Глава 16 · Вестник

Маленькая перламутровая капелька стекала по камню, пока не достигла его острого края. Поэтому была вынуждена собраться в шар и сорваться вниз.

По идеально ровной зеркальной поверхности мыльного озера пошла рябь. Негромкий плеск огласил окрестности пещеры, сливаясь со звуками капели и журчания маленького ручейка.

Слабые синие кристаллы, выступающие из горной породы, мерцали от переизбытка магии. Их свет озарял подземный водоём, прогретый тёплой каменной поверхностью вулканической породы. В этой естественной чаше скапливалась вода из источника. А тоненькие клубы пара местами укрывали её от посторонних глаз.

– Зачем ты меня сюда привёл? – недовольный женский голос разрезал уютную тишину окружающего мира на до и после.

– Хотел показать тебе это чудо природы. – Градоначальник Оирб (или просто Роб, как его между собой называли подчинённые, устав ломать язык) распростёр руки перед собой, указывая на безмятежную красоту тайного места.

Мыльные пузыри, местами поднимавшиеся с поверхности воды, завершали чудесный образ сказки, поблескивая разными цветами радуги в синем свечении кристаллов.

Выйдя из-за спины плечистого мехонарца, светлейшая Релания не удержалась от шумного вздоха.

Довольная улыбка тронула губы Роба, когда он обернулся к своей любовнице королевских кровей.

– Напомни мне, как давно мы с тобой, – он предпринял попытку обнять молоденькую прелестницу с золотистой шапкой волнистых волос, – принимали ванну вместе?

Релания, раскусив манёвр правителя Мехонарии, сделала шаг назад.

– И всё-таки не впечатлил, – сказала она как отрезала. – Я думала, мы поговорим о новостях из Сталеса, а ты опять руки распускаешь!

– Нет же! Мой человек должен уже вот-вот прибыть с отчётом, – Ронбишутс вновь сделал шаг к светлейшей, и в этот раз действительно поймал её за плечи, – но у нас есть невероятно приятная возможность скрасить его ожидание…

Мягкий бархатный мужской голос обволакивал слух дамы. Пальцы высокого темноволосого красавца поглаживали плечи венценосной особы под тонкой шёлковой тканью платья и батистовой рубашкой.

Регентша сомневалась и гримасничала, сморщив красивый носик.

Видно было, что каждая стычка, каждое препирательство со своим былым любовником постепенно рушили стену, которую она возвела между ними после недавней размолвки.

– Ну же, дорогая моя Лани, – Оирб склонился к ней и трепетно вдохнул аромат её волос. – Не откажи в малости, позволь потереть твою нежную спинку.

– Намекаешь на то, что я грязная? – Её голос охрип от плохо сдерживаемого волнения, а может быть, и чувства иного свойства. – Да, это так. После того, что я вытворила со своим собственным сыном, чувствую себя мерзко. А ведь я не могла иначе… ведь так? Так?

Подняв взволнованный плаксивый взгляд к мехонарцу, она ожидала увидеть сочувствие, хотя бы толику участия, искренней доброты… что угодно, но только не банальную мужскую похоть.

Фыркнув от омерзения, Релания отстранилась.

– Благодарю, но я не нуждаюсь в твоих услугах, – проронила она строго. – Мои руки ещё не отсохли, и я вполне могу управиться сама.

– Мм-м, – Оирб не сдавался. – И даже расшнуровать корсаж платья? Знаешь, я бы мог…

– Нет, – отказала она.

Волнение подступило к горлу, и она не выдержала, сделала судорожный вдох.

– Уйди, прошу, – взмолилась Лани, чувствуя, что вот-вот готова расплакаться или, и того хуже, броситься ему в объятия, и будь что будет.

– Хорошо, – лицо мехонарца в один миг стало серьёзным, – в этот раз я прощаю тебе твою грубость. Но я не буду делать этого вечно. И ещё раз повторю, врать про родство Фибиан и Йолрифа было плохой идеей, но, увы, не моей. Я лишь просил тебя следить за моей дочерью, чтобы никто не завоевал её сердце. Ведь иначе этого «счастливчика» ждёт скоропостижная смерть. Наш договор с оройями неоспорим, иначе мы возвращаем им все эти копи и даже территории на поверхности гор.

