Часть I I. Глава 13. Новые загадки

Для того чтобы допросить старика, которого привезли из лесной землянки вместе со мной, достаточно было просто спуститься на первый этаж с третьего. Оказалось, что Ллойд и другие хранители остановились не в гостинице: они сняли особняк на окраине Малфеста.

Особняк находился довольно далеко от других зданий и был обнесен высокой стеной. На территории располагался не только большой трехэтажный дом, но и другие постройки: конюшня, псарня, несколько сараев и флигель.

Псарня сейчас пустовала, а во флигеле жила семья, которая занималась обслуживанием дома. В основном здании поселились хранители, охранники и пожилая повариха с двумя внуками. Конечно, для тринадцати человек дом оказался слишком большим, однако Ллойд сказал, что в других местах было бы сложнее обеспечить защиту.

Одну из кладовок переделали в тюремную камеру, и именно там сидел тот старик, что вытащил меня из телепортационного ящика. Пока двое охранников ушли за пленником, мы завернули в комнату, которая должна была стать допросной. За столом там сидел немного помятый молодой мужчина с медальоном хранителя. Оказалось, что он должен был помогать Ллойду допрашивать старика, но раз здесь была я, то его присутствие не требовалось. Орис – а именно так звали хранителя – с радостью отправился досыпать.

– А чем он занимался ночью? Какое-то задание?

– Да, – подтвердил Ллойд и решил пояснить. – Мы опросили многих людей и сейчас склоняемся к выводу, что твои предположения об актере, который сыграл роль Вирейда, верны. Похоже, этот малый сообразил, что никто не станет оставлять его в живых после того, как он выполнит свою работу, и сбежал. Последние несколько ночей, включая сегодняшнюю, спать приходилось очень мало. Мы устроили засаду, в надежде поймать актера и расспросить, но все впустую. Планировали отоспаться сегодня утром, но не получилось.

Расспросить Ллойда более подробно не удалось: привели нашего заключенного. Постоянно что-то бубнящий, всклокоченный, бледный, но с лихорадочным румянцем на щеках и со слезящимися глазами, он производил впечатление сумасшедшего. Антимагические кандалы на запястьях заставили меня удивленно поднять брови.

Вот как. Оказывается, старик был магом! Вполне возможно, что именно поэтому схрон не могли найти. Какой-нибудь слабенький отвод глаз скрывал место от жителей ближайших деревенек, а поисковые заклинания не обнаруживали сильных магических возмущений.

Старик трясся, горбился, явно боялся, но отвечать на вопросы отказывался. Единственное, что нам удалось выяснить, это имя – Ингвар. Его полубредовая речь постоянно прерывалась приступами надсадного кашля. Конечно, можно было надавить и заставить мужчину говорить, но наш заключенный вызывал у меня только жалость.

– Ингвар, послушайте, – вмешалась я, видя, что Ллойд теряет терпение, – мой супруг сильный маг. Если вы не будете отвечать, он все равно добьется от вас признания с помощью силы. Но я не хочу этого. Давайте договоримся: вы рассказываете нам все, что знаете об этой землянке, о том, кто вас нанял и зачем, а мы создаем вам нормальные условия заключения. Будем хорошо кормить, поить, вызовем целителя, чтобы вылечить ваш жуткий кашель. Согласны?

Старик покосился не меня с каким-то благоговейным ужасом и тихо выдохнул:

– Да…

– Вы обязаны будете принести магическую клятву, что выполните условия договора, – непререкаемым тоном добавил Ллойд.

– Ладно, – после долгой паузы ответил заключенный, – я поклянусь.

Для того чтобы магия подействовала, пришлось снять с него наручники. Несмотря на опасения мужа, все прошло гладко. Ингвар принес клятву и не сопротивлялся, когда на него повторно надели кандалы.

Как только пленного увели, я спросила:

– Как тебе удалось так быстро меня забрать? Та землянка находится недалеко от Малфеста?

