Глава 24

Сколько я лежала так, в немом отупении? Полчаса, час? Время не значило для меня ничего — таким страшным и волнительным казалось это новое открытие. Я зарылась с головой под подушку и наслаждалась тишиной.

Мой мир перевернулся. Всё, чем жила раньше — вывернуто наизнанку.

Мой мир — не единственный, в котором живут разумные существа.

Паша — и не Паша вовсе. Не простоватый парень, с которым я из жалости встречаюсь несколько лет, а иномирянин с интеллектом, запросами и претензиями. Мужчина с рыжими волосами, обалденной внешностью и могущественной магией.

Господи, ну почему это досталось всё мне? Я ничем таким не отличаюсь, магией не владею, и в этом мире вообще на птичьих правах.

За мной охотятся другие маги, и я с трудом представляю, что со мной будет, когда выйду за дверь.

Мне этот мир не нравится!

Он холодный и пустой. Даже луна здесь — голубая, и ее полуночный свет изрядно действует на нервы.

А теперь еще и это — внезапно проснувшиеся чувства.

Некстати проснувшиеся!

…Насколько я могу верить себе и своим ощущениям? А вдруг, я снова ошибаюсь? Мои чувства — и не принадлежат мне больше, они зреют и вынашиваются сами по себе, без моего ведома.

Почему, вот действительно, почему бы мне не влюбиться в Пашу-Комрея? Если сравнивать братьев между собой, Комрей предстает более выигрышным вариантом: не заперт в замке, не пытается убить всех в этом помещении, и даже ведет себя вежливо и любезно.

Опять же, в друзьях у него Леон, а не оживший скелет.

— Как же мне хочется с кем-нибудь посоветоваться! Хоть с кем-нибудь поговорить! Еще полдня, и я совсем одичаю, и сама буду бросаться на стены! — в отчаянии бормочу я и оттаскиваю подушку от лица. Имя рождается само, произносится по слогам, вытащенное из недр прошлого, той памяти, что относят к прошлой жизни: — Эррис, ты где? Эррис!

— Ну, наконец-то! — слышу я звонкий девичий голосок и довольный смех.

Поворачиваю голову, чтобы разглядеть, кто же там появился, но не успеваю: сильной воздушной волной меня сносит с кровати. Перевернувшись через голову, я ничком падаю на ковер. Хорошо, что в движении непроизвольно сжала в руках одеяло — оно смягчило падение, и я не больно ушиблась.

— Ты что?! — рычу я и пытаюсь встать.

Ноги путаются в одеяле, я спотыкаюсь и снова падаю. Теперь уже на правое колено.

Вместо извинений слышу задорный смех.

— С ума сошла?! — поднимаю налитые кровью глаза и вижу поверх моей кровати развалившуюся рыжую девицу, — А просто появиться без этого цирка ты не могла?

— Прости, Ленок. Ты так забавно скатываешься с кровати, не устаю смотреть, — нагло заявила рыжая бестия, — Весело же!

Ага, значит, в этом замке есть еще один индивидуум, развлекающийся за мой счет.

— И сколько раз ты меня уже скидывала с кровати? — подозрительно щурюсь я.

— Три. Догадалась?… — Эррис сладко потягивается, а потом перекидывает ноги и садится в позу лотоса, — Быстро же ты. Еще вечерний чай не подали.

— События повторяются?

Если честно, только сейчас я до конца уверилась в этой чертовщине. С появлением Эррис. Вернее, с появлением ее имени в моей памяти и… сне.

Да-да, я молниеносно вспомнила, как целовала Астора во сне, а он звал другую. Как я любила его и желала прикоснуться к нему по-настоящему.

Не слишком-то приятное воспоминание. Затолкав подальше ревнивого червячка, я растерянно улыбнулась девушке. В конце концов, она не виновата, что мне приснился дикий и неправдоподобный сон.

— Не события. Они как раз могут варьироваться и развиваться по-разному. Время закольцовано в этом замке. Ты не сможешь пережить один день и начать кардинально отличающийся второй. Даже если останешься, всё равно будешь проживать один день снова и снова.

— Комрей сможет отсюда уйти?

— Нет, — уверенно ответила девушка.