– Я знаю это, – Релания вздохнула. Казалось, услышав очередное оправдание Оирба, она перестала нервничать. – Но я не вижу выхода из сложившейся ситуации. Йол отправился на поиски отца. Повёл армию на Дрейконвиль, хоть я его и отговаривала. Пропал. Однако кровные цветы… – она мотнула головой, вновь возвращаясь из воспоминаний в пещеру. – Ты и сам знаешь остальное, он от меня скрывается.

– А ты не думала, что его… мм-м, например, пленили? – нехотя проронил Оирб. – И сейчас он, возможно, трудится в каменоломнях? Или, быть может, его погнали на заставу к пустыне и держат там в гарнизоне?

– Нет, – отрицала она со всей уверенностью в голосе. – Йол бы скорее убил себя, чем позволил пленить. И в этом мнении мы с ним абсолютно схожи.

– Что ж, – градоначальник усмехнулся. – В каком-то смысле я тебя пленил. Но ты же почему-то всё ещё жива?

Его беззлобный укол больно отозвался в душе венценосной особы. Она обиженно задрала нос и приказала:

– Или ты уйдёшь отсюда, или я. Выбирай.

– А что ты будешь делать тут одна? – спросил он нахально. – Уж не собралась ли в самом деле вариться в кипятке?

– Нет, – теперь настала очередь Релании ухмыльнуться. – Это же мыльное озеро. Я прекрасно осведомлена, что оно непригодно для купания из-за опасного состава воды, со временем разъедающего кожу.

– Опасная красота, – согласился он и даже покивал. – Что ж. Тогда приглашаю всё-таки отправиться на встречу с моим разведчиком. Он прибыл час назад.

– Ах ты!.. – вознегодовала Лани, осмыслив сказанное. – Ты! Бессовестный, наглый, подлый лжец!

– Мм-м, твои эпитеты услада для моих ушей, – промурлыкал Оирб. И тут же подхватил Реланию под локоть и повёл прочь от сказочной и смертельной красоты. – Как жаль, что мне не удалось убедить тебя раздеться в таком месте. Согласись, опасность возбуждает?

Но светлейшая не соизволила ответить на это безумство. Ведь она сейчас невероятно злилась, и в первую очередь на себя.

Внутри неё бурлил целый вулкан эмоций, не имеющий ничего общего с любовью и нежностью или хотя бы просто добротой. Увы, она сейчас была готова накинуться на Ронбишутса с упрёками, претензиями, оскорблениями.

Однако отчётливо понимала, что таким образом поставит под удар торговое сотрудничество, более необходимое Эршу, чем самодостаточной городской агломерации ремесленников и мастеров под названием Мехонария.

В итоге Релания всё-таки сдержалась и позволила повести себя дальше, сквозь каменные галереи с металлическими колоннами-подпорками и древними скальными рельефами, вырезанными в копях бывшими жителями, оройями, неспроста названными камнеедами.

Память услужливо напомнила об опасности, которую удалось избежать с помощью маленького обмана. Светлейшая вздрогнула и сбилась с ритма. В боку у неё закололо, и она нехотя остановилась.

Как раз в этот самый миг раздался тонкий и протяжный гул. Оирб вначале насторожился, а после сорвался на бег. Однако Лани, наоборот, отдёрнула руку:

– Я не могу так спешить.

– Ты не понимаешь. – Его лицо стало серьёзным. Шагнув назад к ней, Роб подхватил даму на руки. – Трубят только тогда, когда срочно меня вызывают. Видимо, случилось что-то из ряда вон.

Релания замолчала и затихла, не став противиться. А Оирб поспешил в ратушу с монаршей особой на руках. Оба напряжённо молчали.

Высокие каменные потолки пещер поблёскивали чистой разноцветной магией из-за выступающих наружу кристаллических пород. Тени плясали по древним барельефам, пока градоначальник размашистыми шагами пересекал помещения различного назначения, проходы, коридоры, а дойдя до каменной платформы со скамьями с украшенными спинками, усадил туда Лани.

