Глава 23

Олеся

Смущенная и счастливая я поднялась в квартиру и по хаотичным сборам мамы поняла, что случилась беда, прежде чем она произнесла:

— Андрей в больнице. Его избили какие-то хулиганы, — черными дорожками из-за поплывшей туши слезы текли по маминым щекам. Она громко всхлипывала, пытаясь обуться.

— В деревне? Как это произошло? — забывшись, я прислонилась к входной двери, которую так и не закрыла, и чуть не выпала на лестничную площадку.

— В городе! В городе, Олеся! Ты где так долго была? — выпрямившись, мама посмотрела на меня укоризненно. Наверное, сейчас она все поймет, мне отчего-то стало очень стыдно. Рука сама потянулась к лицу и прикрыла припухшие от поцелуев губы.

— Где папа? — вместо ответа задала я интересующий меня вопрос.

— Одевается, мы едем в больницу.

— Я с вами.

— Володя, где ты там? — мама душой уже была в больнице рядом с сыном, неудивительно, что ее нервировала любая задержка. — Оставайся дома, я поеду одна!

Отец с суровым выражением лица вышел из комнаты, снял ключи с крючка и негромко произнес:

— Такси еще не подъехало. Ты куда спешишь?

— Андрюша… — готова была вновь разрыдаться мама.

— Как только поправится, поедет служить! — грозно произнес папа, у мамы всхлип застрял в горле, если она и хотела опротестовать решение супруга, то, увидев его решительный строгий взгляд, возразить не посмела. Зная ее, позже родительница попробует смягчить сыну приговор.

Спустившись вниз, мы еще несколько минут ждали машину. Украдкой осмотрев двор, Руслана я не увидела.

— Мама, известно, кто избил Андрея? Где это произошло?

— Олеся, откуда я знаю?! Нам позвонили и сказали, что его чуть живого нашли возле каких-то мусорных баков! При нем не было ни денег, ни телефона! — с каждым словом мамин голос звучал на несколько октав выше. Чтобы все это не закончилось истерикой, я решила пока не копаться в деталях. Главное — Андрей жив.

Папа старался выглядеть спокойным, но я видела, как он, сидя на переднем сидении рядом с водителем такси, достал платок и утер капли пота с висков. Меня и саму сильно трусило, но сейчас приходилось думать в первую очередь о родителях.

В машине негромко играла музыка, но быстрый зажигательный мотив ужасно мешал. Не выдержав, мама вежливо попросила выключить радио.

Врач приемного отделения, удостоверившись, что мы родные пострадавшего, рассказал нам о травмах Андрея: многочисленные гематомы, ушибы, сотрясение мозга, сломано ребро, челюсть в двух местах, кисть руки и пальцы имеют множественные повреждения.

— Сейчас мы отправили его на МРТ, нужно удостовериться, что нет внутренних разрывов органов, — он старался говорить мягко, видя мамино состояние, но такие новости, как их ни подавай, все равно выбивают почву из-под ног.

— А куда нам идти? Я хочу увидеть сына! — плача, спросила мама врача.

Он не успел нам ничего объяснить — схватившись за сердце, папа осел прямо в коридоре. Хорошо, что рядом были врачи! За пять минут, которые показались мне вечностью, они сделали ему кардиограмму — сняли подозрение на инфаркт. Плохо отцу стало из-за высокого давления, которое вкупе с проблемами сердца и переживаниями привели к такому состоянию. Сделав ему два укола, врач попросил его посидеть в процедурном кабинете под присмотром медсестры. Я осталась ждать папу, а мама отправилась к кабинету, где сейчас обследовали брата.

— Олеся, что ты здесь делаешь? — я смотрела на Руслана и не могла поверить, что он стоит здесь, рядом со мной. Все это время я держалась, а тут не выдержала, колючие горькие слезы потекли из глаз, я принялась сбивчиво рассказывать о том, что произошло.

Мне становилось легче, словно Руслан забирал часть моих переживаний, а он просто сидел рядом и грел мои ладони в своих теплых сильных руках.

