Глава 17

Следующие несколько дней до бала перевернули всё с ног на голову. Мои радужные планы укатились в бездну, оставив горькое послевкусие.

Если бы не необходимость проявить почтение главам кланов, непременно осталась бы дома и не пошла бы ни на какой бал. Но и у вампиров есть обязанности. Поссорилась ты с отцом, не поссорилась, а будь добра, явись на мероприятие и делай вид, что всем довольна.

На бал я отправилась в гордом одиночестве. И нарядилась так, чтобы чувствовать себя максимально уверенно: шпильки, эффектное обтягивающее черное платье с открытой спиной, распущенные красиво завитые локоны и яркая помада в цвет волос – фиолетовая.

– Артемида, ты пришла! Ну, наконец-то! – Лукреция будто ждала за дверью, появилась как чёрт из табакерки, стоило мне пересечь порог.

– Да, Ада, только тебя и ждём! – Рената Мобс топает обутой в дорогую туфельку ножкой.

– Почему не с Габриэлем? – Илона таращит глаза так недовольно, будто я лично ей обязана закрутить роман с самым завидным холостяком вампирского сообщества.

Окидываю взглядом роскошное убранство и ловлю сотни заинтересованных взглядов. Тишина оглушающая. Прислушиваются. Будто здесь собрались не самые совершенные в мире хищники с идеальным слухом.

Интересно, как много они уже знают?

– А почему мы должны быть с ним вместе? – прикидываюсь дурочкой. – Я, как и некоторые из вас, лишь сходила на свидание. Оно не обязано заканчиваться браком.

– В смысле, не обязано? А кольцо? – Илона берет меня под руку и ведёт в центр зала. К нам присоединяются остальные несостоявшиеся невесты Габриэля. Подслушивать издалека им не нравится – вопрос через зал не задашь.

– А вы его нашли? – парирую ехидно, прекрасно зная, что оно дожидалось меня в замке вместе с шикарной ночью и последующим романтическим предложением руки и сердца, о котором в приличном обществе не расскажешь.

Один нюанс – с кольцом и в блаженном состоянии я проходила ровно до возвращения в город и встречи с довольными родственниками. Как оказалось, они подписали брачный контракт ещё месяц назад, и в нём не хватало только моего росчерка. А весь тот месяц, что я пробегала с чашками, ждали, когда я дозрею до брака. Ещё и в аукционе по очереди участвовали. Вообще ни стыда ни совести.

Хотелось бы сказать, что они непонятно на что рассчитывали, но, увы, их чертов план сработал. Я действительно привязалась к Габриэлю за этот месяц. Тем было обиднее.

Договор я, разумеется, прочитала.

Мои розовые очки треснули стеклами внутрь, когда я поняла, что брак нужен был семьям для дополнительного страхования многомиллиардного контракта. И знали об этом все, включая Габриэля.

Верить после этого я ему не могла.

Никому из них.

Это здорово меня отрезвило. Я не хотела быть разменной пешкой и бессловесным приложением к договору, а планировала жить по своим правилам. Последний месяц и вовсе восприняла как издевку. Развлекались за мой счёт, посмотрите на них.

Я сменила номер телефона, вернула банковские карты отцу, съехала из подаренной квартиры в съёмную и жила на честно заработанные с аукционов деньги, ни с кем не общаясь. И всерьёз думала о будущем, даже набросала примерную стратегию создания бизнеса, заручившись поддержкой друзей. Жаль, в этот раз я буду одна, без помощника. С предателями не работаю.

Но ничего, справлюсь. Вот, даже церемонию приветствия прохожу самостоятельно, без представления главой семьи. Хотя отец пытался подойти, но я смерила его таким взглядом, что он отступил.

После завершения официальной части нас пригласили в бальный зал. Первым, кого я там увидела, был Габриэль. Он стоял в окружении юных леди и, кажется, отлично проводил время. На удивление, не заметила там ни одну «аукционную невесту». Неужели у них совесть проснулась? Даже не верится. Посмотрим, как надолго их хватит.

Фыркаю и спешу в сторону выхода, но вижу там отца. Приходится менять курс, чтобы не столкнуться с ним. Но вот засада! У второго выхода стоит Гертруда.

Начинаю подозревать неладное.

Пока не замуровали последний выход, иду через танцующих прямиком к той двери, в которую вошла. Незаметно улизнуть сегодня точно не получится, значит, нет смысла таиться. Официальная часть мероприятия прошла, имею право делать всё, что хочу.

Однако и в следующем зале меня ждёт препятствие. Но не такое серьёзное, как старшие родственники. Им ни нахамить, ни подвинуть, ни проигнорировать – воспитание не позволит.

– Алистер, какая неожиданная пренеприятнейшая встреча!

– Ада, давай мириться, – переходит он сразу к делу.

– А ты именно для этого тут стоишь, да? – ехидничаю, отмечая тот момент, что мне перекрыли ходы-выходы. – Может, отпустишь меня? А я тебя великодушно прощу! – предлагаю сделку.

– Я бы с удовольствием, но парадный вход закрыт. Ада, они хотят просто поговорить, – пытается убедить он меня.