Торчащая сбоку металлическая палка-рычажок блеснула крупным кристаллом размером с кулак. Оирб потянул её на себя, когда уселся рядом. Раздался хруст, и над головами пассажиров загремели цепи.

– Не рохимобиль, конечно, – проворчал он, – но ты удивишься.

Как будто приросший к обрыву плоский камень с установленными на нём лавочками дёрнулся, когда шестерёнки крупного механизма под их ногами нехотя стали раскручиваться, двигаясь по рифлёным рельсам. На самом деле зубцы цеплялись за крупные металлические звенья цепей, натянутых над пропастью с лавой.

Быстрым движением Оирб выдвинул откуда-то из-за спинки лавочки стальные перила. Описав полукруг над головами сидящих, они встали на место впереди. Раздался щелчок, и магическая защита активировалась.

Жар расплавленной материи, бурлящей глубоко внизу, не успел опалить кожу путников, в то время как каменный островок двинулся вперёд сквозь целую галерею пещер, освещённую лавой и магическими кристаллами.

– Опасная красота… – согласилась Релания.

– Теперь-то ты понимаешь, как я не желаю расставаться с этим местом? – неудачно ввернул Оирб. – Наш народ многое сделал, чтобы обжить эти копи.

– Какое мне до этого дело? – Регентша вновь морально закрылась, скрестив руки на груди. – Это не должно было затрагивать мою семью. – Вдобавок даже отвернулась, дёрнув подбородком.

– Значит, я не твоя семья, – пришёл к закономерному выводу градоначальник. – Что ж. Я это запомню.

И снова настала неуютная тишина, нарушаемая шипящим бульканьем лавы на внушительном расстоянии под ногами. Пока Роб не указал пальцем куда-то в сторону как ни в чём не бывало.

– Смотри.

– Мм-м? – Релания обернулась и с интересом перевела взгляд в указанную сторону.

Из лавы на поверхность небольшого островка выползли сразу три огненно-красных ящера. Судя по всему, двое самцов собрались сейчас драться за самку, размером поменьше.

– Вон огненные ящерицы, из желудочной железы которых и добывается наше успокоительное или же иначе – мехонарский яд.

Релания поморщилась, только сейчас осознав, что амбиции их королевства стоят жизни другим живым существам. Самцы тем временем раскрыли рты и стали кусать друг друга или же клацать зубастыми челюстями.

– Мы их не убиваем, – добавил Оирб. – Они и сами неплохо справляются. Один из этих двоих не выживет по окончании брачного сезона. Его-то мы и заберём.

– Но как?

– Всё просто… – градоначальник усмехнулся. – Механизмы… Мастера мы или кто? – Однако со вздохом добавил: – Вот будь мы камнеедами-оройями, то запросто призвали бы голема.

– Голема? – Казалось, сегодняшний день стал рекордным на известия за всю жизнь светлейшей.

– Да, каменного голема. Хотя, насколько мне известно, они умеют призывать и магматов, и даже водных големов. Наши учёные до сих пор изучают наскальные рельефы и живопись этого народа.

– А почему они оставили свои копи?

Оирб усмехнулся и решил ответить загадкой на загадку:

– Об этом тебе лучше узнать у своей Азель. Уж она-то точно должна знать, и возможно даже про моего деда расскажет.

Релания с неудовольствием припомнила неласковую отповедь гусыни, когда приехала к ней за советом накануне знакового события. Мудрейшая женщина настоятельно рекомендовала не вмешиваться в дела молодых, мол, иначе пожалеешь. Так и получилось.

Релания, поняв, что наступила на очередную мозоль, расспрашивать не стала. Тем более, что и Ронбишутс не спешил делиться, сколько бы она ранее об этом ни спрашивала. Однако нервозность сказывалась, и она продолжила сыпать вопросами.

– Почему ты сразу не повёл меня к вестнику? – вознегодовала она. – Вдруг там что-то срочное?

– Там всегда срочное, одно срочнее другого, – проворчал Оирб. – Сейчас всё и узнаем. Как раз срезаем путь через якобы потухший вулкан Вунсок.

