Глава 14. Пикник с препятствиями

Все утро я готовилась к проникновению в Галерею Славы. Даже на общий завтрак не пошла, притворившись больной, так что еду мне принесли в комнату, на радость Хаси.

Пока песец уминал все, до чего мог дотянуться, я рисовала план с размещением охраны князя и мелкими деталями, которые помогут мне спуститься из окна по стене, а потом так же быстро подняться обратно.

Не волновалась. Кража артефакта не имела смысла: вынести его за пределы призамковой территории еще нужно постараться. Пути отхода я пока для себя не продумывала, да и требовалось для этого гораздо больше времени. Другое дело, если я просто заморожу и вырежу метку прямо на месте. Галерея Славы абсолютно не охранялась, так что этот вариант мне подходил гораздо больше.

Но стоило продумать и еще кое-что.

Если я хочу провернуть это дело тихо, то идти в кабинет князя среди ночи – идея безумная. Меня просто развернут еще в коридоре, потому что сам Элед в это время будет спать. А вот если встать пораньше, до общей побудки, и сказать, что меня отправила госпожа Тьен, в очередной раз недовольная моим поведением, то мне, вполне возможно, разрешат подождать князя в его кабинете.

И вот тут можно рассчитывать только на удачу. Если князь придет в свой кабинет раньше, чем я вернусь обратно, у него обязательно возникнут вопросы. И на эти вопросы на этот раз мне придется отвечать.

Запомнив все пункты составленного плана, я смяла лист и бросила его в камин. Пламя быстро сожрало бумагу, не оставляя даже пепла.

Вернувшись к столу, я с опозданием принялась за то, что осталось от завтрака. Кашей мой белый и пушистый зверь побрезговал, как и вареными яйцами на пару с хлебом. Этого мне вполне хватило, чтобы насытиться.

Допив уже остывший чай, я остановила свой взгляд на окне. На подоконнике ютились уже две коробочки: одна с серьгами, а вторая с ювелирным гарнитуром, который наверняка стоил немало. Его я обнаружила этим утром на прикроватной тумбе и была впечатлена. В первую очередь тяжестью изделий, а уже потом их возможной ценой.

Идея ничего не принимать от князя уже не казалась мне такой правильной. Если я продам эти украшения, то выручу немало. На домик в какой-нибудь деревне мне хватит однозначно. И на документы. И на безбедную жизнь в ближайшие годы. И на многое другое.

Отринув все ненужные мысли, я легла обратно под одеяло, желая поспать еще хотя бы пару-тройку часов, чтобы выспаться впрок. Единственное, что меня сейчас по-настоящему должно волновать, – это вылазка к артефакту, а не отдаленное будущее. Без этой вылазки и будущего может не быть.

Подтянув к себе пушистую попу песца, я только с удобством разместилась, как в дверь моей комнаты внезапно постучали. И ведь абсолютно ничего не предвещало! Притворившись, что сплю, я выровняла дыхание.

Дверь открылась без моего участия. По тому, как повеяло холодом и морозной свежестью, я отчего-то сразу поняла, кто явился меня проведать.

Постояв рядом с кроватью, Элед обошел ее и вдруг сел на самый край. Не могла посмотреть, что он делает, зато прекрасно чувствовала, как копошится песец, вытягивая лапки. Видимо, ему таки чесали пузо.

И тут мне неожиданно захотелось чихнуть. Закон подлости играл всеми своими красками, а я из последних сил сдерживала сиюминутный порыв.

Теплая ладонь коснулась моего лба. Такого я предвидеть точно не могла, зато чихать мигом расхотелось. Не шевелиться и сохранять частоту дыхания было нетрудно: спокойствию в любой, даже самой непредсказуемой, ситуации меня научил этот мир.

Именно так я думала до этого момента.

Внезапно князь склонился над моим лицом. Почувствовав его дыхание на своих губах, я меньше всего представляла, что он меня поцелует. Просто прикоснется к моим губам легким поцелуем – едва ощутимым, таким, что пора бы задаваться вопросом: а был ли вообще поцелуй?

Я выдержала и это.

Меня бросило в жар, сердце застучало быстрее, но я выдержала, абсолютно ничем не выдав себя. Только забыла, что слух у драконов обостренный, а значит, то, как ускорилось мое сердце, для него тайной не стало.

Элед вычислил меня.

– Не спите, – произнес он, сохраняя невозмутимость.

– Пытаюсь уснуть, – проговорила я, открывая глаза. – Зачем вы меня поцеловали?

– Чтобы понять, спите вы или врете.

