Глава 6

Лишь после ухода воздушника я вспомнила о деньгах, что продолжали лежать в сумке. Несмотря на несколько изменившиеся обстоятельства, желание вернуть их ни капли не уменьшилось.

Как и вчера, я влетела в лекционный зал и замерла. В воздухе витало ощущение перемен. Отовсюду раздавались удивленные и восторженные шепотки. Одногруппницы то и дело поглядывали на Дэниела. Кто украдкой, кто с неприкрытым интересом.

Воздушник сидел за партой в неизменно черной мантии, но уже без очков, с идеально уложенными волосами, широко расправленными плечами и гордо поднятой головой. Поймав на себе мой взгляд, он кивком указал на место рядом с собой.

Я немного замешкалась, когда внезапно подловила себя на мысли, что наравне с другими адептками нахожу его красивым. Тряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, устремилась к парте. Жених поднялся, как только я приблизилась, и ослепительно улыбнулся.

– Как прошел вечер? – участливо поинтересовался он.

– Ужасно, – фыркнула я, продолжая будто заново изучать давно знакомые черты. – Ни минуты покоя. Теперь родные носятся со мной как курица с яйцом. Ни одного конспекта не дали вчера прочесть. Может, тебе жарко? Может, водички хочешь? – я скорчила гримасу и попыталась скопировать мамин голос. – А у тебя?

– За разговорами. Родители все расспрашивали, кого из гостей я хотел бы видеть на нашей свадьбе.

«Нашей свадьбе», – эхом отдались в голове его слова, и сердце пропустило удар.

Мне по-прежнему не верилось, что вчерашняя помолвка далеко не сон, а самая что ни есть реальность. И наши кольца были тому первым подтверждением. За ними последуют объявления во всевозможных газетах и подготовка к церемонии.

Я перевела взгляд с лица Дэниела на его правую руку. Золотой ободок на безымянном пальце смотрелся непривычно, немного даже смешно. Вопреки любви магов к различным безделушкам: амулетам, браслетам, увеличивающим силы и придающим их владельцам более важный вид, Колтрен ничего подобного не носил.

– У тебя есть какие-либо пожелания на ее счет? – прервал он поток размышлений.

– Есть! Чем скромнее, тем лучше, – отозвалась без заминки, открыла сумку и задумалась.

Друг хмыкнул, покачал головой и сел за парту.

– Боюсь, не получится. Дедушка развил бурную деятельность.

– Что у нас сейчас по расписанию? – растерянно спросила я, так и не вспомнив.

– Ну ты даешь, Адель! У тебя случайно нет лихорадки? – ошеломленно проговорил он и прямо на глазах у всей группы прикоснулся к моему лбу. – Холодный. Странно… Сейчас будет история магии. Я даже платочек тебе приготовил, – в подтверждение слов он вынул из рукава белоснежный платок с вензелями, вышитыми в уголке серебряной нитью, и пару раз потряс в воздухе.

С лица начала отливать кровь, а пятая точка сама искать опору. Я медленно опустилась на стул и вперилась перед собой невидящим взглядом. Меня испугали собственные перемены. Еще в четверг я думала, как переживу четыре дня без любимых голубых глаз, а сама ни разу не подловила их обладателя в коридоре. Да какое там подловила! С прошлого занятия я толком не вспомнила о Кайлане. Мамочки, что происходит?!

– Что такое, Адель? Тебе нехорошо? – встревоженно спросил Дэниел.

– Ничего! – выпалила я, встрепенувшись, и в следующий миг поняла, что своим скорострельным ответом вызвала у соседа по парте еще больше подозрений. Поэтому нацепила улыбку и как можно увереннее произнесла: – Все в порядке.

Колтрена не устроила отговорка, он собирался задать очередной вопрос, как вдруг рядом с нами прозвучал елейный голосок липучки Сандры:

– Дэниел, ты сегодня так хорош, что прямо глаз не оторвать. Есть причины?

Она провела аккуратным ноготком по мужской руке, от запястья, к большому пальцу, и меня незамедлительно накрыла удушливая волна. Я с трудом сдержалась, чтобы не ткнуть нахалке в нос свое помолвочное кольцо и не указать ей место. Но тогда Дэниел подумал бы, что я приревновала его к этой вертихвостке, а она меня просто раздражала.

