Глава 8

Если Казбека и разозлило то, как я оделась, он этого никак не показал. Мой жених стоял рядом с регистратором брака у арки с каменным лицом, одетый в строгий черный костюм с галстуком и смотрел, как я приближаюсь к нему без малейшего признака радости на лице. Значит, я должна играть, а он даже не попытается сделать вид, словно рад своей женитьбе? Лицемер! Когда Артур подвел меня к нему и отступил, я повернулась лицом к регистратору и тот начал свою короткую речь. Мы с Казбеком не стали браться за руки, улыбаться друг другу, как другие пары. Вся церемония прошла как-то очень официально и обезличено. Когда у меня спросили, согласна ли я вступить в брак, я даже не задумалась, прежде чем произнести «Да». Все было решено задолго до этого момента, так к чему теперь тянуть с ответом, как в дешевых мелодрамах? Спасения не будет. Казбек тоже не сомневался, прежде чем выразить сухое согласие. Мы поставили свои подписи, где надо, и когда было произнесено предложение о поцелуе, которого я совершенно не хотела, раздался громкий женский крик. – Подождите! Нет, Казбек! Все синхронно повернулись к женщине, которая с отчаянием бежала к нам по проходу. Лера. Моя красивая, искушенная кузина, всегда одетая с иголочки, считающая, что она лучше всех и утверждающая, что в жизни не будет бегать за мужчиной, ведь они все у ее ног. А теперь она несется к нам, одетая кое-как, с растрепанными длинными рыжими волосами и без капельки макияжа на лице. Откуда она взялась и какого черта устраивает сцену?! Я думала, они с Казбеком расстались. Люди начинают перешептываться, я чувствую, как меня неотвратимо охватывает чувство унижения, а когда Казбек, бросив меня в одиночестве, идет ей навстречу и взяв за руку, ведет в дом, наплевав на всех и в первую очередь на меня, это чувство разрастается до тошноты. Брошенная, униженная новоиспеченная жена – вот кто я теперь. Люди никогда этого не забудут и мне не дадут. Я дочь и теперь жена Главы одного из самых влиятельных сообществ в мире, брошена в день свадьбы, не успели чернила высохнуть на свидетельстве о браке, собственным мужем ради любовницы. Которая, к тому же, значительно старше меня. Да она даже старше Казбека на несколько лет! И не так красива, как я. Какое впечатление производит такой треугольник? Какой изъян мне будут приписывать, если объективно я лучше нее по всем параметрам и все равно нежеланна? Я убью этого придурка! Точно убью! Такое унижение не сойдет ему с рук! Я стою, как истукан, закипая от ярости, поэтому не сразу осознаю реальность – они уже ушли, а Артур Тарханович взял дело в свои руки и теперь направляет гостей в сторону накрытых столов. – Лиана, пойдем со мной, – говорит он мне, взяв за руку и как безвольную марионетку тяня в ту сторону, где исчезли Казбек с Лерой. – Куда мы? Я не хочу! – В дом. Молчи пока, – шипит он и я затыкаюсь, начав соображать. Как только за нами закрывается дверь, Артур Тарханович отпускает меня. – Иди, выпей чего-нибудь и возьми эмоции под контроль, – приказывает он мне. – Только не напивайся. Через десять минут вы с Казбеком присоединитесь к гостям и я не потерплю публичного выяснения отношений, понятно? – Мне-то все понятно, лучше сыну своему это объясните, – говорю зло, прежде чем повернуться к нему спиной и пойти в сторону лестницы. Первый порыв – запереться у себя. Я так и делаю, но через несколько минут мне в голову приходит мысль выяснить, вернее подслушать, что происходит. Я выхожу, сняв туфли, и на цыпочках приближаюсь к двери в кабинет, прижимаясь к ней ухом и почти не дыша. Черт, ничего не слышно! Вернее, слышны лишь звуки гневного голоса Артура Тархановича и Казбека. Простояв так минуту и ничего не добившись, я иду обратно к себе и залпом допиваю утреннюю мимозу, оставшуюся в бокале. Мало помогает, но выбора у меня сейчас особо нет. Либо плакать, либо смириться и попытаться выйти из этой дерьмовой ситуации хоть с каким-то достоинством, а выпивка этому точно не