33

Чем дольше я слушала Аларика, тем больше вопросов у меня возникало. Некоторые из них я всё же задавала, получая сухие ответы. Например, мог ли демон не встретить истинную. Мог, как оказалось. И даже жениться на ком-то другом тоже имел полное право. Ведь наличием пары могли похвастаться далеко не все. И на размножение, как оказалось, это тоже не влияло. Лишь на уровень силы наследника. Парадокс, но даже самый слабый демон, в союзе с простой человеческой женщиной, мог породить силу, превосходящую дар правителя. Если это был союз с истинной, разумеется.

— Когда спустя пару месяцев принцесса вновь прибыла к демонам, подвоха никто не ожидал, — продолжил рассказывать Аларик историю давно минувших дней. — Тем более, что целью визита она обозначила своё желание принести извинение правящей семье.

— Это было не так, да?

— Не так, — кивнул Аларик. — Она напала на истинную своего возлюбленного, при этом крича, что он должен быть только с ней. И никак иначе. К счастью, убить девушку у неё не вышло. Лишь ранить. Но и этого было достаточно, чтобы подписать себе смертный приговор.

Как оказалось, если дело касалось истинности, у демонов, во всех смыслах этого слова, падало забрало. Не было ничего важнее, чем безопасность пары. Всё существование имело смысл лишь тогда, когда она счастлива. А тут…

В общем, на Мию объявили охоту. И не просто охоту, а каждый демон считал своим долгом разорвать её голыми руками! Выйти за территорию их земель у неё не вышло — рогатые обрубили все магические потоки. И пусть в этом я понимала мало, но провести аналогию с нахождением вне зоны доступа, смогла более чем ярко.

Каким-то чудом ей удалось добраться до одного из Храмов.

— На территории Храма всегда находились те, кто не мог отказать любому страждущему. Жрец, Прорицатель и Глас.

— Глас? — переспросила я, пытаясь найти подходящее определение данному священнослужителю.

Роль Жреца я понимала. Прорицатель… ну, плюс-минус.

Но… Глас?

— Тот, чьими устами звучит воля богов, — хмуро просветил меня Аларик. — На всякий случай: Прорицатель, тот, чьему взору открывается исполнение воли богов, это хозяин зеркала, которое ты так пристально разглядывала, словно надеялась что-то увидеть. И как я понимаю, прекрасно знала, что в нём нельзя увидеть даже собственное отражение, не говоря о чем-то большем. Если ты не носитель божественной крови, как Прорицатели. А Жрец…

— Ты тоже не видел себя в зеркале? — зачем-то спросила, но поймав его взгляд, тут же добавила, переходя с неудобной темы обратно к насущней: — Давай дальше про принцессу. Прибежала она в Храм и прокляла всех демонских жен? Так получается?

— Не совсем, — усмехнулся Аларик. — Она пролила кровь, осквернив стены Храма. Знала, что подписывает себе смертный приговор, так как теряя привязку, священное место начинает разрушаться. И всё же успела сделать что-то, даже собственную смерть используя ради отмщения задетой гордости.

Провела ли она какой-то ритуал, обряд или что-то похожее — Аларик не знал. В летописях было описано лишь то, что после обрушения этого Храма, начали разрушаться и два других, что находились на территории демонов.

А жизнь демонов превратилась в самый настоящий ад.

Их истинные стали болеть. Чем сильнее была связь у демона с его парой, тем хуже они себя чувствовали. Затем наступили первые смерти, превращая мирно живущих демонов в истинные создания хаоса. Их души рвались в клочья. Они не могли находиться рядом с любимыми, понимая, что тем самым обрекают их на смерть. Но и постоянно держаться на расстоянии было невыносимым. Существующая между ними связь причиняла физическую боль демонам. Их разрывало изнутри осознание того, что они даже прикоснуться не могут к тем, кого любят.

— Просто помни, что это не более чем сказка, — отреагировал Аларик на мой очередной вздох.

Сочувствовала ли я демонам? Да. Более чем. И пусть возникший в голове образ никак не вязался с тем, какие демоны были сейчас, внутри всё сжималось, стоило представить страдающих от проклятия мужчин. Это было покруче Шекспировских трагедий. По крайней мере, в моём воображении.

— Каждая сказка появляется не на пустом месте, — философски протянула я. — Так как же вышло, что истинные исчезли и стали умирать первые жены?

— Есть две версии. Первая: пытаясь спасти любимых, демоны объединились и попытались избавиться от проклятия. Вторая: демоны, что на тот момент ещё не встретили свою пару, просто устали наблюдать за подобной зависимостью в лице истинности и оградили себя и своих потомков от этой напасти. Мне стоит уточнять, к чему я склоняюсь больше? — поинтересовался Аларик.

— Они убрали у себя способность… любить? — почему-то прошептала я.

— Они убрали у себя способность встретить пару, — усмехнулся Аларик. К тому, что когда я говорю про любовь, все демоны чуть ли не за животики хватаются от смеха — я уже привыкла. — Опять же, так гласит легенда. Но любое магическое воздействие не проходит бесследно. В том, что сделала принцесса — просто поменялись составляющие. Жена демона, кем бы она не являлась, умирала. Сначала проклятию требовалось несколько лет. Затем хватало пары месяцев. Сейчас, как тебе доподлинно известно, жизнь первой супруги длится не более получаса.

— Они избавили себя от чувств, — не согласилась я с ним. — Хотя, наверное, для тебя не имеет значения формулировка.

— Не совсем понимаю суть претензии, — улыбка исчезла с губ Аларика. — Ты просила рассказать тебе сказку — я рассказал. Надеюсь, теперь ты выкинешь из головы глупости, касаемые истинности. Поверь, из всех возможных способов манипулирования, этот один из тех, что заранее обречены на провал.

— Поверь, в этом я ни капли не сомневаюсь! — заверила я демона. — Даже будь я твоей истинной, как недавно меня заверяли, ты не способен любить. Заботиться о ком-то, кроме себя. Всё, что ты умеешь — это искать собственную выгоду! И знаешь, я ни капли не удивлюсь, если выясниться, что не было никакого отравления. А всё это, — я даже на ноги вскочила, сама не замечая, как перехожу на крик. — Очередной спектакль, рассчитанный на одного единственного зрителя!

— Не смей разговаривать со мной в подобном тоне! — Аларик тоже поднялся. Только в отличие от меня не кричал. Зло сканировал пространство, пытаясь понять, где именно я нахожусь.

— Я буду разговаривать с тобой так, как ты этого заслуживаешь! — рявкнула я, и тут же поубавила весь свой пыл. Кажется, Аларик мой гневный возглас не услышал. Он пропал. Я проснулась, видя перед собой… — Стефан?!

— Алина, — кивнул мне головой скелет, после чего выпрямился и отошёл от кровати, на которой я лежала, крича в сторону: — Сирик! Ты был прав! Она злится.