Глава 15

– Почему каждый раз, когда я думаю, что ему нечего больше поставить, этот черт наебывает нас!? – рычу от досады, когда папа показывает мне документы. У Общины есть архив, в котором содержится так много информации, что в чужих руках она может стать смертельным оружием. Я в курсе, что Тархан был одним из избранных, имевших к нему доступ, но то, что он раскопал, не хранит даже десятой части того, что еще не изучено. Теперь, как новый Глава, я тоже имею неограниченный доступ к архиву, в котором содержится и Устав, за нарушение любого пункта из которого я могу потерять свое место. Естественно, Поп изучил его от корки до корки и воспользовался лазейкой, чтобы снова шантажировать меня. Я не могу потерять все теперь, когда едва получил пост Главы. Не после всего того дерьма, которое мне пришлось ворошить голыми руками. А ребенок… В конце концов, я не намерен быть таким отцом, каким был мой собственный. Даже когда мы с Лианой разведемся, я буду все еще рядом с ним, я не брошу его, как надоевшую игрушку. – Так ты сделаешь это? – спрашивает папа. – Сделаю, – прямо встречаю его взгляд. – Я не сентиментальный слабак, чтобы отступить сейчас. Я начинаю думать, что уже не осталось ничего, чего я не сделал бы, лишь бы победить в этой игре. – Теперь я вижу, что ставил не на того сына, – сверкает улыбкой отец. – Я горжусь тобой, Казбек. «Я не нуждаюсь в твоей гордости», – хочется сказать в ответ, но я молчу. Потому что, во-первых, это неправда. Я не могу перестать нуждаться в его одобрении. Во-вторых, я не ношу шоры на глазах, вижу, что отец мало чем отличается от Попа в своих амбициях, но как я могу судить его, когда и сам такой же? Я не чувствую угрызений совести из-за своих решений, но мысль о ребенке кажется какой-то неправильной. А Лиана… Черт! Сегодня, когда она плакала на моей груди, я прочувствовал ее обиду до самых костей, потому что когда-то тоже задавался такими вопросами, как «Почему папа бросил меня?» и «Что я сделал не так?». Ответ в том, что это чертов папа мудак, что в ее случае, что в моем. Мне хотелось сказать ей об этом, напомнить, кого из себя представляет Поп и спросить, неужели она действительно думает, что это с ней что-то не так? Естественно, я этого не сделал, потому что мы с ней не друзья и мы не можем быть на равных, если я хочу, чтобы она и дальше мне подчинялась. У Лианы буйный характер, она сопротивляется мне на каждом шагу, даже чувство самосохранения у нее включается, когда все уже пошло по пизде. Страх – единственное, что может хоть как-то сдерживать самоубийственные порывы этой девчонки. Я решаю не трогать ее сегодня и ухожу в спортзал. Там Лера. В обтягивающих шортах и топе, стоит в позе собаки мордой вниз, выпятив в мою сторону шикарный зад. Блядь, мне этого достаточно, чтобы член встал, потому что я и так на взводе уже пару часов. Направляюсь к ней, на ходу хватая за талию и ставя на ноги прямо. Она испуганно кричит и увидев меня, хватается за сердце. – Блин, Казбек, не подкрадывайся так! – вытаскивая наушники из ушей, бросает их на пол девушка, пока я пожираю взглядом ее грудь, выпирающую сквозь глубокий вырез на топе. – Ну нет, не смотри на меня так! – выставляет она перед собой руки, когда я подхожу вплотную. – Я не собираюсь с тобой трахаться, пока мы не закроем вопрос с Лианой. Не обращая внимания на очередную манипуляцию, я наклоняюсь и целую ее в шею, сжимая в ладонях пухлую попку, но Лера начинает всерьез меня отталкивать. – Я сказала нет! – кричит она так, словно я ее насилую. – Услышь меня! Со мной так нельзя, Казбек. Я не наивная дурочка, которую ты можешь уломать парой поцелуев. Сначала разберись со своими