Эпилог

Долина Адарай, школа кромешников

– Орден Кромешной Тьмы – разящий меч и щит Давелийской империи. Выпускники школы кромешников – наше будущее, гарантия, что мир и процветание продлятся не одну сотню лет. – Голос наследного принца звучал мощно, долетая до дальнего ряда гостей, проникая в сердца всех присутствующих.

Правильные, вдохновляющие слова окрыляли курсантов, вселяя гордость и чувство ответственности. Но я почти не слушала, переживая, что великолепная речь кронпринца отнимает важное время. Можно ведь и покороче!

Небо затягивалось темно-синими, почти черными тучами, превращая день в вечер. Официальная часть праздника все длилась и длилась, и я с тревогой посматривала вверх.

Не хочется, чтобы долгожданное событие сорвалось из-за осеннего ливня. Интересно, Блай умеет договариваться с погодой?

Наконец кронпринц Джаред закруглил свое выступление из-за беззвучного звонка на магофон.

На импровизированный постамент, воздвигнутый на плацу, взошел директор школы, но я продолжила боковым зрением следить за хмурым кронпринцем.

Отойдя в сень краснолистых дубов, он принял звонок. Радость, страх и беспомощность промелькнули на красивом лице. Затем будущий император закрылся, возвращая маску невозмутимости на место. Едва заметный знак – и к нему присоединилась охрана.

Принц открыл портал и, не прощаясь, покинул территорию школы. Что-то случилось, раз он настолько торопился…

Смутное чувство тревоги рассеялось, стоило перевести взгляд на мужа.

– В этот знаменательный день рад сообщить, что несколько старинных правил устава возобновляют свое действие: здесь рады видеть всех, кого пропустят врата школы.

Ага, это объявили специально для беглецов…

Стараниями Голода около двадцати рядовых кромешников очнулись после многолетнего сна и теперь скрывались в долине и горах. Дезориентированные, обманутые речами апологета, отравленные злой тьмой Эшкиля, они не спешили выходить на связь с орденом, не зная, чего ждать от собратьев.

Сообщение, что школа предоставляет убежище всем, обязательно дойдет до скитальцев. Что кто-то пожелает причинить зло курсантам или прочим обитателям городка, Блай не беспокоился, веря в Сердце Тьмы. Да я и сама видела, как действовал этот артефакт на невменяемых кромешников: не просто успокаивал, но и очищал, возвращая разум.

– Возрождается традиция ежемесячных встреч с потенциальными сужеными, – продолжал торжественно вещать директор. – Школа приглашает юных леди на бал невест из Давелии…

Длинная пауза, во время которой эмиссар без спешки обвел взглядом самодовольных аристократов, восседающих на длинных, украшенных цветами и лентами лавках. Лишь родители курсантов были рады приглашению, остальные явились только из-за кронпринца. Гневить его высочество откровенным игнорированием нового директора было опасно.

– …и Латории. Наше приглашение приняли все учебные заведения соседнего королевства, – договорил Блай с удовольствием.

Давелийские аристократы не ожидали, что у их дочерей могут появиться конкурентки, и изумление не сразу сменилось гневом. Ропот нарастал, грозя превратиться в скандал.

Меня уже успели посвятить в сложности с проведением таких балов. Сейчас давелийки не спешили знакомиться с курсантами, среди которых было мало аристократов, они предпочитали дожидаться выпуска и получения молодыми людьми титулов. Теперь же с возникновением конкуренции юные леди рисковали остаться без престижных женихов.

Сами курсанты новость, что балы невест вновь возобновляются, встретили с воодушевлением – ощутить его не помешали даже черные шлемы-маски, которые парни надели с появлением гостей. Подозреваю, что не все курсанты найдут суженых сразу в школе, но, по крайней мере, общение с противоположным полом будет очень полезным.

– Также с этого дня возобновляет свою работу еще один учебный корпус, – переключая внимание гостей на очередную ошеломляющую новость, добавил эмиссар.

Он развернулся лицом к пустырю, который хорошо просматривался с плаца.

Невидимость спала – и пред нашими глазами предстало монументальное шестиэтажное здание из черного камня. Учебный корпус, который исчез в день, когда эмиссар Блай Эйликс уснул вместе с побратимами на двести лет.

Ропот стих, подавленный потрясением.

Здание казалось новым: бытовые маги, тайно приглашенные из Латории, отдраивали его от пыли изнутри и снаружи почти десять дней. А еще пришлось закупать бездну современных артефактов: от поглотителей грязи и магламп до защитных в кабинетах отработки боевых заклинаний.

