Глава 5

В детстве мама часто мне говорила, что мой главный талант – выводить людей из себя. Да-да, я была той еще занозой. Только вылезла из коляски – и держите меня семеро. Убегала от моей бедной бабушки, дралась со сверстниками лопаткой. А в первом классе, помнится, какой-то мальчишка вздумал дразнить меня рыжей-конопатой. Ох и долго же ему потом выстригали из волос жвачку! А сколько раз маме приходилось краснеть за меня перед директором?

– Да что ж тебе неймется! – ворчала мама, возвращаясь с очередного родительского собрания. – Вечно тебе надо влезть в какую-то заварушку!

Как же она была права! Вот казалось бы: я разменяла третий десяток, пора бы уже перестать самозабвенно топтаться на старых граблях. Но нет. Я попала в мир драконов – и вместо того, чтобы вести себя тише воды, ниже травы, вляпалась по самое не балуйся. И здесь за мою выходку выговором от директора и нотациями от мамы дело не ограничится. Храни Господь мою бедовую голову!

Араэн был вне себя. Я прямо на новый уровень вышла: до такой степени кого-нибудь разозлить мне еще не удавалось. Видимо, потому что раньше-то я бесила обычных людей, а не главу целого клана драконов.

Он волок меня за собой по лестнице, как тряпичную куклу. И нет, не орал при этом, изрыгая проклятия. Даже слова не сказал, хоть я и пыталась снизить градус светской беседой.

– У вас зал очень красивый… – лепетала я, перебирая ногами ступени. – С праздником, кстати… Вековщина битвы? Знаковое, наверное, событие…

Но Араэн в отличие от Надхура историческими справками меня не баловал. Он молчал, и эта его ледяная ярость была страшнее самых громких воплей. Потому что нет ничего опаснее людей, которые не умеют выплескивать эмоции. Все держат в себе. Копят, копят, а потом – бац! – и рванет так, что мало не покажется.

Араэн подтащил меня к той самой комнате, из которой я утром сбежала, и мне стало совсем нехорошо. Интересно, драконы вообще могут заниматься продолжением рода, если их распирает от гнева? Дело-то серьезное. Тут подход нужен. Настроиться, дзен словить… Ведь правда же? Он ведь не может взять меня силой?

– Раздевайся, – сухо скомандовал белый, когда за нами захлопнулась дверь спальни.

Я даже не поняла, как это произошло: Араэн не прикасался к ручке. Он что, сделал это силой мысли? Есть еще какая-то магия драконов, о которой Надр мне рассказать не успел? Или я просто не заметила, что за нами по пятам следуют охранники, которые прямо сейчас караулят снаружи?

– Да, я слегка перегнула палку, – начала я миролюбиво, подспудно осматриваясь на предмет какого-нибудь орудия самообороны.

Но Араэн, видно, подготовился. Ни тебе ножа, ни вилки, ни письменных принадлежностей. А ведь я так удачно вспомнила про памятку по защите от маньяков! Мол, берете ручку, втыкаете нападавшему в глаз – и вы свободны. Где бы ее только взять, эту ручку…

– Раздевайся, – упрямо повторил Араэн.

Спокойно, Полина. Все можно решить мирным путем, всегда есть шанс договориться. Ведь так говорила мама, когда ты разбила нос Сеньке Волошину?

– Я понимаю, ты злишься, – тоном заправского психоаналитика произнесла я, на всякий случай сделав пару шагов назад. – Давай все обсудим. Ты вырвал меня из моего мира, я опозо… – я запнулась, подбирая слово помягче. – Я дискредитировала тебя перед коллегами. – Да, так намного солиднее! – Мы квиты. И если хочешь знать мое мнение…

– Не хочу, – отрезал белый, двинувшись ко мне. – Снимай эту красную тряпку.

– Но у нас же никакой совместимости! – я попятилась. – Сам посуди: зачем тебе я? Одни проблемы! Вот как я воспитаю твоего наследника, а? Зачем ему такая мать?

