30.3.

- Господин До, - обратился к нему демон. – Я понимаю, что наказание слуги – важный ритуал, но если вы все еще хотите завладеть белой ведьмой с порченой кровью, то самое время достать ее из собора. Я сомневаюсь, что Инквизиция откажется от удовольствия сжечь мадемуазель Дюбуа на костре.

- Я удивлен, как вы отказались, мессир, - сверкнул синим пламенем в глазах колдун. – Думал, вы её в первый же день изнасилуете. Столько похоти, нехарактерной для ваших склонностей. Как удалось удержать мужское естество в штанах?

Заговорил он по-другому. Темная магия наполнила тело кучера, подарив королевскую осанку, а во взгляде появилась уверенность хозяина мира. Вот только перед герцогом Ада стоял не колдун клана смерти, а всего лишь целитель. Обида и злость придавали ему сил, но чтобы сражаться против высшего демона, этого недостаточно.

- Юная Дюбуа не в моем вкусе, - солгал Данталион. – Я готов уступить её вам и даже разорвать договор…

- В обмен на что? – взвился Оноре. – На заклинание воскрешения? Вы теперь знаете, что в Книге Рода совсем не то, что ждут белые ведьмы. Так чего вы хотите?

«Чтобы Селеста жила, - хотел ответить демон. – Просыпалась каждое утро и смотрела в небо Брамена. Родила детей, завела хозяйство, сидела вечерами над рукоделием и радовалась простой женской судьбе. Чтобы когда-нибудь она забыла историю с Советом Междумирья, герцогом Ада и договором на крови. Терла пальцем белый шрам на запястье и недоумевала, откуда он у неё появился? Тогда, может быть, дожив до старости, она умрет счастливой».

Но все, что мог дать ей Темный колдун – слугу возле сердца и жизнь марионеткой. Зато у Данталиона появится время, чтобы уйти в Ад и разобраться с Беритом. Мертвый он Селесте точно ничем не поможет. А когда вернется, можно будет забрать ее обратно от господина До. Без боя колдун её не отдаст, конечно же, но сейчас должен поверить в намерения демона заключить сделку.

- Я хочу, чтобы вы убили Белинду Лакруа, - озвучил герцог свою цену.

Сам он к охотнице близко подойти не мог. Стоило Белинде вскрыть консерву Берита, и «пустой» сожрал бы сущность демона внутри Данталиона. А на колдуна смертельное для исчадий Ада оружие просто не действовало.

Господин До размышлял несколько мгновений. Жизель украдкой вытирала слезы и, наконец, отпустила штанину хозяина. Наказание не отменялось, оно откладывалось, и Ги терпеливо ждал.

- Хорошо, - медленно ответил колдун. – Я не знаю, какие у вас счеты, но готов заключить сделку. Жизнь белой ведьмы Белинды Лакруа в обмен на разрыв договора с Селестой Дюбуа. Вы вернетесь в Ад, мессир, и не будете мне мешать.

- Я согласен, - ответил Данталион и протянул руку. – Но с одним условием. Мы отложим мою часть сделки на три дня. Я хочу убедиться, что вы спасли Дюбуа от Инквизиции, и ведьме больше ничего не угрожает.12727c

- Не верите мне? – сощурился колдун. – После всего, что услышали от Ги? Я думал, вы тайны Темных попросите взамен, раз уж в курсе, как мне важна маленькая Селеста. 

- Не более чем любой другой ребенок с порченой кровью, - нарочито безразлично пожал плечами демон. – А я знаю, кто её отец. Её настоящий отец.

Пусть Темный думает, что ведьма – часть внутренних интриг Ада, тогда вопросов будет меньше. Да и нет времени их задавать. Столб света из собора видели все. Скоро там прохода не будет от инквизиторов, служителей и городских зевак. Легат оттянет на себя внимание, но если его господин будет и дальше сомневаться, доверять демону или нет, то незаметно вывести Селесту из собора уже не сможет.

- Я знаю, что именно так в ловушки демонов и попадаются, мессир, - прошипел колдун, но руку в ответ протянул. – Когда тебя торопят, подгоняют и грозят провалом. Ты подписываешь все, лишь бы получить желаемое. А потом выясняется, сколько важных мелочей ты не заметил. Сделки – ваша страсть и главный источник существования. Я дурак, что соглашаюсь, но не могу иначе.

Еще бы. Выбора у колдуна все равно не было. Данталион подавил злорадную усмешку и сразу же за ней вздох облегчения. Колдун чувствовать ароматы эмоций не умел, а выражением лица герцог управлял прекрасно.

- Будет немного больно, - издевательски предупредил он и достал из голенища сапога украденный на кухне нож.

Не хотелось тратить силу Ада на маленькую царапину. Жизель взвизгнула, когда лезвие прошлось по коже господина До. Черные змеи татуировок зашипели и расползлись в стороны, волоча не до конца перерезанные части хвостов. Кровь Темных была такой же красной, как у людей. Разве что чуть холоднее и ярче. Магия наполняла каждую каплю. Синие светлячки взлетали от пореза на запястье и кружили вокруг головы демона. Он раздраженно отмахнулся от них, а губы колдуна тронула усмешка:

- И сколько кисетов табака вы уже выкурили, мессир?

- Не много. Не испытываю удовольствия, гоняя дым по легким. Я, герцог Данталион, клянусь разорвать договор с Селестой Дюбуа…

Кровь смешивалась и вспыхивала белыми искрами, подтверждая силу клятвы. Вслед за демонов свою часть произнес господин До. Закончив, он натянул рукав рубашки на свежий порез и обернулся к Жизель:

- Ги, я поручаю тебе убить Белинду Лакруа. В бутылке еще остался крысиный яд. Где стоит, помнишь?

- Конечно, господин! – радостно встрепенулась Жизель и начала кланяться на каждое слово. – Все будет исполнено, господин. Не извольте сомневаться.

- Бегом! – рявкнул колдун, и служанка, подобрав юбки, полезла на козлы повозки.

В тот же момент Данталион почувствовал запах серы с выжженных равнин Ада. Тонкий привкус на кончике языка, который тут же пропал, а Браменский собор задрожал, как колокол от тяжелых ударов молотка.

Бом!

Земля ушла из-под ног, небо раскололось надвое.

Бом!

Каменная крошка посыпалась дождем по стенам.

Бом!

Глупая девчонка зачерпнула силы Ада прямо у алтаря Темной магии.

- Дура, - едва слышно прошептал Данталион, глядя, как кривится в гримасе злости колдун.

Упорхнула птичка прямо из рук и застряла в силках Инквизиции. Не успели.