Поджав губы, я только этим выразила свое недовольство по поводу таких странных проверок. Могла бы начать качать права, говорить о чести и прочем, но правда в том, что я фактически являюсь его невестой и добровольно пришла к нему в дом. Бросаться в крайность сейчас было бы просто странно.

– Зачем вы пришли? – Натянув одеяло повыше, я слегка привстала.

Разговаривать лежа после недопоцелуя было как-то… неуютно.

– Чтобы вылечить вас.

– Я приду в норму к вечеру, – объявила я, но не тут-то было.

– У вас только два варианта, госпожа Фарн. Или я исцеляю вас прямо сейчас и вы отправляетесь проходить следующий этап отбора, или уже через час переезжаете в охотничий домик дожидаться приезда своего нового жениха.

Будь моя воля, я бы без раздумий выбрала охотничий домик, но это выглядело бы слишком подозрительно. Если князь мне не нравился, отказаться от участия я могла бы раньше, но не сделала этого. А раз так, то и весомых причин досрочно вылетать из отбора у меня нет.

– Мне уже лучше, – проговорила я под внимательным взглядом. – Выйдите, пожалуйста, я оденусь.

Еще одна неожиданность случилась уже через мгновение.

Шепнув себе что-то в ладонь, что вдруг засветилась голубым сиянием, Элед с размаху дал мне по лбу. Ну, точнее, попытался, но уже у самой головы руку его я перехватила. И едва не сломала, чудом сумев остановить реакцию, что отточилась за годы тренировок до автоматизма.

– Вы не были больны! – воскликнул мужчина обвинительно, взглянув на меня с укором. – Почему вы притворялись?

Тяжело вздохнув, я решила почти не врать.

– Потому что у меня нет желания завтракать с вашей тетушкой.

– Всем нам что-то не нравится, но есть правила, которым все мы должны следовать. Вы ничем не отличаетесь от других невест, а моя тетушка не так плоха.

– Ваша тетушка мнит себя моим врагом и не упускает возможности рассказать мне о том, как выгонит меня отсюда с вашей помощью, – разозлилась я. – Еще вопросы?

– Я поговорю с ней сегодня, но и вы будьте терпимее. Будущая княгиня должна обладать недюжинным хладнокровием. А теперь собирайтесь на обед. Если опоздаете, ждать вас никто не будет.

Поднявшись с кровати, Элед снова обошел предмет мебели и вскоре скрылся за дверью. Его спину я провожала задумчивым взором. С одной стороны, он был полностью прав, а с другой…

Лично я княгиней быть не хотела. Ни в этом конкретном случае, ни в каком другом.

На обеде, включая меня и исключая госпожу Тьен, присутствовало всего пять человек. Этим утром нас покинули водная драконица и невеста из княжества Багрота. Чем меньше нас становилось, тем напряженнее казалась атмосфера за столом.

В конце концов, досрочно завершив обед, который девушки ели без должного желания, управляющая пригласила нас в общую гостиную. В руках она держала пять небольших бархатных мешочков темно-зеленого цвета, перевязанных шнурками у основания.

– Следующее испытание вы будете проходить за пределами замка. Помимо одежды, которую вы наденете на себя, в этих мешочках вы можете взять с собой пять любых предметов. Это может быть вода, еда, целебные зелья, книги. Все, что только может прийти вам в голову.

– Но куда нас отправят? – обеспокоенно спросила Наска.

– Вас отправят в ближайший лес. Там вы должны продержаться сутки. Через сутки за вами придут.

– А если кому-то за эти сутки станет плохо? – поинтересовалась я.

– Значит, судьба у нее такая, – безразлично пожала госпожа Тьен плечами, будто говорила о погоде. – Рекомендую одеваться тепло.

Я одевалась как на северный полюс. Достав теплый костюм для верховой езды, под низ умудрилась запихать еще несколько штанов и утепленные чулки. Лишние слои одежды однозначно сковывали движения, лишая меня юркости и ловкости, но тут важнее была банальная цель – не замерзнуть.

Получив такой же бархатный безразмерный мешочек, как у всех, я запихала туда одеяло, отобранное у служанки пустое ведро, огненный камень, веревку и нож. Мой выбор был обусловлен элементарной практичностью.

Когда я вышла в коридор, напоследок чмокнув песца в маленький носик, управляющая как раз осматривала содержимое других мешков. К моему удивлению, Наска взяла с собой аж сразу пять фляжек воды, а другие девушки набрали еды. Причем это была не жареная тушка птицы и даже не запеченная свинина целиком. Они набрали овощей и фруктов, которые в морозы для организма абсолютно бесполезны. Ну а мешок солнечной вампирши даже обсуждать было нечего: пять колб с магически заключенными в них чужими эмоциями могли согреть исключительно ее душу.