– Якобы?

– Да, – согласился тот. – Якобы. А ты на самом деле видишь, что он потух? – Ронбишутс усмехнулся, глядя на бурлящую лаву под ногами. – Просто у него очень долгий цикл извержений. И по замерам наших учёных у нас ещё есть около пяти сотен лет, если не дразнить его и не вызывать сейсмоактивность.

– Вот как…

– А что, уже думаешь, как бы использовать это в своих целях, чтобы меня пошантажировать? – Оирб скривился, говоря грубость. – Учти, все подступы к этим горам охраняются. Без ведома наших мастеров и механизмов ни один шпион не проберётся, если нам того не захочется.

– О чём ты говоришь? Я лишь думала о том, что вы будете делать через пять сотен лет и как это отразится на нашем королевстве! – вознегодовала светлейшая. – Всегда знала, что ты столь же мнительный, сколь и самовлюблённый.

Как ни странно, ответ дамы успокоил Роба, и он перестал напряжённо сжимать губы. И даже поза его изменилась.

– Всё, почти прибыли, – градоначальник кивнул в сторону красного купола ратуши виднеющегося сквозь каменную арку, в которую они в следующий миг медленно въехали, сидя на платформе.

– Скорей бы, – проворчала Лани.

Доверие доверием, а прогулка над пропастью с бурлящей лавой стала достаточным испытанием её выдержки. Да ещё и подвешенная ситуация с драконами и мирным договором не придавала уверенности в завтрашнем дне. И Йол не вернулся после сражения.

«Уж не специально ли он всё подстроил, чтобы попытаться исполнить какие-то свои цели?» – задавалась она вопросом изо дня в день, глядя своим зорким взглядом в сад, туда, где цвели кровные лилии.

Под эти мысли они и прибыли. Шестерёнки платформы хрустели, скрипели, рычали и даже щёлкали под их ногами, пока средство передвижения над пропастью не причалило к берегу.

Оирб затягивать не стал. Быстро откинул назад металлический защитный поручень. Магический барьер лопнул, как мыльный пузырь, в очередной раз напоминая о бессмысленном времяпрепровождении. Светлейшая поднялась с лавочки и первой, без всякой помощи, сошла на твёрдый скалистый пласт.

«Да уж, по земле ходить гораздо приятнее и мягче. Знала бы, что задержусь здесь, взяла бы с собой иную обувь», – подумалось Релании между делом, в то время как заныла натёртая туфлями до мозолей пятка.

Но не успела Лани развить эту мысль, как вдруг заметила встречающую делегацию.

На пороге толпились сразу трое мехонарцев, как и Оирб, в удобных мастерских костюмах и затасканных сапогах.

– Мастер! – обратился один из них. Там очень срочно, иначе я бы не…

– Да-да, – согласился Ронбишутс. – Не здесь, давайте зайдём внутрь.

– Он ожидает в вашей комнате, – Ронбишутс посмотрел на своего заместителя с немалой толикой раздражения: – Ты уже присылал ко мне механожука.

– А, так он до вас добрался? Так это же было пару часов назад, – уточнил тот, как ни в чём не бывало. Однако ещё один красноречивый взгляд мастера, и он наконец понял, что, видимо, проболтался. Потому и замолчал, краснея ушами от смущения.

Впрочем, он всегда так себя вёл, когда видел светлейшую.

Релания хмыкнула и прошла вперёд по каменному пласту в сторону пристроенного к скале здания с красным круглым куполом по центру.

Путь к кабинету Оирба в правом крыле она, увы, знала отчётливо. Успела изучить за время прошлых визитов.

Градоначальник нагнал её уже на лестнице возле каменных колонн, укреплённых металлическими кольцами сверху и снизу.

– Идём, – позвал он за собой.

За внушительной металлической дверью кабинета Оирба, заставленного шкафами с книгами и огромным каменным столом со стульями, их встречал зверолюд из биглей, шагающий из угла в угол. Видно было, что он сильно нервничал.