– А кто говорил, что ты будешь его воспитывать? – белая, будто заиндевевшая бровь, насмешливо изогнулась. – Твоя задача его родить.

– А гены?! – я отступила еще немного, но наткнулась на край кровати. Колени подкосились, я невольно осела на постель, и от страха желудок скрутило в тугой узел. – Ты правда хочешь, чтобы у твоего ребенка были мои гены? Так ведь нельзя… Я… Я бы справку принесла… Ты знал, что у моей бабушки был диабет? А дед… Там такой букет! Сколиоз, плоскостопие, подагра…

– Понятия не имею, что за бред ты сейчас несешь. Через десять минут я должен вернуться к гостям, – и он схватил меня за лацкан платья, а потом рванул так, что пуговицы бодро запрыгали по полу.

– Еще и скорострел… – ляпнула я первое, что пришло на ум.

А что мне еще было делать?! Я и так загнала себя в угол. И единственным оружием, которое у меня осталось, был мой язык. Да, не слишком дальновидно бросаться оскорблениями в лицо дракону, но ведь мужчины же так чувствительны ко всему, что касается их постельных навыков! Вдруг удастся задеть его за живое, и он не сможет закончить свое грязное дело? Точнее, не сможет его даже начать. Я поставила на это все. И… Ставка не сыграла.

– Можешь не стараться, – Араэн взялся за мой пояс, и уже через секунду тот отлетел в противоположную стену.

Я была в тупике. Полностью в его власти. Начни я кричать, отбиваться… Разве бы это что-нибудь изменило? В лучшем случае, меня бы просто закатали в лед. В худшем – сначала осеменили, а уж потом закатали. Чертова драконья империя, гори она синим пламенем! Думай, Поля! Ты должна что-нибудь сделать! Хоть что-то… Всегда есть выход…

– Я сама! – выпалила неожиданно.

Что?! Дура! Тебе выход был нужен, а не вход!

Араэн, казалось, удивился не меньше, чем я. По крайней мере, он опустил руки и немного отстранился, дав мне возможность перевести дух. Потому что мыслить здраво, когда он нависал надо мной, было попросту нереально.

– Я… Сама разденусь, – я соображала на ходу. – Если у меня нет выбора… Пусть все будет красиво. Это ведь наш первый раз… Араэн-лар.

Звук собственного имени подействовал на дракона чудесным образом. Он проглотил наживку за милую душу и отступил еще немного. Так, что я смогла встать.

– Бежать тебе все равно некуда, – предупредил он, но его голос уже не дрожал от гнева, а в светлых глазах зажегся мужской интерес. Господи, ну почему самцы всех рас так предсказуемы?

Я медленно встала, всем своим видом изображая покорную овечку, смиренно принявшую роль жертвы. Провела кончиками пальцев по вороту платья, безвольно болтавшегося на одном плече, очертила грудь, спустилась к животу. Араэн прерывисто вдохнул, пристально следя за каждым моим движением. Зрачки его расширились. Да, я была на верном пути.

Собрав в кучку все свои скудные познания о стриптизе, я принялась медленно и призывно извиваться, неторопливо расстегивая пуговичку за пуговичкой.

– Сядь, – предложила я.

И вот ведь нонсенс: Араэн подчинился! Послушно сел, будто я размахивала маятником гипнотизера у него перед носом. Так вот ты какая, женская власть?

Я потянула за кончик ленты, что сдерживала мои волосы, и они рассыпались по плечам. Закинула ногу на стол, развязывая ремешки сандалий. Словом, тянула время, как могла, и изо всех сил усыпляла драконью бдительность.

– Да… – завороженно прошептал Араэн, когда я расправилась с обувью. – Теперь платье.

Ну, платье – так платье, повелитель.

Я приспустила балахон с плеч. Замялась, прежде чем решиться на следующий шаг. Хотя… Чего он тут не видел? Обнажила грудь, позволяя белому сполна насладиться зрелищем. Насладиться в последний раз.

Финита ля комедия, Араэн. Занавес.