— Не плачь, Леся! — стер он большим пальцем влажные дорожки со щек. С его уст не срывались обещания, но я знала, что Руслан не останется в стороне и поможет выяснить, кто и почему напал на Андрея. Попросив меня посидеть, он встал и направился к дежурному травматологу.

Папе посоветовали лечь в больницу и пройти курс лечения. Категорично отказываться он не стал, пообещал прийти после того, как выпишут сына.

У брата внутренних повреждений не обнаружили. Услышав эту новость, я даже стала дышать по-другому, свободнее, что ли. Когда мама увидела сына, не смогла сдержаться и громко вскрикнула от ужаса. Лицо брата напоминало кровавое месиво: рассечены обе брови и губа, правый глаз полностью заплыл, нос сломан…

«За что?!» — я не могла понять, как люди могут быть такими зверьми!

Андрея положили в двухместную палату этажом ниже, чем лежал Олег. И это было хорошо, не хотелось мне, чтобы они пересекались, чтобы снова нам помогал жених, а потом ждал моей благодарности.

Вторая кровать в палате оказалась свободной, потому мама решила остаться с Андреем. Говорить брат не мог, его речь напоминала мычание. Ему приходилось через боль разжимать сломанную челюсть и пытаться что-то произнести.

Приехавшие допросить Андрея полицейские побеседовали с нами, взять показания у брата они не смогли. Пока все казалось призрачным и неясным, непонятно было, поймают ли злодеев — даже адрес места происшествия мне ни о чем не говорил.

Во втором часу ночи Руслан вызвал нам с папой такси. Андрей после нескольких уколов и капельниц наконец-то уснул. Мама попросила принести с утра вещи, посуду, купить трубочки для сока — есть твердую пищу брат еще не скоро сможет.

— Завтра на работу не выходи, Римму Павловну я предупрежу, — серьезно произнес мой начальник, провожая нас. Вторая машина такси стояла совсем рядом и ждала Руслана.

— Не знаешь, во сколько завтра выписывают Олега? — негромко спросила я. Папа уже сидел в машине.

— Не хочешь с ним пересекаться? — я кивнула, не успел он до конца озвучить предположение. — Позвоню его лечащему врачу и попрошу с утра пораньше подготовить документы на выписку. Я тоже не хочу, чтобы ты с ним встречалась и особенно — оставалась наедине. Сообщай мне обо всех его сообщениях и звонках, договорились?

— Олеся? — устав, наверное, ждать, напомнил о себе папа.

— Иду.

— Договорись? — более строго повторил свой вопрос Руслан.

— Я тебе обещаю, — только после этого он меня отпустил. Вроде ничего в нем не изменилось, но я видела на его лице призрачную тень беспокойства, и мне от этого становилось очень неспокойно.

Телефон я оставила дома. В тот момент, мне было не до него, но, вспоминая слова Руслана, я почему-то была уверена, что обнаружу сейчас кучу сообщений и пропущенных звонков от Олега.

Такси все дальше уносило меня от мужчины, к которому я испытывала сильные глубокие чувства. Мне хотелось всегда находиться с ним рядом. А ведь я думала, что эти три дня мы проведем с Русланом только вдвоем… Теперь даже неизвестно, смогу ли я поехать с ним в командировку.

*****

Олеся

Вернувшись тогда из больницы домой, я обнаружила в телефоне больше тридцати пропущенных звонков и кучу неприятных сообщений, из которых было понятно, что Олег знает о симпатии Руслана ко мне, но пока не догадывается, что эта симпатия взаимна.

Жених обвинял меня в предательстве за то, что я показала его старшему брату нашу переписку, требовал, чтобы я прекратила общаться с Русланом и вообще уволилась из компании.

Апогеем всех сообщений было: «Если ты посмеешь с ним связаться, убью тебя, а следом и себя!»

Я долго думала, что ответить. Хотелось раз и навсегда поставить в нашем общении точку, но сделать это было нужно, глядя ему в глаза. Заодно и кольцо вернуть.

