31
Юрий
*****
Выхожу из душа, похрустывая шеей. Ночь я провёл просто ужасно – сильно ныли мышцы на руках, безжалостно скрученные бравыми охранниками толстого фармацевта. Да ещё и мысли о предательстве Алины не давали мне покоя.
Неужели она так просто смогла разлюбить меня и лечь в постель к этому золотому французу? Продажная девка. Не зря я привык только использовать баб – они все мерзкие шлюхи, готовые раздвинуть ноги перед более богатым и влиятельным мужчиной.
А списывают всё на любовь.
Мда…
Затем я долго не мог уснуть из-за ахов и вздохов, доносившихся из соседнего номера. Какая-то бабёнка за стенкой возбуждённо орала так, будто её трахал полк солдат, никак не меньше. Её любовник только рычал в ответ, ещё яростнее принимаясь бить кроватью о стену.
Я уже собирался выйти и намекнуть этому горячему любовнику, что за стенкой пытаются уснуть люди, как, неожиданно, всё стихло. И это – спустя сорок минут. Нормальный забег.
Что ж.
Надеваю футболку с джинсами, собираясь позавтракать, и выхожу из номера, бросая беглый взгляд на дверь соседнего номера.
Интересно, что за парочка там обитает?
Мне было бы интересно на них взглянуть.
Небось, какие-нибудь горячие итальянцы.
Как вдруг, створка соседнего номера распахивается и оттуда, потрясывая завитыми белокурыми локонами, выплывает Алина, облачённая в коктейльное платье нежно-голубого цвета. За ней идёт довольный собой фармацевт, разглаживая на пивном животе белоснежную рубашку.
Крякаю, сверля любовников ненавистным взглядом. Так вот, кто не давал мне спать сегодня ночью!
Алина краснеет и начинает судорожно хватать ртом воздух при виде меня, оборачиваясь на своего пузатого француза. Тот непринуждённо кивает мне, отбивая мой гневный взгляд и, взяв красотку под локоток, направляется к лифту.
Вот козлина!
Догоняю мсье Леграна и хватаю его за рукав рубашки. Сейчас, без охранников, он будет не таким уж и сильным и упадёт, я надеюсь, с первого удара.
Замахиваюсь и сосредоточенно посылаю удар справа в толстую физиономию француза. Тот явно не ожидал удара и стал для меня лёгкой мишенью. От удара жирный боров делает шаг назад и неловко падает на свой толстый зад, запрокинув голову.
– Юра, не надо!
Алина подлетает ко мне и начинает яростно отталкивать своими тонкими ручками меня от своего нового любовника. Она впивается своими острыми длинными коготками в мои руки, оставляя на них длинные красные полосы, как дикая кошка, и я с остервенением отбрасываю её на пол.
– Шлюха!
Внезапно фармацевт достаёт из кармана брюк миниатюрный пистолет, и, приторно улыбаясь, нацеливает дуло на меня. У меня холодеет в висках, как будто кто-то рядом со мной открыл окно, а наглый боров, хитро улыбаясь, бормочет что-то на своём.
– Робер, силь ву пле!
Блондинка подползает к мужику, умоляюще заглядывает в его глаза, и пытается забрать из его рук пистолет. Глаза француза наливаются кровью, и он, держа меня на мушке, обращается к ней:
– Ты его любишь?
О, оказывается, этот жирный боров неплохо говорит по-русски, правда с сильным акцентом. Но, это ему не мешает общаться с моей секретаршей.
Алинка мотает головой, припадая губами к руке своего любовника, которая по-прежнему сжимает пистолет. Я испытываю при этом рвотный рефлекс – ещё чего! Вот как она выпрашивает у него всё!
Робер Легран медленно поднимается на ноги не без помощи Алины, и, сканируя меня уничтожающим взглядом заплывших жиром блеклых глаз, царственно кивает:
– Убирайся. И не смей больше здесь быть!
Сплёвываю на пол, отчётливо понимая, что имел ввиду француз. Ну, ладно. Посмотрим, как быстро ему надоест эта прилипчивая блондинка. А ведь ей ещё предстоит вернуться на работу. И тогда я буду беспощаден.
Уволю её нафиг с отвратительной рекомендацией.
*****
Возвращаюсь после плотного завтрака в свой номер, и плюхаюсь на диван. После драки с фармацевтом у меня окончательно испортилось настроение, и я отчаянно искал, кому бы испортить его в ответ.
С Леграном я больше решил не связываться – смотреть, как Алинка лижет ему руку, у меня нет никакого желания. Да и нарываться на мушку пистолета мне тоже неинтересно.
Бросаю беглый взгляд на смартфон, который я оставил в номере на подзарядке, я отмечаю, что мне кто-то звонил. Щёлкаю на экран, и во рту сразу же пересыхает – пропущенный звонок от Тимура.