– И какие! – с ухмылкой на губах, в ее же слащавой манере отозвался воздушник.

Казалось, он решил подыграть надоедливой поклоннице, чтобы в полную меру насладиться моментом, когда откроется правда. Правая рука Колтрена была сжата в кулак и покоилась на ребре ладони, поэтому брюнетка не могла видеть его кольца.

– Поделишься? – Сандра заискивающе посмотрела ему в глаза, а потом непонятно отчего перевела взгляд на меня. Возможно, хотела сделать так, чтобы я отвернулась и не мешала ей флиртовать с завидным холостяком. – Адель, какое красивое колечко, – завистливо протянула она, схватила меня за руку, поднесла поближе к своему лицу, чтобы хорошенько рассмотреть украшение, и заключила: – Бриллиант. Карата три не меньше. Кто подарил? Любовник?

Я почувствовала, как от злости вспыхнуло лицо. Покраснели даже кончики ушей. В груди забурлила магия, требуя, чтобы ее выпустили на волю.

– Сандра, тебе стоит почаще читать газеты. Возможно, тогда не задавала бы неуместные вопросы и не попадала бы в глупые ситуации, – от ледяного тона Дэниела, вступившегося за меня, по спине пробежала дрожь. К счастью, он никогда не разговаривал со мной подобным образом. – Мы с Адель решили пожениться, – громко, во всеуслышание объявил он и показал брюнетке кольцо.

Ее глаза расширились от ужаса, изумленные возгласы прокатились по всему помещению. В аудитории поднялся ужасный шум.

– Ну вы даете, – присвистнула от удивления сидящая за нами Розетта. – И стоило четыре года притворяться?

– Но… как?.. – просипела Сандра, не сводя глаз с его кольца.

– Адептка Уолтман, займите свое место, – прозвучал внезапно приятный, не режущий слух голос магистра.

За стоящим гамом в лекционном зале никто не расслышал, как протрубил рог, возвещая о начале занятия. Брюнетка сдвинулась с места лишь после того, как одарила меня уничижительным взглядом. В отличие от Деборы, эта запросто могла оставить от соперницы горстку пепла.

– Спасибо, что заступился. Только я не прочь была прокатить ее по ледяной горке.

– И схлопотать отработку? – Колтрен удивленно вскинул бровь. – Она не стоит того. К тому же до свадьбы осталось совсем мало времени, а впереди еще экзамены. Лучше побереги силы.

Легкий кивок послужил ему ответом. Я открыла учебник и начала вслушиваться в слова преподавателя. Странно, но сегодня они не оказывали на меня магического действия. Уже после середины лекции мне наскучил набор однотипных фраз. Похоже, сказывалась усталость последних дней. Чтобы не уснуть, я начала рисовать на полях, иногда поглядывая на магистра, которого по-прежнему считала неотразимым.

Ощутив на себе знакомый пристальный взгляд, вопросительно посмотрела на соседа по парте. Он был на удивление серьезен.

– Ничего, – ответил Дэниел одними губами и отвернулся.

Его поведение казалось странным, однако я мысленно пожала плечами и вернулась к своему занятию – продолжила бездумно рисовать. Только когда протрубил рог, я увидела результат своей работы и ощутила, как вспотели ладони. В плавных и отрывистых чертах можно было с легкостью увидеть целующуюся у окна пару. Мне казалось, что эта сцена давно стерлась из памяти. Тогда почему внезапно всплыла?

В следующий миг я заметила, как к плечу склоняется Дэниел, заинтригованный моей реакцией. Закрыв конспект, положила поверх книгу, а сверху обе руки, как бы защищая добро от возможных посягательств, чем невольно подогрела интерес воздушника.

Его брови взлетели вверх от удивления, а в глазах вспыхнули хищные огоньки азарта.

– Покажи, – настойчиво проговорил он и ухватился двумя пальцами за край конспекта.

– Нет!