Все десять дней, пока шла подготовка, Блай напоминал мне бесплотного духа, не знающего усталости и умеющего вовремя появляться в нужном месте. И за короткий срок у него все получилось идеально.

Даже на знакомство с моими родителями и сестрами у Блая нашлось время. За один вечер он очаровал их, сумев заверить, что дочь теперь в надежных руках. Скромная свадьба, заключенная следующим утром в ближайшем храме, не уменьшила симпатий моих родных к зятю-кромешнику. После скандала с разорванной помолвкой моя семья радовалась, что все разрешилось таким образом, ведь герцог Горейский больше не считался завидным женихом: клеймо богини Матери исчезло, когда он объявил о помолвке со своей рыжеволосой секретаршей, но осталось в памяти высшего общества навсегда.

– Тьма любит своих детей и всегда щедра к тем, кто превыше всего ставит долг и честь, – завершил свою речь директор.

Официальная часть приема завершилась. Гостей ожидало застолье, после чего они должны будут покинуть территорию школы.

Хотелось поделиться с мужем впечатлениями от его проникновенно-сдержанной речи, но его задержал взвинченный шатен с ярко-карими глазами, не кромешник, обычный давелийский аристократ из гостей.

Ко мне подошел задумчивый лорд Архан:

– Не знаете, лорд директор уже определился с кандидатурой на место наставника по рукопашному бою? Только что говорил с Мэтиасом, он твердо намерен оставаться в Квартене, пока там учится его невеста Нона.

Я искренне удивилась:

– Почему спрашиваете у меня? Заместитель директора у нас вы, – и, не дав лорду Архану задать новый вопрос, спросила сама: – Кто этот агрессивный шатен?

– Виконт Джоэл.

Дальнейшие объяснения не нужны, я понимала, почему аристократ вцепился в моего мужа репейником. Стало грустно. Сомневаюсь, что отец курсанта Джоэла получит внятный ответ на свои вопросы.

Завербованный бывшим директором студент не приносил клятву проклятому Эшкилю, ведь и ему готовили роль заложника. Он не подозревал об этом, однако понимал, что нарушает устав школы и кодекс кромешников, когда зазывал сокурсников влиться в тайное общество смутьянов.

К счастью, никто из учащихся не пострадал: эмиссар сумел перехватить всех, раскрыв портал прямо на пути в ловушку.

Все обошлось, да. Но орден не мог оставить без внимания страшный проступок, и курсанта Джоэла вместе с его подпевалами забрали в столицу. Забрали не только для глубокого изучения ментальным магом, но и для перевоспитания. Клятвопреступникам Джоэлу и братьям Грю уже не стать воинами Тьмы, однако добропорядочные члены общества из них получиться еще могут, пускай для этого их воспоминания будут частично стерты.

– Как же все несвоевременно, один к одному, – пожаловался лорд Архан, устало потирая лоб костяшками пальцев. – Вы в курсе, что наш некромант прислал письмо, в котором сообщает, что добился перевода в столицу Латории? Он планирует прослушать курс некромантии в КУМ как обыкновенный студент. Так что у нас не хватает уже двух наставников.

– Ошибаетесь. – Я не сдержала улыбки, увидев, что Блай отделался от виконта и спешит к нам.

– Что, еще кто-то уволился? – ужаснулся лорд Архан. – Учебный процесс сорван окончательно!

– Нет, новости хорошие, – заверил подошедший директор, обнимая меня.

Марий Архан изогнул вопросительно бровь, старательно не глядя на руку эмиссара, лежащую на моей талии.

Он больше не претендовал на мое внимание и стал первым заместителем директора, но чувство неловкости окончательно уйдет, лишь когда он сам встретит свет души.

– И когда вы поделитесь хорошими новостями с преподавательским составом?

– Во время торжественного обеда, – пообещал Блай.

Мимо нас, гневно раздувая ноздри мясистого носа, прошагал виконт Джоэл.

А нет, не мимо. Он остановился и злобно уставился на нас. Взгляд зацепился за мои специфические украшения, и мужчину передернуло.

Подобную реакцию я наблюдала не раз на лицах давелийских гостей, поэтому назрел вопрос: попросив надеть так называемый набор истинной некромантки, дорогой супруг предполагал, что будет такая реакция?

– Я никогда не забуду, что вы отчислили моего мальчика за неуспеваемость! – с угрозой произнес виконт Джоэл.

Невозмутимый Блай промолчал, и обозленный отец направился в сторону врат – за оградой временно работала арка перехода в Ольрион.

