Глава 9

– И что вы мне сделаете, господин Нолан? – напоминаю ему о том, что наши отношения сугубо деловые, обращаясь на вы. – Моя личная жизнь не ваша забота.

– Ваша личная жизнь уходит из моего кабинета в моей рубашке. Вы считаете, это недостаточная причина для вмешательства?

– Это досадное недоразумение, – без капли раскаяния отвечаю я. – Что поделать, если у меня мягкое сердце? Я не могу пройти мимо чужой беды. Если бы не я, этого актёра разорвали бы фанатки.

Надо же. А ведь я действительно очень добрая! Кто бы мог подумать! Повезло господину Нолану с такой замечательной, милой, чуткой, нежной и заботливой официанткой. Меня хоть сейчас на доску почёта. Но лучше, конечно, в список Форбс.

– А меня вы когда пожалеете? У меня будет хоть одно нормальное свидание? – ехидничает Габриэль, скидывая пиджак и усаживаясь в любимое кресло. – Даю вам последний шанс, Артемида.

– Почему один? У нас ещё два свидания!

Пусть только попробует отвертеться! Я уже придумала позу для обложки Форбс! Я буду так шикарно на ней смотреться!

– И я бы лучше действительно провёл их с вами.

Я замерла, ожидая язвительного продолжения вроде «Очень удобно, не нужно никуда идти, переодеваться, заказывать цветы, – ещё и сама принесёт кофе», но Габриэль молчит. Ослабляет галстук, расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, после чего вопросительно изгибает бровь, словно поторапливая меня с положительным ответом.

Ага, размечтался! Бегу, теряя тапки! Презентация, конечно, ничего, но мог бы расстегнуть ещё пару пуговиц, а то что-то я не прониклась.

– Не надо мне угрожать! Я делаю всё, что в моих силах! И вообще, вы ко мне несправедливы. Шарлотта была очень даже ничего, особенно… местами, – не прохожу я мимо шикарных форм девушки. – С Маркусом вы тоже отлично провели время, полезно и весело, – торопливо говорю я и делаю шаг назад. – Кроме того, вы сами сказали, что я вам совершенно, вот просто нисколечко не подхожу! – заверяю со всем пылом.

– А Алистер считает, что мы с тобой – идеальная пара.

Судя по хитрым искоркам в глазах, меня сейчас троллят. Когда мы поменялись ролями?

Что за день сегодня такой? Всё идёт не по плану.

– Алистер? Не может такого быть. Я у него в чёрном списке невест! – говорю убеждённо, хотя про себя начинаю волноваться. Это что ещё за новости? Вдруг Габриэль не шутит!

– Черный – мой любимый цвет. Правда, с недавних пор мне начал нравиться ещё и фиолетовый. Убойное сочетание. Потрясающее.

– Издеваетесь? – спрашиваю, сощурив глаза и затаив надежду.

– Получаю удовольствие. Не только же вам веселиться за мой счёт.

– Не за ваш, – с достоинством отвечаю ему, имея в виду потенциальных невест, пополняющих мой кошелёк. – На минуту вас оставлю.

– Сбегаете?

Придумал тоже! Это тактическое отступление. Сегодня мяч на его стороне, а я не люблю проигрывать. Мне нужно немного привыкнуть к прежде неизвестной стороне Габриэля.

– Иду вам за кофе! – выкручиваюсь, делая хорошую мину при плохой игре.

– И себе возьмите. Наш разговор не окончен.

– Имейте в виду, что это не будет зачтено как третье свидание! На него всё равно придётся идти. Не со мной! – предупреждаю, уже разблокируя дверь и понимая, что моё тактическое отступление фактически превратилось в стратегическое бегство. Я просто не дала ему шанса ответить.

Когда я возвращаюсь в кабинет, Габриэль уже не один и крайне этим недоволен. Мой спаситель Алистер, которому я отправила смс, как верный рыцарь, прискакал на помощь и загрузил властелина тёмной башни рабочими проблемами, никак не реагируя на завуалированные просьбы испариться. Идеальный друг!

Алистеру удается продержаться до какого-то жутко важного совещания, и мужчины удаляются. Мне же остается только убрать посуду и заняться более важными вещами – запустить третий аукцион.

Я была уверена, что в этот раз обойдётся без сюрпризов. Должен же хоть один аукцион пройти нормально, теория вероятности для чего-то же существует. Но, кажется, у нас появилась добрая, стимулирующая повышение ставок, традиция – отчёт о свидании. Чему я была несказанно рада.

Шарлотта, эта восхитительная, прекрасная, удивительная девушка оставила убойный отзыв о минувшем вечере, сделав первую ставку.

«Я выхожу замуж!» – написала она, вызвав три десятка инфарктов и сто приступов ярости.

Конечно, я преувеличиваю, но именно так мне представляется реакция девушек по ту сторону экрана. Признаться, я и сама на мгновение теряюсь от подобного поворота событий.

«Не за Габриэля», – прилетает второе сообщение вместе со ставкой, нагнетая ещё больше драматизма.

Следующие пятнадцать минут я пила кофе и с удовольствием следила за разговором девушек, которые совершенно забыли о существовании такого слова, как «экономия», выпытывая из Шарлотты подробности. Но она показала себя достойной кандидатурой в жёны Маркусу и издевалась над участницами аукциона не менее профессионально, чем это сделал бы он. Не удивлюсь, если они сейчас сидят вместе и хохочут.

