Эпилог. Зверь

Крах наступает незаметно.

Просто в какой-то момент Ася решает, что хочет отпраздновать годовщину свадьбы в розовом цвете. Десять лет вместе, пиздец как долго. Не заметил, как пролетело время. Просто была рядом, улыбалась и смеялась задорно, на ревность разучившись обижаться.

А вот оно. Десять лет вместе. Лёгких, приятных, охрененных десять лет.

Только Ася отдаляться опять начинает. По ночам в своём ресторане пропадает. Знаю, что новый собирается открывать, четвертый уже в городе. Всё за свои деньги, мне не позволяя участвовать. Только самый первый приняла в подарок, ворча, что не даю «кредита», как обещал.

Нахрена кредит, когда я весь город к её ногам мог бы положить. Любую безделушек достал бы, а ей даже столько времени спустя не нужно всё это. Букету цветов и пачке печенья радуется больше, чем бриллиантовому колье. Подарил уже одно, лежит в спальне ненужным хламом.

Знаю, что никого другого в её жизни не появилось. Охрана до сих пор её везде сопровождает. А моя девочка привыкла к этому. Только моя ли? Можно и без измен уйти, просто разлюбив.

Вспоминаю, когда последний раз ко мне сама жалась и признавалась в любви. Только за кучей дел и не вспомнишь такого привычного действия. Клуб с Шахидом новый открываем, расширяем сеть по стране. Ася не пилила, вообще не влезала в чужие дела, как мне всегда хотелось. Но только с ночных встреч всегда ждала.

Этой осенью больше не ждёт.

– Папа! – принцесса в белоснежном платье нападает. – Ты опоздал.

– Мама злится уже? – присаживаюсь возле моей маленькой шпионки. Протягиваю взятку в виде шоколадки, которую в честь праздника можно. – Сильно?

– Мама не злится. Мама вздыхает.

Ксюша пытается повторить, только никто кроме Аси не умеет так забавно сопеть, заставляя мигом на неё внимание обратить. Вспоминать, что уже натворить успел.

– А ещё мама подстриглась и купила новые духи, - рапортует дочь, вспоминая все факты. – Так что обязательно похвали. И ты должен был забрать тетю Тису из аэропорта.

Блять.

Жизнь в роли отца заставила все маты в голове прокручивать. Но вылетел из дома и забыл, что в аэропорт ехал. Просто всё из головы пропало, когда рабочие находку показали. Ремонт затеял, а худшее нашел. То, что никогда видеть не хотел.

– Всё в порядке, Валиев, я в эскорте не нуждаюсь, - Тиса рядом появляется. В брючном костюме, белом, как все остальные девушки на празднике. Ася с цветовой гаммой заморочилась. Меня это чудом не коснулось. – Ксю, там тебя Алек искал.

– Пускай ищет.

Моя принцесса поправляет волосы и прячет в карман пальто шоколадку. Но, как и мать, краснеть жутко начинает. Смущается и на бег срывается, когда слышит голос парнишки Клыка.

– Все ещё обижаешься за ту историю? – Тиса спящего малого на руках убаюкивает. В такие моменты перестаёт стерву напоминать.

– Ты мою жену похитила.

– И вернула. Это был займ на время. Если что, я не скажу Асе, что ты забыл о её единственном поручении. Ты забрал, довёз, ты – молодец.

– Почему тебя муж не забрал?

– Потому что мы разводимся. Вот он и бесится. Ну, и у него встреча ещё сегодня. Он опоздает немного. Иди к Асе, пока она не обиделась на тебя.

Обижаться в нашей паре нужно мне. Но сжимаю крепче букет цветов и нахожу жену в обществе малолетнего засранца. Племянник Царя, который ржёт громко и слишком близко стоит. Хоть мозгов хватает отойти, как меня замечает.

– Свалил, - бросаю резко, утягивая Асю в дом.

Дурная немного затея, другой дом снимать для праздника. Но зато уехать можно будет вечером и не слушать шума уборки. Да и ремонт бы пришлось быстрее сворачивать. И не факт, что тайник бы вскрылся.

– Дам, не груби гостям, пожалуйста. Всё в порядке? – мягко касается плеча, направляя в сторону кабинета никому не нужного. – Цветы мне?

– Конечно тебе, - вручаю букет и целую перед разговором серьёзным.

– Спасибо!

Улыбается солнечно, будто на эти десять лет молодея. Возраст внешне не изменил Асю. Округлилась немного, уверенней стала. Но мои привычки переняла, чем бесила периодически. Поменялась незаметно, вроде уже совсем другая, а вроде все ещё моя девочка.

Как сейчас, когда нежно лепестков касается. Смотрит с-под ресниц и краснеет, как Ксю несколько минут назад. Ещё раз кивает в благодарность, вдыхая аромат роз.

– У нас цветы дома постоянно стоят.

– Но не всегда их даришь ты, - откладывает букет на стол, а сама ко мне подходит. В глаза заглядывает, на носочки привставая. Даже на своих шпильках продолжает так делать. – Что такое?