отношениями с женой, а потом мы с тобой разберемся, хотим быть вместе или нет. – То есть, это уже под вопросом? – не могу сдержать ухмылку. Она действительно думает, что я поведусь на это? Да Лера никогда от меня не откажется, пока я Глава! Мы изначально сошлись только потому, что она искала себе мужика с властью. Ей не нужны деньги, она богата, благодаря состоянию своего умершего мужа, да и отец ей многое оставил. Лера жаждет быть на верхушке Общины, она надеется выйти за меня замуж, когда с Лианой все будет кончено, так что все ее слова – типичный блеф, чтобы набить себе цену и заставить меня испугаться. – Не смотри на меня так, Казбек, я не шучу! Я не буду терпеть твое скотское отношение только потому, что ты Глава. Ты меня знаешь, я могу пойти другим путем и выбрать кого-то без твоего мешка проблем, не потеряв при этом лицо. – Валяй. Пойду, трахну свою жену, раз любовница не дает. Тем более, в прошлый раз мне это, пиздец, как понравилось! – Ну и вали к ней! – кричит она мне в лицо, толкая в грудь. – Только это наш конец, понял? Я никогда не буду на вторых ролях, поэтому все. Можешь забыть обо мне! – С каждым днем убеждаюсь, что это будет не так уж трудно. Ты оказалась истеричкой, Лера, а я терпеть не могу истеричных баб! Игнорируя ее дальнейшие крики и ругательства, я выхожу и иду в гараж. Бля, да нет в этом доме для меня места, где никто не помешал бы мне сбросить пар, не разозлив еще больше! Не дом, а дурдом какой-то! *** Я думала, что уже пережила худшее с этим браком и зависимым положением, но то, что я чувствую сейчас – полная безнадега. Не получается больше успокаивать себя и тешить ложными надеждами. Я провожу весь день у себя в комнате, то плачу, то злюсь, но ближе к ночи приходит принятие. Не ситуации с потенциальной беременностью, нет. Этого я не допущу. А вот то, что папа еще жив и ему на меня наплевать, я пережевала и проглотила. Да, больно, обидно, но что я могу сделать? Это не первый раз, когда он плохо обходится со мной, но я больше не буду оправдывать его в своих глазах и искать в нем что-то хорошее. Пора принять правду. Мой отец – эгоистичный и расчетливый мерзавец. Не зря его ненавидит столько людей. Я не могу заснуть, сколько бы не ворочалась, на часах уже два ночи, а мне неспокойно, я не могу ждать до завтра, чтобы получить ответы, поэтому поддавшись своей сумасшедшей стороне без инстинкта самосохранения, крадусь по коридору к комнате Казбека и стучу в дверь. Он открывает на удивление быстро, одетый только в боксеры, но я не позволяю себе рассматривать его полуобнаженное тело, хотя стоит признать, что сложен он великолепно – весь такой мускулистый и в меру волосатый. Мне нравятся волосы на мужской груди, выглядит брутально. Если бы мы были настоящей парой, я бы сейчас протянула руку и проверила, какие они на ощупь. Вместо этого, я прямо встречаю его вопросительный и немного сонный взгляд, и решительно делаю шаг вперед. – Впусти меня. – Зачем? – даже не думая уступать мне дорогу, стоит он на месте, загораживая проход. До меня внезапно доходит, что Казбек может быть не один. В желудке бурлит, а во рту появляется кислый привкус, но я не показываю своего отвращения при мысли о том, что сейчас в его постели находится Лера. – Ладно, можно и в коридоре поговорить. Я не дотерплю до завтра, мне нужно знать! Он, блядь, закатывает на меня глаза! Как по-детски. – Ты когда-нибудь доведешь меня, – раздраженно ворчит он, а потом хватает меня за запястье и тянет в комнату, захлопывая за нами дверь. В его комнате не включен свет. Мы оказываемся в полной темноте. Я стою, замерев, чтобы случайно не столкнуться с ним, но пальцы Казбека