– Мне хватило одной беседы, чтобы сделать выводы, – говорю холодно. И тут же ставлю вопрос ребром: – Либо ты мне помогаешь, либо друзьями нам с тобой больше никогда не быть.

Признаться, всей душой хочу, чтобы он согласился. Как бы то ни было, но я скучала по нему.

Алистер долго не раздумывает. Видит, что я абсолютно серьёзна.

– Пойдём! – Он кивает в сторону небольшой двери, за которой скрывается уютная комната отдыха.

Приходит мысль, что напарник завёл меня в ловушку, но он без лишних слов идёт к окну и распахивает его настежь, высунувшись по пояс.

– Ну, вроде не сильно высоко. Если боишься прыгать, можешь сползти по трубе. Она вроде прочная.

Смотрю в изумлении.

– С ума сошёл? Я в вечернем платье и на каблуках.

– Твои туфли можно использовать как ледорубы, даже труба не понадобится, так спустишься. Постарайся сильно не повредить здание, оно историческое, – в обычной своей манере язвит Алистер, и на душе становится легче.

– Узнаю своего дорогого друга. Ты никогда не облегчал мне жизнь.

– Если что-то не нравится, Габриэль ждёт. И поверь, он куда лучше Гертруды, которая твердо намерена сделать тебя своей внучкой. Она считает, что у тебя характер Ноланов. Я бы посоветовал тебе не сопротивляться, но знаю, что слушать меня не станешь.

– Поняла-поняла. Ты так обрисовал перспективы, что захотелось выйти в окно. И, пожалуй, я так и сделаю.

Снимаю туфли и отправляю их на свободу. Слышу приглушенные ругательства, нервно смотрю на Алистера.

С улицы доносится:

– Золушка, ты где? Твои хрустальные туфельки в надёжных руках, готов поймать и тебя.

Голос звучит молодо и весело, но я не тороплюсь инспектировать сказочного принца, хотя его чувство юмора мне нравится.

Алистер бьет себя по лбу. Шлепок получается знатный. В следующее мгновение он закрывает окно, хватает меня за руку и выводит в зал.

– Это же надо было умудриться попасть туфлей в лоб начальнику секретной службы, – бурчит он под нос. – Ада, это даже для тебя перебор.

Стрелой проносимся к противоположной стене и попадаем в такую же комнату, скрытую за неприметной дверью. Она не пустует. И от увиденного мы на мгновение замираем.

– Простите-извините, – щебечу я, пятясь к выходу. – Мы сейчас уйдем, извините за беспокойство. Алистер, прекрати пялиться. И не завидуй. Мне казалось, у тебя были отличные выходные в лесу, должен был насмотреться.

– Такого я ещё не видел, надо будет попробовать. И вообще, ты давай сигай в окно, а не читай мне нотации, – подталкивает он меня. – Обратного хода нет, я видел Габриэля, он сейчас будет здесь.

В подтверждение его слов ручка двери поворачивается.

– Иди, я его задержу, – берет на себя Алистер непосильную задачу, выскальзывая за дверь и оставляя меня наедине с парочкой голых вампиров, которую наше присутствие ни капли не смущает.

Заметив мой интерес, мужчина гостеприимно делает жест рукой.

– Не желаете присоединиться? – проявляет он любезность.

– Извините, вынуждена ответить отказом, – словно на светском мероприятии отвечаю я. Отгораживаюсь ладонью от непристойного зрелища и двигаюсь мимо лежбища в сторону окна. Свобода совсем рядом.

Окно с тихим скрипом распахивается, и я не медлю, выбираюсь на карниз, хватаюсь за водосточную трубу, надеясь, что она выдержит и не оставит меня без платья. Такой эпизод в моей жизни уже был, не стоит повторяться. Хотя именно здесь пригодились бы те пышные юбки, сработав как батут, но, увы, я в элегантном платье.

Труба не подводит, с достоинством выдержав побег Золушки с королевского бала. Но это отнюдь не значит, что удача мне благоволит.

– Скучная жена – горе в семье, – раздается голос Габриэля, когда я уже почти внизу. – Не устала ты ещё от таких приключений?

По инерции бросаюсь вверх, чтобы добраться до племянничка, но меня хватают за лодыжку.

– В гробу я их видала, – заявляю недовольно. Таки подставил меня этот прохвост. Иначе как бы Габриэль так быстро сюда попал?

Мысль, что моя месть Алистеру будет страшна, примиряет с обстоятельствами. Тамада он, конечно, хороший, и конкурсы интересные, но и я не лыком шита. Как показала практика, моя фантазия куда более изощренная. И в этот раз она будет очень жестокой!

А главное, у меня теперь есть «отряд быстрого реагирования в юбках». Быть может, это перерастет в настоящую дружбу. Я до сих пор шокирована тем, что они не набросились на Габриэля, узнав, что мы не вместе, а поддержали меня и даже сопроводили к главам кланов. Никогда не думала, что наш серпентарий с королевскими кобрами может сплотиться в критический момент и так поддержать.

– Не торопись на тот свет, Алистер только учится организовывать свидания, у нас все впереди, – обещает Габриэль.