– Вы не сообщили о предательстве сына. Почему? – спросил лорд Архан. – Пощадили гордость виконта? Или проверка семьи Джоэл на благонадежность еще не окончена?

Блай пожал плечами, не собираясь удовлетворять любопытство зама.

Над нашими головами зашуршало, посыпалась красная листва. Растопырив лапки, с дуба белкой-летягой спикировал черный котенок.

– Опять этот… – мрачно произнес лорд Архан, благоразумно проглатывая ругательства.

– Нокс! – позвала я шмыря.

И он с готовностью запрыгнул мне на руки. Ехидно покосившись на второе лицо школы, перебрался ко мне на плечо, а затем и на шею, принимая вид симпатичного пушистого воротника, гармонирующего с вишневым плащом и черным платьем.

– Не обижайтесь на малыша, он любит дарить подарки, – в очередной раз попросила я кромешника, старательно давя смех.

– Хорош подарок, – процедил сквозь зубы лорд Архан. – Весь отчет коту под хвост! Простите, я оставлю вас, проверю, как там курсанты.

Как только он отошел подальше, Блай тихо произнес:

– Кайра, ты разбаловала шмыря.

– Неправда! – возмутилась я. – Лорд Архан наступил Ноксу на лапу и не извинился, теперь пусть любуется на дохлых крыс в своих документах.

Эмиссар тяжко вздохнул:

– Это несерьезно, Кайра. А дальше что? Подрастет и за мелкие обиды будет на людей бросаться?

Нокс завозился на моей шее и возмущенно мяукнул.

– Нет, он ограничится обувью, – перевела я предположительный ответ питомца.

– Спелись, – произнес сурово Блай и погладил шмыренка. – Больше не балуйся, не подставляй хозяйку.

Новое согласное мяуканье, и мы пошли дальше.

– Кстати, чуть не забыла. Некромантские артефакты, – я коснулась гребня в виде летучей мышки, – ты попросил надеть, зная, какой будет реакция гостей?

– Пауки со змейками сами по себе очаровательны и идут тебе, – заметил Блай.

Ох, юлит дорогой супруг, юлит…

– И ожерелье из клыков зийпы мне тоже к лицу, женщины с Урийских островов помрут от зависти, если увидят, – добавила я с иронией. – Так зачем, Блай?

Немного помолчав, эмиссар признался:

– Давелийская аристократия восприняла мое возвращение негативно, и я не хочу, чтобы отблески ненависти падали на мою жену.

Опять пытается защищать? Ну хоть не задвигает за свою спину! Вот только не пойму, при чем здесь артефакты?

– И ты решил с помощью украшений продемонстрировать направленность моего дара? Зачем?

– Некромантов в империи очень мало, их опасаются, Кайра. Считается, что Смерть наказывает даже за дурные мысли в адрес своих детей.

Никогда о таком не слышала. Темное суеверие какое-то! Некромантия – такой же дар, как и остальные. Они бы еще переходящего дорогу черного кота опасались! Впрочем, если это маскирующийся шмырь, то страх уместен.

– Ладно, я не прочь попугать твоих соотечественников, – усмехнулась я и вспомнила виконта Джоэла, отводящего взгляд. – Это даже лестно в некотором роде.

Я еще хотела поехидничать, что готова своим видом отгонять назойливых родителей от кабинета директора, но путь нам преградили запыхавшиеся курсанты. Два блондина – Седж и Ниваш.

– Лорд директор, леди Эйликс! – Парни коротко поклонились.

Седж, почти мастерски пряча смущение, произнес:

– Лорд директор, разрешите обратиться к вашей супруге! Леди Эйликс, спасибо, что верили в мою непричастность к отравлению тьмой. Во всей этой суматохе к вам было сложно подступиться, да я и не хотел с пустыми руками…

Я ощутила, как мои брови взлетают на лоб. Кхм, не хотел с пустыми руками? Это то, о чем я думаю? Взятка?..

Подтверждая мои опасения, Седж вытащил из кармана черный шелковый мешочек.

– Это свадебный подарок вам и шмырю… – На скулах парня вспыхнули багровые пятна, и он поспешно исправился: – То есть свадебный дар вам и лорду Эйликсу для вашего шмыря!

Он торжественно преподнес мешочек эмиссару.

– Мы с женой благодарим за подарок, курсант Седж, – благосклонно кивнул мой супруг.

Ситуация для меня неловкая, но в Давелии отказываться от свадебных подарков запрещено. Что ж, вышла замуж за темного, выбрала для проживания его страну, приму и смущающие порядки.