Интересно, как у них дела?
Очень надеюсь, что у этого придурка есть новости об Эмилии, а то я просто сотру его в порошок.
– Алло?
– Юрий Александрович, у нас для вас хорошие новости.
– Наконец-то!
Выдыхаю, сосредоточенно прижимая телефонную трубку к уху.
– Эмилия Игоревна вчера вечером вышла на связь.
– Отлично, что удалось узнать?
– Ну, немножко пришлось эту девчонку, Ольгу, прессануть. Не хотела она подругу сдавать…
–Придурок, я же просил без мокрухи!
– Нет-нет, с ней всё в порядке.
Расслабляюсь, подходя к панорамному окну, из которого открывается чудесный вид на песчаный пляж с золотым песком и бирюзовую водную гладь. Надо хоть искупаться для приличия.
– И?
– У меня по этому поводу для вас две новости.
Тимур отвечает нехотя, с опаской подбирая слова. Поведение начальника моей службы безопасности начинает раздражать, и я фыркаю, задёргивая штору.
– Слушай, давай без прелюдии.
– В общем, мы примерно знаем, где искать вашу супругу. Она сказала, что её приютила у себя какая-то знакомая, в одном из коттеджных посёлков Столицы.
– Какая, блин, знакомая? У Милы нет никаких подруг!
– Мы пока это не выяснили. Сейчас как раз этим занимаемся. Думаю, к вечеру я доложу вам адрес дома, где скрывается Эмилия Игоревна.
– Ясно.
Собираюсь отключиться, как тут же вспоминаю, что ничего плохого Тимур мне не сообщил. А ведь новостей было две. Значит, это была лишь хорошая новость.
– Что ещё?
– Эммм… Не знаю, как вам сказать, Юрий Александрович…
Свирепею.
Эти недомолвки Тимура жутко меня бесят. Неужели, нельзя рассказать всё, что ему удалось узнать от той толстухи?
– Говори, твою мать!
– Эмилия Игоревна живёт в этом доме не одна.
– А с кем? С этой бабой?
– Нет…
– Тимур…
Рычу, дав понять, что я уже на пределе.
– Со своим любовником. И она долго расписывала Ольге, как счастлива с ним и как ей хорошо.
Последняя фраза Тимура цепляет меня за живое, и я непроизвольно сжимаю кулаки. Волна жара прокатывается по моему телу от висков до пяток, и я яростно рычу, как раненый тигр.
– Кто этот смертник?
– Никита Борисович Купцов.
Ответ моего собеседника заставляет меня выдохнуть. Да нет, Тимур, очевидно, что-то перепутал – я лично ездил в лечебное учреждение и видел его на больничной койке, бледного и слабого.
Какой с него любовник?
К тому же, он страдает потерей памяти – не смог вспомнить ни меня, ни Милу. Нет-нет, тут что-то не вяжется.
– Этого не может быть.
– Но это так.
– Он в больнице!
– Уже нет. Я лично звонил в отделение, и медсестра на посту мне сообщила, что Никита Борисович выписался под личную ответственность.
Последняя фраза Тимура припечатывает меня, и я на миг перестаю дышать, ловя ртом воздух.
Вдох-выдох.
Неужели, этот придурок ловко обманул меня?
И после моего приезда отправился трахать мою жену?
Не может быть…
– А как же амнезия?
– Не было её. Он притворялся, чтобы вы его не убили.
– Сукин сын!
Жаль, что я не добил его тогда, в больнице! Придушил бы голыми руками, и всё было бы кончено. Но нет, пожалел, пригрозил и успокоился.
Бью с размаху кулаком в стену, и картина, висящая неподалёку, жалобно скрипнув, обвалилась на пол. Рамка вмиг разлетелась в пыль, подняв кучу щепок в воздух.
Вот так и моя жизнь разлетелась на кучу осколков с момента моего бракосочетания.
Милочка всё испортила.
– В общем, так, Тимур, слушай меня внимательно. Я прилечу завтра, в пять утра. К этому времени мне нужен адрес того дома, где счастливо живут Милочка с этим рыжебородым козлом.
– Вас встретить?
– Не нужно. Оставайся, стереги Ольгу. Возможно, вы приедете туда чуть позже. Я хочу, чтобы Милочка видела свою подружку, которая сдала её. Мне надо подумать.
– Понял.
Отключаюсь, со вздохом опускаясь в кресло.
Значит, моя дражайшая супруга решила продолжить отношения с Купцовым после той ночи, и даже рассказала своей подружке, что она счастлива с ним. Грязная шлюха.
Чем же её не устроил я?
Да все бабы города и страны мечтают заполучить меня в свое сети страсти, а я почему-то умудрился выбрать ту, которая от меня нос воротит!
Как же так?