Набросив на дракона красное платье, как покрывало – на клетку с попугаем, я рванула в ванную. И когда мужчина, рассыпаясь в ругательствах, подлетел к двери с другой стороны, она была уже плотно заперта на засов.

– Пусти немедленно! – надрывался Араэн снаружи.

– Прости, мне надо привести себя в порядок, – крикнула я в ответ, надеясь, что дверь достаточно прочная, чтобы продержать оборону пару минут.

Большего мне и не требовалось: взять в полотенце один из раскаленных камней – и со всей дури швырнуть в Араэна, когда он вломится. Это уж точно подействует на него лучше, чем вилка. А потом Олиэрин Белое Серебро, заняв вакантное место первого дракона, в благодарность отправит меня в портал. Ну чем не план-капкан, а?

– Я выломаю дверь! – бушевал мужчина.

– Очень на это надеюсь, – пробормотала я, складывая полотенце в несколько раз, чтобы не обжечься. Правда, по сравнению с Араэном раскаленные камни пугали меня все меньше.

– Ты не сможешь от меня бегать вечно, Полина! – он впервые обратился ко мне по имени, и я невольно вздрогнула, чуть не выронив свое новое оружие. Выронить-то я его не выронила, но палец-таки обожгла.

– Твою ж мать! – я положила камень на место и спешно сунула руку под холодную воду. – Как же вы достали меня, долбанные драконы! Осеменять, размножаться… Всем вам только одного и надо!

– Что значит – всем? – с тихой угрозой спросил Араэн из-за двери, а я так и застыла, пораженная внезапной догадкой.

И как до меня сразу-то не дошло?! Решение все это время было прямо передо мной, а я тратила время на какие-то званые обеды, дипломатическую болтовню… Вот балда! Араэн мне прямым текстом заявил, разжевал и на блюдечке преподнес: никаких, мол, любовников. Мой сосуд, делиться ни с кем не стану. А я-то велосипед изобретала! Всего-то и надо, что предъявить ему любовника, тогда он мной наверняка побрезгует и вышлет за ненадобностью. Благо, теперь у меня в запасе отличная кандидатура.

– Ну да, всем… – ответила я. – Тебе, Надру…

– Кому?!

– Ну или как там его зовут… Надхур? Мы как-то мало с ним разговаривали, если ты понимаешь, о чем я.

– Он не мог… Не имел права! – рявкнул Араэн. – Что он сделал?

– То же, что и ты пытаешься, разве неясно?! – я подошла к двери, потому что колотить в нее белый уже перестал. – Он сказал, что раз ты меня упустил, то я теперь его сосуд. Я, конечно, пыталась спорить… Но он же гораздо страшнее тебя! Дымом красным пыхал, огнем угрожал. Ну, я и сдалась. А что мне было делать?! Так что извини, я быстренько приму ванну – и сразу к тебе. Я все-таки не машина, не могу вот так сразу от одного к другому…

В спальне что-то грохнуло, да с такой силой, что склянки с маслами на полочке задрожали. Я и сама, если честно, порядком струхнула. Может, зря я так? Может, стоило обойтись намеками? Или чутка поменьше наврать… Ну, к примеру, сказать, что Надр меня просто поцеловал. Это ведь тоже считается за измену, да?

Я замерла, прислушиваясь. Снаружи не доносилось ни звука. Стояла такая тишина, что я уж испугалась, не оглохла ли. Нет, собственный пульс я слышала вполне отчетливо. Сердце гулко трепыхалось в груди, будто я пробежала стометровку.

Попыталась посмотреть через замочную скважину, но ничего кроме крошечного кусочка противоположной стены не увидела. Араэн вообще мог взорваться от ярости?

– Эй!.. – робко позвала я и отпрянула от двери на случай, если белый все это время копил силы, чтобы ворваться ко мне с разбега.

Но никто не ворвался.

– Араэн! – крикнула громче.

Нет ответа. Абонент недоступен.