– Спасибо! – Поблагодарив, я не сдержала любопытства: – А что это?

В мешочке лежала темно-зеленая лента из мягкого, тянущегося материала.

– Артефакт-ошейник для вашего шмыря, – довольно сообщил курсант. – Он не помешает ему превращаться, и все будут видеть, что у него есть хозяйка. А еще, леди Эйликс, вы сможете по нему находить своего питомца.

Парень молодец – сама-то я не подумала, что нужно обозначить, что шмырь не опасная нечисть, а домашний любимец.

Нокс благосклонно принял обновку и ускакал играть с белками.

Вместе с курсантами, обсуждая учебный процесс, мы пришли в празднично украшенную столовую. Наше появление не осталось незамеченным – ребята по-настоящему радовались появлению директора.

Ряды преподавателей поредели, но при этом за столом появилось новое лицо – светловолосый незнакомец. Родственник кого-то из курсантов? Только почему здесь, среди наставников?

Почти час ушел на обед, затем Блай попросил тишины. Поднявшись со стула, он тепло произнес:

– Это еще не все перемены в жизни школы, но касаются они только учащихся и преподавателей, поэтому о них сообщаю сейчас. Лорд Мэтиас оставил свою должность по семейным причинам, и я хочу представить вам Ринга Соурча, нового наставника по рукопашному бою.

Высоченный блондин, которого я приняла за особенного гостя, приглашенного за преподавательский стол, поднялся со стула. Блекло-голубые глаза, белые, будто покрытые инеем волосы до середины плеча. И полное отсутствие эмоций на лице. Жуткий, отмороженный тип…

Короткий кивок – и Ринг вернулся на место.

– Еще одна должность была вакантна до сегодняшнего дня, – продолжил Блай. – Леди Эйликс согласилась до конца учебного года исполнять обязанности некроманта, а также вести спецкурс – управление вайпериями.

Мне было приятно, что старшекурсники, у которых я успела провести всего несколько занятий, радостно отреагировали на известие. Главное, чтобы временное не стало постоянным, все-таки я не педагог, а больше практик.

У Блая мелодично зазвенел магофон. Нахмурившись, мой супруг отошел в сторону и принял вызов.

Обед закончился, но преподаватели и курсанты не спешили расходиться. Первые настороженно поглядывали на удивленного директора, вторые решительно засыпали меня вопросами.

За последние десять дней меня дважды просили совладать с вайпериями, которые нахально захватили храм и явно не собирались возвращаться на привычные нижние уровни. И это была проблема – кромешникам все еще требовалась помощь.

Неудивительно, что курсанты заинтересовались возможностью приручить магических змей. Жаль, спецкурс лишь для тех, у кого есть музыкальный слух и склонности к языкам.

– Минуту внимания. – Сильный, бархатно-глубокий голос Блая, казалось, полностью заполнил собой огромную столовую. – Принцесса Элеяра, супруга кронпринца Редьяра Джареда Альторна из рода Карриаторов, подарила Давелийской империи наследника. Да благословит Тьма новорожденного принца! Да станет он незыблемым столпом империи, гарантом мира!

Сотни ликующих голосов, как один, радостно повторили пожелания младенцу.

* * *

К директорскому коттеджу мы шли уже в сумерках.

У кронпринца Джареда появился сын, Альторны укрепили свое положение правителей. Рождение новой жизни – прекрасное событие. Вот только к светлым эмоциям примешались мрачные сомнения. После напряженного, но полного радости дня пришло страшное прозрение.

Я помнила опасения Блая насчет его побратима-принца, который мешает правящей ветви Альторнов. Что будет, когда древний принц проснется? Он отойдет в сторону, забыв, что некогда должен был стать императором? Откажется от наследия? А артефакты рода Карриатор? Кровь старшей ветви сильнее…

Так что нас ждет, когда древний принц откроет глаза? Гражданская война? И на чьей стороне окажется мой муж?

Я представила размах возможного противостояния кромешников – и дыхание перехватило от подступающего ужаса.

– Что с тобой, звездочка? – спросил Блай, останавливаясь и разворачивая меня к себе лицом.

– Твой побратим-принц однажды проснется. И что тогда?

Руки эмиссара ласково скользнули по моим плечам.

– Опасаешься, что он решит вернуть власть? Даже если принц каким-то чудом проснется, он не пойдет на переворот. Наш принц всегда думал о Давелии, он не станет причиной братоубийственной войны.