– Отпусти, меня там ждут, – заявляю, ничуть не солгав, подразумевая комнату со страстной парочкой. Они ведь звали меня к себе. – И вообще, я не твоя жена и быть таковой не планирую!

– Артемида, мы истинная пара!

– Досадное упущение!

Надо же было так облажаться. Первый мужчина – и я вляпалась по самые уши. Всю жизнь была уверена, что истинные пары – это сказочка для наивных девочек. А в итоге, один неловкий укус в порыве страсти – и слова уже не нужны. Ты точно знаешь, что тебя любят, восхищаются тобой. А что самое главное, ты уже никуда не денешься с этой подводной лодки, потому что истинная пара – это связь на всю жизнь. И неважно, хочешь ты того или нет.

Но пока вместо обещанной книгами всепоглощающей любви я чувствую только ярость и злость. И обиду. И разочарование. И ещё много разных гадких эмоций.

Это просто несправедливо! Все решают за меня, даже древние предания! И то, что пожизненная страстная любовь гарантирована, сейчас меня никак не утешает.

Пытаюсь вырвать лодыжку из крепкого захвата, но мужчина тянет на себя сильнее, и я спускаюсь ниже, что позволяет ему обхватить меня за талию. Но трубу из рук не выпускаю.

– Ты не Кикимора, Ада, ты – коала. Отпусти трубу.

– Мне и так хорошо.

– Простите, что вмешиваюсь, – раздаётся голос любителя Золушек. – Я принёс туфли и хочу услышать внятное объяснение, что здесь происходит.

Чувствую, как Габриэль одергивает моё платье. Стараюсь не думать, чем он там любовался, что так ревностно отнесся к дополнительному зрителю.

– Это моя невеста, истинная, – с нажимом говорит Габриэль.

– Ты что, теперь всю жизнь всем будешь хвастаться, что я от тебя никогда никуда не сбегу?

– Так и я от тебя никуда не сбегу. И почему бы и не похвастаться?

– Ты меня любишь, потому и не сбегаешь! – заявляю уверенно. – А у меня на жизнь были вообще другие планы, и брак в них не значился!

– Ада, ты можешь обманывать кого угодно, но связь истинных – двусторонняя, после укуса я всё знаю о твоих чувствах, хоть признания от тебя и не дождёшься, – пеняет Габриэль.

– Можно подумать, ты мне признавался в любви! Кольцо дал, и в постель. Точнее, наоборот!

– Так ты же его приняла!

– Подумаешь, примерила! Фото бы сделала и вернула, – фыркаю, жалея о том колечке, что положила на неподписанный брачный контракт.

В наш разговор вклинивается чужой голос. О зрителе мы совершенно забыли.

– Небольшая размолвка влюбленных, я всё понял, – говорит несостоявшийся принц.

– Прошу извинить за туфли, – вспоминаю я о вежливости.

– Надеюсь, вы не сильно пострадали? – беспокоится Габриэль.

– Зрелище вполне компенсировало мои страдания, – весело отзывается мужчина, лица которого я всё ещё не вижу. Но, похоже, стоит отлипнуть от трубы и представиться. Я ведь хорошо воспитанная барышня.

Без предупреждения разжимаю руки и падаю в объятия Габриэля. Он аккуратно ставит меня на траву и забирает туфли у мужчины, который с интересом следит за развитием событий.

Несостоявшийся жених приседает и берёт меня за щиколотку. Под насмешливым взглядом начальника секретной службы не сопротивляюсь. Пусть всё это поскорее закончится, и я вернусь в свою уютную квартиру.

Однако тело остро реагирует даже на невинные прикосновения. Кожа становится невероятно чувствительной, и я остро ощущаю дыхание Габриэля, покрываюсь мурашками. Связь истинной пары сдаёт с потрохами.

– Пожалуй, оставлю вас, – говорит наблюдательный зритель и, кивая, удаляется. Нас так и не представили, но сейчас не до соблюдения формальностей. Я горю.

Моё состояние не остаётся незамеченным и Габриэлем.

– Моя машина за углом.

– Я никуда с тобой не поеду!

Меня без лишних слов подхватывают на руки и несут к машине. Не знаю, что делать. Надо бы, конечно, оказать сопротивление, но тело решительно против. Воспоминания о нашей первой ночи тоже на его стороне. Про истинность – вообще молчу. Самый бесячий аргумент в его пользу.

– То, что я смирно сижу на твоих руках не значит, что я тебя простила. Просто хочу тебя грязно использовать в своих целях!

– Можешь меня не щадить, – веселится Габриэль.

– За кого ты меня принимаешь?! Мне неизвестно это слово!

– Я тебе не говорил, но мой тип женщин – строптивицы.

– Твой тип женщин – это я! – выдаю машинально. Придумал тоже, говорить про каких-то там женщин, когда у него истинная есть! Глупости какие.

– Согласен, – отвечает, смеясь.

Путь до дома Габриэля оказался коротким и сопровождался нашими ехидными комментариями, что немного примиряло меня с действительностью.

Но особенно радовало то, что Габриэль, как любой успешный мужчина, был уверен, что бастионы пали. То-то его ждёт сюрприз!