Какое-то время я еще подождала, нервно кусая губу, но, когда стало понятно, что прятаться мне не от кого, осторожно отодвинула щеколду и выглянула из своего укрытия.

Спальня была пуста, а в самом ее центре красовалась глыба льда с острыми, как шипы, сосульками. Словно кто-то заморозил прилетевший метеорит размером с футбольный мяч. Это что же получается, белые драконы не так уж беспомощны, как мне живописал Надр? «Сухопутная рыба, пшик»… Если для него это пшик, то какова же тогда мощь огненных драконов?!

Я уже хотела накинуть красную робу, потому что все мое тело покрылось гусиной кожей то ли от холода, то ли от страха, но вдруг заметила аккуратно сложенную стопку одежды. Видно, Даумра все же забрала платье у швеи.

Качать права и доказывать независимость мне уже было не перед кем, а потому я решила осмотреть обновки. Дизайн платья не вызвал во мне особого эстетического восторга, зато я оценила ткань. Мягкое и пушистое шерстяное волокно так и навевало мысли о какао с зефирками и уютных посиделках у камина, когда за окном хлопьями валит снег и зажигаются первые звезды.

Заботливая служанка положила мне целую кипу нижнего белья, – безыскусного, но приятного наощупь, – и замшевые мокасины, отделанные овечьим мехом. Для местного климата они подходили куда больше сандалий Надра.

Решив довольствоваться тем, что есть, я поспешно оделась, и тут же ощутила, как по жилам растекается заветное тепло. Подошла к зеркалу и крутанулась, оценивая свой новый наряд. Выглядела я, надо сказать, неплохо: молочного цвета шерсть выгодно контрастировала с рыжими волосами, а серебристая тесьма под грудью делала весь образ нежным и утонченным. Если мне все-таки посчастливится попасть домой, то это платье я непременно прихвачу с собой.

Я старалась не думать о том, как достанется из-за меня Надру, гнала прочь эти мысли, но получалось довольно скверно: отвлечься-то мне было не на что. Я мерила шагами комнату, вглядывалась в темень за окном и белые пики гор, похожие на клыки гигантского зверя. И совесть вгрызалась в меня все сильнее и сильнее.

– Он будет в порядке! – сказала я самой себе, чтобы хоть чем-то разбавить гнетущее безмолвие.

Но стало лишь хуже: мой собственный голос прозвучал в этой тишине как-то зловеще.

Я забралась на кровать, натянула одеяло до подбородка и, бесцельно таращась в каменный потолок, приступила к сеансу аутотренинга.

Подставила ли я Надра? С одной стороны, да. И наврала по первое число, и лжесвидетельствовала, и так далее, и тому подобное. И нет мне теперь прощения. Но, с другой-то стороны, Надр же сам говорил, что красные драконы гораздо сильнее! А еще – что он нужен Белому клану, как дипломатическая страховка. Несовершеннолетняя, на минуточку, страховка. Станет ли Араэн рисковать? За тридцать лет с яркой макушки Надра еще ни один волос не упал, так с чего бы теперь все портить? Тем более, из-за какой-то девицы из другого мира, которую Араэн знает без году неделю. Я бы еще поняла, схлестнись они из-за роскошной красавицы вроде Таиры. Если в драконьей империи тоже действует аксиома «все войны из-за женщин», то наверняка яблоком раздора становятся ослепительные дракониды, а не переселенки вроде меня. В конце-то концов, сложно, что ли, Араэну подождать еще несколько лет, пока ему вышлют другой сосуд? Какую-нибудь простушку, которая влюбится с первого взгляда в его статную фигуру, суровые черты лица и глаза, похожие на пасмурное небо. И родит она ему на радостях целую тройню, делов-то! Не сошелся ведь на мне свет клином…

Аутотренинг помогал слабо, а вот усталость быстро взяла свое. Таких насыщенных дней у меня не было вот уже… Да что там, никогда не было. И в сон я провалилась быстрее, чем совесть успела доглодать меня окончательно.

