Глава 9

– Ну давай, показывай, что у тебя есть, – с хозяйским видом заходит ко мне Лера, как только Казбек уходит. Она совсем не похожа на жертву похищения, все такая же самоуверенная стерва. Лере двадцать семь лет. Она на девять лет старше меня и между нами никогда не было дружеских отношений, несмотря на наше родство. Я не испытываю к ней привязанности, хотя родственников обычно принято любить, но только из-за того, что она всегда относилась ко мне, как к пустому месту. Она высокомерная, эгоистичная и расчетливая. Идеальная пара для Казбека, лучше бы его заставили на ней жениться, а не на мне! – Сомневаюсь, что на твои сиськи налезет хоть одно мое платье, но можешь попытаться, – фыркаю я, идя к гардеробу и начиная перебирать вешалки. Мне не жалко отдавать ей любое из своих платьев, потому что Казбек обязательно оплатит мне замену, но я специально достаю те наряды, которые уже надевала на скучные приемы членов Общины. Маленькая месть. – Какое все скучное, – кривится Лера, глядя на мои платья пастельных оттенков. – Нет чего-нибудь поярче? Что это там красное висит? Нет-нет-нет! Вот ведь сука! Не успеваю я и глазом моргнуть, как она обходит меня и тянется своей клешней к ярко-красному платью от Balenciaga, которое я приберегала для особого случая. – Какая прелесть, надену его! – заявляет она, разглядывая кружевное платье-комбинацию, которое я так и не осмелилась надеть из-за его откровенности. – Нет, это платье я тебе не дам! – возражаю я, на что она ехидно приподнимает бровь. – Да ладно тебе, купишь еще, оно же не в единственном экземпляре. – Я сказала нет, Лера. Выбери что-нибудь еще. – Я хочу это! – упирается она, словно имеет на это право. – А я не хочу, чтобы ты его надевала, так что смирись! Это мое платье и только мне решать, давать тебе его или нет. – Ладно, – сдается она, бросая его мне в лицо. – Подавись, малявка! Можешь не давать мне свое платье, но твоего мужа я заберу. Ты ведь понимаешь, что ему нужна только я? – Да мне плевать, – улыбаюсь ей в лицо, аккуратно расправляя платье на вешалке. – С чего ты вообще взяла, что меня волнует, кого трахает Казбек? Сегодня ты, завтра другая. Мне достаточно того, что я имею его кошелек, тело можешь забирать на здоровье. – Глупая малолетка, – многозначительно ухмыляется она, прежде чем повернуться обратно к гардеробу, чтобы перебрать мои наряды. Я ей не мешаю. Вешаю свою красную прелесть в отдельный отсек и сажусь на пуфик, наблюдая, как она кривится, осматривая мой огромный гардероб и не находя в нем ничего достаточно сексуального по ее мнению. В конце концов Лера выбирает изумрудно-зеленое шелковое платье на бретелях с запахом, которое будет хорошо сочетаться с ее рыжими волосами. Она не стесняясь начинает раздеваться при мне, оставаясь только в черных стрингах, и я специально не отворачиваюсь, показывая, что мне плевать на то, какой идеальной она себя считает и как хочет похвастать хорошей фигурой, разглядывая себя в зеркало и делая селфи, прежде чем, наконец, прикрыть платьем свою большую грудь и накачанную попу. Меня таким богатством не задеть, моя попа тоже орех, а грудь идеального среднего размера, которой не грозит обвиснуть с годами, как ее бидонам. – Упс, еле застегивается. Какая же ты плоская! – недовольно корчит она рожу, театрально борясь с молнией платья на боку. – Ну извини, не все могут заведовать молочной фермой. – Какое ребячество! – смеется она, поправляя волосы. – Ну ладно, забудем это. Давай лучше дружить, нам обеим это будет выгодно, потому что ты все равно никогда не сможешь влиять на Казбека так, как это могу делать я. Ты ведь в курсе, что просто объект для него? – В курсе. Мне просто плевать, Лер. Мне неинтересны ваши интриги, я не хочу как-либо на него