– Да, примерно в трех часах езды от города, но мы, конечно, добрались быстрее, магией подстегивая лошадей. Где-то за час до полудня были на месте. Могли бы и быстрее, но приходилось постоянно связываться с Вирейдом, чтобы он нас сориентировал. Не было времени собирать большой отряд, поэтому поехали вчетвером, в том числе и Орис. Мага этого болезного забрали, он почти не сопротивлялся. А ты… – Ллойд обнял меня, крепко прижав к себе. – Ты не приходила в себя. Целителя среди нас не было, старик утверждал, что ничего не знает, и клялся, что ты была мертва. Пока добирались обратно, я чуть с ума не сошел, все время молился первопредкам, чтобы с тобой все было в порядке.

– А та землянка? Вы там кого-нибудь оставили?

– Конечно. Всего двоих, но этого оказалось достаточно. Совсем недавно в ловушку попала «птичка»; судя по описанию, это тот тип, что говорил с твоим отцом. Прибыл туда с небольшим отрядом охраны. Магов среди них не было, всех удалось повязать. Скоро привезут этого типа сюда.

Мы так и стояли посреди комнаты, обнявшись. После пережитого расставания с Ллойдом не хотелось от него отходить: в его объятьях было так уютно, даже думать о допросах не хотелось. Муж, видимо, размышлял так же; он потянулся ко мне, и через секунду мы страстно целовались.

Ровно через полчаса мы снова встретились с пленником. За это время его покормили, помыли, переодели и напоили лекарствами. Приглядевшись к Ингвару, я вдруг поняла, что ошиблась в своих предположениях. Наш заключенный оказался не стариком: а мужчиной среднего возраста. Вряд ли ему было больше сорока лет, но неопрятная борода, грязные нечесаные космы, привычка сутулиться, болезнь и мешковатая мятая старая одежда – все это сильно его старило.

Допрашивать Ингвара было тяжело. Он отвлекался, постоянно повторял какие-то странные фразы. И чем дольше я за ним следила, чем больше убеждалась, что этот мужчина повредился в уме. Скоро стало понятно, почему это произошло.

Ингвар оказался четвертым сыном провинциального барона. Наследство отец разделил между двумя старшими братьями, третьего – успешно женил, а Ингвару, у которого обнаружился небольшой дар, оплатил учебу в магической академии. Усидчивость, любовь к знаниям и желание закрепиться в столице позволили младшему отпрыску барона сразу после учебы устроиться в академию на должность простого сотрудника исследовательской лаборатории, где занимались магическими экспериментами.

Через десять лет Ингвар дорос до заместителя главы лаборатории, получил ученую степень, а еще через некоторое время ему доверили преподавание. Так, трудясь в лаборатории и обучая студентов, он постепенно заработал на добротный и уютный дом в столице, хотя и не в самом престижном районе.

Маг неоднократно подумывал о женитьбе, подбирал удобную и выгодную партию. Конечно же, из аристократов, но у судьбы были совсем другие планы: Ингвар как-то незаметно для себя влюбился в одну из своих студенток. Девушка ответила такой же пылкой любовью, и маг решил, что и на обычной горожанке может жениться. Он договорился с её родителями о браке и планировал сыграть свадьбу сразу после того, как девушка окончит учебу. Ингвар летал на крыльях любви и видел впереди только счастливое совместное будущее.

Все переменилось в тот день, когда Велия напала на Тасар. Сначала ничего не предвещало разгромного поражения, но вскоре обычного преподавателя и ученого, а так же всех студентов старших курсов, призвали на защиту Родины. Необученных магов и учителей, привыкших к кабинетной работе, кинули в самое пекло. Возлюбленная Ингвара погибла на его глазах, как и многие ученики несчастного ученого. Сам маг пострадал в результате взрыва, куда-то бежал, падал, полз.

Так получилось, что его не нашли ни велийцы, отступавшие с поля боя, ни тасарцы, занявшие территорию. Зато обнаружили то ли разбойники, то ли крестьяне, снявшие с бесчувственного состоятельного аристократа не только драгоценности, но и одежду.

Фамильный защитный браслет-артефакт, по которому его могли опознать, Ингвар отдал возлюбленной. Хотел таким образом защитить девушку. Какое-то время он скитался по деревням, от горя потеряв разум. Где-то ему помогали и жалели, а где-то гнали со двора.

В таком состоянии его умудрился опознать один из знакомых – Ливсес, который предложил Ингвару работу: следить за товарами. Он же пригрозил, что если маг откажется, то в столице станет известно о дезертирстве ученого, пообещал, что тогда Ингвара схватят ищейки короля и казнят.