поможет. Когда через несколько минут в мою дверь стучат, я открываю ее относительно спокойная. За ней стоит Казбек. Я сказала, что спокойна? Ха, как бы не так! Стоит мне увидеть его лицо, как я просто не могу сдержаться. Моя рука поднимается сама собой и я от души, с громким хлопком, залепляю ему пощечину. Время словно застывает в этом моменте. Мы с Казбеком оба офигеваем от моего поступка и долгие секунды просто смотрим друг на друга в шоке, а потом я четко улавливаю момент, когда шок на его лице сменяется осознанием, а следом гневом. Он жестко хватает меня за запястье и я вскрикиваю от боли, чувствуя, как меня охватывает липкий страх и сожаление о своем поступке, потому что без ответа он это не оставит. – Ты хоть представляешь, как унизил меня сегодня?! – кричу на него, решив, что раз умирать, то сначала высказав ему все наболевшее. – Козел, дебил, тупой придурок! Ненавижу тебя! Как ты мог так унизить нас обоих, где были твои мозги?! Я бью его свободной рукой по груди, впадая в раж, моя ярость выплескивается на него беспорядочно и без всяких тормозов, а он, на удивление, допускает это, позволяя мне бить себя по торсу, но защищая лицо от моих ногтей, пока я сама не выдыхаюсь, тяжело дыша и пытаясь задушить слезы, рвущиеся наружу. *** Впервые, когда Лиана оскорбляет меня, я не хочу поставить ее на место. Потому что в чем-то она права. Я сам попросил ее быть паинькой на свадьбе, а в итоге проебал все, как тупой влюбленный школьник, побежав за Лерой. Мы оба унижены и этого не изменить. В глазах всех высокопоставленных членов Общины я выдал такую слабость, которую Поп никогда не показал бы. – Я все исправлю, – говорю Лиане, когда она устает меня бить. – Вы выйдем из этого положения с минимальными потерями, если ты мне поможешь. – Это невозможно, – отходя от меня на шаг, смахивает она слезинку. К моему удивлению, одна-единственная слезинка – все, что она позволила себе. Никаких рыданий, хотя именно этого я от нее ожидал. – Возможно, – пытаюсь быть терпеливым, чтобы не спровоцировать ее природное упрямство. – Я хочу, чтобы ты помогла Лере привести себя в порядок. Дай ей одно из своих вечерних платьев, косметику, все необходимое! Вы вместе спуститесь в сад и будете делать вид, что безумно рады встрече. Вы же родственницы, сыграйте на этом. С ней я уже поговорил. – И как ты объяснишь это людям? – недоверчиво смотрит она на меня. – Скажу правду. Что Леру похитили враги твоего отца и ей удалось сбежать. Она прервала нашу свадьбу, потому что спешила мне сообщить об их местонахождении. Я отправил туда наряд, чтобы проверить. – Это чушь какая-то, никто не поверит. Все знают, что Лера твоя любовница! – Вообще-то нет, об этом знает очень узкий круг лиц и они не распространяют сплетни. Включи голову, Лиана, это единственный вариант для нас сейчас не выглядеть глупо. – Слишком поздно, мы уже выглядим глупо, – смотрит она на меня колючим взглядом. – Но так и быть, я подыграю. Не хочу быть брошенной у алтаря невестой. – Умница, – удовлетворенно киваю ей, на что она морщится. – Ее и правда похитили? – Да. Мне еще предстоит разобраться с этим, но сначала спасем эту свадьбу. Она открывает рот, чтобы еще что-то сказать, но, видимо, передумывает, потому что сжимает губы и отворачивается. – Ладно, зови ее. У меня не такая большая грудь, но в одно из моих платьев она, думаю, влезет. И конечно, мой взгляд при этих словах сразу же падает на грудь этой заразы. Действительно, не такая большая, как у Леры, но и не совсем плоская. Хотя, какая мне разница? Встряхнувшись, выхожу за дверь и вижу, что Лера ждет меня в коридоре, обняв себя за плечи с несчастным видом. – Она тебе поможет, делай все, как я сказал, – нежно говорю ей, целуя в лоб, и направляюсь вниз, к гостям. На языке остается горький привкус. Когда я увидел Леру, бегущую ко мне, я не поверил своим глазам. Я вообще ни о чем не думал, кроме как добраться до нее. Как только мы оказались в доме, она разрыдалась в моих