влиять, так что нет, мы с тобой дружить не будем, потому что ты стерва и я тебя на дух не переношу. – Тебе же хуже, – вздыхает она, продолжая прихорашиваться. – Второй раз ты такого предложения не получишь. Мы молчим, пока она не заканчивает и не приходит пора спуститься обратно вниз. Когда мы уже стоим перед дверью на улицу, Лера неожиданно берет меня за руку и я удивленно пялюсь на нее. – Играй поубедительнее, не подведи Казбека, – закатывает она глаза. – Мы с тобой не чужие друг другу люди, помнишь? Никакой неприязни на людях, сделай лицо попроще. Как не противно это признавать, но она держится лучше, чем я. Актриса, конечно, феноменальная, кино по ней плачет. Мы проходимся по саду, берем себе по бокалу шампанского и принимаем слова утешения от окруживших нас женщин. Только Соня за спинами у других закатывает глаза на рассказ Леры о том, как ее держали на хлебе и воде в чьем-то подвале, заставляя умирать от неизвестности в темноте и одиночестве непонятно сколько времени, потому что она света дневного не видела, чтобы считать дни. И никого, конечно, не смущает, что выглядит она совсем не как жертва похищения. Да, похудела, но не так сильно, как человек, несколько месяцев просидевший на воде и хлебе без солнечного света. Мне вообще не верится в ее рассказ, учитывая, как бойко она себя вела, когда мы остались наедине, а сейчас прямо боится каждой тени и вздрагивает от любого громкого звука. Еще смешнее мне становится, когда она начинает искать Казбека и висеть на его руке, куда бы он не пошел, явно обозначая свою территорию. Вот значит как мы спасаем положение, да? Они оба унижают меня, закапывают еще глубже и я не собираюсь больше терпеть этот фарс, притворяясь глупой, влюбленной невестой! Хватит с меня одолжений Казбеку! *** Когда я нахожу папу в толпе, он как раз говорит о чем-то с Борисовым. В принципе, Андрей Борисов не так раздражает меня, как Корниенко, что уже плюс. Он не отпускает тупые шуточки и в принципе не болтает просто так. Человек дела, что мне в нем нравится. А еще, он люто ненавидит Попа, что тоже плюс. – Андрей, – киваю ему. – Мне нужно решить с отцом одно дело, пересечемся позже. – Конечно, Глава, – без лишних вопросов уходит он. Папа встречает мой тяжелый взгляд и вздыхает. – Я видел, как к тебе подошел Корниенко. Судя по тупому выражению его лица, речь зашла о брачной ночи. Придется перетерпеть, Казбек. Я сам, естественно, присутствовать отказался. – О чем это ты? – снова ни хрена не понимаю я. – Почему всех так волнует моя брачная ночь? Папа смотрит на меня, как на идиота, и если честно, я себя таким и чувствую, понимая, что они явно знают то, чего не знаю я, но судя по их реакции, знать вроде бы должен. – Разве ты не ознакомился с уставом, Казбек? Не просмотрел документы из архива, которые передал нам Тархан? – Да, просмотрел и читал я этот долбанный устав, но все равно не понимаю, на что намекает Корниенко. Я не помню точно всей информации, ее было слишком много, так что не мог бы ты освежить мою память? – Когда Глава женится, члены ближнего круга получают доступ в спальню в брачную ночь, – без преамбул заявляет мне отец. – Как знак доверия. Ты не мог этого пропустить. Вот ведь ебанные ублюдки! Конечно, я не пропустил такой любопытный факт, но в архиве такие случаи не были зафиксированы с конца семидесятых годов. Я думал, они отказались от этой ереси, когда к власти пришел предшественник Попова, потому что ни он, ни сам Поп своими женами не делились. А теперь они хотят, чтобы я не только поимел ни о чем не подозревающую Лиану, но и отдал ее после себя этим двум жиртрестам? Сама мысль настолько выводит из себя, что я чуть ли не рычу от ярости. – Ты, блядь, ошибаешься, если думаешь, что я позволю себя