все еще обхватывают мое запястье и я гадаю, не обнаружу ли Леру, когда свет все-таки включится. – Ну? – поторапливаю его. – Что ну? Говори, давай. – В темноте? Включи свет. Чего, как ты думаешь, я еще не видела в твоей спальне? Он неожиданно притягивает меня к себе и через секунду я в шоке вскрикиваю, потому что его пальцы грубо обхватывают мой сосок сквозь ткань платья и тянут. Совсем не нежно, но меня сразу же простреливает искра возбуждения. – Ты действительно хочешь, чтобы я включил свет и поддался виду твоих твердых сосков, готовых прорвать эту ебанную тряпку, которую ты называешь пижамой, принцесса? – рычит он мне на ухо. – Потому что я, блядь, весь день на взводе и ты у меня сейчас получишь по первое число, если быстро не скажешь зачем пришла и не свалишь! От его слов я вся сжимаюсь и становлюсь влажной, а мозг подкидывает картинки того, как я получаю по первое число, причем в разных позах и несколько раз. Не уверена, что это вообще можно физически выдержать, учитывая, что секс – это что-то совершенно новое для моего тела, но искушение велико. А главное, это точно поможет мне заснуть и не думать о том, что моя жизнь пошла ко дну. – Ты всерьез обдумываешь это, не так ли? – хмыкает он. – Тебе понравилось иметь член в своей тугой пизде, Лиана? Уже хочешь добавки? А я-то думал дать тебе пару дней отдыха, чтобы все зажило, но судя по твоей… – Хватит пороть чушь! – выхожу из себя, быстро сбрасывая морок после его отвратительно самодовольных слов и интонации. – Я пришла не для того, чтобы снова стать твой грушей для битья! Думаешь, ты один злишься? Я такая же жертва в этой ситуации, Казбек, и мне нужно знать, действительно ли ты сможешь не пойти на поводу у наших отцов, потому что я не хочу никакого ребенка! – Я его тоже, блядь, не хочу, но он у нас будет! – повышает он голос, резко отпуская меня и отходя к стене, чтобы хлопнуть по выключателю. Когда в комнате включается свет, я пару секунд моргаю, а потом с ужасом смотрю на решительное выражение его лица, на хмуро сведенные брови и стиснутую челюсть. Он сдался. Днем кричал, а сейчас просто принимает весь тот бред, что нас заставляют делать. Меня охватывает отчаяние, потому что я уже понимаю – сопротивление не поможет. Я еще ни разу не смогла заставить его передумать, в конце концов он всегда добивается от меня того, чего хочет. Сейчас ничего не изменится, потому что я все еще в зависимом положении. Если сбегу – меня ждут куда более безжалостные звери за стенами этого дома. Что же делать? – Почему? – требую ответа. – Ты знаешь, – не отводит он взгляд. – У них всегда есть, чем надавить. Мы оба в безвыходном положении, Лиана. – Это я в безвыходном положении, мне некуда идти! Со всех сторон угрожает опасность. А что за проблемы у тебя, Казбек? Ты сильный мужчина, у тебя есть деньги и возможности. Что мешает тебе свалить отсюда? Просто отказаться от этой чертовой должности Главы и быть свободным? – Мне нужна власть. Вот и весь ответ. Он типичный мужик, который хочет быть выше всех. Такой же, как и папа. Власть для него превыше всего. – Меня тошнит от тебя, – едва сдерживаю слезы, отходя к двери. – Я думала, что хуже моего отца быть не может, но ты такой же, как он, Казбек! Ты тоже готов пожертвовать своим ребенком ради собственной выгоды! Надеюсь, что я бесплодна и ты никогда не добьешься своего, урод! Надеюсь, ты потеряешь все, что имеешь, и сгниешь в какой-нибудь канаве, никому не нужный и жалкий! Только такого конца ты и заслуживаешь! Я сбегаю, прежде чем разревусь, и заперев за собой дверь своей спальни, плачу до самого утра, пока не забываюсь сном, слишком изможденная, чтобы горевать дальше.