— А Леон?

— Тоже нет.

— Они не говорили, что останутся… Комрей, я думаю, хочет покинуть замок сегодня вечером.

— Он не сможет.

— Но…

— Они ошибаются.

— Боже! Это же бред. Это же…. Сумасшествие!… С ума сойти. И кто же придумал эту дурацкую чертовщину?! — воскликнула я и схватилась за голову.

Получается, все мы в западне. В самой дурацкой и невозможной западне, которую только можно придумать.

— Вообще-то я, — чуть смущенно ответила девушка и взмахнула длинными ресницами, — Не переживай ты так. Это всё для блага. Для Астора… И ради Астора.

И вот тогда меня накрыло.

— То есть, как — ты? — я постаралась сдержаться и не наброситься на рыжую сразу с кулаками, — Объясни, с какого… То есть… Это такая шутка, да?… Или ты в самом деле считаешь, что сделала очень крутую вещь?! Заперла нас всех в этом чертовом замке!!..А как мне попасть домой, тоже придумаешь? Если можно, то прямо сейчас… Я не возражаю! Достало меня всё! И ты, и Астор и этот чертов Комрей!

— Вернуть тебя обратно я не смогу, — без тени печали ответила нахалка, а потом взглянула в моё перекошенное лицо и всё-таки сказала: — Прости. Тебе не повезло, что попалась Комрею. На самом деле ему всё равно, на ком жениться, хоть на лягушке, лишь бы кольцо родовое взять… А без свадьбы он не сможет.

Медленно я поднялась с пола. Вот с самого начала подозревала, что с этой внезапно вспыхнувшей любовью что-то не так. И предложение Пашка мне сроду не делал, а на всякие намёки отбрехивался, мол денег нет свадьбы всякие проводить, надо сначала накопить миллиончик-другой, а потом уже и расписываться. А иначе, он не согласен. Если свадьба выйдет нешикарная — значит, он испортил мне жизнь. А портить жизнь он никому не хочет.

И тут выясняется, что в подвале его родового замка хранятся поистине королевские сокровища, кладовые полны чуть ли не золота, и вообще — он аристократ.

А руками картошку ел, видимо, из соображений маскировки.

Нет, что-то тут не сходится.

— Та-ак! — страшным голосом произношу я и плюхаюсь на кровать: — Продолжай! То есть Комрей специально притащил меня в этот дурдом, чтобы завладеть каким-то кольцом?… Кстати, ты не знаешь, он вообще был в моем мире?

— Без понятия, — пожала плечами Эррис, — Он может ходить, где хочет. И когда захочет. А насчет кольца — да, верно. Его матушка поставила четкое условие — кольцо перейдет только тому, кто первым женится.

— Таак… Ну хотя бы мотивы понятны. Давай разбираться дальше, Комрей — мой парень Пашка? — спросила я её в лоб, А что тянуть и ходить вокруг да около? На данный момент это очень важный вопрос, — Или только притворяется им?

— Пашка? А кто это? — наморщила лоб моя информаторша, — Не знаю такого.

Но ведь он вел себя как Пашка! То, что выглядел похоже — на самом деле, не произвело на меня должного впечатления. Маги наверняка умеют проворачивать подобные штуки на раз-два. Но перенять не только внешний облик, но и характер — невероятно сложно. Нужна наблюдательность, актерский талант и определенное время, за которое ты узнаешь человека от и до. Разве мог Комрей просто так взять и стать другим человеком? Нет.

Тогда, как он это сделал?!

Меня вдруг осенило:

— А Комрей умеет читать мысли? Возможно, что он просканировал мой мозг и вытащил оттуда информацию о Пашке. И сам стал Пашкой!

— Нет, Рэй такого точно не умеет. Даже я не умею, — с грустью добавила она.

— А ты чем-то отличаешься от Комрея? — я подсела поближе.

С виду — обычная девчонка лет двадцати. Легкомысленная и несмышленая, если на то уж пошло.

— Конечно. Я же богиня.

— А он?

— Маг времени, как и Астор.

— Богиня — это в том плане, что… — я не нашла слов, чтобы описать это понятие, — Как бог, только женщина?