Господин Алан, который приехал чуть позже, пообещал, что у мага будет вода, еда, крыша над головой и так любимое им одиночество. И всего-то лишь надо следить за телепортационным ящиком, выполнять несложные поручения и прикрывать отводом глаз небольшой участок леса.

Так Ингвар стал работать на герцога. Хотя, конечно, сам маг не знал, на кого он работает: он встречался с Ливсером или господином Аланом. Как ни странно, именно тут ему действительно стало немного легче, память начала возвращаться. Правда, потом маг заболел, но из-за холода и отсутствия даже минимальных удобств никак не мог вылечиться.

Потом Ллойд расспрашивал о том, какие товары пересылались, о том, что за несложные поручения выполнял Ингвар и когда именно. Наши предположения подтвердились: герцог занимался контрабандой. В основном переправляли дорогие амулеты и артефакты, драгоценные камни, пару раз стопки с ценными бумагами или вовсе закрытые коробки, в которых не понятно, что перевозилось.

О том, что делал ариж в клетке, мы так и не узнали. В обязанности Ингвара, кроме всего прочего, входило кормление зверька, уборка за ним и насыщение магией. Возможно, малыша держали, чтобы потом продать или подарить какому-нибудь любителю экзотических животных.

– Еще один вопрос, – Ллойд устало потер виски, – почему ты согласился на ту сделку, что предложила моя жена?

– Она была мертва! – неожиданно рявкнул Ингвар, глядя на меня. – Мертва! Это точно. Понимаешь, что это значит? Нельзя отказывать мертвой деве!

Интересно. В Велии была страшная сказка о мертвой деве, которая являлась к тем, кто последним её видел при жизни, и просила что-то сделать. Те, которые отказывали, обычно заболевали и умирали в муках, зато те, кто соглашался выполнить последнюю волю, нередко получали награду.

– Но ведь сейчас жива. – Я попыталась успокоить мужчину. – Какая же я – мертвая дева?

– Нет, мертвая. И жива. Но все равно нельзя отказывать той, кто знает, как воскреснуть! – наконец, определился Ингвар.

– Логично… – признал муж.

Нам не дали отдохнуть и минуты. После того, как заключенного увели, в комнату вбежал внук поварихи и передал просьбу одного из хранителей спуститься вниз. Оказалось, два мага, которых Ллойд оставлял в землянке, приехали «с уловом».

Пять телохранителей и разряженный господин, в котором я опознала того типа, что приезжал к моему отцу, в рядок лежали в обычной крестьянской повозке на свежем сене и сладко посапывали. Аж завидно стало! Я-то вторые сутки на ногах.

– Вы их что? Просто усыпили? – с удивлением спросил Ллойд. – Но как? Неужели они настолько легкомысленны, что перевозят дорогие контрабандные товары, даже не надев артефакты?

– Нет, артефакты были, вот. – Хранитель раскрыл сумку, что висела на его плече, и показал нам её содержимое.

– Серьёзно… – признал Ллойд. – Но тогда каким образом?

Конечно, не все, что было в сумке, я смогла опознать, но аура некоторых артефактов впечатляла.

– Шеф, тот маг, что там жил, настоящий гений. Мы нашли его записи и несколько готовых мешочков с порошком, который при горении выделяет дым без цвета и запаха. Судя по результатам опытов, газ мягко усыплял людей и животных. Решили на этих попробовать, – кивнув на лежащих в телеге, отчитался маг.

– Использовать ни разу неопробованное средство?

– На что-то другое времени не было. Мы не успели установить ловушки. Аура у некоторых артефактов была внушительной, и магический поиск показал, что против нас шестеро магов. Резерв после утренней гонки у нас не восстановился. Вот мы и решились попробовать порошок, – мужчина помялся, а потом добавил: – Ллойд, жизнь магу, который сумел такое сотворить из обычных растений, лучше сохранить и убедить его переехать к нам. Если есть такая возможность, конечно…

– Есть. Ингвара обманом и шантажом заставили там работать. Честно сказать, не знаю, что с ним делать. Не уверен, что он полностью осознает, что происходит. Он работал ученым, всю жизнь трудился в лаборатории, а его послали убивать и дали в нагрузку студентов, которые тоже ничего не умели. После их гибели на его глазах, разум мага повредился, и я не знаю, восстановится ли он когда-нибудь.