К месту назначения мы ехали в двух каретах. Не знаю, как в другом, но в нашем экипаже царило боязливое молчание. Мне казалось, что девушки до сих пор не осознавали всю серьезность предстоящего задания. Важно было не само задание, а то, как мы переживем ближайшую ночь.

– Кареты вернутся за вами ровно через сутки, – напомнила нам госпожа Тьен, захлопывая дверцу экипажа.

А мы так и остались стоять в самой чаще. Лес окружал нас повсюду. Вековые деревья тянулись к хмурому небу, закрывая собой все просветы. Никого вокруг, ни единой души. Только волнующая тишина и мороз, что колол щеки.

Но это мне, а вампирша, водная драконица и Реолия уже начинали замерзать. Их наряды абсолютно не подходили для выживания в лесу. Нет, их платья, конечно, были утепленными, но не настолько, чтобы часами бродить по снегу. Они оделись скорее красиво, чем практично, и это им сразу же аукнулось.

– Нужно отыскать место, где мы сможем развести костер и отогреться, – произнесла я задумчиво, пытаясь увидеть старые следы на снегу, но наст был девственно чистым. – Такое место здесь стопроцентно должно быть, а иначе нас не оставили бы посреди леса. Сейчас нам необходимо разделиться и пойти по разным сторонам. Отходим на сто шагов и потом возвращаемся по своим же следам обратно.

– А ты ничего не перепутала? – возмущенно окликнула меня вампирша. – Кто тебе позволил здесь командовать?

Медленно повернув голову, я слегка приподняла брови, выражая легкую степень удивления. Нет, ну если так ставить вопрос…

– Отлично, – заключила я, обходя девушек по дуге. – Можете сидеть здесь и ждать, пока замерзнете. Вы еще не поняли, но вас отсюда по первому вашему желанию никто не заберет.

Снежный наст хрустел под моими ногами. Я шла ровно вперед, никуда не сворачивая. Мне предстояло несколько раз прочесать этот лес от начальной точки, чтобы найти себе укрытие.

Верила, что оно здесь есть: маленький охотничий домик, усадьба или что-то еще. Верила, потому что если нет, то князь очень сильно упадет в моих глазах.

Ладно я, но эти тепличные одуванчики в зимнем лесу точно не выживут.

– Тая, подожди! – вдруг окликнула меня Наска, догоняя.

Поравнявшись со мной, девушка зашагала в такт моим шагам. Тяжело вздохнув, прогонять ее я не стала. Мне было бы значительно проще одной, но и бросить их я действительно не могла. Сама себе потом не прощу.

Мы шли долго. Отсчитав значительно больше сотни шагов, я решила останавливаться и возвращаться. Кроме деревьев, здесь ничего не было, но неожиданно для себя я заметила красные ягоды. Они уже поспели, так что собирала я их в ведро, но прежде ножом откопала корни соседнего куста. Эти находки мне очень даже пригодятся.

– Мы возвращаемся обратно? – удивилась оборотница.

– Нужно проверить девушек и пойти в другую сторону. Я не шутила насчет укрытия. Ночь под открытым небом мы навряд ли переживем без последствий.

Обратно мы шли значительно быстрее за счет того, что не нужно было осматриваться по сторонам. Закрывшись в собственных мыслях, пытаясь не пропустить ни звука, если вдруг где-то рядом появится зверь, я едва не прошла мимо того места, на котором нас выгрузили из карет.

– А где они? – оглядывалась по сторонам Наска, пораженная не меньше меня.

– Судя по всему, где-то не здесь, – усмехнулась я, рассматривая следы, ведущие в противоположную от нашей прогулки сторону. – Все-таки есть у них мозги. Пойдем, не будем терять время.

Я выбрала следующее, еще не осмотренное нами направление. Пока я разглядывала снежный покров, деревья и замершие кусты, пытаясь выискать глазами что-нибудь, что можно использовать в качестве укрытия, Наска преимущественно молчала. Лишь раз она негромко вскрикнула, когда метрах в ста от нас на горизонте появилась дикая снежная кошка.

Приказав девушке замереть и не смотреть на охотницу, я искоса поглядывала за передвижением зверя. На этот раз нам повезло: кошка не посчитала нас вкусным обедом, а быть может, уже полакомилась кем-то и была просто не голодна. В любом случае не двигались мы до тех пор, пока она не скрылась за мощными стволами деревьев.

– Может, не пойдем туда? – почти с мольбой попросила оборотница.

– Мы должны проверить все направления. Если хочешь, можешь вернуться к отправной точке и подождать меня там.

От перспективы передвигаться по лесу одной Наска категорически отказалась.