В голове не помещалось, что я разговариваю с настоящей небожительницей. Как-то слишком фантастически это звучало даже для другого мира.

— Да, я участвовала в создании этого мира, — просто ответила Эррис, — Я богиня судьбы.

Логика, определенно, в этом мире искривленная. Или я не понимаю мотивацию богов. Или кто-то здесь точно заигрался…

Я не выдержала и шлепнула себя по коленке:

— Тогда как ты смогла допустить эту ситуацию? — мой голос превратился в визг, — Как ты смогла допустить, а? Ты… тоже сумасшедшая? Это мир сумасшедших, а меня не предупредили? Или самое главное развлечение у вас, богов, это смотреть, как мучаются люди?!! — я подошла к богине и прокричала ей в лицо: — Если ты несешь ответственность за этот мир, ты должна улучшать его. Поддерживать, привносить радость. Радость, слышишь? А не боль, страдания и прочую фигню. Или понятия ответственности в твоем словаре нет? Это же уму непостижимо — взяла и устроила бедлам. И даже мучений совести не испытываешь, как я погляжу. Блин, Эррис! Если ты принимала участие в создании мира, пари держу, что можешь многое. Многое! А вместо этого ты запираешь людей в замке. Что за … издевательство такое? Что за глупость и …бессмыслица какая-то. Объясни мне, да, объясни мне просто, по-человечески: почему ты устроила это безобразие? Почему мы все заперты в чертовом замке? Почему вместе с парнями должна страдать я? Я, Эррис, почему?! …

Рыжая смущенно потупилась. Пересела так, что ноги свисали с кровати, и размеренно ответила:

— Всё дело в Асторе. Я люблю его.

— Что?!! — мое сердце пропустило удар, — Как?

— Мы встречались. Любили друг друга. Жили нашей любовью. Это было прекрасно… Ты должна чувствовать. Наша связь, она не прошла бесследно. Она осталась в вечности, как факт, как данность. Это чудо, которое удалось мне испытать. Чудо любви… Ты должна помнить мои воспоминания…

Сказать, что я пребывала в состоянии шока — это ничего не сказать.

— Почему?! — только и смогла выговорить, — С какого перепугу, я должна помнить твои воспоминания?… Я даже своё прошлое не помню!

— В тебе есть моя кровь. Я связала наши судьбы. Кровью! — богиня говорила степенно, ровно, но после каждого ее слова меня охватывали невидимые путы ужаса, — Я посчитала, что так будет лучше. В тебе есть часть меня, и ты не подвластна магам времени, как неподвластна времени я.

— Но…

— Ты заметила, что я постоянно перемещаюсь? Я не могу находиться в замке. Петля времени, что поставила здесь, вредна и уничтожает меня. А я — это смысл данной реальности. Стержень мира, если хочешь. И я не желаю ненароком потерять свои силы или стать пленницей замка. Кстати, я заперла здесь только Комрея и Леона. Ну и тебя, до кучи. А Астора запер Комрей. Это он — причина всех наших бед! А я, к сожалению, не могу отменить его проклятие. Это… сложно, даже для меня, — и Эррис отвела глаза.

У меня же появилось стойкое ощущение, что богиня о чем-то умалчивает.

— Так что лучше, если события будут идти своим чередом, а я лишь буду наблюдать и перенаправлять их. Понимаешь?

— Нет. Я совсем ничего не понимаю! — искренне воскликнула я, — Чего тебе надо? Ты добрый гений или злой?

— Мне нужен Астор. И я обязательно получу его! — сверкнула глазами богиня, а потом припечатала: — И ты точно не сможешь помешать мне.

Совершенно сбитая с толку, я во все глаза смотрела на богиню. О чем она говорит и в чем меня подозревает? Разве я похожа на стерву? Или ту, что ударяет ножом в спину?

— Я не хотела мешать! — ответила искренне, — Ты что, сомневаешься во мне? Не доверяешь?