– Может быть, я попробую с ним поговорить? Такого человека нельзя упускать.

– Попробуй…

После ужина мы снова приступили к допросу. Сначала к нам попали телохранители прилизанного типа. На удивление, разбудить их удалось довольно быстро: подействовало простое заклинание после интоксикации. Ллойд признался, что пару раз в студенческие годы оно помогало быстро приводить себя в порядок после попоек.

Каждый телохранитель, которого приводили в комнату, видя перед собой хранителя первого ранга, верно оценивал ситуацию и без применения силы или шантажа начинал рассказывать о своем работодателе – Ливсере. Да-да, именно он шантажировал Ингвара, обещая рассказать о «дезертирстве» ученого. Прилизанный тип оказался «замазан» во многих нелицеприятных делах, не только в контрабанде и сокрытии каравана.

Только поздно вечером мы, наконец, добрались до допроса самого Ливсера. И с ним пришлось посложнее. Сначала он пытался возмущаться, откровенно врал и даже запугивал моего мужа, но ровно до того момента, как хранитель начал применять силу. Магическую. Поэтому выглядело все совсем нестрашно. По крайней мере, для меня.

После единичной демонстрации Лива как подменили, он, поняв, что помощи ждать неоткуда, подробно рассказывал о своей роли в планах герцога. Удивительно, но, похоже, тот сумасшедший план, который мы с Ллойдом обсуждали по пути в Уард, оказался верным! Мой папуля действительно метил на престол! Только не понятно было, каким образом он обошел магическую присягу. Это клятва, за нарушение которой наступает очень тяжелый откат не только для мага, но и для человека без дара.

Текст велийской присяги хранители тщательно изучили после того, как у нас возникли предположения о том, что герцог мечтал надеть на себя корону. И на вопрос о том, можно ли обойти такую клятву, ответ специалистов был однозначный – нет.

Но моему отцу, похоже, как-то это удалось! Конечно, Лив был не в курсе всего плана, но некоторые поручения моего отца можно было однозначно трактовать как измену Родине. То есть откат от нарушения клятвы верности королю должен быть очень сильным, но ничего подобного мы не наблюдали.

Герцог постепенно убирал всех, кто мешал его цели осуществиться. Недавно он был девятый в очереди на престол, а теперь – уже седьмой, а все потому, что один из претендентов внезапно «сошел с ума», второй – стал монахом и отрекся от мирской жизни, конечно, при активном содействии людей Лива.

На самом деле, двоюродного дядю короля опоили специальным средством, и подкупленная комиссия выдала заключение о невменяемости. А его сына просто шантажировали, взяв в заложники жену, с которой тайно обвенчался молодой мужчина.

Надо сказать, что герцог действовал очень осторожно и не спеша. За полгода до этого он так же незаметно вывел из игры еще одного претендента на престол, подсадив парня на «сладкую травку».

Допрос Ливсера завершился в середине ночи. Не то чтобы у Ллойда закончились вопросы, просто мы с ним едва держали глаза открытыми. Одна ночь уже прошла без сна, вторую, конечно, можно было тоже провести на ногах, если выпить бодрящее зелье. Правда, оно довольно вредное, и потом все равно придется отсыпаться, но в два раза дольше прежнего, поэтому мой муж принял решение закончить дела на сегодня.

Пока он сопровождал нашего заключенного в подвал, я, зевая, побрела в отведенную нам спальню. Как только вошла, ко мне, возмущенно посвистывая, бросился ариж. Бедный зверек – мы совсем о нем забыли! Малыша надо покормить.

Пришлось искать сначала Ллойда, а потом и кухню. Мы с мужем тоже решили перекусить. Арижи оказались всеядными животными, поэтому достать ему еды было несложно. Зверек ел очень аккуратно: передними лапками брал из миски кусочек мяса, морковки или тыквы, специально порезанной для него, засовывал в пасть, тщательно пережевывал, а потом тянулся за следующим.

