34

Злилась ли я? Нет. Наоборот, с каждой секундой я всё больше убеждалась в том, что я действительно не сплю и нахожусь… дома.

Эта мысль отозвалась неожиданным теплом в груди и настолько поразила меня, что впервые за черт его знает сколько времени, я смогла расслабленно выдохнуть и по-настоящему улыбнуться, осматривая свою комнату.

Я дома.

Вместе с Теодором, что прикатил сюда огромный стол и с самым сосредоточенным видом перебирал на нём склянки, едва слышно бормоча себе под нос про ингредиенты.

С Сириком, что стоял неподалёку от распахнутой двери и всем своим видом излучал такое родное недовольство.

И со Стефаном, разумеется, который то ли отчитывал меня, то ли что-то объяснял. Я так радовалась тому, что сумела каким-то образом вернуться домой, что почти ни на что не обращала внимания, глупо улыбаясь и осматривая комнату, вместе с её обитателями.

— А разве здесь не было стены? — приняв сидячее положение, я в замешательстве смотрела на уборную.

Которая теперь, почему-то, стала смежной со спальней. Дверь была, но валялась на полу… вместе с кусками обоев, штукатурки и прочего мусора.

— Я так и знал, — протянул Стефан, медленно отворачиваясь от меня и с укором обращаясь к Теодору. — Ты перепутал. Так и не запомнил, чем отличаются сложные гетероциклические соединения от фосфорорганических и дал Алине не то противоядие.

— В нервно-паралитических ядах мне как не было, так и нет равных, — отмахнулся от него скелет, с радостным выкриком доставая одну из склянок и направился в сторону кровати, на ходу избавляя зелье от пробки. — Химеры опасны в первую очередь батрахотоксином. Учитывая, что смертельная доза составляет всего два микрограмма на килограмм общей массы тела отравляемого… — сделав эффектную многозначительную паузу, Теодор протянул мне склянку. — Пей.

— Химеры? — пискнула я, но под напряжённым вниманием скелетов, сначала выпила зелье, после чего продолжила задавать вопросы, морщась от появившейся во рту горечи. — Химеры действительно отравили меня? Господи, ну и гадость, — пожаловалась я, чувствуя, как с каждой секундой осадок от выпитого не проходит, а наоборот, усиливается. — Аларик не обманул, получается? И всё же, — высунув язык, я попыталась по-собачьи отдышаться. Не помогло. — Кто разгромил мою комнату?

— Она ведет себя странно, — протянул Стефан, чуть склонив черепушку в бок. — Побочные действия?

— Да не должно их быть, — в том же тоне ответил ему Теодор, так же внимательно меня рассматривая. — Хотя, помню я один интересный случай про индивидуальную непереносимость, казалось бы, банальных составляющих…

— Я иногда смотрю на вас и думаю, что у бессмертия есть один непредвиденный побочный эффект, — закатив глаза, Сирик отлип от стены, которую всё это время подпирал и прошёл внутрь комнаты, остановившись у стола.

— Какой? — уточнил у него Стефан.

— Скорее всего он имеет в виду…

— Отсутствие мозга, — хмуро произнёс Сирик, наливая воды в стакан и поднося его ко мне. — У нас пустые черепушки. А у вас — особенно. Держи.

Стакан я у него забрала раньше, чем он закончил говорить, жадно выпивая всё до последней капли. Удивительно, но горечи во рту заметно прибавилось. А вот понимания того, что происходит — нет.

— Три дня назад мы забрали тебя с территории Огненных Пределов, — к счастью, Сирик не стал ждать моих новых вопросов, смотря в моё перекошенное лицо. — Сразу, как смогли тебя отследить, после прихода сюда призрака.

Его слова совпали с раздавшимся откуда-то снизу грохотом.

— Какого призрака? — переспросила я, протягивая ему стакан и безмолвно прося ещё водички.

Просьба моя была выполнена.

— Которого ты сюда отправила, — вместо него ответил Стефан. — Только зачем было просить громить усадьбу?

— Я такого не просила… — вторая порция воды более положительно сказалась на вкусовых рецепторах. Или я просто привыкла к горечи, кто знает. Но факт остается фактом. Допив воду, я кое-что вспомнила про безголовую дамочку, которую я, кажется, действительно отправила на поиски… — Ой.

— Ты не подумай, нам не жалко, — беспечно отозвался Теодор, присаживаясь на кровать и вытянув руку, похлопал меня по плечу. Подбадривающе. Как я люблю. — Просто любопытно, что она ищет?

— Вечный покой, — растерянно призналась я. — Там просто ситуация такая получилась… Аларик проснулся и почти застукал меня с призраком, вот и пришлось импровизировать.

— Давай по порядку, — Сирик повысил голос, не давая Теодору что-то произнести. — С момента нападения на карету.

Шумно вздохнув, пытаясь собраться с мыслями, я, как помнила, поведала им про свои сомнительный приключения. Начиная от гаремного гостеприимства Сулеймана (или как его там правильно?), заканчивая прогулкой с Алариком, насквозь пропитанной ложью. Начиная от самого начала, где он делал вид, что мы забрели на опасные земли, до самого завершения. Ведь, как отметил Сирик, забрали они меня из Огненных Пределов.

— Он даже умудрился подговорить призрака! — возмущалась я, изливая скелетам душу. Сейчас они были удивительными слушателями. Не перебивали, не упрекали. Лишь изредка задавали уточняющие вопросы. Например, когда я призналась, что тайно провела обряд смешивания крови, который для Аларика оказался не таким тайным… — А может это и не призрак был. Пришла, наговорила мне кучу всякой ереси, убеждая, что Аларик — это не мужик, а кусок золота в чистом виде. И что мы с ним истинная пара, чья любовь снимет проклятие… кстати! — ухватившись за мысль, я посмотрела Стефана. — Она мне и про Дор Майнстеров рассказала. Что проклятие началось именно с одного демона из этого рода. И что ты мог его снять, но… — замолчав, я пожала плечами. — Чего я никак не могу понять, так это: откуда Аларику известно всё это? Или он действовал наобум? Слухи, сплетни… а про предка вообще выдумал. Мне же не проверить, а отпускать он меня явно не собирался.

Скелеты молчали. Так вдумчиво и сосредоточенно, что мне стало немного не по себе. Они же статичны, по сути. Не дышат, нет мимики. Их настроение я могла угадывать лишь интуитивно.

И сейчас интуиция вопила, что что-то не так.

— Сир, подай водички, — неестественно тихо попросил Стефан, но, не дождавшись от Сирика никаких действий, сам подошёл к столу и вылил себе в рот всю воду, что была в графине.

— Что-то не так, да? — прошептала я, наблюдая, как по костям скелета скатывается вода, превращаясь в лужу на полу.

— …!!! — хором произнесли скелеты какое-то слово и, судя по слаженности и интонации, это было что-то неприлично ругательное.