Уже через пятнадцать минут мое терпение было вознаграждено. Среди примерзшего снега, покрытого тонким слоем льда, я не нашла ни охотничий домик, ни усадьбу, ни даже шатер, но на пути нам попалась берлога рнарха. Эти животные были мало похожи на северных медведей хотя бы потому, что ненавидели воду, но и недалеко ушли от таежных. Для того чтобы переночевать, они сначала рыли подобие берлоги, а уже затем откапывали себе яму.

– Мы правда будем ночевать здесь? А если рнарх вернется? – несмело заглядывала девушка в яму, в которую я спустилась, чтобы оставить здесь ягоды и коренья.

– Если не найдем ничего лучше, то заночуем здесь. И рнарх не вернется: они никогда не остаются на одном месте дольше ночи. Всегда передвигаются и снова выкапывают себе яму для ночевки, – пояснила я, сгружая провизию.

– Ты так много знаешь.

– Это нетрудно, когда хочешь выжить любой ценой.

Я была не уверена, что последнюю фразу девушка расслышала. Да и не старалась, чтобы мои слова ее достигли. Выбравшись из ямы, я собиралась вернуться к отправной точке и пойти поискать других невест, но Наска неожиданно не захотела идти. Она замерзла и желала согреться, но и в одиночестве в яме, несмотря на все уверения в безопасности, оставаться опасалась.

Вернувшись к отправной точке, невест мы, к моему сожалению, там не застали.

– Мы обязательно должны их искать? – ворчала оборотница, которой мои планы явно не нравились.

– Если их уже сожрали, мы должны об этом знать, – жестко ответила я.

Наска с ужасом, возникшим от осознания моих слов, еще некоторое время молчала, а потом нам стало не до разговоров. Заметив впереди яркие пятна чужих нарядов, я услышала крики о помощи. Пришлось перейти на бег. Чем ближе я становилась, тем отчетливее понимала, что две из невест барахтались в воде, пытаясь уцепиться за тонкие льдины, а третья неведомо кого призывала о помощи, стоя на берегу.

Веревку из мешка я доставала уже на ходу, попутно обвязываясь ею. Остановившись у самой кромки берега, где снег покрывал камни лишь местами, я опустила палец в ледяную воду, чтобы попробовать ее на вкус. Она оказалась соленой, а еще лед потрескался лишь в середине – в том самом месте, где невесты провалились, в то время как со всех сторон он их окружал.

Будь здесь поверхностное течение и полностью расколовшийся лед, и девушек здесь бы уже не было.

– Прекратите барахтаться и расслабьтесь, если не хотите сдохнуть! – прокричала я, укладываясь на лед.

Никогда еще мне не приходилось спасать тех, кто провалился на тонком льду, но какие-то знания остались еще с прошлой жизни. Все-таки мой город стоял на реке и рыбаки, путешествующие по ней на оторвавшейся льдине, были не редкостью. Эти новости часто освещались в СМИ.

Приходилось медленно ползти. Каждую секунду я прислушивалась к звукам, окружающим меня, чтобы не пропустить явный треск. Несмотря на мои слова девушки продолжали барахтаться и в панике лишь усугубляли свое положение, стараясь ухватиться за края льдин, которые неизбежно ломались.

Когда расстояние между нами стало таким, чтобы конец веревки достал до первой невесты, я остановилась.

– Я сейчас брошу тебе второй конец веревки, – произнесла я четко и уверенно. – Постарайся поймать его с первого раза. Когда поймаешь, крепко ухватись, обмотай руку, но не тяни на себя. Я сама вытащу тебя.

Сказать оказалось проще, чем сделать, но уже через полчаса и с десяток крепких словечек я вытащила на берег обеих невест. Промокших насквозь, замерзших, потерявших свои мешки, но при этом живых невест. Они стучали зубами, были шокированы ситуацией, но я не оставила им и секунды на то, чтобы они могли пожалеть себя.

– Снимайте свои плащи и живо раздевайте их, – приказала я девушкам.

На этот раз даже сухая в отличие от своих подруг вампирша спорить со мной не стала.

Я тоже сняла свой плащ. Наши с Наской плащи были хорошо подбиты мехом, в то время как плащ вампирши больше походил на красивую тряпочку. Эта тряпочка пошла на то, чтобы растереть девушек и впитать большую часть влаги с их тел.

Завернув их в наши теплые плащи, я переложила воду Наски в свой мешок, а ее мешок использовала под мокрую одежду невест. Человек в мокрой одежде терял тепло в двадцать три раза быстрее, чем тот, кто был пусть и не тепло одет, но как минимум сух. Единственное, что в нашем случае играло в минус, – это мокрая обувь, заменить которую было нечем.