Вместо ответа достаю документы из внутреннего кармана. Протягиваю вместе с деньгами, ожидая реакции. Объяснений жду. Я привык за это время ждать, чтобы Ася всё объяснить могла. До сих пор не научилась ртом нормально мысли озвучить. Но, если время девушке давать, то всё проще становилось.

– О, - Ася с улыбкой смотрит, разворачивая свой паспорт. – А я всё думала, куда их спрятала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Опять сбежать хочешь?

Шарю, что причин для этого нет. Уйти может, легко. Мне нечем ей угрожать, не получится. Ни детьми, которых не смог бы никогда у матери отобрать, ни бизнесом. Ничем.

Ася со мной всё время по своему желанию была. И если это сейчас сделать захочет, мне нечем её брать. Блять, никогда не было чем.

– Дам, паспорт прострочен давно уже.

– Не оправдание.

– Ну хочешь, все документы у тебя храниться будут? Я их отдать могу, но…

– Но?

– Без документов я легко сбежать могу, - улыбается нахально, отбрасывая документы в угол. Беспечно, словно не важны ей. – Только у меня семья и бизнес, Дам.

– Не аргумент. В твоей светлой головушке иногда дурные мысли появляются.

– Я кажется давно сказала, что люблю тебя. Без сердца, которое тебе отдала, сложно жить будет.

– Сложно, но возможно.

– Возможно, конечно возможно. Но не хочу. Без тебя ничего не хочу.

Сжимает пальцами плечи, заставляя на неё посмотреть. Подскакивает легко, обхватывая меня ногами. Низ платья мешает нормально девушку поймать. Но сжимаю её задницу, которая всё так же идеально в ладони помещается. Утаскиваю за собой в кресло возле окна.

– Дам, в этом паспорте стоит моя девичья фамилия, он закончился пять лет назад. Я спрятала деньги и документы в первый день, как к тебе переехала. И как-то забыла о них…

– Просто забыла?

– Ты же мне новый загран сделал тогда для Праги.

Плечами жмёт и ко мне ластится. Губами к шее прижимается, подбородку. Первой целует, как даже спустя столько лет редко делает. Сладкая моя девочка, которая так призывно стонет, стоит грудь накрыть сквозь ткань платья.

– Разозлился? – спрашивает, оторвавшись.

– Испугался.

– Ну да, - смеётся, а затем обрывается резко. – Валиев чего-то бояться может? Мне казалось, мы закончили с поводами для ревности и мыслей, что я уйду от тебя.

– Закончили. Но ты сама виновата. Я думал сегодня поговорить, после праздника. Узнать, что не так.

– А что не так?

– Ты дома меньше появляешься.

– Я открываю новый ресторан, Дам. Приезжаю уложить детей, провести с ними время и затем уезжаю обратно. И заметь, тебя я не попрекаю, что ты пропадаешь со своим клубом.

– Но и не ждёшь дома.

– Не жду… Знаешь что? Ты дурак, Валиев.

Сползает с меня быстро, среагировать вовремя не успеваю. К двери уверенно направляется, проворачивая ключ. Скидывает туфли и расстёгивает молнию на боку, стягивая платье вниз.

Моя девочка, которая внезапно превратилась в уверенную женщину. Ещё более красивая, дерзкая и опасная. По ночам она всё ещё напоминала зверька, ластилась ко мне и следила настороженно. Но так же часто брала власть в свои руки, легко и просто, давно поняв, что именно она крутит мной. Смелой и без алкоголя стала, от чего только сильнее любить её начал.

С каждым днём всё сильнее.

– И что ты делаешь? Собралась с дураком спать?

– А что остаётся? Живу с дураком, люблю дурака, вот и спать буду с дураком. А ещё не хочу, чтобы гости увидели, как мы ссоримся и миримся. И платье мнётся сильно.

Ася ко мне уверенно направляется. Больше не стесняется того, что в одном белье дефилирует. Прозрачном белом кружеве, которое не прикрывает ничего важного.

Оказывается, что моя рубашка тоже быстро мнётся. А штаны ещё больше. Много времени не проходит, как Ася на мне сверху оказывается. Я сжимаю её бёдра, а девушка поверх свои ладони укладывает. Останавливает меня, сама двигаться начинает.

– Дурак, Господи, ты такой дурак. Скучала по тебе, - целует рвано, как и дышит. Прижимается, касается постоянно. – Вечно на своей работе!

Порчу причёску Аси, сгребая её волосы в ладонь. Оттягиваю, переходя к длинной шеи. Целую и кусаю, наплевав, что гости увидят следы. После буду за это выслушивать.

– Ты, блять, тоже, - не выдерживаю, свой ритм задавая. Двигаюсь в ней, узкой даже после родов. Заставляю задыхаться, прикусывая торчащие соски. – Ты в своём ресторане пропадаешь.

Ася ответить пытается, только сжимается резко. Стонет, уткнувшись в шею. Дрожит вся, прогибаясь в спине. А мне нескольких толчков хватает, чтобы её догнать. Сжать тело любимое, до упора на себя насадить.