Заметив же сразу двух монархов, если так можно выразиться, он тут же широко распахнул от удивления глаза и немного приоткрыл рот. Однако быстро опомнился и насторожено уточнил:

– Я могу говорить в присутствии…

– Да, – ответили оба.

Релания, как ни странно, ощутила себя уязвлённой, потому как шпионом и вестником мехонарца стал подданный её королевства.

Зверолюд с мохнатым лицом и выступающими наружу клыками высунул язык и облизал губы, прежде чем быстро кивнул и затараторил:

– Змеелюдка, леди Лорелис, она подставила Фибиан. Точнее вынудила подменить свою дочь и обручиться с маршалом Дрейконви…

– Стой-стой-стой, – оборвал его Оирб. – То есть ты утверждаешь, что моя дочь, Фибиан, стала невестой маршала Дрейконвиля, как какая-то аристократка из Эрша? Я тебя правильно понимаю?

Бигль громко сглотнул и нехотя кивнул.

Правитель Мехонарии скосил многозначительный взгляд в сторону светлейшей. А та была сейчас белее мела.

– Если он умрёт… Что будет, если он умрёт? – проронила она негромко. – Мирному договору настанет конец?..

Градоначальник же хмыкнул:

– Вообще-то паниковать здесь должен я, а не ты…

– Но это ещё не всё, – встрял в разговор бигль. Видно было, как он этого не хотел, однако крайняя нужда вынудила его. Правда, в самый последний момент зверолюд лишь открыл и закрыл рот, как-то странно глядя на светлейшую Реланию.

– Что там ещё? Говори уже, – подтолкнул его продолжить Оирб. Заметив же наконец затруднение своего шпиона, добавил многозначительно: – У меня нет секретов от светлейшей.

Бигль выдохнул и продолжил:

– Крамби поручил мне проследить за Реланией в Мехонарии и убедиться, на самом ли деле она уехала сюда или же просто скрывается где-то в Эрше, узнав о предстоящих покушениях.

– Покушениях? – переспросила регентша. Казалось, она быстро оправилась от шока и вновь взяла себя в руки. – Это те, о которых ты мне говорил, подполье драконов?

– Да, – нехотя признался Роб и раздражённо добавил: – Не перебивай. Видишь, ему и так тяжело.

Правительница Эрша недовольно скривилась, но замолчала.

А бигль ещё раз сглотнул и продолжил:

– Дело в том, что по разным данным… в общем, у Крамби есть некоторые сведения о местонахождении леди Алабель… Она сделала петлю до ущелья и вернулась обратно в Эрш под видом горничной. Несколько стражников её всё-таки узнали, и, что естественно, об этом узнал и он, главарь подполья. Поэтому ему показалось, что светлейшая могла сделать так же…

– Кто он такой, этот Крамби? – не удержалась от вопроса регентша. – И почему он так много знает обо мне и моих людях?

– Работа у него такая, – проворчал Оирб, а затем нехотя ответил: – Он дракон, лишённый ипостаси, скрывается среди ваших каналюжников или, иначе говоря, крысолюдей. Вот поэтому вы и не знаете о нём толком, потому что никто в здравом уме не суёт свой нос в ваши канализации. А ещё он шантажом собрал вокруг себя целое подполье и даже умудрился организовать на тебя покушение.

– Шантажом? – Этот вопрос светлейшей уже, как ни странно, был обращён к зверолюду.

– Да, – нехотя согласился бигль. – Крамби обещает отпустить родню всех участников из карьеров и каменоломен Честа и Рейнса.

– Мне он нужен! – взревела светлейшая. Казалось, она в одночасье забыла обо всём на свете. – Мне срочно нужен этот ваш Крамби!

– Не время сейчас искать твоего Райлифа и верить во всякие байки старухи Азель, – скривился Ронбишутс, продолжая расспрашивать шпиона: – И что там дальше?

Но Релания не унималась, она схватила бигля за плечи и встряхнула его хорошенько, благо силы было достаточно:

– Почему? Почему ты не пришёл ко мне?!