Спалось мне на редкость сладко, – хотя бы потому, что этой ночью никакие старики в капюшонах не пытались всучить меня дракону. Тишина и прохладный северный воздух сделали свое дело: глаза я открыла отдохнувшая и свежая, словно заново родилась.

А разбудил меня запах кофе. Я думала, что уже никогда его не услышу, но вот он, родимый, дразнясь и будоража, защекотал мне ноздри. Потянувшись и душераздирающе зевнув, я присела на кровати, готовая принять вожделенную чашечку лучшего напитка во всех известных мне мирах. Но вместе с кофе я получила такую порцию немого осуждения, что взбодрилась в ту же секунду, не сделав и глотка.

Перед кроватью стояла Даумра. И смотрела она на меня с таким выражением лица, будто я – внебрачная дочь самого дьявола. Нет, я знаю, конечно, что по утрам выгляжу не лучшим образом, но не до такой же степени!

– Доброе утро?.. – полувопросительно поздоровалась я, теряясь в догадках, чем же умудрилась так насолить этой милой женщине.

– Я принесла ваш завтрак, – процедила Даумра сквозь зубы и отвернулась, развешивая в шкафу новую партию нарядов.

Ни тебе здрасьте, ни госпожи… Я ведь не ходила во сне и не плюнула в ее мясную похлебку? Да и куда бы я, интересно, делась ночью из запертой комнаты?

А еще меня крайне занимал вопрос, почему вдруг Даумра притащила мне столько одежды. Вроде бы я вчера разругалась с Араэном в пух и прах. По крайней мере, он вылетел из спальни, как ошпаренный, и я почти не сомневалась, что больше он меня видеть не захочет. Но вот эта куча барахла прозрачно намекала: торчать мне здесь еще очень и очень долго.

– Что-то не так? – я встала и потерла глаза: может, спросонья показалось?

– Полотенца я поменяла, – Даумра и не подумала обернуться.

– Даумра! – не выдержала я и коснулась ее покатого плеча. – Что происходит?

Служанка отшатнулась так, словно я в нее раскаленной кочергой ткнула. Но все же соизволила повернуться и окатила новой волной презрения.

– Ничего! – она вскинула пухлый подбородок. – Кроме того, что наш повелитель готовится к поединку! – и добавила ядовито: – Из-за вас, госпожа!

– К поединку… – я опешила. – Стоп… С Надхуром, что ли?

– Да! – Даумра засопела. – Вам такая честь была оказана! А вы… Вы…

– Так, по поводу чести мы потом обсудим, – отмахнулась я. – Они что, драться будут? Где? Когда?

– На дуэльном поле, само собой! – сообщила служанка, будто я вместе с платьями получила брошюрку «Драконьи поединки для чайников». – Вот-вот начнут… Ох, помилуй меня, Закатная!

– Подожди, не нагнетай, – прервала я поток завываний. – Веди меня к ним!

– Но Араэн-лар не велел больше вас выпускать… Строго наказал…

– А ты и не выпускай! – я лихорадочно поправила волосы и обулась. – Держи меня крепко, хоть веревкой привяжи, но отведи на это ваше поле.

Даумра явно колебалась. Ей будто бы хотелось, чтобы я увидела масштаб разрушений, который сама и вызвала, но в то же время страшно было ослушаться повелителя.

– Ты хочешь, чтобы я их остановила, или нет? – не стерпела я. – Давай, Даумра! Включи голову! Только я могу это сделать! Нет, если, конечно, Араэн-лар тебе надоел, или ты давно подумываешь избавиться от Надхура…

Последний укол пришелся прямиком в яблочко.

– Ни шагу от меня! – Даумра обхватила мое запястье так крепко, словно вместо пальцев у нее были наручники, и увлекла за собой.

По дороге она то и дело оборачивалась, как будто я могла откусить себе руку и сбежать, но ничего подобного в мои планы не входило. Во-первых, я уже успела понять, что с подлодки… Точнее, из драконьего замка мне никуда не деться, а во-вторых, сейчас меня гораздо больше заботила судьба Надра, чем моя собственная.