Ну что ж, Купцов после такого точно не жилец. Я не могу допустить, чтобы он ещё и ментов навёл на меня. Пусть уж лучше отправляется в ад, к своей отвратной сестричке.
Запрокидываю голову на подушку, прикрывая глаза.
План я разработаю сидя в самолёте. Я ещё не решил, как лучше всё провернуть. Одно я знаю точно – я наведаюсь в дом с самого утра, застану всех тёпленькими, в своих постельках.
Но мне нужно взять из сейфа «Беретту». Значит, придётся ещё съездить домой. А это совсем не укладывается в мои планы.
Чёрт…
Ладно, посмотрим. Пока схожу на пляж, позагораю и поплаваю – не зря же я приехал на отдых. А потом поеду в аэропорт. До Москвы путь неблизкий, успею еще, как следует всё продумать.
*****
Сижу в аэропорту, ожидая посадку, и лениво листаю глянцевый журнал с фотографиями острова.
Да, не такой отдых рисовало мне моё воображение.
Я-то думал, что буду все ночь проводить с горячей Алиной, трахая её в самых разных позах в номере отеля и на пляже, а вместо этого был вынужден слышать её крики за стенкой, когда она стонала и извивалась под жирным французом.
С этой парочкой я решил больше не связываться. Посмотрим, что блондинка будет лепетать мне в понедельник, по выходу на работу.
Дура.
А вдобавок к этому я ещё узнал о неверности супруги и о хитром ходе со стороны, как я надеялся, поверженного Купцова. Ох, он дорого заплатит за свой обман. Мне терять нечего.
Слышу объявление о посадке и отбрасываю журнал в близлежащую урну. Отдых испорчен. И, кто в этом виноват?
Конечно, Мила!
Может, пристрелить её вместе с Купцовым? Мне чертовски надоела эта канитель с её постоянными исчезновениями.
Вспоминаю пухлые губы своей супруги и осиную талию, которую я имел счастье сжимать своей стальной хваткой, и выдыхаю. Да нет, этой мерзавке придётся ответить за своё отвратительное поведение. Она меня ещё сама умолять будет, чтобы я её прикончил.
Ненавижу…
Протягиваю улыбчивой девушке свой билет и она, медленно скользнув по нему внимательным взглядом, пропускает меня в самолёт.
Прохожу на своё место в салоне бизнес – класса, и слышу вибрацию мобильного.
Тимур.
Отлично, он успел до взлёта. Значит, я успею обдумать всё в мельчайших деталях и дать необходимые распоряжения.
– Да?
– Юрий Александрович, я всё выяснил.
– Выкладывай. Что это за знакомая, и откуда, интересно, Милочка её знает? Ведь, насколько я знаю, у моей жены нет друзей.
Начальник службы безопасности еле слышно кашляет, и с осторожностью произносит:
– Да вы тоже её хорошо знаете, Юрий Александрович.
Внутри всё закипает от новых загадок Тимура. Если бы я сейчас был не в самолёте, я бы высказал своему подчинённому всё, что я думаю о его тупых играх.
Но здесь нельзя терять лицо.
Выдыхаю, выпуская воздух носом.
– Говори.
– Дом в коттеджном посёлке принадлежит Амораловой Инне Викторовне.
– Вот же тварь!
Сцепляю зубы, свистя последнюю фразу. Значит, хитрая Инночка решила напоследок мне всадить нож в спину?
– Это вы мне?
– Нет!
– Адрес вышлю смс – сообщением.
– Жду!
Отключаюсь, с ненавистью глядя на экран.
Как же так получилось, что Мила и Инна вдруг стали подругами? И Аморалова, конечно, всё разболтала моей супруге. И о сексе на свадьбе, и о своей беременности.
Вот почему Мила меня даже видеть не хочет!
Интересно, а её супруг – рогоносец в курсе, что отец этого ребёнка – я? Значит, нужно чтобы узнал. Чтобы отбить у Инны привычку лезть в чужую семью.
Сучка.
Прикрываю глаза, пытаясь успокоить расшалившиеся нервы, как на моё плечо тут же опускается чья-то тёплая рука. Сглатываю слюну, пытаясь придать своему лицу спокойное выражение.
– Что случилось?
– Пристегнитесь, пожалуйста, мы готовимся к взлёту.
Улыбчивая стюардесса, сверкая голливудской улыбкой, благосклонно кивает мне, нагибаясь чуть ниже, чем этого требуют правила этикета. В декольте виднеется упругая налитая грудь второго размера, и я тут же благодарно выдыхаю.
Да, Инна, Алина и Эмилия оказались неблагодарными тварями. Бросили меня на произвол судьбы, оставив без секса и тепла. Но, в мире ещё достаточно глупых баб, готовых прыгнуть в мою холодную холостяцкую постель.
И я обязательно этим воспользуюсь.
Ведь я – Юрий Александрович Митрофанов.