объятиях. Лера испуганно жалась ко мне, впервые на моей памяти показывая свою беззащитную сторону, тогда как я всегда видел ее только в образе сильной и самодостаточной женщины, и в этот момент мне хотелось укрыть ее от всего мира. Я не мог поверить, что моя самая несбыточная фантазия осуществилась и она действительно здесь, живая и невредимая, но потом включилась та часть моего мозга, которая анализирует и делает выводы. А вывод таков, что слишком многое не сходится с той информацией, которая у меня есть. Я уже автоматически обнимал ее, в голове просчитывая все возможные варианты ее появления именно сегодня, но учитывая, как я проебался, побежав за ней и бросив собственную жену перед толпой гостей, времени на это прямо сейчас у меня не было. Нужно сначала спасти ситуацию, а потом думать, что же случилось с Лерой. Папу, накинувшегося на меня, как на малолетнего пацана, с нравоучениями, я еле как успокоил. – Ты исправишь это сейчас же! – заявил он, обложив меня трехэтажным матом. – И поубедительнее, Казбек. Включи, наконец, мозг, я знаю, что он у тебя есть. – Казбек, не оставляй меня! – сразу после его ухода, снова обвилась вокруг меня Лера. Я прижал ее покрепче, больше всего желая послать всех нахер и остаться с ней наедине, но нужно думать о будущем, поэтому пришлось отстраниться. – Сегодня очень важный день, Лера. Мы не раз об этом говорили. Пожалуйста, возьми себя в руки ради меня. Только на один вечер, ладно? Здесь ты в безопасности, обещаю! Но мне нужно, чтобы сейчас ты привела себя в порядок и подыграла мне. – О чем ты говоришь? – просипела она, глядя на меня большими влажными глазами. – Я не понимаю… – Мне нужно, чтобы ты отыграла свою роль. Я объяснил ей все так же, как и Лиане, но потребовалось больше усилий, чтобы успокоить и убедить ее. Лера была в шоке и очень напугана, но в конце концов согласилась. Лиане удалось привести ее в порядок, они вышли вместе, держась за руки, как подружки, я сам слышал охи и ахи, раздававшиеся от женщин, которые окружили их стайкой, в погоне за объяснениями из первых уст, пока я объяснял нескольким важным гостям такой неожиданный финт под конец церемонии. В принципе, через полчаса все разговоры были только о похищении Леры и о том, как бедняжка хорошо со всем справляется и как чудесно, что ее никто не мучил физически. Однако, потом начался лютый пиздец, потому что Лера начала липнуть ко мне, как потерявшийся щенок, и только слепой этого не заметил бы. Какого черта она делает? Не дура ведь, я все ей объяснил, попросил подыграть, и она согласилась. Блядь, не нравится мне это! – Лерочка, не возражаешь, если мы с Казбеком кое-что обсудим без лишних ушек? – снисходительно улыбается ей Петр Корниенко, как раз в тот момент, когда я отхожу к бару взять себе выпить и она в очередной раз подходит ко мне, вцепившись в мой локоть. – Ладно, – бросив на него недовольный взгляд, отходит она, снова показывая очень нетипичное для себя поведение. – Казбек, думаю, пора обсудить сегодняшнее собрание, – усмехается Корниенко, переглядываясь с Борисовым, который смотрит на нас с расстояния трех метров. Они оба – часть ближнего круга, те, кто еще остался на своем месте после Попа. – Во сколько встречаемся? – Я не назначал на сегодня собрание, Петр. Он хихикает, как долбанный подросток. Хихикает, бля! – Это метафора, если ты не понял. Сегодня твоя свадьба, Глава. За ней обычно идет брачная ночь. Понимаешь теперь? Ни хрена не понимаю, но признаваться в этом не хочется, так что я принимаю знающий вид. – А, ты об этом. Не знаю пока, Петр, насколько затянется эта вечеринка. Давай ближе к ночи обсудим. Нам ведь некуда торопиться? – Ты прав, конечно, мы в твоем распоряжении хоть до утра, – снова хихикает он, и если бы я не знал его лучше, то подумал бы, что он под кайфом. Какого черта они с Борисовым так переглядываются? Надо спросить у отца, уж он-то должен быть в курсе того, что тут происходит и почему я, мать их, один ни черта не понимаю!