Насколько могли быстро, мы втроем дотащили трясущихся невест до ямы рнарха. Удивительно, но в экстренной ситуации нам удалось действовать спешно и слаженно. Пока Наска развешивала мокрые вещи девушек на стены ямы, а точнее, на корни деревьев, что торчали из них, я собирала ветки и разводила костер огненным камнем, тогда как вампирша успешно расстелила мое одеяло и усадила на него девушек, чтобы продолжить их растирать. Вскоре к ней присоединилась оборотница, а я отобрала у девушек один из плащей, чтобы завесить им вход в наше временное пристанище.

Так воздух нагреется гораздо быстрее.

Выбравшись наружу, я набрала целое ведро снега, что находился в тени деревьев, хорошенько трамбуя его, чтобы запихать как можно больше. В любых других условиях талая вода не могла заменить обычную: из нее выпаривались не только вредные вещества, но и полезные соли, – но из-за одного дня ничего серьезного с нашим здоровьем не случится.

Закрепив ведро над огнем с помощью крепких веток, я снова вылезла из ямы. Далеко не сразу, но мне удалось отыскать щайниго. Это дерево являлось паразитом в лесах, потому что цеплялось корнями к другим растениям, высасывая из них все питательные вещества. Зато его кора ценилась на вес золота. За счет большого количества витаминов и минералов отвар из этой коры был не только способен согреть, но и не давал заболеть, уничтожая мельчайшие признаки простуды.

Правда, спать девушки не смогут еще дней пять после того, как действие отвара закончится, но по сравнению с горячкой и воспалением легких это сущие мелочи.

Вернувшись обратно в яму, я забрала ведро с водой и накидала в него еще снега, который поначалу тут же таял, но вскоре таять перестал. Закрепив ведро над огнем, снег мешала палкой. Когда он окончательно растопился, воды стало примерно треть, но этого должно было хватить. Забросив кору, я снова направилась к выходу. В яме уже стало гораздо теплее.

– Как закипит, снимите с огня и освободите одну из фляжек от воды, чтобы заполнить ее отваром. Каждая должна выпить как минимум по половине фляжки, – отдала я распоряжение, карабкаясь наверх.

– А ты куда? – окликнула меня Наска.

Девчонки уже выглядели не такими синюшными, но вампирша и оборотница все равно посматривали на них с беспокойством. Молчание в яме было каким-то траурным.

– Еду доставать, – ответила я не оборачиваясь. – Сутки без еды прожить можно, но не нужно, если этого можно избежать. Не забудьте про отвар.

Мне и раньше приходилось охотиться. Покупать мясо у охотников было гораздо проще, но иногда цены они заламывали просто до небес. Особенно в зимнее время, когда народ предпочитал из дома даже носа не показывать.

На пути мне попадалось несколько зверей и птиц. Мелкие грызуны меня не интересовали: они были слишком юркими, да и есть в них особо нечего. Через несколько часов блужданий по лесу я все-таки заметила дикого кабана. В этом мире они не вырастали большими, но были гораздо волосатее, представляя из себя сплошной лохматый кругляш. Внешние особенности не позволяли им двигаться быстро и целенаправленно, так что поймать его особого труда не составило: когда, загнанный мною, он врезался в дерево и упал, его судьба была предрешена.

Руки дико мерзли, пока я разделывала тушку недалеко от ямы. Кровь могла привлечь крупных хищников, поэтому делать это около берлоги было глупо. Оставив только шерсть, чтобы утеплить пол в яме, на куски мясо я делила уже внутри. Мороз крепчал с каждым часом, и еще немного – и мне самой понадобится лекарственный отвар.

От него невест, кстати, едва не выворачивало. Покрепче остальных оказалась только Наска – она брезгливо морщилась, но пила. Даже вампирша плевалась дальше, чем видела.

Сполоснув ведро снегом, я снова заполнила его. Брошенные в образовавшуюся воду ягоды, найденные мной, должны были обеззаразить мясо и придать ему хоть какой-то вкус. Само по себе мясо местного кабана напоминало по вкусу картон. Соли и остроты придали коренья.

– Это невозможно есть, – в который раз зевала воздушная драконица, лениво пережевывая мясо.

– Не хочешь – не ешь, – спокойно ответила я, беря еще кусочек.

Мясо ели только мы втроем. Наска была травоядной, а потому, чуть жмурясь, жевала оставшиеся ягоды, а вампирше еда вообще была не нужна – выпив флакон с чужими эмоциями, она даже порозовела на мгновение.

