Глава 44

Сегодня я просыпаюсь и вижу на тумбочке рядом цветы. Красные розы, вот только они стоят под герметичным стеклянным колпаком, и я не пугаюсь их запаха, который может вызвать кашель. Это Александр принес, а я даже не увидела. Невольно улыбаюсь. Выписка завтра, я уже гуляю по коридору и могу осторожно поднимать Машеньку, хоть живот все еще тянет. Подхожу к окну. Обхватываю себя руками. Я уже знаю ответ. Всю ночь думала и тянуть больше не стану. Не хочу себя мучить этими мыслями. – Как вы? Оборачиваюсь и вижу Александра. На его плечи наброшен белый халат, на ногах бахилы. – Машуля недавно поела. Все хорошо. – Сглатываю, почему-то сильно нервничаю. – Александр… Он подходит ко мне ближе. – Я подумала над вашим предложением. – Твоим. Хорош мне выкать, Поль. – Я согласна. Я стану вашей… твоей женой. Буду делать, что скажешь, только ребенка не отнимай, – говорю это, и слезы почему-то в глазах собираются. Не потому, что Саша мне ненавистен или противен как мужчина, а потому, что просто очень больно он мне сделал, хоть я и знаю причину его ненависти к себе. Быстро опускаю голову, но Александр не дает, подцепляет мой подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. – Я не хочу, чтобы ты соглашалась только из страха! Я не буду делать тебе больно, Полина. Если захочешь, брак будет только на бумаге. Моя фамилия – это твоя защита. – Хорошо. Спасибо. Не могу больше выдавить из себя ни слова, так и стою перед Князем, и вдруг он обнимает меня. Нежно привлекает к себе. – Страшное позади. Все будет хорошо теперь! Ты сможешь вернуться к учебе. Я не буду запрещать тебе видеться с матерью. Киваю и осторожно обнимаю Сашу в ответ. Все будет хорошо, я тоже хочу в это верить. В тот же день нас расписывают прямо в больнице. Нет гостей и белого платья. Это уже никому не нужно, и я просто беру фамилию “Князева”, соглашаясь быть женой Александра. По собственной воле. Я тоже хочу, чтобы у Машеньки была полная семья, и это то единственное, в чем мы с Князем сходимся во мнении. – Я буду беречь тебя. И Марусю тоже. Обещаю. – Я буду тебе хорошей женой. Обещаю. Саша достает кольца и надевает мне на безымянный палец. Красивое колечко из белого золота блестит на свету, и мужчина целует меня в губы, осторожно привлекая к себе. Я обнимаю его в ответ. Я больше не вижу жестокости в Князе, хотя, может, он просто не показывает этого в больнице. На следующий день нас выписывают, и я пакую вещи, одеваю Машеньку и сама собираюсь на выход. – Все взяла? – Вроде все, хотя нет, подожди. Телефон забыла. – Я заберу. Иди в машину. – Нет, я сама. Я быстро, Саш, побудь с Машенькой, пожалуйста. Я возвращаюсь в палату и замечаю на тумбочке рядом с телефоном синюю папку. Странно, ее ведь не было, когда я выходила. Когда открываю папку и читаю небольшое заключение из лаборатории, меня обдает жаром и папка вываливается с рук. Это все был обман. Снова. – Полин, что случилось? Поль? Князь подходит ко мне, а я с места сдвинуться не могу. Я не могу поверить. Все это время… боже. – Что это… Это правда? Смотрю на Александра, сидя на коленях на полу. Я ошарашена и просто сбита с толку. – Да, – отвечает глухо, отнимая у меня папку, а у меня нервный смешок вырывается из груди. – Полин, вставай. Князь хочет поднять меня, тянется ко мне, но я врезаю ему жесткую пощечину, не давая к себе прикоснуться. Руку обдает огнем, я вкладываю в этот удар всю силу, которая у меня сейчас есть. – Чудовище…. Ты чудовище! Ты знал, что я не родная дочь своего отца, и все равно мучил меня. Все равно… боже, сколько времени ты знаешь, Саш?! А может быть, ты знал с самого начала? Его взгляд темнеет, руки сжимаются в кулаки. Князь снова подходит ко мне, я вижу красный след на его щеке, а меня боль переполняет, душит, сгребет до кровавых отметин в сердце. – Я узнал, когда ты была на операции. Случайно. Твоя мать встретилась с твоим настоящим отцом. Мои люди следили за ней, и только потому мы вышли на след. Я слушаю все это и смотрю на тоненькое обручальное кольцо на своем пальце. Я сама согласилась стать женой чудовища. Сама же! – Отпусти меня. Умоляю. Дай забрать ребенка и уйти! Ты же совсем меня не любишь. Ты меня ненавидишь! Или ты все еще считаешь, что я виновата перед тобой?! Смотрю на Александра во все глаза. От слез все расплывается. У него аж вена на виске вздулась от напряжения. Глаза стали холодными, темными, как зимний лес. Он больше не притворяется, он больше не боится меня напугать, он такой, какой есть. – Ты теперь моя жена. Маша моя дочь. Я никуда вас не отпущу, – чеканит строго, подходит и, подхватив меня под руки, усаживает на кровать. Я же только и могу, что закрыть лицо ладонями. Я ведь сама согласилась стать женой Чудовища, и теперь Александр волен делать со мной что угодно уже на законных основаниях.