Быстрый секс привычкой стал. Выучили друг друга досконально, чтобы за пару минут до грани дойти. Когда дети, работа и другая поебень – времени мало. Но зато как потом охрененно ночи вместе проводить, когда вырываемся друг к другу. Ласкать Асю, до края доводить. На плечах вечно следы её зубок остаются, когда старается крики заглушить.

Моя девочка, которая давно признала, что хочет меня.

Дышим часто, в себя приходя. Но Ася не спешит на улицу возвращаться, а я продолжаю её на своём члене держать. Давно не двадцать, чтобы легко на второй раунд завестись, но с Асей иногда всё удивительно просто получается.

– Я всегда до тебя домой приезжаю, - справедливый упрёк. – Мне Шах отчитывается, когда вы заканчиваете.

Шахид никого не слушает, ни перед кем не отчитывается. Жену только свою не может в руках держать, но не мне этим попрекать. А Асе, оказывается, звонит и рассказывает план. Сообщает, что я уже выехал домой.

– Только всё равно меня не дожидаешься.

– Ты долго едешь, а я устаю, - сопит обиженно, сжимаясь и застывая. – Я так устаю этот месяц, Дам. Давай уедем куда-то, только вдвоём? Спихнём детей моим родителям. Я скучаю по тебе, - обвивает ручками шею и замирает, прижавшись. – По нам.

– Уедем.

Дураком себя чувствую, что сорвался так. Легко, блять, обо всех тормозах забыл, когда паспорт спрятанный увидел. Думал, что держать себя в руках научился, но не смог.

– Сколько продержался? – Ася довольной выглядит. – Пять лет меня в заговорах не подозревал?

– Семь, - реально доверять научился. А о мелочах, когда докладывали мне о передвижениях и новых барменах, рассказывать не стоит. – Семь лет.

Девушка медленно на ноги поднимается, себя в порядок приводя. Телефон уже несколько раз трезвонил, имена друзей высвечивая. Потеряли нас на нашем же празднике.

И понимаю вдруг, как проебался.

– Блять, Ась. Презик забыл.

Девушка не шутила тогда, что без защиты не подпустит. Сдалась с пониманием, что реально чудо произошло с беременностью первой. А в итоге три маленьких чуда мне родила, двоих при чём ещё до окончания магистратуры.

Врачи подтвердили, что бывает такое. Когда диагноз ставили, нужно было сразу все тесты пройти, заебаться и точно убедиться, что бесплоден. Меньше процента шанс стандартный для моей проблемы. Только везде, блять, отклонения бывают. Мне больше повезло, шансом одарило иметь детей.

А Ася реально оборону держала в опасные дни своего цикла. Таблетки ей не подходили, а врачи руками разводили. Бывает, блять. Просто «бывает», а мне за такое дома прилетало. Без криков и истерик, а взглядом обиженным.

Спасибо Арине за список. В плед жену укутывал, к себе притягивал. Какую-то мыльную оперу включал и слушал, какая я скотина. И что подгузники буду сам меня. И ведь соглашался на всё.

А теперь понимал, что сейчас не до этого. Младший сын только в школу собирается, надо было с бизнесом решать. Да и троих должно хватить, чтобы себя счастливым папашей почувствовать.

– К черту тебя с твоими презервативами! Понял, Валиев? К черту! – взрывается внезапно, слезами на глазах сверкая. – Ты просто мудак, понял? Один процент, да? Только ты, видимо перепутал коэффициент и процент, - тычет пальцем в грудь, злясь. Фыркает, заметив, что я ничего не понимаю. – Я беременна. Нет, поставь меня!

Вскрикивает, когда к себе жму. Целую губы пухлые, скулы, лоб. Ниже спускаюсь, грудь налившуюся не обделяя. И на колени опускаюсь, прижимаясь губами к плоскому животу. Знаю, что плод ещё микроскопических размеров, но кажется, что он почувствует моё присутствие.

– Рад? – замерев, спрашивает Ася.

– Каждый раз ты делаешь меня самым счастливым.

– Подгузники…

– Буду менять сам, да. А потом ты придёшь и будешь ворчать, что я всё делаю неправильно.

– Буду. Дам, - заставляет голову оторвать и на неё посмотреть. –  Я тебя люблю, понял?

– Понял. Но знаешь, даже спустя десять лет это звучит серьёзной угрозой. А за угрозы отвечать нужно, - визжит, когда стараюсь на ковёр завалить. – И как ты собираешься отвечать за них?

– Валиевы, вашу мать! – Халид в дверь стучит. – Уже все собрались, выходите, кролики-братцы.

– Завали! – жду, когда друг уйдёт. – Пошли, Валиева?

– Нет, - головой машет и смотрит внимательно. – Не выйду.

Понимаю, чего девушка хочет. Ждёт, пока заветные слова не произнесу:

– Люблю, Ась. Пиздец как люблю тебя, девочка моя.

КОНЕЦ