геральда замолчала, но гордо принимала каждое мое слово. Мои нападки были несправедливы лишь потому, что я не имел права осуждать их решение. Но какое теперь мне дело, когда на кону жизнь моей любимой.

— Не стоила, — сухо сказала она, — но никто не предполагал такой исход событий. Я не знаю, кто причастен к похищению твоей жены, — мама запнулась, осознав, что приняла мою Анну в качестве своей королевы, и я был этому рад. — Но, Соломон, я прошу тебя об единственном: не надо приплетать Кая к трагедии. Он не виноват, сынок. Мальчик, итак, потерян для нас. Он граничит между двумя мирами, и, поверь, ему очень тяжело быть среди людей, и в то же время знать, что родные тут в Царстве Адовом, а там у него нет совершенно никого. Его приемные родные все давно умерли, Кай один сам по себе.

— Значит, он уже бывал тут ранее?

— Нет, — мама отчаянно замотала головой, и тогда я перевел взгляд на отца, который никогда мне прежде не лгал.

— Нет, Соломон. Мы не приводили его сюда, — тон отца был совсем поникшим.

— И все-таки Анну он смог переместить через портал, — бросил я, удивляя обоих демонов. Геральда и Самуил опешили, переглянувшись друг с другом, а потом выжидающе перевили взгляд снова на меня. — Я попросил Хранителя помочь мне. Из-за угрозы мне пришлось расстаться с Аней, но так бы думала только она… не я. И все же чары быстро развеялись, когда Кай напал на девушку, тогда-то Людовик пришел ей на помощь и уговорил своего сына принять другое решение.

— Ох! — воскликнула Геральда. Моя мать не верила мне на слово. — Соломон, этого не может быть! Людовик не способен переоблачаться. Он погиб…

— Но использовал единственный раз, который сумел сохранить для чего-то большего, — закончил отец, сложив ситуацию в полноценную картину. Я подтвердил лишь кивком, потому что подходящего слова у меня не нашлось.

— Мы проиграли очередное сражение, Самуил, — жалобно простонала мать, утыкаясь носом в грудь отца.

Она горевала по сыну, которого оба не сумели спасти, переживали за внука, ведь он никогда не узнает, кто его родственники и чьему роду он принадлежал. И теперь они теряли меня, потому что я намерен биться до последнего вдоха, потому что полюбил девушку, ради которой готов на всё.

— Я должен созвать армию, — спустя минуту сказал я, разрывая момент, который слишком давил на всех нас. Мать и отец напряглись, выражаясь волнение на своих лицах. — Демоны должны быть готовы. Мы пойдем в леса… я должен убедиться, что не перерожденные души не имели никакого отношения к похищению Ани.

Краем глаза я заметил чью-то тень, словно некто не желал своего обнаружения. Я замолчал резко, и потому оба моих родителя обернулись на мой пристальный взгляд, так же приготовившись к нежелательной встрече с гостьей. Отчего-то я знал, кто прятался и нагло подслушивал.

— Азада! — властный тон моего голоса прозвучал эхом по всему двору замка. — Выходи, я видел твой силуэт.

— Ты уверен, что это она? — нахмурился отец, повернувшись ко мне лицом. Я ничего не ответил, не желая выпускать из виду демоницу, отчаянно желавшую стать моей женой. Она была в поле моего подозрения первой, и потому наглое подслушивание лишь не прибавляло ей шансов остаться невиновной. — Соломон, ты бредишь. Азада никак не могла быть здесь. Ее родители намерены реабилитировать дочь в глазах элиты. Ты ведь сам послал ее к Хранителям, чтобы она прошла обряд на подтверждение своей невинности.

— Да, сынок, — встряла мама, так же с непониманием посмотрев на меня.

Я же застыл на месте, сложив все как дважды два. Затем мгновенно переоблачившись, я тьмой рванул к Азаде, укрывающейся от моих глаз. Демоница заторопилась, почувствовав угрозу, затем сама приняла свою ипостась… только вот совсем не демоницы, а… оборотня, черт возьми!!!

Оборотень — Азада! Как я вообще мог не заметить ее истинной сущности, и кто посмел помочь демонице применить карающее заклятие. О чем Азада только думала, ведь отныне и навеки она останется изгоем в моем мире.

— Азада! — рыком взревел я, нагоняя её. Тьма все мощнее сгущалась вокруг меня, и по мере приближения к демонице, меня все сильнее подпитывала ярость мщения. — Азада!!! — второй раз окликнул ее, но она совершенно не реагировала на мой громоподобный крик. Ее имя звенело в ушах, а в глазах горело огнем, подобно лаве. Безумие погони охватило меня с головой, и я продолжал преследовать демоницу, пока та не скрылась за высокой стеной, граничащей с началом лесного массива. Я резко замер на месте, но продолжал выслеживать Азаду.

Демоница-оборотень остановилась, почувствовав, что угроза миновала. Призрачная надежда в ее глазах вдруг вспыхнула ярким блеском, и я заметил ее нравный кивок, словно она таким образом обыгрывала свое сражение со мной.

— Тебе не скрыться от меня, — сказал я, развивая тьму от себя.

— Я и не скрываюсь, Соломон, — ответила Азада, вновь переоблачаясь в привычное тело демоницы. — Я ведь люблю тебя, мой Лорд, и никогда не смогу разлюбить. Ты моя судьба, и я обязана бороться за тебя, — выкрикнула она, срываясь на гнев. Нотки ревности витали вокруг нас, разделенных стеной и приличным расстоянием.

— Ты должна отпустить Анну, если желаешь доказать свои чувства ко мне, — я принял правила игры, используя ее слабость. Азада ухмыльнулась, покачав головой. Ее длинные волосы каскадом накрыли лицо, а взгляд ее ярко желтых глаз меня озадачили. Разве у оборотней такой он? Испепеляющий. Надменный и гордый. Азада не любила меня, это все иллюзия. Это чувство ей внушили.

— Там, куда я их отправила, им будет хорошо обоим! — закричала демоница. — Авраам солгал мне! Солгал всем, что я останусь такой, какой была! Я не стала прежней, мой Лорд! — она от отчаяния начала суетиться и бродить туда-сюда, запрокинув за голову руки. — Соломон, я никогда не стану прежней…, — захныкала она.

— Что с тобой произошло? — я предпринял другую попытку разговорить Азаду, и внести ясность в наш напряженный диалог. — Почему ты думаешь, что никогда не станешь прежней?

— Потому что я умерла, мой Лорд, — хныкнув, промолвила она. Остановившись, как вкопанная, Азада уставилась на меня, а по ее щекам потекли желтые слезы. Как кровь у Хранителя, когда он умирал на моих руках. Что за чертовщина, черт побери!? — Не иди за мной, Соломон. Ты все равно проиграешь. Я предупреждаю тебя лишь раз, иначе твоя Анна больше никогда не найдет дорогу в мир Царства.

— Что ты сделала с ней?! — я сделал шаг, на что Азада оскалилась и вновь приняла облик оборотня.

— Подумай, Лорд, — она насмехалась надо мной, — прежде чем свершишь роковую ошибку. Анна всегда рядом с тобой, Соломон, и также далеко, словно её никогда не существовало…

Азада умчалась в темень леса, скрываясь из виду. Не перерожденные души кинулись в рассыпную, но я заметил, как несколько отделились от общей толпы и направились к замку…