Я сразу поверила Блаю, сердцем чувствуя его убежденность и правоту. Главное, чтобы древнего принца не использовали в своих интересах заговорщики, но для этого еще нужно его пробудить.

Обнимая, муж привычным уже жестом запустил чуткие пальцы в мои волосы, нежа и гладя. Его губы чувственно скользнули по моей скуле, порождая покалывающие ощущения, волной накатывающие на тело.

– Кайра, звездочка моя ненаглядная, – прошептал Блай прерывисто, – наконец-то суета позади, мы сможем побыть вдвоем.

– Кхм… нам уйти? – кашлянули из темноты.

– Незваные гости не нужны даже побратиму, – с наигранной грустью добавил второй голос.

Из теней вышагнули двое.

Уже знакомый мне рыжий эмиссар и здоровенный брюнет, очень похожий на лорда Мэтиаса. Побратимы Эйликса. А где третий? Остался стеречь саркофаг с принцем?

Я сжала руку супруга, но не от страха. Нет. Опасений не было, одно любопытство. Я верила в Блая, а еще помнила, что врата школы не пропустят тех, кто желает нам зла.

– Кайра, позволь представить тебе моих побратимов, лорда Мэтиаса и лорда Ярвуда, – произнес Блай, и я услышала в его голосе неприкрытое облегчение.

Переживал, что врата их не пропустят? Или что не захотят прийти, продолжая видеть в нем предателя? Что ж, я понимала его радость.

– Леди Эйликс, счастлив увидеть вас вблизи, – мягко улыбнулся черноволосый эмиссар.

– Вы стали путеводной звездой для Блая за двести лет до своего рождения, – произнес рыжий кромешник торжественно. – И заодно повлияли на судьбы еще четверых мужчин.

Щекам стало жарко. Борясь со смущением, я вспомнила о правилах приличия.

– Блай, мы ведь не будем держать наших гостей на пороге?

Муж поднес мою руку к губам. Нежно поцеловав, кивнул:

– Ты права, звездочка, ты права…

* * *

Квартен, Латория

Филиппа Джун подставила лицо мелкому ледяному дождю. Щеки все равно горели, не желая охлаждаться.

Какая же она глупая! Как очарованная, уже третий вечер гуляет по городу, надеясь, что встретит своего спасителя. А ведь даже в шестнадцать лет она не страдала подобными романтическими бреднями!

Хватит неприкаянно выискивать незнакомца в каждой подворотне, высматривать в тенях!

Чудо, что он проходил мимо и спас ее от наемников, напавших в тот страшный вечер. Так зачем же она сознательно подвергает свою жизнь опасности? Да и зачем нужна новая встреча? Как может тянуть к мужчине, чьего лица она не видела?!

Да, не видела, но зато в память навсегда въелся мягкий, как драгоценный мех, голос: «Не кричи, кошечка, я не желаю тебе зла». Он не только спас, но и отнес ее домой, откуда-то зная адрес.

А и правда, откуда? Здравая мысль после трех дней наваждения. Сейчас она вернется домой и хорошенько ее обдумает.

Жаль, до дома дойти было не суждено.

– Не ори, – шепнули из темноты.

Стальные руки сжались на тонкой девичьей талии, и обездвиженную Филиппу затянуло в темноту.

Тошнота, холод… И вновь свет. Слабый, почти полумрак.

Девушку бережно поставили на каменный пол.

Какой-то подвал, освещенный всего одной маглампой на стене. Но и ее света вполне хватало, чтобы рассмотреть стоящий на деревянном помосте огромный гроб из черного камня с прозрачной, хрустально сверкающей крышкой.

Филиппа оцепенела от ужаса. В голове хаос от десятка предположений. Происки конкурентов? Розыгрыш подруг? Случайный маньяк? Эксперимент некроманта? Работорговцы?..

Стоящий позади похититель нетерпеливо подтолкнул ее и зловеще прошептал:

– Слышала иномирскую сказочку о спящей красавице-принцессе?

– Чары с которой снимет поцелуй истинной любви? – тихо уточнила Филиппа.

Оцепенение спало, стоило осознать, что магия не блокирована и артефакты никто не отобрал.

– Да. Иди и поцелуй.

– Принцессу?! – ужаснулась Филиппа.

Похититель рыкнул и уточнил:

– Принца!

И он вновь подтолкнул, но в этот раз не рассчитал сил.

Филиппа пробежала оставшиеся метры до гроба и едва на него не упала.

Слова возмущения застыли на губах, когда она увидела мужчину в саркофаге.

Прячущийся в тенях похититель нетерпеливо потребовал:

– Целуй!