Позвонив в больницу, поговорила с мамой, узнала, как чувствует себя брат, отключила телефон и легла спать. Олег видел, что я прочитала его сообщения, наверное, ждал ответа, но у меня не осталось сил выяснять с ним отношения.

Утром, как и обещала, рассказала Руслану по телефону об угрозе жениха, умолчав об оскорблениях, адресованных ему. Лица его я не видела, но по изменившемуся тону, в котором появились стальные нотки, поняла, что мужчина в бешенстве.

Несколько дней после выписки сводного брата Руслан пытался его найти. В доме, где живет Ирина, Олег не появлялся, его не было в городской квартире, в баре жениха тоже никто не видел. Успокаивала мысль, что мы знаем не всех его друзей. Если бы случилось что-нибудь плохое, нам об этом уже бы сообщили.

Разговор о командировке Руслан не поднимал, а я не знала, смогу ли поехать с ним.

В понедельник после работы он довез меня до больницы и обещал подождать, чтобы потом отвезти домой. Я обещала передать брату питьевые йогурты и тут же спуститься. Мама в обед вернулась домой, больничная койка, на которой она спала, теперь была занята новым пациентом. Родительница меня попросила заехать к Андрею, убедиться, что он поел.

Мы ему привезли старый телефон взамен пропавшему, но он им не мог пользовался: правая рука в гипсе, написать сообщение левой рукой на простом кнопочном телефоне — целая эпопея, а говорить он все еще не мог.

Поднявшись на нужный этаж, я подошла к палате, услышав знакомый голос, замерла.

— Вали отсюда! — четко, зло произнес Андрей. — Не надо меня запугивать, мне тоже есть, что рассказать ментам!

«Вот значит как! Не можешь говорить!»

Ответить ему собеседник не успел, открыв дверь, я вошла в палату и обомлела, на меня смотрел Лысый — друг Олега.

— Ты что здесь делаешь? — удивленно выпалила я. Меня он тоже не ожидал увидеть, растерялся, быстро засобирался и поспешил покинуть нашу компанию.

— Знакомого пришел проведать. Апельсины ему принес, — нервозно вытирая ладошки о футболку, он двигался ко мне. — Ну, я пойду. Поправляйся, Андрюха! — Я отступила на шаг к стене, а Лысый протиснулся в дверь и быстро ушел.

— Зачем ты нам всем лгал?! — напустилась я на брата. — Ты только с преступниками теперь разговариваешь? Челюсть не болит?

— Не кричи, голова раскалывается, — достаточно четко, хоть и сквозь зубы произнес Андрей.

— Посмотри, на кого ты стал похож? Как ты можешь так относиться к нашим родителям?

Андрей молчал, вперив взгляд в стену.

— Олег в этом как-то замешан? Это его рук дело?

— Нет! Не выдумывай! — слишком рьяно стал заступаться за жениха брат. Легкая тень сомнений закралась мне в душу.

— Что ты натворил, Андрей?! За что тебя так избили? Это как-то связано с продажей наркотиков?

— Ты с ума сошла, зачем орешь? Пойди еще в полиции об этом расскажи!

— Так я права?

— Нет. Меня избили какие-то гопники, отобрали телефон и деньги, — выпалил он на одном дыхании, словно эта фраза была заучена.

— Предварительно позвонив маме и сообщив, что тебя везут в больницу?! — я даже не спросила у родителей, кто им звонил, поэтому предположила, что это могли быть «дружки» брата.

— Ты о чем? Не сходи с ума, Леська! Врач скорой помощи разговаривал с мамой, я сам номер вбивал, — тут я ему поверила, сейчас Андрей сказал правду. — Поблагодарить его надо не забыть, — уже не так четко звучали произнесенные им слова. Наверное, устал, или челюсть разболелась.

— Зачем приходил Лысый?

— Драка произошла недалеко от их с Олегом бара. Не хочет, чтобы из-за этого бизнес пострадал, — сочинял брат на ходу, я видела, что он говорит неправду.

— Прекрати лгать!