– Твои люди выкинули его из диаспоры биглей, вот почему, – ответил за него Оирб. Зверолюд виновато отвёл взгляд и негромко промямлил:

– Да, это так. Леди Алабель одним росчерком пера исключила меня из семьи и лишила всяких привилегий из-за старого некрасивого случая. Да, меня застали на месте преступления, вину не доказали и потому не казнили, а освободили. Но увы, диаспора предпочла отказаться от меня, нежели поверить в мою невиновность.

Светлейшая скривилась от услышанной правды и замолчала. Но этого ей оказалось недостаточно, она ещё и отошла в сторону, отворачиваясь к стене. Видно было, что Релания отчаянно борется со слезами, навернувшимися на глаза.

– Что ж, продолжай, – в очередной раз приказал Оирб. – Леди Алабель вернулась в Эрш под видом горничной, а дальше?

– Дальше она попыталась отравить Фибиан. Крыланы из печников услышали, как новую горничную, которую Фибиан, похоже, назначил первый советник, арестовали и заперли в тюремных камерах королевского замка.

– Просто произвол какой-то, – фыркнула из угла помещения светлейшая.

– Что с дочерью? – голос Роба дрогнул. – Она жива?

– Да, по последним моим сведениям, да. Но её дважды пытались отравить мехонарским ядом, который на неё не подействовал…

В этот раз комментариев не последовало, и бигль после вздоха продолжил:

– Чай отравила леди Алабель. Если слухи не врут, она притворилась горничной Фибиан и перед подачей проверила поднос, затем сама подлила яд в чайник. А второй раз это была игла, о которую ваша дочь нечаянно укололась. Эту ловушку в монаршем кресле установил один из людей Крамби для устранения вас, светлейшая Релания. А к началу чаепития, узнав, что вы уехали, разрядить не успели.

– Может ли быть, что ваша леди Алабель – одна из подполья? – задался вопросом Оирб после услышанного.

Однако оба собеседника уверенно и в один голос произнесли:

– Нет!

А Релания ещё и добавила к сказанному после небольшой паузы:

– Она безоговорочно предана моей семье.

– Тогда что она делает в замке под видом горничной?

– Не думаю, что это могло послужить причиной, – вновь вклинился в разговор бигль и снова сглотнул, вызывая явный приступ раздражения у обоих правителей, однако те сделали над собой усилие и промолчали.

– Но леди Малия, мать Алабель, тоже выпила отравленный чай. И… потеряла ипостась.

– Неужели всё дело в личных счётах? – вновь предположил Ронбишутс.

В этот раз отрицать сказанное никто не спешил.

– Но кто был целью? Мама или всё-таки Фибиан? – Оирб призадумался. – Разве дочь переходила дорожку вашей графине Либрасской? Они же вращаются в абсолютно разных кругах.

– Ты забыл про Йолрифа? И роман этой парочки, чуть не окончившийся свадьбой? – хмыкнула Релания. – Может ли быть, что Алабель приревновала и затаила на неё обиду? И спустя годы, рискуя собственной шкурой и положением своей семьи, возьмётся мстить? Нет, это просто полнейший абсурд!

– Или мы чего-то не знаем, – задумчиво проронил градоначальник. Казалось, сейчас он столь самозабвенно разглядывал плиты пола под своими ногами, будто ничего интереснее на свете просто быть не могло.

Правда, несколько секунд спустя он всё же поднял взгляд и уточнил:

– У тебя на этом всё?

Бигль был бы только рад ответить утвердительно, но вместо этого отрицательно помотал головой.

– Дело в том, что я… Я… У меня не было инструкций на этот счёт, я запаниковал и решил раскрыть Фибиан имя её благодетеля. Передал записку вечером, когда провожал из поместья Тайпанов, и…

– И?

– И спутал бумажки, – выдохнул шпион и жалобно скривился. – В той записке, хоть и в зашифрованном виде, было приглашение на ферму к Золиусу в пять часов для всех заговорщиков подполья. Туда же должны были отправиться солдаты-дезертиры из роты Ан’Варна Латана. Однако фельдмаршал Сойрен в последний момент всё отменил из-за несостоявшейся казни, прислав Крамби депешу.

Релания пошатнулась и чудом не упала. А Роб не выдержал и стукнул рукой по столу.