— Ну, не то, чтобы совсем не доверяю… — рыжая нахмурилась, — Я рада, что ты вспомнила мое имя, призвала, и мы откровенно поговорили. Не теряй камень. Это подарок тебе, в нем моя кровь. Он поможет тебе вспомнить то, о чем ты давно забыла. Только нужно установить с ним контакт и пользоваться с умом. Ох, Елена, как важно вовремя открыть карты и обрести союзника!.. Теперь давай составим план действий и будем его придерживаться. Нельзя полагаться на других, нужно действовать самим. Самим, Елена. Понимаешь? Мужчины — они слишком нестабильны, подвержены страстям. А мы — совсем другое дело. Вдвоем мы сможем выиграть. И обязательно получим своё!

Внутренне я вздрогнула от решительности, звучавшей в словах богини. Её запал одновременно настораживал и пугал. Она всё для себя решила: что делать, с кем и почему. Ей нужен был Астор, и ради этого, она останавливала время, впутывала ничего не подозревающих иномирянок, и вертела судьбами других людей так, как хотела. Вряд ли она спросила Леона, хочет ли он застрять в замке на веки вечные.

— Хорошо, говори. Что мне нужно сделать?

— Согласиться на предложение Комрея. Выйти за него замуж, — серьезно сказала Эррис. Потом вдруг подлетела ко мне и взяла за руки: — Только подумай, как хорошо всё устоится: ты будешь замужем за самым блистательным магом, красавцем-мужчиной, жить в довольстве и любви. Я буду с Астором… И все счастливы. Мы породнимся, и я, обещаю, что замолвлю за тебя словечко перед другими богами. Ты проживешь радостную и богатую жизнь. Комрей сделает всё для своей супруги. Откроет все двери, введет в высшее общество, задарит подарками. А уж если ты подаришь ему наследника!…

— Пять минут назад ты говорила, что Рэй предложил бы выйти замуж любой, лишь бы заполучить кольцо, — медленно проговорила я.

Эррис считает меня круглой дурой? Или думает, что я поведусь на богатства?

— А ты злопамятная! — мои руки тут же были отброшены, а ласковый тон сменился на колючий, — Ну тогда слушай: ты обязана выйти замуж за Комрея, если хочешь покинуть замок. Для тебя — только один путь. И сегодня вечером решиться твоя судьба!

Она вскочила и нервно поправила роскошные волосы:

— Учти, следующий вариант событий может быть еще хуже. Мы можем заглянуть в прошлое при помощи камня и моей божественной силы. Но будущее не знают даже боги!

Она многозначительно замолчала, и до меня постепенно стало доходить:

— То есть, ты хочешь сказать, что если я не соглашусь на предложение Комрея, то все эти события снова повторятся?

— Да, конечно. Ты снова окажешься в таверне, за тобой снова будет гнаться разъяренная толпа. Есть вероятность, что догонят — я же говорила, что вариант развития событий может быть любым. Тебя убьют в подворотне, а потом ты снова будешь двигаться по кругу. Душа приобретет новый опыт, но нужны ли ей боль и страдания? — мученически прикрыла глаза богиня.

Теперь возраст просачивался через опущенную линию рта, через внезапно проступившие синяки под глазами, через всю ее напускную юность. Нет, морщин всё так же в лице богини не было, и фигурка молоденькой девушки была столь же стройной и изящной. И всё же… Та усталость, с которой она прикрыла глаза и взмахнула рукой, она как бы говорила: «я уже всё видела, всё пережила. На моих плечах лежит многое, и всё это я готова терпеть ради любви».

Любви.

Так вот, как можно любить.

Наверное, так и нужно любить — безрассудно и отчаянно, перекраивая судьбу по много тысяч раз, чтобы всё-таки быть с любимым.

— И так будет повторяться до бесконечности?!

— Да, — убито прошептала Эррис, — Так закрыл петлю Комрей.

— Но ведь ты богиня, — я бросилась к рыжей и с мольбой схватила ее за руки, — Разорви петлю, отпусти меня. Освободи Астора, раз ты желаешь ему добра. Я не буду мешаться, не буду мелькать перед твоими глазами, и окажусь снова на Земле. Давай, просто разорви петлю.

— Не могу, — тихо ответила Эррис, и в ее голосе прозвучала настоящая смертельная мука, — Он не просто маг времени, а Хранитель. Маг с божественной силой. И я не могу разорвать его магию, ведь в ней есть божественная искра.