Вскоре одна за другой невесты начали засыпать. Добавив в костер еще веток, я сдвинула его к самому входу в яму, чтобы никто из невест ночью его не задел. Не ложилась. Подстелив под себя мех кабана, дремала сидя, чтобы в случае чего иметь возможность быстро отреагировать на любые изменения.

И отреагировала.

Ощутив, что на меня пристально смотрят, я решила подождать и пока не открывать глаза. Спустя минуту или две кто-то выбрался из ямы – слышалось копошение, а потом дунул ветер, потревожив огонь. Приспичило, что ли?

Открыв глаза, я поняла, что на месте нет Наски. Если она отправилась искать ближайший куст, то затея среди ночи не самая разумная.

Выбравшись из ямы вслед за ней, девушку в округе я не увидела.

А все потому, что она притаилась у входа в яму, но это я поняла слишком поздно. Меня как раз ударили по голове.

Упав в вытоптанный мною же снег, я быстро перекатилась в сторону. Действовала на чистых инстинктах, потому что искры из глаз у меня таки посыпались, а в ушах неприятно зазвенело. Да и затылок ныл, но проверять, есть ли там кровь, времени не было.

– Ты совсем ополоумела? – возмутилась я, пытаясь сосредоточиться на стоящей в трех шагах от меня девушке.

В руках Наска уверенно держала крупную палку и не думая ее выбрасывать.

– Я должна выиграть этот отбор! – ее голос звенел, перекрывая шум в моих ушах.

– Так выигрывай, – опешила я. – Я-то тут при чем?

– После этого испытания они выберут тебя! Без тебя мы бы уже замерзли! – несла она сущий бред, пока я в который раз убеждалась, что внешность очень обманчива. В тихом омуте, как говорится.

– Да плевать я хотела на князя и на его княжество!

– И он на нас всех, но это ничего не меняет! Я не могу позволить тебе выиграть!

– Хорошо. Давай обратимся к благоразумию, – произнесла я значительно тише и спокойнее. – Твои вопли уже разбудили остальных невест. Их ты тоже убьешь? Нас четверо, а ты одна.

– Это ты одна, – произнесла она, широко улыбаясь. – Эти курицы проспят до завтрашнего утра и твои вопли не услышат. Можешь кричать сколько влезет.

– Что ты добавила в отвар? – мгновенно помрачнела я, потеряв даже намек на терпение, но Наска отвечать не собиралась. – Что ты добавила в отвар?!

Она кинулась на меня в единый миг, замахнувшись палкой. Перехватив орудие своего “убийства”, я как следует врезала девице, таким нехитрым способом отталкивая ее от себя. И только я собиралась поставить ей подножку да повалить на землю, дабы получить информацию о том, что она добавила в отвар, в который добавлять что-либо в принципе было опасно, как в шаге от нас раздался властный голос того, кого я за этот день порядком возненавидела.

– Прекратить! – произнес Князь Льда, снимая чары невидимости с себя и со своих людей. – Госпожа Олтис, вы арестованы за нападение на моих невест. Взять ее под стражу.

Последний приказ прозвучал для начальника стражи. Обернувшись, я в принципе не ожидала, что здесь сейчас находится столько народа. Неужели девушки были правы, считая, что за нами следят? Не думаю, а иначе из реки их обязательно вытащили бы до моего прихода, а это означало, что князь и его стража появились здесь только сейчас. И вот вопрос: зачем?

– Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство, я ничего не делала! – громко закричала Наска. – Это она! Она опоила других невест и напала на меня!

– Госпожа Олтис, – устало произнес Элед. – Мы стоим здесь с самого вашего появления. Прекратите отпираться, а иначе будет еще хуже.

– Лучше спросите, чем она опоила невест? – вставила и я свои пять копеек.

Затылок все-таки оказался немного разбит. Не так чтобы сильно, но все равно неприятно. Ранка саднила и приносила в мою жизнь некоторые неудобства.

Смерив меня взглядом, который не обещал мне ничего хорошего, Князь Льда таки сделал то, что я попросила. Если верить Наске, то ничего, кроме нескольких капель сонного зелья, в отвар она не добавляла, но последствия этой смеси были неизвестны даже мне, так что по возвращении в замок девушками занялся целитель.

На входе в пустом холле нас встретила зареванная госпожа Тьен, но ледяной дракон не удостоил свою тетушку даже взглядом. Прошел мимо навстречу целителю, отдавая распоряжение, чтобы спящих девушек отнесли в их спальни. Всех, кроме Наски. Оборотница отправилась прямиком под замок, но насколько реальным являлось желание князя наказать ее по всей строгости закона, я пока не понимала.

Поднявшись вслед за мужчинами, я собиралась войти в крыло невест. Хотелось в горячую ванну и под теплое одеяло. И чтобы Хаси прижался своим теплым боком, и…

Но планам моим не суждено было сбыться.