— А ты прекрати мне капать на мозг! Давай сюда йогурты и домой езжай!

— Расскажи правду, Андрей. Мы тебе поможем.

— Мне не нужна помощь, все в порядке, — отвернулся он лицом к стене. Я знала его всю жизнь, в тот момент было бессмысленно на него давить, он ничего не сказал бы.

«Мне нужно увидеться с Олегом и узнать у него, что произошло». - промелькнула в голове мысль.

Как бы ни злилась сейчас на Андрея, но он мой единственный брат, и понятно, что я его очень люблю. Попрощавшись с Андреем, я поспешила к Руслану. Рассказать ему обо всем я решила после возвращения из Франции — раз брату намного лучше, я без зазрения совести могу собираться в командировку.

Сейчас Андрей чувствовал себя недостаточно хорошо, чтобы подвергаться прессингу со стороны Руслана, а что этот прессинг будет, я даже не сомневалась. Еще вчера он мне сообщил, что подключил к расследованию службу безопасности.

Вышла я из больницы расстроенная, почти всю дорогу молчала. Руслан с расспросами не лез, он уже знал, что я обязательно все расскажу, когда буду к этому готова. В тот день я решилась сама заговорить с ним о планируемой поездке. В запасе оставалось всего два дня, и мне нужно было знать, лечу я или другая девушка-переводчик.

— Руслан, командировка во Францию не отменяется? — потупив взгляд в коврик на полу, негромко спросила я.

— Если ты не сможешь полететь со мной, я все перенесу, — подняв твердыми пальцами мой подбородок, вынудил посмотреть ему прямо в глаза. — Она и задумывалась только с одной целью — побыть вдвоем с тобой, дать тебе возможность лучше меня узнать. Французы в этом контракте заинтересованы намного больше, чем наша компания. Скажи я им, что подписывать договор мы будет на луне, они бы нашли способ туда отправиться, — улыбнулся он мне.

— Тогда не будем менять планы?

— Уверена, что не станешь переживать, что оставляешь родных в такой момент?

— Андрей идет на поправку, думаю, без меня тут справятся, — хотелось побыть немного эгоисткой и подумать о своем счастье. А то, что с этим мужчиной я сполна испытывала это чувство, сомнений не возникало.

— Я этому очень рад, Леся, — наклонившись, Руслан хотел меня поцеловать, но напротив лобового стекла стоял небольшой мальчишка и заглядывал в машину. Усмехнувшись, мы отпрянули друг от друга.

Во вторник произошло сразу несколько неприятных событий: с утра Руслан уволил Нику, Эля несколько дней радовалась ее переводу в Краснодар, но очень испугалась, когда разъяренный начальник ворвался в кабинет и потребовал собирать вещи и выметаться из компании.

Они долго и громко выясняли отношения, а помощница Ники Георгиевны внимательно их слушала, и как только буря стихла, поспешила обо всем мне рассказать.

Ужигов выторговал для себя «увольнение по собственному желанию». Он рассказал, что Ника приняла его на работу несмотря на то, что опыта в данной сфере у него не было, а квалификация не соответствовала требованиям занимаемой должности. Взамен он должен был выполнять ее мелкие поручения, а попросту — следить за главным. И это именно она приказала стереть записи. На Вадима у Миши был какой-то компромат, надавить на него проблем не составило.

Последним обещанием обиженной женщины было: «Ты еще об этом сильно пожалеешь!»

Почти тут же она стала приводить свой план в действие. Через час Олег знал, что в четверг я вылетаю с Русланом во Францию.

Увидев, что на связь вышел жених, извинилась и выбежала в коридор. Вчера пыталась сама до него дозвониться, чтобы узнать о нападении на брата, но номер абонента находился вне зоны доступа.

— Королева, ты куда собралась?! Забыла, что являешься моей невестой?! — кричал он в трубку. Я пыталась вставить слово, но он не давал возможности. — Я убью вас раньше, чем вы войдете в самолет! Решила стать любовницей моего брата?! Я думал, что это он тобой заинтересовался, но, оказывается, вся компания в курсе, что мне наставляют рога! Ты об этом сильно пожалеешь!