– Какой ещё, к магме, казни?!

– Как раз перед обручением на площади Сталеса маршал собирался прилюдно казнить вашу дочь из-за плохой родословной… – выжал из себя Зитан. – Но он медлил, и я крикнул про проверку… А там и вторая драконица достала родовой артефакт Латанов, кинжал… Казнь не состоялась, потому что артефакт показал королевскую кровь.

Оба правителя странно переглянулись между собой, прежде чем отвернуться друг от друга.

– Быть этого не может! Чепуха какая-то, – проворчал Оирб. – Не знал бы наверняка, кто её родители, подумал бы, что она драконица, лишённая ипостаси, какая-нибудь родная кровинушка из самых чистокровных Дрейкон или Вильари.

– А ты точно уверен насчёт её матери? – фыркнула не оборачиваясь Релания. – Вдруг ты и сам что-то там напутал, пока спускал штаны?

– Кх-кхм, – бигль не выдержал и кашлянул, дабы напомнить монархам о своём присутствии.

– Да нет же! Сама посуди, будь она драконицей хоть наполовину, двойная порция мехонарского яда… – начал было оправдываться он, а после этого сплюнул. – Тьфу ты! Заговорили вы меня!

Ещё несколько секунд молчания, и светлейшая негромко предположила:

– Если мы посчитали её драконицей, то что же могло быть с Алабель? Может, она её проверяла?

– Зачем? – закономерно уточнил Роб. – Сама же говорила, ей незачем рисковать своим положением только ради какой-то там ревности или мести, ведь Йолриф сейчас и так далеко от Фибиан?

– Откуда ты знаешь?! – Релания вцепилась в последние слова. – Живо говори, что тебе известно!

– Про судьбу твоего сына я знаю то же, что и ты, – не терпящим возражения голосом ответил правитель Мехонарии.

И снова в комнате воцарилась гнетущая тишина.

Секунда, вторая, третья.

В дверь кабинета постучали.

– Войдите! – крикнул Оирб и прошёл к двери навстречу новым посетителям. Тот факт, что за его спиной сейчас стояли шпион и де-факто правительница Эрша его ничуть не смущал.

Дверь слегка приотворилась. На пороге кабинета градоначальника топтался заместитель Ронбишутса.

– Мастер, – подобострастно прозвучало после короткого поклона. – Прибыл механожук из Сталеса. Судя по магическому оттиску, вести для самой Релании Сталегрив.

– Давай его сюда, – приказал Оирб, не позволяя подчинённому и шагу ступить в комнату. Быстро забрал магический маленький механизм со словами: – Всё, иди.

Заместитель кивнул, пряча глаза. Дверь закрылась с хлопком, а Роб отправил механожука к себе на стол. Иными словами, небрежно бросил.

Лапки жука, привычные и не к такому, с лёгкостью спружинили, слегка поцарапав столешницу, пока он останавливался.

– Глупее выходки я ещё не встречал, – проворчал между тем градоначальник. – Неужели нельзя было отправить кого-то из зверолюдей? Или у вас все неженки, боятся нашего сезона дождей и селей?

Глянув на грязного и испачканного Зита, Оирб нехотя всё-таки сбавил градус агрессии со словами:

– Кроме тебя, Зит. Ты во всех смыслах уникален.

– Благодарю, – ответил тот на откровенную лесть.

Релания предпочла промолчать на этот выпад. Она лишь бросилась к грязному механизму, который добросовестный заместитель, перед тем как передать, попытался немного почистить. Поэтому на лапках механизма сейчас, помимо комков грязи, застряли катышки от шерстяных нитей.

Когда же небольшой жучок с металлическим панцирем и шестью поршневыми лапками забрался на ладонь к «получателю», его маленькие кристаллические глазки сверкнули, а створки панциря открылись.

Внутри лежал туго сложенный свёрток.

Не медля ни секунды, правительница Эрша подхватила его и развернула. Исполнивший своё предназначение жук был тут же отправлен на стол и оставлен без внимания.