– Посмотри, какой хорошенький, – умилялась я, глядя на серьезную мордочку жующего малыша, – он так забавно хвостиком дергает от удовольствия.

– А почему ты решила, что это от удовольствия?

А ведь верно! У меня не было никаких сомнений в том, что зверек всегда так дергает хвостом от удовольствия. И в том, что он хочет есть, я была уверена. Странно. Ллойд все понял по моему удивленному лицу.

– Возможно, это действует привязка, – предположил он. – Пока она не окрепла, и ты не общаешься полноценно с фамильяром, но кое-что он способен тебе передать.

– Ты все-таки думаешь, что он стал моим фамильяром? Но ведь он не только что родился.

– Мы не знаем о том, на что способны арижи. У нас их очень мало. Может быть, кровь нужна была для того, чтобы разорвать привязку с кем-то еще? А может быть, в каких-то обстоятельствах они могут запечатлеться, будучи взрослыми? В любом случае, тебе надо постараться наладить с ним контакт. В следующий раз, как будешь медитировать, попробуй найти рядом сознание фамильяра и потянуться к нему.

– Попытаюсь…

Неужели, тот укус действительно привязал меня к арижу? Это было бы замечательно! Ох, я ж ведь сегодня так и не медитировала. И упражнения для расширения магических каналов не делала. Сейчас я уже еле стою на ногах, но завтра нужно первым делом выполнить все, что советовал лекарь.

– Жаль, конечно, что арижа нельзя будет сразу расспросить о том, как он попал в клетку, – посетовал Ллойд, когда зверек поел и доверчиво полез ко мне на руки.

– Почему?

– Общение с фамильярами наладить не так просто. Обычно на это уходит от года до нескольких лет. Так что записать показания пушистого узника быстро не получится.

– Тебе бы только допросы, бедный зверек так намучился, – сочувственно вздохнула я, гладя свалявшуюся шерстку. Надо обязательно помыть малыша. – Потом выясним, как он попал к этим живодерам. Не думаю, что он знает что-то важное.

В этот момент мы дошли до нашей спальни, муж отворил дверь и пропустил меня вперед.

– Почему нет? Он мог видеть что-то такое, что могло бы помочь нам понять, как твой отец обошел клятву. От зверя никто не будет таиться, – вслух размышлял он.

Потом вдруг напрягся и резко задвинул меня себе за спину. На его пальцах заклубился серый туман неизвестного мне заклинания.

– Что происходит? – испуганно спросила я.

– Тут распахнуто окно, а я его точно закрывал…

Ариж, которого я прижимала к себе, насмешливо фыркнул, спрыгнул на пол и безбоязненно продефилировал к окну, чуть приподнимая хвост. Запрыгнул на подоконник, выполз наружу, цепляясь крепкими когтями за неровности стены, потом залез обратно, медленно поднял и опустил хвост, а затем ожидающе посмотрел на нас.

– Ну и что значит эта пантомима? – нахмурившись, спросил у меня Ллойд.

– Хм… кажется, это он открыл окошко. Ему нужно было в туалет, – перевела я.

– Это точно? – грозно спросил муж у малыша.

Зверек на него внимательно посмотрел, а потом кивнул. Ничего себе! Действительно кивнул.

– Отлично! – сразу успокоился Ллойд.

– Прости, хороший мой, мы совсем о тебе забыли, – покаялась я.

Мне действительно было стыдно. Ариж гордо прошелся до кресла, залез на него, сладко зевнул и свернулся клубочком. Я, улыбаясь, пошла в ванную: надо помыть руки и во что-нибудь переодеться. Только сейчас вспомнила, что никаких вещей у меня нет. Тасарские платья не предполагали нательной рубашки, которая в Велии должна была надеваться под любую одежду. Не голой же спать? Хотя Ллойд, наверное, будет счастлив.

Возвратившись в комнату, я обнаружила наполовину раздетого мужа, который спал прямо поверх покрывала. Похоже, сел на кровать, снял штаны и так и заснул. Бедняга, сколько ночей он без нормального сна…

В шкафу я нашла белую мужскую рубаху с завязками на вороте. Коротковата, но другой все равно нет. Ллойд, кажется, даже не проснулся, когда я его аккуратно дораздела, перекатила на другую часть кровати и накрыла одеялом.