И когда Шарлотта уже почти раскололась, прилетело ещё одно занимательное сообщение: «А я знаю за кого! Это такой потрясающий мужчина! Вы себе даже не представляете! Входит в топ десять холостяков столицы! Он красавчик!»

Мне не нужно гадать на кофейной гуще или привлекать друга-хакера, чтобы выяснить личность отправителя. Яблочко от яблоньки недалеко падает. Это точно дочь Маркуса от первого брака.

Представляю, какие детки родятся у Шарлотты и Маркуса с таким генофондом. Кажется, я породила чудовищ! А ещё я явно подхватила вирус свахи, потому что ничем иным желание познакомить Алистера с мисс Лесли Уайт объяснить не могу. Тоже будет та ещё парочка.

Словно в ответ на мои мысли двери лифта разъезжаются, пропуская племянника Габриэля.

– Она потрясающая! – шепчет он, прижимая руки к груди. – Ставки ещё никогда не росли с такой скоростью! Мы точно побьём рекорд!

Смотрю на этого меркантильного гада. Только о деньгах и думает. А я ему такую невесту нашла! С ней точно не заскучаешь, наследственность – огонь!

– Подгрузи новые сообщения, там появилась ещё одна потрясающая леди. Незамужняя, – говорю с той особенной интонацией, что у любого мужчины вызывает суеверный ужас.

– Ада, ты меня пугаешь.

– Так и задумано, – издеваюсь я.

Алистер заглядывает в телефон и заинтересованно выгибает брови.

Вот, а я чувствовала! Чувствовала, что они родственные души!

Но, наученная последним разговором с Габриэлем, оставляю открытие при себе, не стоит перегибать палку. Познакомлю их позднее, вроде как «совершенно случайно», не дав ему шанса увернуться от радостей семейной жизни.

Вот будет номер, если я таким образом переженю всех холостяков Нью-Идена. Можно будет со спокойной совестью идти на бал, не опасаясь махинаций папули.

К тому моменту, когда Шарлотта сдаёт явки и пароли остальным девушкам, размер ставки достигает таких значений, что мы с Алистером выглядим как два очумелых смайлика.

– Я и не думал, что это так выгодно, – восхищённо выдыхает мой друг. – Пора менять профессию, – шутит он.

– Размечтался! В следующем году готовься – станешь главным лотом. Габриэля мы вряд ли уломаем на второй заход, а ты тоже достойная кандидатура, – говорю, не отводя взгляда от монитора с постоянно меняющимися цифрами.

– Только после тебя! – мигом находится с ответом Алистер.

– Чтобы пристроить меня в хорошие руки, придётся доплачивать. Не думаю, что будет много желающих, – смеюсь я. – Такими темпами мы никогда тебя не женим.

– И чудненько! Отличный план! – одобряет холостяцкое будущее Алистер.

Наивный! Я уже вошла в раж и твёрдо намерена его женить. От доброты душевной, конечно же.

Наше хорошее настроение сохраняется почти до завершения аукциона, мы весело переписываемся, созваниваемся и пьем кофе, хохоча во всё горло.

Однако ничто хорошее не может длиться вечно.

К нашему ужасу всё меняется на следующее утро. На финишную прямую выходят две невесты, одна другой хуже: Лукреция Маккой, которая пыталась меня подкупить, и Рената Мобс, присутствия которой не выдерживает даже штукатурка в кабинете Габриэля. Убойная харизма у дамочки, ничего не скажешь.

– Алистер, надо что-то делать. Габриэль нас убьёт, если кто-то из них победит! – говорю, врываясь в приёмную, точно зная, что господин Нолан отсутствует.

– Давай не будем паниковать раньше времени и дождёмся окончания аукциона. Если что, я сам перебью ставку. Оплачу корпоративной картой.

– Ты гений! Я устрою вам самое потрясающее свидание в мире! – щебечу восторженно. И на укоризненные взгляды не реагирую.

– Иди ты… в кофейню! Ада!

– Бегу-бегу! – напеваю, вприпрыжку двигаясь в сторону лифта. – Не проворонь ставку! – напутствую напоследок.

Несмотря на договорённость, тревожно слежу за аукционом. Девушки сражаются так, будто на Земле мужчин больше не осталось. Алистер не появляется, и когда до завершения ставок остаётся меньше тридцати секунд, рука машинально тянется к мышке, но я мужественно её останавливаю. Ну, выиграет какая-нибудь из мегер, уж потерпит Габриэль полчаса, никуда не денется. Я не виновата, что у этих девушек бездонные кошельки, непомерные амбиции и склонность к азартным играм.

«Он мой!» – прилетает за несколько секунд до финала ставка от Лукреции.

«Мой!» – перебивает её Рената Мобс.

«Размечтались!» – падает последняя ставка вместе с моей челюстью. Какая-то Гертруда удвоила сумму, не оставив другим и шанса на победу. Пока мы с участницами дружно считаем нули, время истекает. И я тут же слышу самый прекрасный звук на свете – уведомление о зачислении средств.

«Поздравляю с победой!» – набираю сообщение нервно подрагивающими пальцами. И тут же звоню Алистеру.

– Кто такая Гертруда?!