– Госпожа Фарн, поднимитесь ко мне в кабинет, – произнес Элед сухо, без единого намека на эмоции.

– Опять? – не скрывая отчаяния, произнесла я, хотя видят высшие силы, вслух говорить этого не собиралась.

Но нужно отдать князю должное, мою несвоевременную словоохотливость он проигнорировал.

Поднявшись вслед за мужчиной, я без разрешения заняла свое любимое кресло. Молчала, ожидая, пока мне назовут причину, по которой я не могу отправиться отдыхать.

– Я не знал, какое испытание вам приготовили, – внезапно произнес он, стоя ко мне спиной.

Разлив по бокалам янтарную жидкость, он вернулся ко мне и занял второе кресло. Один из бокалов был предложен мне, и отказываться я не стала. Опустошив его одним глотком почти на треть, я вновь вернула все свое внимание мужчине.

– Это слишком жестокое испытание для…

– Для комнатных растений вроде тех четырех? – не удержалась я от злой усмешки. – Значит, тамада у нас распорядительница.

– Кто? – переспросил Элед, не понимая смысла моих слов.

– Конкурсы тетя ваша придумывала, говорю.

– Я прямо-таки слышу в вашем голосе злость. – Отсалютовав мне бокалом, мужчина опустошил его одним махом.

– О, нет, – отрицательно покачала я головой. – Я совсем не злюсь. Я в ярости. А теперь, с вашего позволения, я отправлюсь спать.

– Вы ранены. Дайте я вас вылечу.

– Других лечите, – огрызнулась я, поднимаясь.

– Я хотел бы знать, какие приключения с вами произошли.

– Это подождет до утра. – Меня уже было не остановить, но слова князя все-таки заставили замереть у двери:

– Таизия, я могу приказать.

Обернувшись, я искривила губы в злой усмешке.

– Так прикажите, Ваше Сиятельство. Знаете, есть такое мудрое высказывание: “Незнание не освобождает от ответственности”. В том, что случилось с невестами, есть и ваша вина. И я сейчас очень зла на вас. Хотите сделать еще хуже? Все в ваших руках.

Да, я была жестока, но зато говорила правду.

Беспрепятственно выбравшись в коридор, спать я не пошла. Вернулась в крыло невест, даже госпожу Тьен ненароком видела, но до кровати так и не дошла. Именно в это мгновение поняла, насколько мне все в этом замке осточертело.

Приняв ванну, я вновь оделась и обработала рану на затылке, что немного кровила, но не критично. Не тошнило, голова не кружилась – и ладно. У меня были свои средства, которым, в отличие от князя, я доверяла.

Соорудив косу, я подождала еще примерно два с половиной часа. Посвятила это время играм с Хаси, который моему возвращению искренне обрадовался. Хотя стоит заметить, что бардак в мое отсутствие песец устроил знатный. На свою любимую кровать, которая пока еще принадлежала мне, он перетаскал всю еду, заныкивая ее под подушки, а еще вытащил из коробок украшения и нацеплял их на себя. Или под себя – тут уж как получилось.

– Вот зараза, – беззлобно потрепала я его по ушам.

Голоса на этаже стихли около двух часов назад, и до очередной побудки оставалось примерно столько же. Выбравшись из своей комнаты, я спокойно прошла по коридору. Лестница пустовала. Неясное сияние толком и не освещало холл.

Поднявшись по ступенькам на третий этаж, я даже врать ничего не стала. Просто бросила в лица стражников перламутровый порошок. Он временно замораживал тела тех, на кого попадал, но при этом их разум ненадолго засыпал. С этого мгновения мои полчаса начинали обратный отсчет.

Пройдя в крыло князя, я проделала то же самое со стражниками, что стояли по другую сторону. На моей стороне был эффект неожиданности, на их – отсутствие у меня желания проливать чью-либо кровь.

Не издавая ни звука, чтобы не потревожить стражей, которые стояли в конце коридора в закутке, я приоткрыла дверь кабинета и юркнула внутрь. Если бы ледяные драконы были параноиками или хотя бы чуть более осторожными в собственной безопасности, я бы так просто сюда не проникла. Но я проникла, потому что Элед Тьен слишком сильно верил в собственные силы и недооценивал своих противников.

Кабинет пустовал. В отсутствие источников света я смогла разглядеть книгу, что лежала открытой на столе. Приблизившись к ней, я перевернула ее, чтобы взглянуть на обложку. Передо мной оказались те самые “Метки проклятий”, но времени у меня было мало и с каждой секундой становилось все меньше, так что на чтение я тратить его не могла.