Я не знала, что у Олега есть на Андрея, поэтому его слова заставили меня похолодеть. Судя по тону — настроен жених решительно. Что будет с отцом и братом, если парень решит выполнить свою угрозу?

«Может, просто запугивает?» — промелькнула мысль в голове.

— Олег, не кричи! Послушай меня: это командировка, а не романтическая поездка, — я сама слышала в голосе ложь, не мог ее не почувствовать и Олег.

— Я не первый год живу на свете, Леся! Руслан Нику бросил, потом стал к тебе свои шары катить! Скажешь, неправда?! Почему он привозит и увозит тебя с работы?!

Мне было понятно, что Ника обо всем ему рассказала. Неизвестно еще, в каких выражениях она преподнесла наши отношения.

— Если ты в первую брачную ночь окажешься не целкой!.. — не закончил он свою угрозу, оставил додумывать мне.

— Олег! Прекрати меня запугивать! Давай встретимся и поговорим, как взрослые люди!

— Давай встретимся. Придешь после работы в мой бар!

— Хорошо, — ответила я, не подумав. Олег сбросил вызов, а я стояла и думала, как мне поступить. От волнения сердце учащенно билось в груди, а мысли никак не удавалось собрать в кучу.

Руслан каждый вечер забирает меня с работы. Ехать вместе с ним навстречу было бы неразумно. Между братьями произойдет очередная ссора, договориться с Олегом не получится. Мне надо понять, какие рычаги давления и козыри у него есть, я была уверена, что это как-то связанно с Андреем.

Работа остановилась. Я не могла сосредоточиться на тексте. Отпросившись чуть раньше обеда у Риммы Павловны, я без предупреждения поехала к жениху. Старшая сотрудница отдела знала, что случилось с моим братом, и решила, что собралась навестить родного человека, переубеждать ее не стала.

Адрес бара я знала хорошо, но никогда раньше в нем не была. Стильное небольшое помещение прекрасно контрастировало с огромной барной стойкой. В глаза бросалась сцена, на которой были установлены шесты, совсем не гармонирующие с роялем… Это, наверное, единственное безвкусное пятно в интерьере.

— Я бы хотела видеть Скулова Олега, — обратилась к бармену за стойкой. Посетителей в этот ранний час почти не было. Ни администратора, ни официантов в зале я не увидела.

— Вы по вопросу рекламы? — я зачем-то кивнула. — Пройдите вон туда и поверните налево, — он указал рукой, куда именно. — Первая дверь — кабинет директора. Они вас ждут вместе с администратором.

Я поспешила в указанном направлении, пока меня не разоблачили. Дверь была закрыта, повернув ручку, открыла створку, заглянула и застыла в проеме со словами: «Олег, привет».

Мой жених сидел в офисном кресле, а Люда расположилась на нем сверху и активно работала бедрами, которые мой жених активно помогал ей подбрасывать.

Наверное, легкий сквозняк заставил его поднять голову и открыть глаза. Наши взгляды пересеклись, в чьих застыл больший ужас, трудно сказать, себя-то я не видела, но Олега словно парализовало.

— Слезь с меня! — первым в себя пришел жених, уже точно бывший, и брезгливо стряхнул с колен Люду. Я только услышала грохот ее приземления и грубый мат, потому что уже развернулась и направилась прочь от открытого настежь кабинета в сторону выхода. — Какого хрена дверь не закрыла?! — перебил ее Олег.

Толкнув в проходе посетителя, я буквально выбежала в зал.

— Олеся, постой! — донеслось до меня, когда я была уже у двери.

Слышала, как Олег кричал, чтобы меня задержали, но пока бармен выйдет из-за стойки, я уже буду далеко.

На улице возле машины стоял Лысый и с кем-то говорил по телефону. Пока жених не запрыгнул в автомобиль и не погнался за мной, направилась бегом к подземному переходу, благо, он располагался совсем близко.