– Он мог утонуть, и записка бы к тебе не попала. Его могли попытаться вскрыть мои подчинённые, перехватив на пути, и тогда бумажку бы уничтожило, – продолжал перечислять Оирб все возможные препятствия на пути маленького механизма. – В крайнем случае у него мог закончиться заряд кристалла.

– Вот оно! – воскликнула Релания. – Всё встало на свои места… – проронила она, ошарашенно глядя на обоих собеседников.

Ещё секунда, и её невменяемый взгляд сменился осмысленным ужасом, когда она поспешно приказала:

– Зит, оставь нас!

Ронбишутс кивнул, напряжённо глядя на, казалось, обезумевшую женщину.

– Что там? – нетерпеливо спросил правитель Мехонарии, едва за биглем негромко захлопнулась дверь.

– Леди Малия и лорд Ромал вычислили местонахождение моего старшего сына.

– И?

– Ан’Варн Латан, – проронила она с ужасом и скорбью.

– Что? Что там маршал? Не томи, говори уже!

– Мой сын притворился маршалом Дрейконвиля или надел его личину, не знаю, как это правильно назвать.

– Но как такое возможно?! – настала очередь Оирба удивляться. – Нет, подожди, допустим, подобное заклинание где-то и имеется в древних книгах по кровной магии, но откуда твоему сыну об этом знать? И, насколько мне известно, любая трансформация требует кровь оригинала…

– Меня волнует другое, – глаза Релании слезились, – что станет с моим сыном, когда за ними обоими придут оройи? Скажи, что там у вас в договоре написано? Ведь если мой сын сейчас притворился маршалом Дрейконвиля, то он, получается, вновь обручился с твоей проклятой дочкой! Как он умрёт?! Когда?! М-мне срочно нужно вернуться!

– Нет, – оборвал её Оирб.

Но продолжать не стал. Напряжённо замолчал, сверля стену серьёзным взглядом.

– Что нам сейчас действительно нужно, так это повидаться с мудрейшей Азель. – Ронбишутс вздохнул и прошёл к полке с книгами. Достал оттуда одну небольшую, старую, зелёную, с крупными чёрными буквами на переплёте, распахнул. В её глубине оказался спрятан коричневый, напрочь проржавевший прямоугольный ключ с несколькими рельефными выемками и дырочками на самом конце. – Пора принять свою судьбу, Лани… Видимо, сама Дрея решила сыграть с нами злую шутку…

– Но как?! Санктуарий же расположен совершенно в другой стороне от выхода из ваших копей! – воскликнула Релания ломким и одновременно сиплым голосом. Затем обхватила себя руками и стала раскачиваться, чтобы хоть немного успокоиться. – Даже если мы доберёмся через дождь и сели, то сколько нам потребуется на это времени и сил? А мой сын к тому моменту уже может быть мёртв…

– Нет, – возразил мехонарец. – Есть путь короче…

– Но как же мой Ашим?

– Предлагаю оставить его здесь, с моим заместителем и Зитаном. Уж эти двое смогут его защитить, в отличие от всей привезённой тобою свиты.

– Но… – Светлейшая попыталась возразить, однако тут же умолкла. Не менее взволнованный Роб обнял её и поцеловал в макушку со словами:

– Помни, моя дорогая, что на кону не только жизнь твоего старшего сына, но и будущее моих людей…

– А заодно и всего Эрша, – уже спокойно проронила она, придя в себя. Записка не выжила в её кулаке. Холодный магический огонь вспыхнул на ладони и тут же погас, не оставляя от клочка бумажки даже горстки пепла.

– Мне нужно передать указания леди Малии и поговорить с Ашимом, прежде чем мы с тобой отправимся в путь. – Прикусив губу, она негромко добавила: – И переобуться. Мои туфли, увы, не предусмотрены для пеших прогулок…

– У тебя час, обувь я найду, – напутствовал Оирб, выпуская светлейшую из объятий.

Та не стала медлить, направившись прямо в спальные комнаты к своему маленькому сыну, ныне ярлу Дрейконвиля. Однако тут же спешно вернулась, потянулась немного вперёд и подхватила со стола механожука.

Так правители и расстались, чтобы ровно через час встретиться вновь.