Вернув все так, как было до меня, я достала веревку. Закрепив ее с помощью прочного узла к ножке массивного стола, я открыла окно и выглянула наружу. Все было тихо. Ни в одной из комнат на этажах свет не горел.

Обвязав себя веревкой, я вдохнула, выдохнула и перелезла через подоконник. Опираясь ногами да посматривая по сторонам, постепенно спускалась все ниже, пока не достигла земли. Отвязав себя, я устремилась прямиком к Галерее Славы.

Темные тучи заслоняли собой и звезды, и луну, но мне не нужно было освещение, чтобы бежать в правильную сторону. Уже через десяток минут я оказалась у здания, но прежде, чем войти, все-таки вслушалась в тишину, чтобы точно знать, что там никого нет.

Тишина не ответила ни звуком.

Это было мгновение моего маленького триумфа. Я была уверена в себе, уверена в своих силах и желаниях, но сердце все равно трепетало в груди, предчувствуя, предвкушая изменения, которые повлияют на всю мою жизнь.

Приблизившись к артефакту Кристального Льда, я сначала на всякий случай проверила, нет ли защиты. Да, этот артефакт должен был всегда оставаться доступным, но мало ли. Лучше перебдеть, чем недобдеть.

Облачко пара судорожно вырвалось из моего рта. Оголив плечо, где красовалась метка слежения, я свободной рукой потянулась за артефактом. Осторожно прикоснувшись к нему, рывком схватила его за тонкую ножку. Глубокий вдох, медленный выдох…

Прижав кругляш к плечу, в первое мгновение я ничего не почувствовала, но потом… Я сжимала зубы так сильно, как только могла. Их скрежет, кажется, был слышен на всю округу. Хотелось закричать. Так сильно хотелось закричать от боли, но я не проронила ни звука. Чудом дождалась, когда влияние артефакта ослабнет, и только тогда отстранила его и с облегчением выдохнула.

Но это было еще не все.

Вернув артефакт на место, я достала кинжал. Разрезая кожу, я ощущала каждую толику боли, каждый миллиметр пореза. Слезы застилали глаза, но я смахивала их и продолжала, потому что у меня был только один шанс. Один-единственный шанс избавиться от этой чертовой метки.

Дрожащей рукой вернув кинжал обратно в карман, я проникла под кожу пальцами. Рана истекала кровью, меня мутило и от вида, и от осознания, но овальную ледышку я все же достала. Не без усилий, не без стонов, не без слез, но достала.

Времени на пожалеть себя уже не осталось.

Прижав чистую тряпку к плечу, я как смогла перемотала руку. Натянув рубашку и жакет, поправила плащ и уничтожила зельем кровь, которой на ледяном полу оказалось на удивление много.

Если бы могла, я бы отбросила метку на край мира, но моего размаха хватило лишь метров на пятнадцать. Юркнув в снег недалеко от галереи, ледяной овал в нем мигом потерялся.

Обратно я бежала еще быстрее. Время от времени на меня нападала слабость, но я успешно отбивалась от нее, понимая, что вернуться вовремя я обязана несмотря ни на что. Вверх по стене карабкалась, абсолютно не щадя раненую руку. Лишь взобравшись на подоконник, я действительно осознала, что почти справилась. Оставалось всего ничего: закрыть окно, отвязать веревку, выйти в коридор и за его пределы.

Со всем этим я справилась до того, как стражники очнулись. Иногда полчаса – это очень много, а иногда слишком мало. Я успела впритык.

Скрестив на мне взгляды, полные подозрения, стражники нахмурились.

– Доброе утро, господа, – поздоровалась я, делая вид, что все это время стояла на месте.

Двустворчатые двери ожидаемо открылись, и наружу выглянули еще два стражника – те, что стояли внутри коридора.

– Вы что-то хотели, госпожа Фарн? – поторопили меня, стоило створкам встать на место.

– Я хотела спросить, где могу найти целителя. Думала, что справлюсь сама, но кровь не останавливается, – продемонстрировала я окровавленную ладонь.

– Комната целителя находится на втором этаже в противоположном вашему крыле, – терпеливо ответили мне. – Но лучше вам вернуться в крыло невест. Мы передадим вашу просьбу, и целитель явится сам.

– Спасибо. Я вам очень благодарна.

Подавив улыбку, что так и рвалась наружу, я медленно спустилась по лестнице, медленно вошла в крыло невест и так же медленно проследовала в свою комнату. И вот там, в комнате, я позволила себе подпрыгнуть, наверное, до самого потолка.

Подпрыгнуть от радости.

Но при этом не издала ни звука. Потому что счастье любит тишину.