Я навалилась грудью на стол и выпустила порцию магии. Мужская рука покрылась морозными узорами. Колтрен убрал ее и нет, чтобы оставить попытки завладеть конспектом, предпринял новую. И крайне нечестную! Он призвал элементаля, руки которого пробрались мне под мантию и начали щекотать бока. Отбиваться от назойливой стихии, продолжая защищать тетрадь, оказалось нелегкой задачей. Но я умудрялась еще и запускать в воздушника скудные снежки, пролетавшие все время мимо цели. Мы вели себя словно дети.

– Сдаюсь, твоя взяла, – проговорил он в какой-то момент с усмешкой, отозвал элементаля и вскинул руки в примирительном жесте.

Я победоносно улыбнулась, убрала вещи в сумку, встала из-за стола и заметила, что аудитория почти пуста.

– Если не хотим опоздать, то нам лучше поторопиться, – сказала я, хватая ртом воздух в попытке восстановить дыхание, поправила выбившуюся из прически прядь и устремилась к выходу.

До двери оставались считаные шаги, когда внезапно моих ушей достигло:

– Адептка Мортенвейр!

Обращение голубоглазого преподавателя заставило замереть, а затем повернуться. Я не поверила ушам и собственному счастью, наверное, поэтому не сразу осмелилась переспросить:

– Звали меня, магистр?

– Да. Подойдите, пожалуйста. Нужно решить важный вопрос, – ответил он в привычной располагающей к себе манере и поманил рукой.

– Подожду тебя в коридоре, – леденящим душу тоном произнес Дэниел, бросил на лектора недобрый взгляд и покинул аудиторию.

Я подошла к преподавательскому столу и гулко сглотнула.

– Слушаю вас, магистр.

– Преддипломная практика начнется через пять недель, но в деканате уже требуют списки. Поскольку вы одна из лучших выпускниц курса и желающих заполучить вас к себе в команду будет немало, я хотел бы предложить вам практику под своим руководством. Что вы на это скажете, адептка Мортенвейр? – его голос ласкал слух, а в бездонных глазах, казалось, можно утонуть.

Я смотрела на преподавателя, и мое сердце трепетало от волнения. Неужели он предложил мне место в команде? Вот так удача!

– Да, конечно, – необдуманно сорвалось с моих губ. Заметив боковым зрением Дэниела, спохватилась. – Я бы с радостью согласилась, магистр, но мне нужно посоветоваться…

– С женихом? – он улыбнулся мне своей неповторимой улыбкой и опустил взгляд с лица на помолвочное кольцо. На миг в его глазах появился загадочный блеск и чувство, которое я не успела разобрать. – В газетах уже вышло объявление о вашей предстоящей свадьбе с адептом Колтреном. Мои поздравления! Что ж, когда примите решение, дайте знать. И еще, адептка Мортенвейр, – магистр вдруг протянул руку через весь стол к моей и слегка сжал в своей ладони. Я настолько оторопела, что выдернула ее лишь спустя несколько мгновений. – Понимаю, у вас скоро свадьба. Но позвольте дать вам совет: держите эмоции при себе. Здесь академия, адептка Мортенвейр. Не каждый преподаватель это поймет. У меня все.

Пообещав, что подобное больше не повторится, я попрощалась с преподавателем и вышла в коридор.

– Что ему от тебя было нужно? – я вздрогнула, услышав из-за спины низкий голос Дэниела со стальными нотками.

Внешне воздушник казался спокойным, но его выдавали глаза. Что-то вызвало в нем раздражение. Неужели моя невинная беседа с Кайланом?

– Ничего особенного, – повела я плечом, с интересом и каплей удивления наблюдая за другом. – Предложил пройти практику под его руководством.

– А ты? – довольно резко спросил Колтрен.

– Сказала, что должна посоветоваться с тобой, после чего он поздравил с приближающейся свадьбой.

– Значит, знал, что ты помолвлена со мной и все равно прикоснулся? Мерзавец! – выпалил он, глядя куда-то вдаль, и снова посмотрел на меня. – Будь с ним осторожна, Адель.

Дэниел никогда не бросался словами попусту, поэтому я захотела докопаться до истины.

– Ты никогда не отзывался о нем плохо. Что на тебя вдруг нашло?