Я правда не хотела навредить парню! И искренне надеялась, что Араэн обойдется банальной руганью. Отчихвостит мальчишку, в угол поставит и отстанет от меня. Да, я спасла свою шкуру за чужой счет! И должна была хотя бы попытаться все исправить.

Дуэльное поле, о котором говорила Даумра, находилось прямо за воротами замка. Вроде и близко, но лифтов-то в башне не было, а потому спуск занял минут десять. И я лишь молилась про себя здешним компасным богам, чтобы поединок не успел начаться.

К счастью, они услышали меня. Потому что на обледенелом плато, огороженном высокими столбами со знаменами Белого клана, виднелся лишь один силуэт. В красном сюртуке.

Я аж застонала от облегчения, на лбу проступила испарина. А может, битва уже состоялась, и покоцанного Араэна унесли на носилках? Ну, пожалуйста, пусть все будет именно так!

– На-а-адр! – завопила я, кинувшись к полю с Даумрой вприхватку.

Только теперь я заметила возвышающиеся ряды трибун, как в римском Колизее. Давки на них особой не наблюдалось, но кое-какой народ на движуху все же подтянулся.

– Что ты здесь делаешь?! – красный повернулся ко мне и, судя по всему, не слишком обрадовался.

– Прости! – я драла связки, что было сил. – Я не хотела…

– Не хотела она, – заворчала мне в спину Даумра. – Думать надо было!

– Ты же сильнее его! – продолжала орать я, стараясь не слушать служанку. Которая, в общем-то, была права. – Ты же говорил!

Но Надр только брезгливо отмахнулся от меня и двинулся в центр поля. Пуф! – и его окутало облако багряного дыма. Я боялась даже моргнуть, не хотела пропустить ничего. Вчера я видела драконов издалека, но здесь, в непосредственной близости… Зрелище выворачивало мое сознание наизнанку. Парень, которого я знала лично, прямо на моих глазах превращался в здоровенную крылатую рептилию.

Дракон Надхура выглядел поистине мощно. Не знаю уж, какие у них тут представления о красоте, но лично я в жизни не видела ничего прекраснее. Алый, как свежие брызги крови, как сок спелого граната, – на фоне бесконечной, безжизненно белой мерзлоты. Гибкий. Могучий. Чешуя так и искрится в лучах утреннего солнца, мерцает, будто каждая ее пластинка сделана искуснейшими ювелирами из каких-нибудь самоцветов. А полупрозрачные крылья? Размах их поражал воображение. Пожалуй, при желании Надхур бы мог обнять автобус, если бы они здесь вообще были. В янтарных глазах с узкими зрачками дрожал и переливался живой огонь. А когда он издал утробный рев и выпустил струю пурпурного пламени… Боже, да я чуть сознание не потеряла!

Меня разрывало на кусочки от восторга. Сожми Даумра мою руку чуть сильнее в ту секунду, я бы лопнула! Без шуток! Да что может сделать какая-то холодная белая ящерица с этим огненным драконом? Будет кидаться ледяными футбольными мячами, как у меня в спальне? Или бегать кругами с криками: «У-у-у, заморожу-заморожу!»? Смешно!

Да, я была уверена, что Араэну не тягаться с Надром. Убеждена на все сто до того момента, как откуда-то сверху послышался рык, от которого завибрировало все мое тщедушное тельце.

С неба на поле опускался белый дракон. И если раньше Надр казался мне огромным, то рядом с Араэном он был будто пони рядом с арабским скакуном. Перламутрово-белая чешуя отражала солнечные лучи, и казалось, что Араэн и сам светится. Из его пасти вырвалось голубовато-серебристое пламя, и по всей окружности поля выросла стена из гигантских ледяных пик. Надр лишь в последнее мгновенье успел увернуться, но все же кончик его хвоста покрылся морозной коркой.

И я сразу поняла, что натворила.

Я не подставила парня. Я приговорила его к смерти.