поиметь, батя! – Казбек… – Даже не начинай! Этого не будет. Я не бесхребетное чмо, чью жену могут трахать другие мужики. Мое – это только мое. Им нужно доказательство моего доверия? То, что они не лежат с пулей в своих тупых бошках после такого оскорбления – само по себе чудо, блядь! Они полезны, но не незаменимы. Либо прогнутся, либо умрут. – Ты привлекаешь к нам внимание, что за незрелая вспышка, – шипит на меня отец, наклоняясь поближе. – Никто не собирается трахать твою жену, это недопустимо, но дать им посмотреть придется! И да, они незаменимы, Казбек, как бы тебе не хотелось поиграть в главу мафии. Мы не этим занимаемся и мы не можем убивать людей, которые нам необходимы. Ты хоть представляешь, сколько ушло лет и денег, чтобы довести Корниенко до его кресла? И ты знаешь еще кого-то, кто может заменить Борисова в администрации президента? Они не шестерки, которые будут бояться оскорбить тебя. Вы на равных. Так что умерь свое эго, собери яйца в кучу и позволь им посмотреть, как трахнешь дочку Попа. Даже ты не настолько тупой, чтобы не понять, что дело в ней, а не в тебе. – Она на это не соглашалась! – выдавливаю сквозь сжатые зубы, потому что я, блядь, не могу погасить ярость внутри себя. – Ты действительно хочешь, чтобы я изнасиловал ее? Мы обещали ей защиту, а теперь я должен исполнить их извращенные мечты о том, чтобы помучить дочку самого Игнатия Попова? – Никто не просит тебя ее мучить, она твоя жена и только тебе решать, что с ней делать. Лиане так или иначе придется пройти через это. Это просто секс, Казбек. Договорись с ней. Договорись. Да это все, что я с ней делаю, с момента нашего знакомства! И получается каждый раз через одно место. Договорись! Да ни хрена! Лиана мне горло перегрызет, но не согласится на «просто секс». Она сто процентов целка, у нее пока даже нет такого понятия, как «просто секс», иначе она не бегала бы от меня и не тряслась от страха, поняв, что ее заводит, когда я ее шлепаю. Я сам охренел, когда понял это, и больше не прикасался к ней, но сейчас, думая, как должна пройти наша брачная ночь, я становлюсь твердым от предвкушения, потому что меня, блядь, заводит мысль о том, чтобы поиметь эту дерзкую малявку! Я не могу перестать думать об этом с того дня, когда увидел ее промокшие от моих шлепков трусики, которыми так и хотелось ткнуть ей в лицо. Чертова принцесса, презрительно кривящая свой рот при виде меня, течет как сучка, как только я накладываю руки на ее круглую задницу. Кто бы мог подумать, что такую гордячку заводит унижение? Или дело в боли? Как бы то ни было, мне захотелось это изучить, повторить все и посмотреть, насколько далеко она готова зайти, если как следует разогреть ее, но я сдерживал себя, потому что от нее будет только больше проблем, если я сделаю наши отношения настолько личными. Фиктивность нашего брака дает мне больше удобств, чем жена, которая на самом деле решит строить из себя жену, а женщины всегда ждут обязательств, если их трахают. Они просто не способны отделять физическое от эмоционального. Никакой связи. Мне не должна нравиться женщина, чтобы у меня на нее встал. Достаточно красивого тела и влажной дырки, которую можно выебать и, спустив напряжение, уйти. Лиане до такого отношения еще расти и расти. Но сейчас… Сейчас это вообще не та проблема, о которой я парюсь, потому что вот так, без подготовки, я ее на секс не уломаю. Она закатит истерику. Нет, пытаться договориться с ней – мертвый номер. Насиловать ее я тоже не хочу, очень сомнительное удовольствие, любителем которого я не являюсь. Однако, отмазаться тоже не получится. Придется устроить шоу для жиртрестов на «важных» креслах, нахуй их, но пусть только посмеют расстегнуть штаны, я им тогда точно дрочилки пообрываю!