– Тебе самой не показалось странным, что Бишоп столько лет не замечал тебя, а тут вдруг проявил интерес? – проговорил он с серьезным выражением и залегшей между бровей складкой.

Разум твердил, чтобы я прислушалась к Колтрену, но сердце пело от счастья. Наконец-то Кайлан заметил меня!

– Кстати, завтра вы всей семьей приглашены к нам в гости. Нужно обсудить некоторые нюансы, – продолжил Дэниел уже более мягко. – Отец должен был отправить утром приглашения.

– Хорошо, что напомнил. А то снова целый день прохожу с ними, – опомнившись, я достала из сумки кошель и протянула воздушнику. – Держи!

– Адель…

– Возражения не принимаются!

С этими словами я всучила ему деньги и направилась на лекцию по иллюзиям.

* * *

Я всегда после занятий торопилась домой, но сегодня пожалела о своей привязанности к родному месту. Слуга открыл парадную дверь, и мне тут же захотелось вернуться в академию.

– Как у вас только совести хватило родную дочь этим извергам отдать? – донесся из гостиной гневный голос бабули. – На деньги позарились? О ее счастье лучше подумали бы!

Когда она злилась, то перепадало всем. В эти мгновения даже ректор начинал казаться мне милейшим человеком, хотя он слыл еще тем деспотом и тираном. Глупо было надеяться, что меня обойдет ее негодование, однако счастья попытать стоило.

Стараясь не шуметь, я передала дворецкому плащ и маленькими шажками направилась к себе. К моему ужасу двери гостиной оказались приоткрыты, поэтому приходилось полагаться исключительно на везение.

«Только бы не попасться! Только бы не попасться!» – крутилась в голове одна и та же фраза.

– А ты чего вдруг надумала замуж идти? Совсем с ума сошла?! – эти вопросы не могли быть адресованы никому, кроме меня.

Я вытянулась по струнке и проговорила с провинившимся видом:

– Ну так…

– Было бы за кого! За Колтрена! – продолжила бабушка. Казалось, она даже не слышала, что я сказала. Ей просто требовалось выплеснуть эмоции. – Никого другого не могла найти? Он же бросит тебя через неделю и будешь рыдать в какой-нибудь богами забытой дыре!

– Он не такой, – только и ответила я в защиту Дэниела.

– Все они не такие, пока не получат своего. Адель-Адель… Я думала, что ты умнее, – более спокойно произнесла бабушка и покачала головой. – Когда знакомить-то будешь?

– Да хоть завтра, – почувствовав оттепель, незамедлительно рванула к ней, крепко обняла и прошептала на ухо: – Спасибо, что внесла деньги за учебу. Я все верну при первой возможности.

– Какие деньги? – так же тихо ответила она. – Я ничего не вносила.

– Дэниел… – сорвалось с моих губ. – Как я сразу не догадалась?!

Окончательно успокоившись, бабушка поднялась со мной наверх и засыпала вопросами. Ее интересовало все о моем женихе: сколько лет, какого цвета глаза, что он собой представляет.

– Зачем выходишь замуж за Колтрена, если не любишь его? – спросила она под конец разговора. – Только не говори, что воспылала к нему чувствами после поездки в Винтер-Касл. Не поверю. От любви по-прежнему не сгораешь, в расчетливости замечена не была.

Честно ответить я не решилась даже ей. Пришлось сочинять небылицу:

– Мне почти двадцать три. Еще немного – и в мою сторону не посмотрит ни один молодой мужчина. Разве что вдовец с кучей детей. Приданого нет. Следовательно, шансы удачно выйти замуж равны почти нулю. А Дэниел красив, умен и надежен. С ним меня ждет светлое будущее. Вот скажи, кто в моем положении откажется от столь выгодного предложения? Только сумасшедшая!

– Допустим. А ему зачем на тебе жениться?

– Говорит, что любит. Но, может, дело в твоем подарке, – понизила я голос до заговорщицкого шепота и захихикала. – Дэниелу так понравился меч, что он тем же вечером заявил о желании жениться на мне.

– Знала бы, не дарила, – нараспев сказала она и погрузилась в раздумья.